33

Запись номер 4.

Это снова моя последняя запись здесь, на базе. Надеюсь, что я уже никогда сюда не вернусь. Кажется, будто здесь прошла вся моя жизнь: на этой базе, в маленькой серой комнате без окон. Вот моя кровать, один шкаф и стол с маленьким компьютером, на который я все записывала.

Вам кажется, что я странно говорю? И наверняка, что странно выгляжу. Я даже не знаю, с кем я сейчас разговариваю. Дело все в том, что предположительным, но весьма вероятным местом нахождения Источника является, смешно сказать, город Санкт-Петербург. Россия. И да, получается, что мы возвращаемся домой.

Как символично. Кевин выбрал отличное место: хороший, исторический город, который будет эпицентром всего самого плохого, что он там для всех приготовил.

КНДР действительно выпустило ракету по Лос-Анджелесу. США в ответ послало в КНДР свои войска. В Европе идут переговоры по объединению вооруженных войск, а Россия готовит ядерные боеголовки на случай необходимости ответных мер. США попросило Россию помочь в борьбе с КНДР и их актом «чрезвычайной и необоснованной агрессии». Наша страна пока не отвечает – это все, что есть на данный момент. Я только слышала, что внутри страны назревает какое-то гражданское сопротивление. В Москве люди выходили с плакатами: «Не дадим Америке погубить себя» и «Так им и надо». Странные, они какие-то это люди: если представить, сколько семей погибло в Лос-Анджелесе, а потом встать на место американцев: мы бы чувствовали то же самое. И мы бы хотели, чтобы нам помогли защититься от военной угрозы. Но мы слепы: ровняем друг к другу политиков, которые принимают решения, и простых людей, отличающихся от нас только историей и языком, на котором они говорят.

Хотя нет, я уверена, что на улицы выходят лишь отдельные личности, которые могут этого не понимать. Но в России много хороших людей, которые не хотят войны на своей территории, хотя...им все равно, что происходит за пределами их домов. И я не виню их: я была точно такой же. И не встреть бы я отряд, я бы никогда не стала другой: я бы также смотрела телевизор, считая, что Америка наш «враг номер один», и мы ни за что не должны ей помогать. А сколько смешных видео было по этому поводу в Интернете: тут только самый упрямый осел будет иметь свое собственное мнение.

Кажется, что я слишком много говорю. Мне давно пора собираться. Я не знаю, увидит ли кто-то это видео когда-нибудь или же вся информация о нашем отряде будет засекречена. Я лишь хочу сказать: мы делали все, что могли, чтобы защитить людей, помочь им. И мне жаль, что я появилась в отряде так поздно, что мы не понимали про энергию столько, сколько понимаем сейчас. И я убеждена, что тьма – это не порождение зла, это такая же сила: не хорошая, и не плохая – она просто есть, есть в каждом из нас. И только мы определяем, что в нас преобладает. И никто не вправе судить нас, кроме нас самих.

Я все также хочу поговорить с Кевином. Я не дам ему выпустить энергию: я должна убедить его, что у человечества есть шанс все исправить. Ведь никто не идеален. В том числе и Кевин.

Алиса смотрела, как взрывчатку и оружие загружают в самолет. Она прикусывала губу, потому что, еще раз все обдумав, снова пришла к выводу, что убивать Кевина нельзя. Ей было страшно за то, что происходит в мире. Ничего уже не будет как раньше, даже если Кевин не станет выпускать энергию, все равно страны будут вести друг с другом войну. Может быть, и не будут. Как ужасно, когда ты не можешь заглянуть в будущее, от того то ты никогда не знаешь, правильно ты поступаешь или нет. Другая половина Алисы, которая искренне хотела отмщения, представляла свои аргументы, довольно весомые, чтобы брать их во внимание. Но ее душа (даже после всего того, что сделали посланники) все равно была милосердной.

Самолет уже взлетел по направлению в Санкт-Петербург, а она ругала себя и жалела одновременно. Она ни с кем не разговаривала: настолько глубоко погрузилась в свои размышления. Алисе начало казаться, что она совершенно запуталась во всем. Хотелось просто опустить руки и больше ни о чем не думать. Вернуться к своей прежней жизни и дожить хотя бы сколько-то времени в спокойствии и мире.

Она решила немного переключиться со своих мыслей и посмотреть в интернете новости. Акции протеста начали проходить и в Санкт-Петербурге. В стране и так давно назревали противоречия и проблемы, но теперь казалось, что весь мыльный пузырь в раз взорвался. Кто-то активно предлагал объединиться в армию, чтобы защитить Родину-мать, а кто-то предлагал сначала поменять власть. В дополнение к внутреннему волнению кто-то пустил слух, что КНДР собирается запустить еще одну ракету, теперь уже в Россию. США почему-то обвинили Россию в том, что она осуществляла и осуществляет поставку оружия в КНДР. В общем, в городе все было неспокойно.

- Алиса, можно с тобой поговорить? – спросил Джейсон, подойдя ко мне.

- Конечно.

- Не думаю, что аэропорт примет нас сейчас.

- Что? А где же мы сядем?

- Я договорился с пилотом: у него есть кое-какие подвижки, но в самом городе напряженная обстановка: проверяют документы как при розыске террористов. Говорят, что будут вводить режим военного положения.

- Но...почему?

- Откуда мы теперь знаем, Алиса. У властей есть информация, они и принимают решение.

- Думаешь, мы вступаем в войну?

- Думаю, что она уже давно началась, - ответил Джейсон, смотря через окно иллюминатора.

- Мне жаль, - произнес он, смотря на облака.

- Никогда не думала, что буду жить в такое время. Знаешь, уже практически никто не вспоминает вторую мировую войну: дети в школах даже даты не знают. Ветераны говорили, что мы должны быть благодарны за мирное небо над головой. Я, как и все, принимала их слова, как должное, не задумываясь, что в один момент все может резко измениться.

Я смотрю на это со стороны, и понимаю, что Кевин многое сказал правильно. И уж точно он не виноват в том, что какие-то люди принимают те или иные решения. Не он виноват в том, что стало с нами, что стало с людьми. А мы летим убивать его за то, что он собирается сделать. То есть, мы ничего не исправим, а лишь отправляемся туда, чтобы предотвратить худшее, что может случиться. И никто не вспомнит о нас, если нам удастся это сделать: люди даже не заметят разницы.

- Может быть, мы сами будем помнить, - произнес Джейсон, - этого достаточно.

Алиса кивнула, улыбнувшись, но сердце ее разрывалось от досады и боли, а также осознания того, что мирного неба уже не будет. Это точно. Они действительно на пороге мировой войны, которая, по всей видимости, должна уничтожить все человечество, чтобы начать новый цикл жизни.

Вдруг Алиса засмеялась. Она вдруг кое-что поняла, не в силах противиться смеху.

- Что такое? – удивленно спросил Джейсон.

- Да это так. Просто я подумала, что динозавры когда-то населяли планету, а потом - бум! - метеорит очистил планету от зла. Думаешь, они стали настолько плохими, что тьма перевесила свет?

Алиса смеялась, понимая абсурдность собственных слов, но не могла успокоиться. Джейсон почесал затылок.

- Никогда об этом не думал. Но раз уж на то пошло, то похоже, что и наш цикл подходит к концу. Просто сейчас мы знаем, что за силы действуют на начало и конец цикла; даже можем научно объяснить существование данной энергии. А раньше это все списывали на проведение господне и космическую неудачу, - сказав это, он улыбнулся, - Алекс бы ругал меня за то, что я ударился в философские размышления.

- Это нормально, - ответила Алиса, - я тоже люблю рассуждать. И искать во всем логику, но с нашей работой это трудно. Мы видели то, что не поддается логике, но существует вне зависимости от нас. Ты говорил с Эшли?

Джейсон покачал головой.

- Ее лучше сейчас не трогать.

- Я видела ее глаза на базе. В них было столько ненависти.

- Ее можно понять. Кстати, я хотел спросить у тебя кое-что.

Алиса повернулась к нему, приготовившись слушать, и тут она заметила, что Джейсон – образец мужественности, стойкости и спокойствия - даже сглотнул слюну прежде, чем говорить.

- Там в кафе Кевин остановил Мелани. Он сказал, что он делает это, потому что я тебе нравлюсь.

- Ну, конечно! Ты мне нравишься...как командир и все такое. По-моему я уже говорила тебе, что очень сильно тебя уважаю и доверяю тебе.

- Да, - кивнул Джейсон, - понятно. Слушай, я хотел отблагодарить тебя за это. Ты спасла мне жизнь.

- А у нас есть что-нибудь поесть? – спросила Алиса, как ни в чем не бывало.

- Кажется, есть кукуруза и сэндвичи, - ответил Джейсон, слегка удивленный вопросом.

- Отлично. Умираю с голода.