Глава 30

Сквозь сон я услышала шорохи и шум открываемой двери. В мгновение ока оказавшись на ногах, я выскочила из комнаты. Алекс снимал обувь, и увидев меня, заорал. Следом заорала я. Он резко замолчал и перевёл дыхание.

– Ты чего орешь?! – раздраженно воскликнул парень.Я отдышалась и прочистила горло, потому что после продолжительного крика в нем запершило.

– А ты? Истеричка! - я сложила руки на груди и уставилась на него.

– Ты страшная, и я испугался, – после чего  он так же вперил в меня свой взгляд, и зрительная битва продолжалась добрых три минуты по моим подсчётам.После чего Алекс бесцеремонно сказал:

– И долго мы будем вот так таращиться друг на друга? Я хочу есть, – он прошёл мимо меня на кухню и начал рыться в холодильнике.

Время на часах 2:05

Я прислонилась плечом к дверному косяку и наблюдала, как Алекс сосредоточенно ищет продукты.

– Где ты был? – зевнув, спросила я. - Я тоже есть хочу.

Его величество изволило остановиться и обратить на меня внимание только после второй реплики. Он изумлённо выгнул бровь, я сделала то же самое.

– Сейчас?!

– Тебе можно, а мне нельзя? – резонно заметила я.

– Раскабанеешь, - пробурчал повар, и вывалив на стол какие-то овощи, начал разбираться и, наверное, продумывать блюда позднего ужина.Я закатила глаза и уселась на стул. Подперев голову кулачком, я смотрела на него и пыталась справиться с желанием спать.

– Где ты был? – медленно повторила я вопрос.

– У Юли, – как бы между прочим ответил он, продолжая резать помидор. Весь вечер и полночи. У Юли. Я промолчала. Вопросов больше не было. В горле пересохло.

– Алекс... - вместо интересующего меня вопроса я спросила совершенно другое, - Что собираешься готовить?

– Яичницу с помидорами. Будешь?

У меня пропал аппетит. В воздухе повисло напряжение, прерываемое лишь стуком ножа об доску.

– Буду.

– Точно?

Нет.

– Да

Меня затошнило.

– Ты бледная. Все хорошо? – Мне хотелось съязвить в ответ, но я лишь кивнула, тем самым соврав.Он поставил сковороду с вкусно пахнущей яичницей прямо передо мной, протянул вилку и уселся напротив.

Есть яичницу в два часа ночи с парнем, который только что вернулся от своей девушки - нормально? Знаете, говорят, если ты разделил с человеком ночью сковородку вкусной еды, значит можно считать его родным. Какая разница, с кем вы идёте в ресторан, когда красиво выглядите и соблюдаете все правила этикета, если есть тот, с кем вы можете в пушистом халате, с «гнездом» на голове и сонным видом поедать за обе щеки наскоро приготовленную яичницу со сковородки?

– Ты уверена? – я почти поймала нотки надежды в его голосе.

– Конечно! – слишком громко воскликнула я и вмиг покраснела. Алекс усмехнулся.

– Не лги себе, Елизарова, - тихо, еле слышно сказал он, грустно улыбаясь. Я застыла с открытым ртом.

– Ты слишком самоуверен! Я не лгу и не жалею, что приняла такое решение. Тебе вообще радоваться нужно, что я улетаю и не буду мозолить глаза! А ты мне тут лекцию устраиваешь! - вспылила я и запихнула огромной кусок яичницы в рот. Алекс захохотал, я нахмурилась.

Когда начала разжевывать, подавилась и зашлась кашлем.Лёша резко прекратил ржать как слон и встал со стула.Я не могла перестать откашливаться, и возможность проглотить кусок оказалась недосягаемой.Лицо горело, дышать было нечем. «Боженька, я умру?» - промелькнуло в голове.

– Господи, не помри мне тут, - бурчит Алекс и ударяет меня по спине. Виновник моего состояния оказывается на сковородке в не очень презентабельном виде.Я тяжело дышу, в горле саднит, с трудом глотаю слюни.

– Идиотка. Тебя родители не учили, что нужно есть маленькими кусочками?! Умерла бы тут, а мне потом думай, куда труп закопать! Головой-то соображай, что людей подставляешь! – ворчал он, моя сковороду.

– Заткнись, бесчувственная скотина, - хрипло выдавила я и снова закашляла.

– Я тебя спас! И это благодарность?

– У меня нет настроения. Я пойду спать, - я отодвинула стул, и шаркая ногами, направилась в свою комнату.

– Унылая кака...кхм, как дождик, - после моего убийственного взгляда исправился Лишай.

– Спокойной ночи.

– Пусть тебе приснится убийство единорога! - вслед выкрикнул он, а я показала не очень приличный жест.

Заснуть долго не удавалось из-за многочисленных мыслей, роящихся в голове. Через несколько дней я уже никогда не услышу своеобразные пожелания спокойной ночи, проклятия, желание смерти, каждодневные перепалки и ворчания, истерики и безудержный смех...Всего с одним человеком. Готова ли я отказаться от этого? Почему моя голова задается такими глупыми вопросами в три часа ночи?!

И все же я буду по нему скучать.

***С самого детства ненавидела аэропорты. Куча людей, все куда-то бегут, кто-то разбирается, кто-то ругается друг с другом, а кто-то плачет из-за предстоящей разлуки. Не люблю я весь этот процесс. Нервы, эмоции, грусть.Даша все утро кричит на меня и уговаривает не ехать, давит на жалость и даже ударила пару раз по плечу, не в силах сдержать эмоции. Потом она начала плакать, а Никита ее успокаивать. Сергей должен подъехать через полчаса, а Алекс...Я не знаю, где Алекс.

Он ушёл ранним утром непонятно куда, и я не смогла застать его и попрощаться.Не могу сказать, что мне было наплевать. Я хотела с ним попрощаться, хотела сказать, что будет не хватать его. Мне должно было хотя бы на это хватить смелости.

После сдачи багажа, которого у меня оказалось прилично я ответила на мамин звонок и разговаривала с ней больше двадцати минут! Обычная родительская лекция - ничего нового. А потом пришло время прощаться с друзьями.

– Предательница! - в сердцах воскликнула Дарья и сжала меня в обьятиях. - Только попробуй мне не звонить! Я буду мозолить тебе глаза своими сообщениями каждый день! Ясно?

Я прохрипела в ответ, что ясно.Никита сказал то же самое и попросил передать привет лондонским голубкам. Я нервно рассмеялась и дала ему дружеское «пять»Повисло неловкое молчание, но я не спешила уходить. Я ждала одного человека. Такого странного, вспыльчивого и родного...

– Он не сможет прийти, - тихо прервала тишину Дар, будто прочитав мои мысли.

– А, ясно, – задумчиво произнесла я, и развернувшись, пошагала к паспортному контролю. Ком подступил к горлу, в животе органы завязались в узел, в карманах брюк я сжимала ладони в кулаки от злости.Меня остановил голос того, кому я в этот момент хотела раскроить череп.

– Твою мать, Елизарова, а попрощаться с Сероглазкой?! – я встала как вкопанная и развернулась на пятках.Он стоял с протянутыми ко мне руками и улыбкой на лице. Его грудь быстро вздымалась и опускалась, будто после бега. Я не смогла сдержать улыбку, и подбежав к парню, обняла его за талию.

– Какие нежности, Виктория. С каких это пор ты стала такой сопливой? – ворчал Лёша, но его руки в ответ обвили меня, и я могла поклясться, что он улыбается.От него пахло кофе и духами.

– Я буду скучать, Сероглазка, - шепнула я, чтобы никто не услышал.

– Да ладно? Правда? Я тоже буду скучать...Вспоминать твои косяки и как ты меня бесила. Ночью не буду спать, только о тебе буду думать, - издевался парень, и я рассмеялась.

– А я буду приходить к тебе во сне.

– Как ты коварна! – ахнул он, после чего отстранился и посмотрел на меня.Я открыла рот, чтобы что-то сказать, но меня прервали.

– Привет! Я думал опоздаю! Вика, посадку объявили. Ты что, хочешь остаться здесь?! – запыхавшись, воскликнул Сергей. Даша с Ником попрощались с ним, пожелав счастливого пути. А я не разрывала зрительный контакт с Алексом.

«Хочу? Конечно, нет!» - промелькнуло в мыслях, и я тряхнула головой, отгоняя их.

– Я позвоню, как долетим, – сказала я и перед уходом улыбнулась, посмотрев на всех по очереди.Даша вытирала слезы, Никита грустно улыбался, а Алекс, не отрываясь, смотрел на меня стеклянными глазами.

Я уходила с мыслями о том, что уезжаю ведь не навсегда...Мы встретимся спустя время, пусть и будем уже совсем другими людьми.

Она ушла. Он смотрел ей в спину и понимал, что не увидит эту маленькую вредную девчушку ещё очень долго. А когда увидит, она, должно быть, станет совсем другой. Он не хотел, чтобы она менялась. Маленький ребёнок, что выносил ему мозг больше не будет действовать на нервы, капризничать и так искренне смеяться над его шутками. Он больше не увидит её разбросанные по всей квартире вещи, не будет кричать по утрам из-за занятого душа, она больше не будет поедать его конфеты и просить приготовить что-нибудь вкусненькое. Что-то маленькое и неприятное поедало его изнутри. Что-то заставляло стоять и смотреть ей вслед. Он не мог понять, почему в голове стоит ее озорная улыбка и хитрый взгляд. Он хотел закричать и побежать за ней, обнять и сказать, что она никуда не пойдёт, но лишь вытащил мобильник и позвонил той, что ждала его дома и приняла вчерашнее предложение жить вместе. Та, чей взгляд он запомнил навсегда, чей смех и голос врезался в его душу и память, ушла. Он не влюбился в неё. Как кому-то это могло прийти в голову?! Он лишь слегка привязался к ней. Любовь - слишком сильное слово, для тех эмоций, что он испытывал рядом с ней.Возможно, на время, но она исчезла из его жизни. Почему бы ей не исчезнуть из его памяти? Она появилась в его судьбе так внезапно и перевернула все вверх дном. Как появилась, так и уходит, оставив после себя разворошенные мысли и душу.

Она забудет его, а он - её. Иначе и быть не может.