Глава 1. Тень грядущего

Прямо над ухом раздался свист. С глухим звуком острое лезвие вошло в податливое дерево, пронзая его насквозь. Несколько локонов пролетели прямо перед лицом, отделяясь от основной массы. Давно хотела остричь надоедливую копну, так как никогда не понимала, зачем нужны настолько длинные волосы.

Окружающие замерли. Казалось, что можно было услышать звук воды, капающей с крыши. Вчера лил дождь, из-за чего на улице стало довольно прохладно.

Плечи едва заметно вздрогнули, когда с мочки уха скатилась холодная капля. Она слишком медленно потекла по шее, впитываясь в темную рубашку. Но эту жалкую тряпку было совершенно не жалко. От прежней роскоши остались лишь обычные лохмотья. Ну и черт с ней.

На лице расцвела ехидная усмешка. Повернула голову влево, внимательно глядя на перекошенное лицо мужчины.

-Капитан Ирвис,- быстрым движением смахнула очередную каплю крови.- Прицеливаться нужно было ниже и левее. Не хотите постоять на этом месте, а я продемонстрирую свои слова?

Со всех сторон послышался гул. Горожане заливисто свистели, призывая нас продолжить бесплатное представление. Вопросительно посмотрела на соперника, протягивая окровавленную руку вперед. Чуть отодвинулась в сторону, вынимая нож из хряща. Ухо отозвалось резкой вспышкой боли, но я не обратила на нее совершенно никакого внимания, все так же вызывающе глядя на мужчину в синей форме.

Ирвис выглядел достаточно раздраженным. Его тонкие губы превратились в тонкую линию, отчего шрамы, пересекающие щеку мужчины, странно искривились. Капитан нервно поправил темные волосы и скосил на меня

-Да проваливай уже,- военный отвернулся, вырвав из чьих-то рук стакан с сидром.- Пока не прирезал тебя.

-Ну что вы,- шутливо поклонилась, сопровождаемая разочарованными вздохами зрителей.- Разве можно? Кто же тогда будет выполнять роль вашей живой мишени?

Но Ирвис совершенно перестал обращать внимание на надоедливую собеседницу, опрокинув в себя еще один стакан алкоголя. Еще раз присела в шутливом реверансе, который совершенно нелепо смотрелся из-за брюк, и быстро растворилась в образовавшейся толпе.

Радостное возбуждение все не покидало меня, особенно когда бросила последний взгляд на круглую мишень, из которой все еще торчала рукоять ножа.

Перед лицом промелькнули длинные светлые волосы, окутав ароматом корицы и яблок. А после затылок обожгло острой болью. Зажмурила глаза, потирая ушибленное место. Она опять ударила меня о голове. Подумать только! Дыхание на секунду перехватило от возмущения, а руки всплеснулись вверх. И этим только открыла место для следующего удара...

-Совсем с ума сошла?- успела остановить следующий удар, перехватив руку нападающей.- Опять пристала к этому военному? Да еще и получила. Думаешь, матушка будет довольна?

Лира непроизвольно поправила ремешок сумки, висящей на плече. Она снова ходила в лавку за лекарствами? Но что на этот раз? Никогда не считала себя злой, но жители нашего города уже давно ошивались около нашего порога. Сестра не могла отказать человеку, который был при смерти. А в таком состоянии считались все: от ушибленного колена до самого опасного заболевания. Разве можно вести в дом людей, которые переносят смертельные болячки? Почему сестра не боялась заразить нас? Тем более, что здоровье мамы и так не из лучших.

-Да все нормально,- обняла блондинку за плечи, утягивая к одной из лавок. Она лишь недовольно закатила голубые глаза, подхватывая подол простого платья, чтобы тот не путался под ногами.- Всего лишь царапина. Ирвис не согласился потренировать меня. А если никто не научит даже обороняться, как стану великим воином?

Возмущенно прошипела, когда на затылок вновь опустилась тяжелая рука. Несмотря на то, что Лира выглядела как кукла, хватка у нее была сильная. Даже в детстве она совершенно не давала мне расслабиться. Девушка в полной мере жила в роли старшей сестры, пусть и родилась всего на два года раньше.

-Точно спятила,- девушка опустилась на лавку, устало вздыхая.- Мама ни за что не позволит тебе пойти в армию. Особенно учитывая то, что отношения между Кайтерис и Ризверис вновь стали довольно натянутыми...

Голос девушки замер, когда моя рука опустилась на ее макушку. Привычным движением потрепала Лиру по голове, будто несмышленого ребенка. Почему сестра не могла понять, что я хотела пойти в армию именно из-за грядущей войны? Просто не смогла бы увидеть, как погибают дорогие люди...

-Поедем на море?- я прервала давящее молчание, отвлекаясь от страшных мыслей. Откинулась на холодную стену и внимательно посмотрела на голубое небо. - Этим летом мы еще успеем побывать там. Возьмем маму и хорошенько отдохнем до следующего сезона...

-Не валяй дурака,- собеседница резко поднялась с места, сверкая стальными глазами.- Как ты представляешь себе это? Привяжешь мамино кресло к лошади? Она не сможет удержаться в седле, даже если привяжешь к нему. Не порть настроение ни нам, ни себе. Если хочешь, езжай одна. Но я не позволю издеваться над матерью.

Лира в последний раз посмотрела на меня, но взгляд ее выглядел рассеянным. Он всегда становился таким, когда речь заходила о травме матери. Но почему сестра не хочет даже попробовать что-то изменить? Почему навсегда осталась в своей ракушке, боясь окружающего мира?

-Подожди!- окликнула блондинку, изо всех сил стараясь нагнать ее.- Не злись. Просто...

Сестра лишь коротко кивнула, когда слова перестали срываться с губ. Я просто не знала, что нужно было сказать дальше. Не смогла ничего придумать...

Дальнейшая дорога до дома прошла в молчании. Лира перестала обращать на меня какое-либо внимание, быстро виляя в толпе. Она выглядела довольно органично в этой обстановке, будто была рождена именно для этого.

Не успела опомниться, как оказалась прямо перед дверьми родного дома. Лира быстро открыла замысловатый замок, который в свое время разработала наша мама. Он представлял собой своеобразную головоломку. Множество шестеренок должны были сложиться в единую. А это не так просто, как казалось на первый взгляд.

-Здравствуй, мама,- приседаю в неглубоком реверансе, низко склонив голову вниз.

Руки, сжимающие ткань брюк, слегка подрагивали, когда осознавала всю странность своего вида. Темные волосы окончательно растрепались, поэтому полностью скрыли пылающее лицо. Хоть в чем-то от них была польза.

Спустя несколько минут нахождения в подобном положении, ноги начали дрожать, а спина затекла. Едва заметно подняла голову вверх, следя за реакцией матери. Ее лицо казалось холодной маской, и ничего не выражало ни капли лишних эмоций. Вот только в стальных глазах, совсем как у Лиры, сверкали настоящие молнии. Дыхание на секунду перехватило, а в горле застрял липкий ком. Едва сглотнула его, уже зная, что будет дальше.

-Подойди,- мама приглашающе махнула рукой, поправляя белоснежные волосы, выбившиеся из затейливой косы.

Бросила косой взгляд на сестру, которая отчаянно делала вид, что озабочена перебиранием лекарственных растений. Почему-то Лира не любила использовать уже готовые сыворотки, отдавая предпочтение собственноручно приготовленному лекарству. Но когда она успела обо всем рассказать маме? Сестра же зашла ненамного раньше меня.

Сделала лишь несколько шагов, а после ноги будто приросли к полу. Наклонила голову еще ниже, будто надеясь, что это сможет спрятать меня от гнева матушки.

-Немедленно иди сюда, демонова девчонка!- терпение родительницы лопнуло, а руки рассерженно ударили по подлокотникам кресла.- Я задам тебе хорошую трепку! Да так, чтобы больше не осталось сил приставать к военным. Сколько можно повторять, что нельзя провоцировать их? Ты хоть понимаешь, в каком возрасте их учат убивать?

Все тело мамы дрожало от гнева, а пальцы рук то сжимались, то разжимались. Она подавляла своей необычайно сильной аурой, которая приковывала к месту. И на все это ничуть не влиял тот факт, что ноги женщины безвольно висели вдоль кресла.

Под глазами мамы залегли глубокие тени, явно говорившие об ее усталости. Наверняка снова допоздна вырезала деревянные фигурки. Даже несмотря на свое положение, она старалась хоть как-то заработать, чтобы помочь нам с сестрой. Денег, которые получали я и Лира, вполне хватало, чтобы обеспечить нашу семью, но это никого не заботило.

Уголки губ дрогнули, но поймав гневный взор матушки, всеми силами попыталась скрыть это. В мгновение ока подбежала к разъяренной родительнице, крепко обнимая ее за плечи. Глубже зарылась лицом в шелковистые волосы, полностью окунаясь в аромат деревянной щепки. Довольно необычный запах, но он окружал с самого детства. Сколько себя помню, мама всегда мастерила различные фигурки. Это и неудивительно, учитывая прежний вид деятельности. В данной ситуации радовало лишь одно. Если она начала ругаться, значит, сменила гнев на милость. Пронесло.

Каждая мышца тела расслабилась, а пальцы еще сильнее впились в тонкую ткань простого серого платья. Мама никогда не любила вычурные наряды, а после войны это и не имело большого смысла.

-Но мое мнение по поводу армии никогда не изменится,- пальцы матери сжали плечи, а уха коснулось жаркое дыхание.- Никогда.

Мама вздрогнула всем телом, когда я начала осторожно отстраняться. Колющие волны злобы вновь начали подниматься внутри. Пусть, и отлично понимала, что мама не желает мне плохого, но никак не могла принять это. Почему она просто не поддержит своего ребенка? Разве так сложно переступить через собственную гордость и хотя бы раз сказать, что дорожит мной и поддержит в любой ситуации?

Да, война произвела на маму неизгладимое ощущение. Даже представить не могла, что ей пришлось пережить, сражаясь на передовой. Матушка никогда не рассказывала об этом периоде своей биографии. Мы с сестрой точно знали лишь несколько одно: именно во время этого сражения она и потеряла возможность ходить. Это было странно. Особенно учитывая то, что она никогда не убивала людей. Матушка всю свою жизнь занималась изготовлением новых видов оружия и подобных вещей. Но что она тогда делала на передовой? Вопросов гораздо больше чем ответов.

Глаза защипало, но я не дала соленым каплям скатиться по щекам. Пускай думают что хотят, но ни за что не откажусь от своей мечты. Даже если ради этого придется навсегда покинуть родной дом.

-Прошу меня простить,- пыталась придать голосу как можно больше равнодушия, совершенно не обращая внимания на реакцию сестры.- Но, пожалуй, я поднимусь наверх. Нужно отдохнуть после тяжелого дня.

Сжала руки вместе, высоко подняв подбородок вверх. Взгляд невольно прокатился по старым деревянным стенам, которые потрескались от времени. И неудивительно, учитывая то, что этот дом строился еще при моем прадедушке.

Мои шаги грохотом отозвались в тишине, но это никого не смутило. Мама вновь нацепила на лицо скучающую маску, внимательно изучая разноцветные ромбики на потолке. Помню, как затекли руки, когда она заставила приклеивать наверх эти стеклышки.

Раз ступенька... Два ступенька...

-Пошли поговорим,- сестра практически потащила за собой, заставляя подняться наверх.

Несколько раз дернула рукой, пытаясь вырвать ее из хватки, но это было бесполезно. Ну и черт с ней. Пусть говорит что хочет. Пусть вновь ругает меня за грубое поведение. Каждую подобную тираду слышала уже не один раз.

-Как ты можешь так говорить с женщиной, которая вырастила тебя?- меня грубо швырнули в сторону кровати, отчего ноги немного ударились о деревянную поверхность.

Но эти слова не возымели никакого успеха. Я лишь устало откинулась на кровать, закрывая глаза. Разве нельзя просто отдать жизнь в руки того, кто ее проживает? Почему нужно раз за разом заставлять меня делать то, чего не хочу и запрещать то, что желаю всем сердцем?

-Ты вообще слышишь меня?- от двери вновь раздался возмущенный крик.- Ну и черт с тобой!

Вслед за яростным криком сестры, раздался звук закрываемой двери. Казалось, что она вот-вот слетит с петель и рухнет на пол. Жалобный треск показывал все недовольство Лиры. С потолка упало несколько кусков побелки.

Закрыла глаза руками, все больше погружаясь в себя. Может мне действительно нужно всего лишь отдохнуть? Это помогало... Всегда помогало...

***

-Прекрати!- полный боли крик вырвал из цепких лап сна, заставляя подпрыгнуть на месте.- Мама, прошу тебя, не надо!

Следом за криком раздался странный звук, который пробрал до мурашек. Какого черта здесь происходит? Сердце начало учащенно биться, а мысли метались из стороны в сторону.

Повсюду был непонятный темно-зеленый туман, немного мешающий разглядеть то, что находилось далеко. Что вообще происходит? Осторожно опустила одну руку вниз, кончиками пальцев проведя по верхним слоям. Руки слегка кольнуло, будто небольшая молния прошлась по всему телу. Мгновенно отдернула ладонь и внимательно посмотрела на нее. Подушечки пальцев слегка почернели, будто их действительно коснулась чистая энергия. Рваным движением обтерла руку о темную простынь, пытаясь стереть странный оттенок.

-Мама!- очередной душераздирающий вопль на секунду сковал. Да возьми же ты себя в руки, жалкая тряпка.

В мгновение ока оказалась возле двери, на секунду замерев возле нее. Пальцы слегка дрогнули, когда волнение взяло верх. Рвано выдохнула, а после дверь с грохотом отлетела в стену, роняя на пол деревянную стружку.

Ноги сами понесли вниз, не издав ни единого звука. Удивительно, ведь ступеньки очень часто скрипели от любого давления. В горле встал ком, а на виски будто что-то давило.

Туман с каждым шагом становился все гуще и иногда мешал полноценно вздохнуть.

Снизу вновь что-то всхлипнуло. И вот я увидела, что происходило на самом деле. Непроизвольно сделала шаг назад, когда дошло весь тот ужас, который творился на первом этаже дома.

На полу возле ступенек лежала Лира. Платье сестры в нескольких местах было порвано, а концы ткани окрасились в красный. Волосы в нескольких местах будто неаккуратно обрезали. Сестра практически ползла назад, пытаясь отодвинуться как можно дальше от той, кто, судя по всему, и был причиной всего этого.

Мама уверенно держала в руках кухонный нож. С серебряного кончика капали алые капли, отпечатываясь на деревянном полу. Ее глаза будто лишились всех чувств. На подоле серого платья виднелись алые брызги. Но самым удивительным было немного другое. Мама уверенно стояла на ногах...

-Что здесь происходит?- сбежала вниз, перехватив тонкое запястье, заставляя выронить нож.- Лира, ты в порядке?

Сестра лишь коротко кивнула, отползая как можно дальше. В ее глазах уже не читался тот животный ужас, который таился там несколько секунд назад. Все же блондинка очень быстро брала себя в руки, подстраиваясь под ситуацию.

Еще с большей силой сжала запястье матери, но она не сделала не единого движения. Все тело женщины так и замерло, с поднятой вверх рукой. Пустой взгляд все еще прожигал дыру в том месте, где только что лежала Лира. Слегка ослабила хватку, внимательно следя за реакцией. Но ее не последовало. Хорошо. Значит, что в данный момент она не представляет опасности.

Сделала несколько шагов назад, но мама так и осталась в прежнем положении. Даже поднятая вверх рука не сдвинулась ни на миллиметр. Медленно оборачиваюсь назад, пытаясь помочь Лире подняться. Будто в замедленной съемке протянула почерневшие кончики пальцев вперед, задевая руками странный туман. Неведомые силы заскользили по легким потокам. В голове стало очень тихо и спокойно, несмотря на хаос, творящийся вокруг. А после мир окрасился красным.

Сестра испуганно всхлипнула, непроизвольно отодвигаясь еще дальше. Из горла вырвался странный хрип, но вместо слов вырвалась лишь липкая жидкость. Алые капли упали на пол, смешиваясь с кровью сестры. Дыхание перехватило, когда увидела нож, торчащий из тела. По телу сначала прокатилась волна жара, а после наступил холод. Изморозь покрыла каждый миллиметр кожи, не давая свободно двигаться. Легкие наполнились странной жидкостью, которая вырывалась наружу при каждом вздохе.

Колени подкосились, а пол слишком быстро оказался рядом. Каждое движение сопровождалось ударами сердца. Казалось, что оно скоро совсем перестанет биться. Неужели я умру именно сейчас?

Тело стало походить на шарик. Казалось, что оно вот-вот лопнет. Я уже не почувствовала удара о холодный пол. Не ощутила боли, когда мама наступила на ребра. Послышался треск. Из горла вырвался судорожный кашель, а кровь с новой силой хлынула наружу. Сквозь белую пелену заметила, как одержимая медленно подходила к Лире. Женщина, которая только что пронзила мое тело ножом, уже не была моей матерью. Это было нечто другое. Сестра будто приросла к месту, лишь испуганно сверкая глазами, цвета грозового неба.

Не знаю, как заметила, в какой именно момент в руках седой женщины оказался еще один нож. Он будто возник прямо из воздуха. Мои пальцы судорожно сжались, цепляясь за выступы досок. Из последних сил ползу к ступенькам, стараясь полностью абстрагироваться от нестерпимой боли.

-Мама,- шепот сестры был едва слышен, а после раздался крик.

Он пробирал до мурашек. Он полностью блокировал все чувства и эмоции кроме одного единственного желания: как можно быстрее скрыться. Я впервые слышала подобный звук. Сознание то ускользало, то вновь возвращало в реальность. Будто яркие вспышки.

Зажмурила глаза, пытаясь унять головную боль. Нужно справиться. Не время жалеть себя или думать о том, что здесь происходит. Все тело свело судорогой, когда попыталась подняться на ноги. В легких что-то булькнуло, а кровь снова запачкала рубашку.

-Лира,- хрип более походил на нечленораздельный звук.

Туман вновь сгустился вокруг. Но в этот раз он совершенно не мешал, а будто помогал подняться вверх. Темно-зеленый воздух с бешеной силой закружился возле моего тела. Боль понемногу стала отступать на задний план, мышцы расслабились.

Быстро вырвала из тела нож, мешающий двигаться. Но совершенно не ощутила боли. Странный туман будто проник внутрь, мешая ясно мыслить. А дальше все было вспышками.

Помню, как медленно поднялась по ступенькам, вслушиваясь в скрип каждой. Помню, как крепче сжала рукоять ножа, взвешивая его в руке. Помню, как замерла за спиной матери, не обращая внимания на сестру, из груди которой торчало оружие. А после была лишь кровь.

Она хлынула прямо из ровного надреза на шее женщины. Алая жидкость брызгами разлетелась в разные стороны, попадая в лицо и на одежду. Слизнула соленую каплю, оказавшуюся на губах.

А после наступила тьма. Ноги ослабли, а тело вновь вернулось в прежнее состояние. Голова раскололась на мельчайшие кусочки. Окровавленное оружие со звоном выпало из моих пальцев, с грохотом падая по старым ступенькам.

А я до последнего продолжала смотреть на собственные руки, только что убившие собственную мать...