Билет № 11

" Ты отправишься в командировку," - отдавалось эхом в подсознании.

Глаза с трудом приоткрылись. На лбу выступили капли пота. Влажная от озноба футболка прилипла к спине. Хрупкое тело горело, а разум задыхался в липком плену тревог.

Скованная цепями кошмара, Кэролайн часто дышала. Перед глазами густым туманом стелились ведения: над ней склонилась бригада врачей, каждый взгляд - ледяной скальпель, рассекающий душу.

- Это просто сон. Просто кошмар, - повторяла слова словно мантру, боясь в них не поверить.

И не верила. Дрожащими от страха руками задрала на себе одежду - сбросить последние капли сомнений. Они убивали живьем. Глаза налились густыми слезами. И от этого Кэролайн не заметила два маленьких шрама по бокам в самом низу живота, что зажили за короткий срок благодаря нужным препаратам. Она долго находилась в бессознательном состоянии, всё из-за постоянных доз снотворного.

"Это всего лишь сон", - продолжала успокаивать себя, прикрыв глаза, с них упали первые слезы.

Запах хлора отсутствовал - не хирургия. Нет грязи, пыли в воздухе - не подвал.

Пленница проморгалась. Плач не стихал. Она натянула на себя тонкое одеяло, под которым и очнулась здесь, до самого носа. От постельного белья веяло едва уловимым ароматом горной лаванды. Только сейчас она уловила этот аромат, что словно пытался ее успокоить, притупить чувство страха. Страх внутри настолько приелся, перенасытил разум, что Кэрри уже и не понимала, насколько она сейчас напугана.

Или страх стал частью ее жизни и превратился в норму каждодневных ощущений.

Находясь, как оказалось, в просторной комнате, обставленной по минимуму, но с неким уютом, было трудно поверить, что тут живут обычные люди, а не изверги, что ее похитили.

Бесконечный вопрос в голове не стихал: где она?

Послышался шум. Кэролайн повернулась и заметила немного приоткрытое окно. И хотелось бы рвануть к нему, как услышала мужские голоса за стенами этой комнаты. Здесь явно есть охрана.

Женское тело задрожало в плаче. Это плач бессилия. Истощенная морально, она дала волю горестным слезам. Соленые дорожки полились рекой по бледным щекам и кожи ладоней, что прикрывали лицо. Надежда на лучшее смывалась с каждым тихим всхлипом, с каждой соленой слезой, что омывали темную радужку и черные короткие ресницы.

Женские безнадежные, теперь беззвучные слезы смывали пыль с памяти. Весь пережитый ужас воскрес и раздался эхом крика в воспоминаниях.

Запах крови.

Тихие чужие слова о помощи.

Звук скальпеля, что рассекал человеческую плоть.

Звон открывающихся железных контейнеров готов был пробудить бесконечный приступ паники.

Жуткое прожитое тянуло свои щупальцы в настоящее. Кэрри помнила свой душераздирающий вопль, от которого саднило в горле.

Скованное ремнями тело.

Укол в вену.

И понимание: с ней могли сделать что угодно, но оставили в живых как игрушку, которую забыли убрать в коробку.

Все было явью.

Не кошмарным сном.

Зачем и почему она здесь? А не в той горе трупов, что валялись на каталках.

В комнате тишина. Немые слезы стекали с глаз по вискам, щекоча мочки ушей и шею. Кэролайн лежала лицом в потолок. И прикусив нижнюю губу, пыталась не рыдать в три ручья.

Стоит ли благодарить судьбу, что она сейчас еще жива?

Лежа на спине, не меняя позы, выжатая полностью как лимон, она начала перебирать в памяти все дни, вспоминая, когда в последний раз она так слишком мокро плакала.

- Я не попала на твои похороны, Оливер Линч... Но я плакала... - прошептала сухими потрескавшимися губами все тот же потолок.

Он показался ей не совсем белым, а цветом слоновой кости. Она только сейчас могла нормально разглядеть комнату. Свет отсутствовал, но пришел рассвет, и первые скупые лучи забрались на стены, попадая в щель приоткрытого маленького квадратного окна.

- Оливер, Оливер...

Слезы на лице почти высохли, неприятно стянув кожу. Сил осталось только на глубокое дыхание.

"Может, именно в этом и заключается предназначение человека? Вечно биться в постоянном поиске смысла во всем? Так же беспощадно, как рыба на берегу? Но я не рыба. И непонятно где. И есть ли смысл во всем этом? Что есть смысл? Что есть смысл в моей ситуации?"

Ее родной дед учил в любой ситуации не подкармливать панику, а лучше сразу пресекать все попытки ее роста внутри себя.

"Оливер Линч... Ты не любил, когда я называла тебя дедушкой"

Она прикрыла веки и вспоминая себя, еще не знавшую жизнь с дырками в сюжете. Вэнс вспомнила, как первый шов судьбы дал трещину, что носит ее душа:

"- Деда...

- Повторяю сотый раз, Кэролайн, не зови меня так.

По его взгляду Кэрри поняла, что спорить бесполезно. Оливер Линч стряхнул со своего мундира невидимую пыль и завел автомобиль.

- Ты снова надела эти каблуки? - покосился на внучку строгим недовольным взглядом.

- Де... - Кэролайн запнулась, - разве это каблук?

- Сколько сантиметров?

Кэрол хотела бы закатить глаза, но задумчивый взгляд не отрывался от дороги, смотря перед собой в лобовое стекло. И она уже совсем забыла про вопрос, когда заметила: на их полосу выскочил грузовик. Он двигался прямо на них, лоб в лоб.

Сердце Кэролайн забилось бешеной птицей. В салоне раздался женский крик, вперемежку с громкой мольбой свернуть с дороги.

Тонкие женские пальцы со всей силы вцепились в ремень безопасности. Кулаки побелели от напряжения. Голос охрип за какие-то считаные секунды крика.

Оливер Линч вывернул руль, пытаясь уйти от столкновения. И в этот самый момент их настиг удар. Грузовая машина врезалась в водительскую сторону. Ремень безопасности, будто удавка, впился в плечо девушки, сжимая грудь. Сознание затуманила пелена страха. Трудно отличить реальность от кошмара.

Снова удар.

Куски стекла посыпались на Кэролайн, возвращая из темноты созданной сознанием. Это в покореженную грузовиком машину Оливера врезался другой автомобиль, что ехал позади них.

Мир сузился и разорвался на части. Паника прониклась в каждый нервный узелок. Вэнс пыталась за что-то уцепиться, но руки были бессильны. Глухая тишина пришла и осталась с ней надолго."

***

В воздухе витал резкий запах дезинфекции. Ей казалось, что время застыло, а ее тело превратилось в безжизненную куклу, которую все же оживили.

Она долго пребывала среди белизны больничных стен, и ожидания очередных процедур. Дни слились в одну неразличимую массу. Словно застряла во временной петле, из которой невозможно выбраться.

Микаэль Бэнсон оплатил восстановление и взял на себя материальные расходы. В связи с похоронами ее деда, за организацию похоронной процессии занялся его дядя Аим Бенсон. Он был лучшим другом погибшего Оливера.

Кэролайн восстанавливалась, зная, что Оливер погиб во время аварии, до приезда врачей.

Она часто слышала его голос в своих сновидениях, с трудом свыклась с мыслью, что его больше нет. И окончательно убедилась в этом, когда ее реабилитация подошла к концу, стоя над свежей могилой Оливера Линча.

Тогда по лицу Кэрри скатилась всего одна слеза. В глазах засела грусть с оттенком тяжелой потери. И тогда сама себе позволила наплакаться. Намного позже. Когда солнце закатилось за горизонт и прошлось закатными лучами сквозь окно подъезда, по придверному коврику с надписью: "Не добро пожаловать. Ваш Оливер".

Кэрри, вернувшись домой с кладбища, встретилась со своим одиночеством, сидя за круглым обеденным столом, держа осанку ровно. Громкое тиканье настенных старинных часов, висевшие живописные картины, антикварные статуэтки на полках давили. Все вмиг стало тут чужим без дедушки Оливера.

Вэнс сидела не меняя места и позы целый час. За это время она пыталась переварить и осознать все случившееся и позволила себе выпустить скорбь и тоску через слезы по своему единственному родственнику, что действительно стал родным.

Оливер Линч оберегал и опекал свою родную внучку, как родную погибшую дочь. Кэролайн - это все, что у него осталось после смерти дочери.

После той аварии Вэнс осталась совсем одна. У нее не было даже друзей. С таким-то суровым человеком, заменившего ей родителей, наверное, и не могло быть иначе. Оливер Линч учил никому не доверять. Контролировал каждое передвижение. Может поэтому Оливер Линч и нашел ей сам работу у Бенсона?

А что бы сказал Оливер, если бы жизнь предоставила ему возможность узнать, чем закончится очередная командировка для Кэрри?

"Меня никто не ищет..."

Из соседей Кэролайн общалась только с девушкой Брендой. Та была ее ровесницей, все бы ничего, но она часто баловалась запрещенными веществами. Но как раз она и нашла Кэрри без сознания в один поздний вечер, когда грабитель напал на девушку, подарив не только пустой кошелек, но и сотрясение мозга. Вэнс не думала, что с ней что-то серьезное. Всего лишь сотрясение... Удар по голове, повлекший изменение ее поведения? Личности? Спустя месяц ей нужно было прийти на очередное обследование, но она решила этого не делать, пытаясь ужиться со своими приступами забывчивости.

После ограбления Кэролайн приобрела, то, что часто мешало жить - ухудшение памяти.

Она надеялась: организм справится, и все когда-никогда вернется в норму. Этим успокаивала сама себя, практически каждый день, шагая на работу и одновременно пытаясь отыскать мобильник в своей сумочке, хотя чего там только не было, но не мобильника, который она часто забывала в кафетерии. И наверное как обычно, уже знакомый бариста убрал телефон в безопасное место, ожидая, когда брюнетка Вэнс опомнится и вновь вернется за своей оставленной вещью.

Бармена все звали Раф. Это она хорошо запомнила. Но было туго с некоторыми повседневными действиями. А выключила ли свет в туалете? Закрыла ли дверь на ключ? А сам ключ на месте или нет? - забывала, даже если это и сделала. Просто не помнила и возвращалась, чтобы убедиться.

Эти ситуации выматывали, словно данные кусочки из памяти самовольно вырывались, испепелялись и приходилось на их место штопать заплатки, делая одно и то же по несколько раз на дню.

Вернуться за мобильником в кафе - раз заплатка.

Вернуться проверить, закрыта ли квартира на ключ - два заплатка.

И снова вернуться в дом проверить выключила ли утюг - очередная заплатка в ее памяти.

И посередине этой цепочки действий еще много думала, положила ли ключ туда, где его можно не потерять, пока не придумала тайник для связки ключей.

"Как же я устала. Это же когда-никогда должно пройти? Нужно пропить витамины," - думала тогда Вэнс.

А сейчас лежа в непонятной комнате и неизвестно где, ей хотелось понять, каким боком связан Микаэль Бенсон со Стефано? И почему в офисе Микаэля Бенсона много "запасных" личных помощниц, а которых она узнала перед последней командировкой. Перед вылетом, она без проблем открыла список таковых и нашла себе быстро замену из "соседнего" отдела, как ей и рекомендовал босс в предпоследний день их встречи.

Зачем ему на самом деле столько сотрудниц? Этот вопрос остался без ответа. И главный вопрос, что мучил Кэролайн именно в эту секунду:

"Почему она еще жива?"

Что с ней только не приключилось за последнее время. То привезли куда-то в железном душном контейнере, то пытались копаться в ее внутренностях, то какая-то женщина отпаивали горькими травами по просьбе Доставщика.

Зачем ему это?

Затем она проснулась среди серых стен, в серой одежде, словно заключенная. Потом яхта...

Кэролайн снова заплакала, на удивление самой себе. И откуда столько слез?

"-Могу устроить тебе экскурсию."

" -...Экскурсия от Стефано, - говорил тот мужчина, что лишал молодых людей жизни."

Да, ту экскурсию с запахом человеческой крови Кэролайн запомнит на всю оставшуюся жизнь.

- Стефано...

"Меня оставили в живых? Почему?

Я же должна радоваться? Ведь так? Я должна радоваться..."

Кэролайн стерла ладонью влагу со своих черных ресниц. Утреннее солнце прорывалось сквозь белые шторки маленького оконца. Дверь открылась, и Вэнс неожиданно услышала фразу на ее родном языке, но с сильным акцентом:

- Пошевеливайся! - приказывал грубый женский голос.

В пленницу летит одежда. Дверь захлопнулась. Кэрри приподнялась с кровати, вопросительно посмотрев на серое платье, белый фартук и ленту с резинкой для волос.

- Это что шутка?

- Быстро одевайся и выходи, если не хочешь остаться без еды! - раздался за дверью грубый женский голос.

Вэнс встала на дрожащие ноги, переоделась. Собрала волосы в низкий хвост и вышла из комнаты, на двери которой висела табличка: "для персонала".

***

Портовый город дышал сырым, соленым воздухом, пропитанным ароматом моря, рыбы и сушеных трав. Солнце давно скатилось по небу за горизонт. Светом правила луна. Ночное сияние недолго радовало глаз, набежавшие тучи скрыли лунный свет и созвездия. На узких, мощенных булыжником улочках, горели желтые фонари, создавая причудливую игру света и теней на каменных стенах домов.

На самой удаленной точки мыса острова, возвышающегося посреди моря, стояло роскошное поместье. Оно напоминало старинный замок, чьи стены впитали в себя времена правящих династий.

От него спускалась узкая тропинка к подножию живописных скал у самого моря, где можно было насладиться нерушимой красотой природы.

В безграничный, ночной, мрачный горизонт не в первую и не последнюю полночь всматривалась Кэролайн.

Воздух пах морем. Он стал прохладным до приятных холодящих мурашек под одеждой. Одна звезда выглянула из-за густых ночных облаков.

Щеки Кэрри вновь стали предательски влажными от слез. Блеск одинокой звезды напоминал ей о доме, пустой одинокой квартире, о родном городе.

Вэнс вытерла слезы, своим белым фартуком, завязанным на талии. Она поднялась с каменной лестницы, откладывая в недолгий ящик свой план.

Вся прислуга данного поместья говорила на местном языке. Кэролайн понимала лишь повариху, та все ей объясняла на пальцах и прибегала к помощи мобильного переводчика.

"- Стефано, - говорила повар. - Он хозяин этого поместья. И у него свой нрав. Он не терпит, когда прислуга маячит перед ним. Знаешь, перед тем, как ты тут появилась, было уволено пару уборщиц... Скорее всего, они теперь работают в городе, а там, Вилла у Стефано намного меньше этого замка. - Женщина прониклась к Вэнс и жалела ее. - Я там бываю... Завтра еду за продуктами.

Женщина выключила переводчик, и что-то прошептала, набирая текст в своем мобильном. А затем молча показала сообщение, переведенное на родной язык Кэрри.

"Оттуда тебе будет проще сбежать. Я попробую взять тебя с собой".

Кэролайн покосилась на охранников, которые не спускали с нее взгляда."

Кэрри вздрогнула, услышав шаги позади. Она засмотрелась на яхту, что шла по ночному морю. Жгучий брюнет Стефано спускался по длинной лестнице и остановился на пару ступенек выше Вэнс. На его лице играл теплый желтый свет от садового фонаря. Черные волосы обрамляли лицо и были влажными, словно мужчина вышел только что из душа.

Он стоял в домашней одежде: рубашка с коротким рукавом распахнута, просторные светлые брюки, никакой обуви. Она поежилась от его присутствия, которого избегала все в этом плену. Он был сам воплощение её кошмаров. Видя его Вэнс вспоминала самые страшное. Это не стереть из памяти: запах человеческих внутренностей.

Стоило лишь закрыть глаза:"Врачи в масках отошли, а жгучий брюнет склонился над ней:- Как тебе экскурсия? Ты все еще желаешь отдать свои органы на благотворительность?"

Стефано поравнялся с Кэролайн и выдохнул рядом с ее лицом дым от сигареты. У Вэнс защипало в глазах.Она сдержала кашель, отступая, пытаясь не попасть в облако вредного табачного дыма.

- Скажи-ка мне... - протянул, вглядываясь в темное небо, - где должна находиться прислуга после двенадцати? - он спускался навстречу, смотря презрительно в женские карие глаза. - Забыла правила? Пошла вон, - холодно бросил Стефано и направился обратно в дом.

А на следующий день Кэролайн не застает знакомую повариху. Как и все последующие дни...