Глава 25

The end day, 17th.

Два дня лил дождь, к чему ни Майкл, ни Миа не были подготовлены. Единственной непромокаемой вещью была палатка, где они, собственно, и просидели двое суток подряд. Но наконец-то выглянуло солце, и было принято решение "сматывать удочки" и убираться отсюда, пока новая порция дождя не заставила себя ждать. 

- Ты случайно не знаешь, как складывается палатка?- измученно спросил Майкл, превратив мокрое полотно в непонятную кашу.

- Неа,- усмехнулась Миа, складывая оставшиеся вещи в рюкзаки. 

Кое-как сложив палатку совместными усилиями, они направились обратно. Мокрая сырая после дождя почва засасывала ноги героев чуть ли не по лодыжки, но это доставляло не так много помех, как вылезшие мягкие корни. Пахло сыростью.

- Давай поиграем,- произнес Майкл, поправив лямку рюкзака в очередной раз.  

- Во что? - мимолетно посмотрела Миа на друга, а потом опять на месистое болото, по которому они шли.

- В "я никогда не".

- Давай.

- Я никогда не пел в душе,- начал Майкл.

- Сумасшедший,- хохотнула Миа и загнула один палец. Правила игры таковы, что если ты делал это действие, то загибаешь пальцы. У кого первого они закончатся - тот проиграл. - Не верю, что король поп-музыки не поет в душе.

- Я пою после душа,- улыбнулся Майкл.

- Хорошо, я никогда не.. ела устриц.

- Кошмар, ты многое теряешь,- загнул палец Майкл.

- Фу, они же склизкие, противные!- скорчилась Калленберг, словно представляя эту картину.

- Я никогда не сбивал велосипеды,- монотонно ответил Майкл, и Миа, угрожающе посмотрев на него, загнула палец.

- Окей, тогда я никогда не играла на музыкальных инструментах,- гордо подняла подбородок девушка, смотря на то, как ее собеседник загибает еще один палец. Счет сравнялся.

****

Ближе к городу дорога более-менее затвердела, и путешественники шли чуть быстрее. Проиграла Миа, потому что на ее счету было немало всяких смешных и одновременно нелепых происшествий. Время медленно двигалось к вечеру, ветер поднялся и охладел. Сняряжение было в этот раз легче, ведь бутылки были без воды, консервы без еды.

- Ну и долго нам еще идти?- с любопытством спросила Миа, заглядывая в карту, которую держал перед собой Майкл.

- По моим подсчетам, мы минут через двадцать выйдем в село, а еще через ...

- Минут десять после этого найдем отель или мотель, без разницы. Нужно привести себя в порядок, а то жили как дикари, аж со стороны страшно представить. 

- Тут я спорить не буду,- хихикнул Майкл и снова уставился в карту. Поизучав ее пару минут, Джексон свернул бумагу и понес уже так.  Хоть дорога и была суше, корни все равно проглядывали сквозь почву, и девушка споткнулась. Благо упасть ей не дал всегда бдительный друг, который тут же словил ее. Так они и простояли пару секунд, смотря друг на друга в шоке: почти упавшая Миа и держащий ее одной рукой за талию Майкл, как какой-то супергерой из комиксов Marvel. Она - супернеуклюжесть, а он - суперреакция?  На его руках выступили вены, и, наверное, фетешисты и эстетики сейчас сошли бы с ума от его безумной красоты.

****

Холодный ветер, уносящий за собою закат, стал тверже, словно намереваясь простудить путешественников. Майкл отказался идти в ближайший мотель, обосновываясь тем, что это предугаданный шаг, и в номерах могут быть жучки. Тихо чертыхаясь и ругаясь, Миа согласилась пройти еще десяток километров до следующего мотеля. И наконец они дошли. Солнце уже полностью скрылось, остался лишь холод и темнота, словно на северном полюсе, однако и Миа, и Майкл за две недели получили свою дозу закалки перед стихией. 

- Все, можно подыхать,- умиротворенно произнесла Миа, сбросив с себя рюкзак, а потом и упав на кровать лицом вниз.

- Оптимистично,- усмехнулся Майкл и аккуратно, как и подобает интеллигентному человеку, лег на свою кровать.

Они взяли один номер с двумя разными кроватями. Постели стояли порознь, в углу находился кофейный столик из дерева с ободранными углами, а над ним большое зеркало. Как суеверный человек, Майкл отказался от кровати, находящейся напротив столика.  Обои были, на всеобщее удивление, новые и свежие. Цвет непонятный - то ли синие, то ли зеленые. Кажется, этот цвет назывался "мятный", но он определенно освежал обстановку.

- Завтра воскресенье,- перевернулась на спину Калленберг. Благо на столике стояли электронные часы, показывающие дату и время. Девятое декабря тысяча девятьсот девяносто пятого года, 8.23. P.M. - Как раз сможем добраться до дома, и с понедельника я могу снова пойти работать.

- Я тебе кое-что не сказал.. Дата  развода уже назначена на январь девяносто шестого.

- Господи... сочувствую... - села на кровати девушка, опираясь на стену. Майкл же сел в позу лотоса. 

- Мы с ней уже около месяца как не муж с женой, и, как говорит Менеджер, наши отношения сейчас уде являются пиаром - работой на толпу.

- А кто был инициатором развода?- просила Калленберг, почему-то думая, что это был Майкл. Наверное, из-за того, что он сам говорил, ведь Мари не может дать ему его мечту.

-Она. Лиза сочла меня еще ребенком и решила разорвать отношения,- пожал плечами тот, словно для него это ничего не значило. Но в душе он был разбит, сломлен. И сам не замечая, он восстанавливался, залатывал свое сердце, когда Миа была рядом.