Глава 74

Глава 74. Снова дождь...

meow-laoda

Его внезапный окрик, видимо, напугал притаившегося человека: по звуку было слышно, как тот вздрогнул, шатко ступив на горные травы и щебень, и лишь затем осторожно вышел из темноты за хижиной поодаль.

Даже если небо затянули клокочущая черная энергия и тучи, а луны не было видно, зрение Лун Я все еще позволяло ясно рассмотреть внешность человека.

Им оказался старик лет шестидесяти-семидесяти, который в молодости, вероятно, был довольно высоким. Даже в преклонном возрасте он оставался около ста семидесяти сантиметров. Только его спина слегка сгорбилась, и кроме выступающего живота, все тело выглядело довольно худощаво.

Он носил пыльно-серые штаны и куртку, а на плечах, груди, руках и ногах — повсюду виднелись желтые бумажные талисманы. Эти бумажные талисманы отличались от тех, что использовал Лун Я: они выглядели низкокачественно, словно желтая ритуальная бумага для подношений на Цинмин, а начертанные на них символы были в полном беспорядке.

Они придавали старику комичный и в то же время жалкий вид.

"..." Лун Я оглядел мужчину сверху донизу и дернул уголком рта:

— Почему бы тебе просто не прилепить один ко лбу? Ты сделал это для того, чтобы отогнать призраков или самого себя?

Старик неловко опустил взгляд на желтые талисманы, прикрепленные к своей одежде, сжал пальцы и произнес с сильным диалектным акцентом:

— Я только что вернулся и увидел, что повсюду носится черная энергия. Испугался, что она обовьет меня, вот и наклеил на себя талисманы для защиты.

— Вернулся? — Лун Я нахмурился, услышав это слово, и взглянул на хижину позади старика.

Он указал подбородком в сторону несколько грубоватой хижины и спросил:

— Это ты живешь в том доме?

— Да, — старик кивнул.

— Тц, я слышал, что здесь живет человек, который убирается в древнем здании...

Лун Я вспомнил, что Ци Чэнь рассказывал раньше, и снова посмотрел на старика с еще большим подозрением.

— Да! Я убираю древнее здание, — ответил старик.

Лун Я нахмурился:

— Эту энергию не видят обычные люди, да и желтые талисманы, что ты на себя нацепил... Только не говори, что ты по совместительству еще и уличный маг¹. Поджидаешь приходящих на Цинмин в горы, чтобы "ниспослать свет" и указать путь, а сам в это время выманиваешь деньги на карманные расходы.

¹Человек, который путешествует по стране, занимается гаданием, астрологией, колдовством, геомантией и т. д.

Старик на мгновение оцепенел, покачал головой и сказал:

— Нет, конечно, нет! Эти мои талисманы предназначены только для защиты. Они выглядят очень грубо, поэтому, даже если я отдам их бесплатно, никто не захочет их принять.

Лун Я все еще смотрел на него с некоторым недоверием.

В предыдущие разы, когда он приводил Ци Чэня на гору, стояла глубокая ночь. В хижине в то время царила кромешная тьма и не было ни малейшего движения. Живущий там человек, вероятно, уже давно спал. Не то что встретиться, они не могли даже разглядеть его лицо.

С самого начала Лун Я считал, что на горе наводил порядок какой-то одинокий человек с ограниченной трудоспособностью и не имеющий никого, о ком нужно заботиться. Поэтому он поселился на горе и стал убираться в древнем здании: так у него хотя бы было место, где можно остановиться.

Но он не ожидал, что этот человек окажется таким пожилым.

— Ты сам написал эти талисманы? — спросил Лун Я.

Старик кивнул:

— Да...

— Ты в состоянии увидеть черную энергию, которую не видят обычные люди, а также написать полезные талисманы... Как можно в одиночку ютиться на горе Цюй, подметая полы для пропитания? Даже если бы ты взял кусок ткани и стал уличным магом, жил бы лучше, чем сейчас, — сказал Лун Я и снова взглянул на него, но действительно не почувствовал никакого злого духа.

Старик помолчал немного и объяснил:

— Моя семья... начиная с предков много-много поколений назад... всегда владела этим уличным фокусом. Конечно, они были куда искуснее меня: отчасти от природы, отчасти благодаря собственным позднейшим поискам. Но спустя все эти поколения, когда знание дошло до меня, врожденной части почти не осталось, а к приобретенным навыкам я не слишком стремился и умею рисовать лишь несколько таких защитных талисманов. И то хорошо. Еще со времен предков в нашей семье существовало правило: каждый месяц девятнадцатого числа, когда никого нет, подниматься на гору Цюй и подметать пыль в этом древнем здании... Традиция дошла и до меня. Просто я одинокий человек, без семьи и привязанностей, поэтому не стал ждать девятнадцатого числа, а просто перебрался в горы и каждый день, когда никого нет, убираюсь здесь.

Выслушав первую часть, Лун Я все еще был в некотором недоумении, но дойдя до слов "каждый месяц девятнадцатого числа", он уже примерно понял:

— Твои предки говорили почему нужно приходить убираться каждый месяц девятнадцатого числа?

— Да, и не только оставили сообщение на словах... — тихо ответил старик. — Предки разбирались в этом куда глубже и оставили не просто краткие наставления. Некоторые вещи я запомнил с рождения, часто вижу во сне, потому и храню в сердце.

— Причина, по которой наша семья из поколения в поколение поднимается в горы для уборки этого древнего здания девятнадцатого числа каждого месяца в том, что здесь когда-то жил великий благодетель. Он спас десятки членов семьи моих предков, взрослых и детей, а также помог многим другим. Однако слишком многие опасались его имени и боялись. Наша семья Цинь всегда помнила добро. Предки завещали: из поколения в поколение наводить порядок в этом древнем здании, пока он не вернется. А когда вернется, то сказать ему, что в мире есть не только те, кто его боится, но и те, кто о нем помнит...

— Хотя я и прожил жизнь в одиночестве, но мне все же крупно повезло. Тот, кого столько поколений нашей семьи не дождались, был встречен мною. Этот поклон от имени моих предков. В свое время они не успели выразить благодарность, а я завершу дело за них...

Произнеся это, он взглянул на Ци Чэня, лежавшего на плече у Лун Я, а затем наклонился, собираясь встать на колени.

Лун Я опешил от его поклона, повернулся к человеку у себя на плече и лишь тогда заметил, что Ци Чэнь незаметно изменил облик.

Он подошел, не позволяя старику коснуться земли коленями, и остановил его:

— Он проснется! Я не могу принять благодарность вместо него. Когда очнется, скажи ему сам!

Произнеся это, он развернулся и вошел в древнее здание, поднял руку, чтобы зажечь две свечи на столе, взял одну, а затем направился прямо в комнату справа.

Как и ожидалось, это древнее здание круглый год постоянно убирали, поэтому от пыли не было и следа. Даже кровать выглядела чисто и опрятно. В таком месте, как город Си, на ощупь вещи были совершенно сухими. Их явно регулярно чистили и просушивали на солнце.

Лун Я уложил Ци Чэня на кровать, взмахнул запястьем, и его в руке оказалась черная, как смоль, пилюля и нефритовый чайник². Он приподнял голову Ци Чэня, вложил пилюлю ему в рот, затем отпил сам из нефритового чайника и, склонившись, передал жидкость Ци Чэню через губы.

²В таких сосудах в древности хранили вино.

Старик, вероятно, беспокоился о состоянии Ци Чэня, поэтому в растерянности последовал за ними в комнату и просто спросил: "Могу ли я чем-нибудь помочь?". Однако когда он увидел сцену с Лун Я, передающим жидкость, то испытал потрясение и превратился в доску гроба.

Он напрягся, но молча отступил в главный зал, уставившись там на огромное полотно с изображением кое-как написанных символов, и долго ошеломленно стоял.

Ци Чэнь лежал на кровати. Черты его лица не изменились, но волосы стали очень длинными и растеклись по телу точь-в-точь как чернила, а одежда превратилась в просторные светлые одеяния, которые на фоне цвета волос казались ослепительно белыми и легкими, словно в следующее мгновение человек мог уйти.

Лун Я растерянно сидел у кровати, глядя на его внешность, которую давно не видел.

Еще недавно человек перед ним мог спокойно говорить, а теперь внезапно вернулся к прежнему облику, безмолвно лежа здесь и, казалось, возвращал свою память...

Впервые за тысячи лет Лун Я, не знавший, как пишется слово "нервный", ощутил это чувство.

За пределами древнего здания, в других трех местах, где располагались остальные формации, также перевернулось небо и опрокинулась земля³.

³Обр. в знач. полный хаос.

На реке, протекающей через Сиган, вздымались до небес⁴ волны, грозя в следующее мгновение обрушиться на берег и затопить почти половину города.

⁴Обр. о страшном, чудовищном.

В каменной пещере на дне реки, где когда-то располагалась формация, также клубилась черная энергия. Подобно гигантскому водяному дракону⁵, бушующему в глубинах, она поднимала бесчисленные яростные волны.

⁵Цзяолун — миф. водяной дракон, вызывающий наводнение.

На строительной площадке в городе Юнь раздался оглушительный грохот, после чего во все стороны полетел щебень. Взметнувшаяся черная энергия вызвала бесчисленные трещины в земле. Шебнедробилки и строительные леса зашатались. Окружающие стройплощадку бытовки перевернуло и повалило на землю, отчего поднялись клубы пыли.

В жилом районе города Цинь старое дерево софоры, что росло над местом расположения формации, теперь превратилось в груду щепок. Почва вокруг него была взрыта и перевернута, представляя собой полный хаос. На земле осталась лишь бездонная яма. Стены близлежащих жилых зданий тоже пострадали: появились тонкие, но плотные трещины, словно паутина, поползшие снизу вверх, из-за чего обширные участки штукатурки обвалились.

Везде, где находились сломанные формации из талисманов, черная энергия превращалась в черного дракона, взлетающего вверх, катящегося в море облаков и закрывающего собой все небо.

После того как вся черная энергия рассеялась, из этих четырех формаций начали струиться тонкие, едва заметные лучи света.

Словно из-под земли поднялись бесчисленные звезды, окутанные бледным пламенем. Они слились в реки, которые грандиозно распространились по всей земле и устремились в сторону горы Цюй, что в городе Си.

Если бы кто-нибудь мог это увидеть, то был бы потрясен и потерял дар речи.

Бесчисленные пылающие пятна света собрались со всех сторон и окутали все древнее здание.

Казалось, что человек в нем искупался в пламени и родился заново⁶.

⁶О фениксе, обр. преодолеть трудности и начать новую жизнь.

Алое зарево охватило почти полнеба. Старик, ожидающий в главном зале, стоял с разинутым ртом, наблюдая за разворачивающимся перед ним зрелищем...

Вероятно, это было самое потрясающее, что он видел за всю свою жизнь. Нет, самое потрясающее, что случалось за все поколения его семьи.

Все звездоподобные искры хлынули в тело Ци Чэня. Его силуэт становился все более и более отчетливым, черные волосы все длиннее, а белые одеяния уже не казались столь иллюзорными и почти нереальными.

Лун Я внезапно не смог усидеть на месте.

Он встал, сцепив руки, подошел к окну комнаты и посмотрел на небо, где только что рассеялся свет.

Позади него на деревянном столе тихо горела свеча, наполняя комнату тусклым светом.

Черный дракон погрузился в море облаков, а молнии продолжали сверкать быстрее и быстрее...

Спустя долгое время, когда последний раскат грома прокатился вдали, дождь снова обрушился ливнем. Шум дождя сплошным гулом барабанил по крыше древнего здания, а с карнизов, словно водяная завеса, струились нити воды.

В такой дождь обычно не видно ни серп луны, ни россыпи звезд, тем более, что черная энергия еще не рассеялась.

Но недалеко от горизонта появилась светящаяся красным звезда... Это была звезда Инхо, которую давно не видели.

В тот момент, когда звезда Инхо зажглась, Лун Я услышал позади себя шорох, который заставил его замереть.

Затем послышались шаги, такие тихие, что даже он не мог их ясно услышать. Они проследовали от кровати до его спины, а через несколько секунд прозвучал очень знакомый голос:

— Снова дождь...

Сердце Лун Я внезапно упало. Все было точно так же, как много лет назад, словно не случилось ни разлуки, ни смерти...

Он сглотнул и спустя долгое время глухо ответил:

— Угу, снова дождь... Ты наконец очнулся после долгого сна.

~конец четвертого тома~

_________

Тут прикрутили возможность добавлять опросы прям в главу. Не знаю отобразится ли он в приложении, но в веб версии есть. Так что ну а чего нет.