Часть 8

  Честно признаться, мне не кажется, что наши взаимоотношения готовы для того, что ждёт нас по приезде. Я вообще не уверена, что у нас есть какие-то взаимоотношения. Мы просто знакомые, но почему-то я сижу в её машине и она едет ко мне в гости. Это же странно? Нет, серьёзно. Это абсурдно. Так не бывает, а точнее, разумные люди не приглашают малознакомых людей к себе на праздник. На семейный праздник. Я бы могла на это посмотреть с другой стороны. Например, подумать, что я привезла крутую девушку к себе домой, и пусть все смотрят и завидуют её красоте и мне, что она моя спутница. Но я не знаю, что ожидать от Алекс. А вдруг она сама присоединится к шуткам в мой адрес? Вдруг ей доставит удовольствие смотреть на то, как Рейчел меня подкалывает, и она присоединится к ней? Я не знаю, на чьей стороне Алекс, и не могу от всей души радоваться, что она со мной. Она включила музыку, и вот мы уже час едем и слушаем всякую попсу. Нет, я люблю попсу, но так тяжело не подпевать на песнях, которые я знаю наизусть. Сейчас бы в голос на всю машину... Она молчит. Почему она ни слова не говорит? Ну, хотя бы о погоде. Или о... Я не знаю, ну хоть о чём-то! Со мной даже таксисты более общительны, чем она. Я посмотрела на неё. Девушка была одета в свитер и джинсы. Обычная. Совсем обычная, не считая того, что она очень красивая. Её точёный аккуратный профиль и пухлые губки... Я поправила осеннюю куртку, что была надета на мне, и вернула всё внимание к окну. — Через полчаса будем на месте, — сообщила мне она. — Да, знакомые места, — ответила я. Снова тишина. — Ты надела нижнее бельё? — задала вопрос я, уставившись на её профиль. Надо же было с чего-то начать разговор. Она покосилась на меня, а потом сделала музыку тише. — А ты? — Я всегда надеваю его. Знаешь, не хотелось бы, чтобы ты села за стол, раздвинула ноги, а там... Это не по христиански как-то. — Я в джинсах. Не беспокойся, я буду вести себя прилично, — усмехнулась она. В машине снова повисла тишина. Я не уверена, что хочу, чтобы она вела себя прилично. В том смысле, что при родителях — да, но вот когда мы будем наедине... У меня большая кровать. Интересно, а она согласится спать в моей комнате? Я могу ей сказать, что у меня больше нет кроватей свободных в доме. — А насколько прилично? — Я не буду больше скромничать. Мы прошли уже этот этап. — А насколько надо? — Она убрала одну руку с руля и... и положила мне её на бедро. Мои щёки... Я напряглась всем телом и забыла даже о том, что она что-то спросила. Пусть держит там руку. Это было бы прекрасным началом, если я хочу её соблазнить. А я хочу её соблазнить? Конечно хочешь, Скай! Ты же влюблена, а раз так, то подобные жесты с её стороны — это хороший признак того, что ты не останешься во френдзоне. Может быть, тоже положить ей руку на бедро? Да не, тупо как-то. — Мы приехали. Куда дальше? — Её рука соскользнула с моего бедра и снова улеглась на руль. — Прямо, на перекрёстке направо. — Я уставилась в окно. Всё-таки хоть Честерфилд и маленький городок, но мой город по сравнению с ним выглядит убого. Маленькие двухэтажные домики, люди ходят в том, в чём проснулись, ни в чём себе не отказывая. Нет, тут я, конечно преувеличиваю, но у нас в городе не нужно как-то по-особенному одеваться, чтобы выйти в магазин. Каждый вход в дом украшен, каждый магазин выглядит, как праздничная лавка. Знаете, маленькие города отличаются особой любовью к Рождеству. Просто конкурс на самый сверкающий дом. Я должна была при въезде в город почувствовать себя уютно, но я наоборот испытывала некое чувство дискомфорта. Может быть, это потому, что Алекс едет слишком медленно, рассматривая дома, людей... улицы. Посмотрит, усмехнётся, и едет дальше. И так пока мы не доехали до перекрёстка. — Ого, — воскликнула Алекс при виде огромной ёлки, что стояла через дорогу. Кажется, мы стали парковаться. — Сфотографируешь меня? — Здесь? — удивилась я, поглядывая на людей, что толпились вокруг ёлки. Я их всех знаю, и это будет очень неловко. Они все поймут, что Алекс чужая. Хотя и так понятно, её машина — чёрная ауди, которая стоит как три годовых зарплаты любого жителя, уже давно привлекла к себе внимание. — Это так... мило, — хихикнула она и заглушила мотор. — Пошли. Мне пришлось выйти из машины и пойти следом за ней. Я неловко оглядывалась по сторонам, встречаясь взглядами с жителями, что стали перешёптываться между собой. Алекс это забавляет, а что может её остановить, когда ей забавно? Да ничего. — Алекс, давай поедем уже к дому, — догнала я её и прошипела, замечая рядом с ёлкой своих знакомых. Точнее, ровесников, с которыми я тусовалась когда-то. — Скай, ты что? Это же так мило. Мне нравится твой город, он очень нарядный. Как одна большая гирлянда с ёлкой посередине. Отлично, это она ещё мой дом не видела. Тогда бы она сказала: «Как одна большая гирлянда с твоим домом посередине». Дело в том, что мои родители были в комитете города, и наш дом просто обязан был не уступать по яркости ни одному другому. Даже мэр давно махнул рукой и смирился с тем, что его дом никогда не будет так украшен, как наш. Если кто-то заметит из самолёта яркое пятно — это наш дом. Ещё один фонарик и, клянусь, в городе отключилось бы электричество. Но до моего дома мы ещё не доехали, и я смирилась с тем, что мы будем фотографироваться рядом с ёлкой. Я сфотографировала Алекс, отказалась от того, чтобы она меня фотографировала, и быстренько пошла в сторону машины. Мне хватает тех двадцати фотографий, что у меня уже есть с этой дурацкой ёлкой. По ним можно было определять все изменения, что со мной происходили за годы. — Какие у тебя отношения с родителями? — поинтересовалась Алекс, когда мы ехали уже по моей улице. — Хорошие, — не задумываясь, ответила я, но потом задумалась. — Наверное. То есть, они всегда были хорошими, пока я не стала постоянно говорить о том, что хочу уехать. Вообще, у нас часто кто-то хочет уехать, но мои родители... — я стала говорить совсем медленно, подбирая слова, — они считают, что если ты достаточно умна, то должна остаться и развивать свой город. Что нельзя, чтобы в городе оставались одни идиоты. Я всё детство слушала, что вот Скай вырастет, будет умной девочкой и наведёт тут порядок. Смысл в том, что я должна была добиться чего-то здесь, поскольку они вложились в моё образование. Благо, у нас хороший колледж в часе езды отсюда. — Ты час ездила до колледжа? — удивилась Алекс. — Да. Они были против, чтобы я... чтобы я жила отдельно. В общем, они были очень довольны, когда я закончила колледж. А потом очень удивились, когда я сказала, что хочу уехать. — Думаешь, что они ещё это не приняли? — Алекс замедлила машину, чтобы успеть договорить, пока мы не подъехали. А я вот уже видела свою родню на дороге. Рейчел об этом позаботилась, и они все выбежали на улицу меня встречать. Господи, как неловко то. — Думаю, что у них не было времени. То есть было. Полгода. Но я как-то быстро уехала. Поэтому я точно не знаю. — Это они? — Алекс тихо засмеялась, заметив людей на дороге, что махали руками.— О Боже, да. — Я прикрыла лицо рукой. — Что с твоим домом? — охнула Алекс, наклонившись и разглядывая через лобовое стекло мой дом-гирлянду. — О, это обычное дело. Там просто очень много... фонариков. — Да? И Санта с санями на крыше, — шептала она с широко открытыми глазами. — Какой ещё Санта? — Я тоже наклонилась, чтобы проследить за её взглядом. Матерь Божья! И правда! Огромный Санта на нашей крыше. И сани. — А где олени? — вдруг засмеялась девушка. — Вон. Стоят руками машут. — Я улыбнулась, так как родне меня уже было видно в машине, и помахала им рукой. — А ты не очень-то поддерживаешь их дух Рождества. — Алекс повернула к гаражу и затормозила рядом с машиной моих родителей. — По-моему это очень... — ...забавно, — перебила я её, и вышла из машины. Я подбежала сначала к маме, потом нас накрыл в объятиях папа, а сверху присоединилась Рейчел. Потом, кажется, была Беки... и Майкл, близкий друг семьи. В общем, меня зажали где-то в эпицентре, и я стала задыхаться. А ещё у меня в голове промелькнула мысль, что Алекс стоит в паре метров, смотрит на наш клубок и думает, что она могла провести выходные гораздо интереснее. Не удивлюсь, если меня обратно выпустят на свет, а её машины уже не будет. Промычав что-то типа «я вас тоже рада видеть», я наконец вырвалась на свободу.Поправив свою одежду, я подошла к Алекс. — Знакомьтесь, это Алекс. Она моя знакомая, и это Рождество она будет отмечать с нами. — Ох! Как чудесно! У нашей девочки появились новые друзья. И раз Скай пригласила тебя к нам, значит, ты тоже теперь член нашей семьи! — воскликнула мама, и я заподозрила что-то неладное... — А как мы приветствуем членов семьи? О Боже... Только не это. Я умоляюще взглянула на Рейчел, которая пожала плечами, наполняя взгляд саркастическим сочувствием. Она первая подбежала и раскинула руки. Надо было видеть лицо Алекс... Оно в секунду наполнилось ужасом. Пока мои родственники налипали на неё, как слои капусты, образуя один круглый семейный кочан, я думала о том, что Алекс не похожа на ту, кто обнимается. А тут её сжимает десять рук и... — Скай! А ну быстро сюда! — крикнул мне отец.«Боже... Ни за что!» — запротестовала я. Короче, её обнимало двенадцать рук. — Детка, я так рада тебя видеть, — обратилась ко мне Беки, прижимаясь всем телом к Майку. — Да? А я тебя не очень, — ответила я, пытаясь удержать равновесие и не упасть между отцом и Майком, а то бы я провалилась в эпицентр, а там сейчас молящая о смерти Алекс. — Ты меня простила, да? — Беки, ты действительно хочешь об этом поговорить прямо сейчас? — Я всё-таки чуть провалилась головой между тел. — Помоги, — услышала я стон Алекс, зажатой моей мамой и Рейчел. Я приказала всем отпустить мою подругу. Как только все расступились, я встала рядом с ней, неловко поджимая нижнюю губу. Девушка выглядела слегка лохматой и обеспокоенной. Наверное, за своё здоровье. Они все по очереди протянули ей руки, и последней была Беки, которая, не скрывая, изучала девушку взглядом, а потом все стали рассматривать её машину. Только Беки продолжала смотреть то на Алекс, то на меня. Я, вскинув бровь, пожала плечами, всем видом показывая, что она может думать, что хочет. Собственно, я была бы даже рада, если бы она так думала (что Алекс моя девушка). Главное, чтобы это не было озвучено вслух, а то мне будет ещё более неловко, чем когда они пытались её раздавить в семейных обнимашках. Майк, который обожал машины, бегал вокруг чёрной ауди и то присвистывал, то качал головой, задавая Алекс какие-то вопросы касательно машины. — Дорогая машина, — констатировал в итоге он, и родители тут же уловили эту информацию. — Алекс, милая, а кем ты работаешь? — поинтересовалась мама. — У меня сеть отелей, — коротко ответила Алекс и посмотрела на меня, а я отвела взгляд, делая вид, что рассматриваю Санту на крыше. — А где же вы тогда познакомились с нашей Скай? Она в банке работает, — вмешался отец. — Я клиент её банка и... мы обедали, обсуждая некоторые детали. Ваша дочь мне очень помогла. Мы сдружились. Я заметила, как Рейчел хихикает, и сделала к ней шаг: — Замолчи. — Прости, просто... Ты уверена, что это была хорошая идея — приглашать её сюда? Она ещё более шикарная, чем ты описывала. — Я не уверена, так само получилось. Да, она... — Я окинула стройную фигуру своей гостьи... Несмотря на свободный свитер, который должен был выглядеть достаточно просто, она всё равно выглядела, как девушка с обложки. Берём модель с идеальной фигурой, кожей, причёской, бровями, глазами и губами и надеваем на неё платье, купальник или деловой костюм, да хоть мусорный мешок — она всё равно выглядит шикарно. — Она красотка, — шепнул мне Майк. — У меня есть шанс? Она свободна? — Майк, — отмахнулась я и, взяв Рейчел за руку, отошла в сторону. Я не хотела бы отвечать на такие вопросы. Я не знаю, что на них отвечать. Да и вообще, я настолько плохо знаю Алекс, что интервью о ней я бы завалила уже на третьем вопросе. То есть на первые три вопроса — свободна ли она, кем работает, готова ли она к серьёзным отношениям, я бы, может быть, и ответила, но дальше просто огромная пропасть. Я ничего о ней не знаю. Но Майку даже на эти вопросы я отвечать не хотела. Майк был мне близким другом в младшей школе, да и вообще всё своё детство я провела с ним, а потом... потом он к мальчикам, а я к Рейчел. Но он так и остался членом моей семьи. Бабушка, которая его воспитывала, умерла, так что у этого красивого парня были только мы. Рейчел и Беки... Тут отдельная ситуация. У Беки родители постоянно в отъезде. Вечные командировки. Они всё отстраивают здесь дом, который больше похож на замок. Не знаю, почему просто не переехать. И Рейчел, чьи родители позже присоединятся к нам. Мои родители напали на Алекс с вопросами, и слава Богу, а иначе они напали бы с этими вопросами ко мне, а как ранее мы уже выяснили, я ничерта не знаю про эту девушку. Поэтому мне стоит держаться к ним ближе и всё внимательно слушать. В конце концов, может быть, это факты о моей будущей девушке! Ну да. Девушке. Максимум о твоём будущем боссе. Со словами «а пойдёмте в дом, что мы тут мёрзнем» все дружной толпой пошли в дом. Мне, к слову, так и не удалось подойти к моему будущему боссу. Её просто обступили со всех сторон. Эта оккупация будет до тех пор, пока они все про неё не узнают. И только тогда она станет членом нашей семьи, и они смело могут говорить: «Да вон, наша Алекс там была, сейчас она расскажет». Или: «Наша Алекс об этом всё знает, скажи им». Только до приезда сюда Алекс даже моей-то толком не была, а теперь она семейная. Я не уверена, что Алекс к этому была готова и ехала сюда именно за этим. Но, признаться, я и сама не знала, что так будет. Я никого чужого ранее в семью не приводила и понятия не имела, что у нас, оказывается, есть какие-то обряды посвящения. Но как только я увидела начало, я сразу поняла, что есть. Просто я ранее не замечала. Всегда. У нас всегда всё обсуждалось. Дела Беки, Рейчел и любого, кто когда-либо был приглашён к нам в дом. А кого попало мы в дом не приглашали, поэтому я знала уже наперёд всё, что будет дальше, и от этого мне стало стыдно и горько, что Алекс будет проклинать всё на свете, что припёрлась сюда. Кстати, все вот эти «наша Алекс...» существуют для второй половины гостей. Тех, кто не входит в члены семьи. А именно, тётю Рози с дядей Али, Маргарет с её дочкой Тессой, родителей Рейчел (как ни странно), и это только те, кто приглашены сегодня на ужин. Я не знаю, почему Алекс попала именно в первую половину, а не во вторую. Но, видимо, все здесь хотели бы, чтобы Алекс была именно той, о ком можно говорить с гордостью так, будто это твои собственные заслуги. У Рейчел с родителями (а особенно с отцом) дела так себе... поэтому иногда мне кажется, что мы её семья. Про Беки и Майка я уже упоминала. Всё логично. Мы — коллектив, который вечно друг про друга говорит что-то хорошее, чтобы всем утереть нос. Чтобы все видели, какие мы все прекрасные. Я знала, что мои родители когда-нибудь хотели говорить обо мне с гордостью. Что-то типа... «Мы всегда знали, что наша Скай добьётся своего, потому что она умная и целеустремлённая». Или даже: «Всегда знали, что наша Скай будет мэром нашего города». Они никогда бы не хотели говорить, что всегда знали, что Скай уедет и добьётся там успеха... Знаете, почему? Потому что все, кто уезжал, больше не возвращался. Они просто начинали новую жизнь в мегаполисе, иногда навещая родителей. На Рождество, дай Бог. И да, не было выбора, и все, кто столкнулся с этим, об этом говорили с гордостью, но только потому, что ты добился чего-то... Было бы гораздо печальней если бы человек уехал и был никем, просто сменив место жительства. А сейчас я как раз никто. Бросила родной дом и единственное, что обо мне могут сказать родители — это: «Смотрите, кого Скай привезла! Это Алекс, у нашей Алекс свой бизнес..!»Ужасно. Я обратила внимание, что Алекс приоткрыла рот и дома тоже, задирая голову и рассматривая уже домашнюю праздничную иллюминацию. Лично у меня зарябило в глазах. — В этом году как-то... слишком много гирлянд, — пробормотала я себе под нос. — У нас в этом году проходит конкурс от мэрии на самый праздничный дом. Самый нарядный дом получит... поездку куда-то в тёплые края, не помню точно, — ответила мне Рейчел. — И мы обязательно поедем! — громко воскликнула мама, услышав наш разговор, пока все разувались в прихожей. — За тот счёт, что вы получите за электричество, можно было и самим поехать, — проворчала я. — Не преувеличивай, Скай. В кои-то века наш дом не просто будут обсуждать, как самый нарядный, но мы получим заслуженную награду. — Мама подала мне тапочки с ушками. Это мои тапки-кролики. — Просто... Санта-Клаус на крыше? Это уже перебор. А здесь просто вырвать глаза хочется от того, как всё рябит. — Не ворчи, — вмешался отец. — Скай, ты такая красивая... — прошептала рядом Беки, и я только сейчас обратила внимание на её влюблённый взгляд. — Спасибо. — Я перевела взгляд на Алекс, что стояла в метре от нас, принимая тапки с помпонами. — У тебя очень милая семья, — подошла брюнетка ко мне, когда все стали рассасываться из прихожей и набиваться в гостиную. — О да, они тебе не нанесли психологическую травму своими объятиями? — продолжала ворчать я, недовольная таким жарким гостеприимством. — Мне в какой-то момент показалось, что у меня хрустнула шея, но в целом мне понравилось. У нас в семье не принято было обниматься. — А. Тогда если у вас это не принято, то тебе всё здесь покажется странным. Уверена, что это не всё, чем они смогут тебя удивить. — А ты? — наклонилась и спросила она меня на ухо, пока мы продвигались в гостиную. — А что я? Я вообще мало кого могу удивить. Это не передаётся по наследству. — Присаживайтесь, девочки! — воскликнула мама, хлопая на одно свободное место на диване. Я вздохнула. Это место не для меня. Она явно под девочками имела в виду Алекс, потому что на диване, который был окружен со всех сторон, было место только той, кто был в центре внимания. Алекс стояла ко мне вплотную, и когда она оглянулась, почти столкнувшись со мной носом, я покраснела под её взглядом. Она это заметила, потому что с глаз её взгляд прошёлся по моим щекам. И она, вернув его к моим глазам, улыбнулась так, что у меня сладко замерло сердце, а по телу пробежались мурашки. В этом взгляде что-то было. То, что было ещё, когда она была без трусов в моём кабинете. — Алекс, садись, — обратилась к ней мама, хватая её за предплечье и провожая до дивана. — Когда мы поговорим? — спросила меня Беки, когда я пристроилась рядом с камином позади двух кресел, которые стояли напротив дивана, где сидели Рейчел и Майкл. А мама с папой сели по бокам от Алекс на диване. — Не сейчас, — отмахнулась я. — Значит, минут через десять? Я обернулась на неё. Бля, она серьёзно?! Ах да, это Беки. Она серьёзно. — После ужина, — ответила я, понимая, что у меня нет выбора. Мои родители очень простые. Мне кажется, что если бы я привезла к ним домой президента, они бы так же с ним обращались. То есть моя мама бы так же схватила его за плечо, а если пришлось бы, и за щёчки бы подёргала. Всё потому, что они доверяли мне. Моей маме бы и в голову не пришло, что я могла бы привезти домой сноба, которого нельзя обнимать или делать с ним что-то подобное. А я не уверена, что с Алекс можно так делать. Я ведь не делаю! (А хотелось бы, честно говоря). Алекс рассказала моим родителям о том, что её мама и отец живут в Лондоне. Они оставили ей деньги на открытие собственного бизнеса. Алекс потратила год на поиск того, что действительно могло бы ей быть интересно. Её интересовал всегда дизайн и интерьер, дома и их внешний и внутренний вид. Но она не архитектор по образованию и даже не дизайнер. Поэтому ей пришло в голову, что она могла бы заниматься чем-то подобным. Она получила бизнес-образование, и поэтому это единственный компромисс, который она смогла найти с собой. Я подумала, что это очень здорово. Она совмещает то, что умеет, с тем, что ей нравится. Вряд ли мои аналитические познания смогут как-то пересекаться с любовью к музыке. Хотя кто знает... — Кто это такая? — снова обратилась она ко мне, отвлекая от Алекс и от того, что она говорила моим родителям о своей работе. — Моя знакомая, по-моему я это уже говорила. — Насколько знакомая? Скай, я совсем не знаю, как назвать это чувство, но, кажется, я ревную, — заныла она. — Прекрасное чувство. Особенно когда есть к чему, — не выдержала я, желая, чтобы это было правдой. — Есть к чему? — Она подняла голос на тональность выше. — У вас что-то было? — Что-то было. — Я повернулась к ней. — Я не хочу с тобой сейчас говорить. — Прекрасно, — прошипела она. Вот это мне не нравится. Беки хоть и была наивной дурочкой, но ещё она была первоклассной стервой, когда надо. Наверное, это компенсировало её непонимание сарказма и всего риторического. Она просто переключала режим на «сучку», когда чувствовала, что что-то не так. Это было крайне редко, честно. Со времён колледжа она это делала достаточно редко. — Алекс, — громко обратилась к ней Беки. И мне в миг поплохело. — У тебя есть молодой человек? Я просто чуть не пихнула Беки в камин. — Вы знаете, — обратилась она к моим родителям, а точнее к маме, на которую смотрела, — я... я люблю девушек. Тут мои щёки дали о себе знать. Хотя чего я-то так удивляюсь, я и так это знала. Но тем не менее я покраснела. Моя мама сказала что-то типа «ой». В гостиной возникла тишина. А когда все усвоили полученную информацию, снова пришли в движение. Я не знаю, чего Беки добивалась, но... я перебираю за спиной пальцы, ожидая продолжение. — Ну, для нас это не ново. — Мама покосилась на меня. — Хотя когда Скай и Беки сказали о своих отношениях, нам потребовалось время, чтобы принять это. Но, как видишь, всё в порядке и девочки счастливы вместе. — Она улыбнулась и кивнула в нашу сторону.«Девочки не вместе!» — чуть не заорала я, когда Алекс, вскинув брови, повернулась в мою сторону. Зато Беки гордо приподняла подбородок, а на её лице появилась улыбка. Нет, нет и нет. Мы с Беки не вместе, и мы не пара! Но мой рот был закрыт, а Алекс вернула всё внимание к моей маме. Знаете, на секунду мне показалось, что её это взволновало, но только на секунду, потому что Алекс была мила. Это было похоже на что-то типа того, что она удивилась, а потом подумала, что это просто ещё капля информации обо мне, не более. — Я больше не ревную, — шепнула мне Беки. Я фыркнула, но промолчала. Мне абсолютно наплевать, ревнует она или нет. — А девушка у тебя есть? Что-то серьёзное? — продолжала допрос моя мама. — Я... — Алекс вдруг запнулась, а моё сердце на секунду остановилось. Неужели кто-то есть, и она меня обманула? Хотя откуда, если она даже в Рождество одна? — Я свободна. Серьёзные отношения в моём темпе — это неудобно. — О, дорогая, это хорошо, что ты успешная девушка, но не стоит ставить карьеру на первое место. Уверена, что ты счастлива, но как же... Любовь? Мне стало так неловко, что я вмешалась: — Мам, а как же ужин? Тебе не пора на кухню или, может быть, накрывать на стол? — Ох, конечно, совсем забыла. Девочки, вы пока пообщайтесь. Дорогой, пошли, поможешь мне. Родители ушли, а я заметила на лице Майка некое недоумение. Уверена, что он смирится с этим. Не первый раз. Знаете такое поганое чувство, когда оправдываются твои самые худшие ожидания? На самом деле то, что я ожидала... этого не случилось. А просто потому, что до меня никому нет дела. Зато другие мои опасения, которые пришли ко мне в голову, когда мы уже приехали, стали сбываться. Мне кажется, мои родители влюбились в мою спутницу (чуть не подумала в мою девушку), хотя я их понимаю. Если бы не первое впечатление, которое у меня сложилось об Алекс (и не второе), я бы тоже в неё влюбилась. Хотя кого я пытаюсь обмануть, я же уже...