Пророк.

Через несколько минут корабль сел на одной из посадочных площадок на верфях Куата. Ситуация здесь обстояла всё таже, что день назад, когда Джон покинул это место: продолжался неугасающий ни на секунду торг. Все, кто были внутри судна, вышли наружу и началось долгое и искреннее прощание. Даргус поблагодарил новых знакомых, которые вскоре, забрав своих трёх сестёр, покинули Куат. Остальные девушки, вместе с бывшими заключёнными, разбрелись по верфи, в надежде, как можно быстрее найти корабль и покинуть планету. Сам Даргус был доволен тем, что никто сильно не пострадал, но теперь была куча новых проблем.

Никто не думал отходить от старого плана - покинуть территорию федерации, потому что отныне проблем стало только больше. Солярис будут мстить за смерть одного из лучших своих капитанов, а для Орга, после вторжения в его дворец, не было другой цели, как убить Джона и Дэйс, заковавших его, как пса, в цепи. Вместо одного врага, от которого они хотели избавиться, им удалось приобрести второго не менее опасного и влиятельного.

Проще говоря, Куат надо было покинуть, как можно скорее. Притом так, чтобы никто не знал в каком направлении направился их корабль. К сожалению, для Купера, это было не лучшим стечением обстоятельств. После драки с Оргом боль в груди не унималась; рёбра были сломаны, но посетить медотсек он не мог по понятным причинам. Пока Антрен, Даргус и Барт, в одном из заброшенных ангаров, занимались починкой двигателя и пополнением топлива, Джон под присмотром Калима и Дэйс отдыхал внутри судна. Как бы ни была развита эта галактика, здесь ещё не изобрели приборов исцеляющих на месте или не открыли лекарство "от всех болезней".

Дэйс, на удивление Джона, стала больше с ним общаться, но всё же оставалась очень осторожной в своих словах. Она не любила отходить от темы, которую начала сама, но ей нравилось слушать Купера. Она редко смеялась, но глаза её всегда улыбались при взгляде на Джона, понимая, что он настоящий человек. В Дэйс чувствовалось внеземное. Она была не обычной девушкой, которые наскучили Куперу. Её волосы были золотыми и на свету переливались в каком-то особом оттенке, которых нет на Земле. Её глаза были так чисты и глубоки, что когда она внимательно слушала Джона и не отрываясь смотрела на него, в душе всё переворачивалось с ног на голову. Губы, как и прямой носик, были небольшими, но и не маленькими, а щёки светились приятным красным румянцем. Всё это неописуемо завараживало Джона, который в последнии дни, только и видел прекрасную Дэйс. Но всё же в ней оставалась одна вещь, непонятная Куперу. Девушка избегала разговоров о семье и о её близких. Она не любила, когда кто-то её трогал и, как показалось Джону, в душе была очень ранимой и каждое слово могло её обидеть.

Загадка в человеке лишь больше влечёт к нему...

Спустя день, Барт, Антрен и Даргус закончили ремонт двигателя и через пару часов корабль поднялся в космос над Куатом. За это время они не выходили из ангара и вели дежурство день и ночь, чтобы вновь не попасть в цепкие лапы Орга, который поднял сумму за их поимку ещё вдвое. Джон, кое-как приподнял свою подушку, и взглянул на потихоньку исчезающую планету. В этот момент, уж слишком сильно, она напомнила ему Землю. Голубые моря и океаны, зелёные клочки земли с древними лесами и чудесными животными и, конечно, могучие белоглавые горы.

- Что с тобой, Джон? - вдруг спросила Дэйс, увидев его печальное лицо, которое чётко отражалось в стекле.

- Знаешь, иногда смотришь на что-то и оно кажется тебе таким знакомым, родным, даёт тепло, как дом, но спустя какое-то время ты понимаешь, что это всего лишь иллюзия. Что на самом деле ты далеко от того родного и знакомого. Что всё вокруг чужое, а твой организм лишь пытался этого не замечать. В такие секунды, какие-то невиданные силы, как-будто откачивают изнутри всё. Остаётся просто пустота, как космос вокруг. Как этот мрак вокруг! Сначала я пытался не замечать всего этого, но с каждым днём становится всё хуже. Тоска по дому съедает всё внутри, и я становлюсь мраком и частью этого космоса, забывая родное, забывая друзей, забывая отца! Чёрт, ведь он вернулся ко мне! Он как-будто чувствовал, что я не смогу больше его увидеть. Но этого не чувствовал я... Как поганок мне сейчас...

- Космос не так мрачен, как ты его описываешь. Космос - это свобода. К нему привыкаешь и все, кто живут в этой галактике, считают не планету, а именно космос своим домом. Он неотъемлемая часть жизни, как твоё сердце, кровь и кожа, потому что ты и есть часть космоса. Каждую твою частичку, твой атом подарил тебе он, и поэтому ты - его часть. Знаешь, почему друзья чувствуют, когда кому-то из них плохо? Всё просто - все мы появились из одного места. Между людьми связь, а у друзей она чётче, сильнее, но самая сильная у любящих друг друга.

"Сравнивать космос с сердцем и кровью, и считать его частью себя - глупо. Это всего лишь пустота." - подумал про себя Джон, но в этот момент Дэйс вновь заговорила и её вопрос взбудоражил Купера.

- Ты когда-либо любил кого-то? - спросила девушка и уставилась на Джона своим пронзающим взглядом.

Убери эти кинжалы, Дэйс!

"Любил. Любил тебя, с тех самых пор, как спас." - хотел ответить Джон, но посчитал, что для Дэйс это будет всего лишь шуткой. Он просто промолчал и девушка не стала переспрашивать. Она посмотрела на Джона с досадой и вышла из комнаты. После этого грусть переросла в уныние.

Купер думал, что поступил правильно, но это казалось лишь головой. Сердце требовало ответить Дэйс, сказать правду, ведь оно тянулось к златовласой девушке, но момент был упущен. В это мгновение корабль перешёл на скорость света и Куат исчез из окна, как когда-то и Земля.

Перелёт намечался очень долгим, но Джон даже не мог встать с кровати. К нему часто заходил Калим, реже Барт и Антрен, но ни разу не увидел он Дэйс. Это обстоятельство не давало Куперу покоя, и он не мог спать. Время тянулось так долго, что можно было сойти с ума, но кроме как ждать, ничего не оставалось. Лёжа под одеялом и уставившись в потолок, Джон не отводил глаз от одной точки, как вдруг она стала медленно вращаться, расти, окрашиваясь в красный цвет, и, спустя несколько секунд Джон очнулся от галлюцинации, но уже у себя в доме близ Филадельфии.

"Бывают же сны!" - подумал про себя Купер и встал с мягкой белоснежной кровати, напоминающей сугроб. - " Таурены, Сатиры, планета с железным кольцом вокруг, а ещё и ходячие деревья - какой же бред. Но эта девушка, Дэйс, была очень даже ничего. Жаль я её не видел в нашем городе. Может, наконец, и женой обзовёлся. Хотя чёрт знает всех этих красоток, все они внутри одинаковые. Мне бы простую..."

После этого Джон застелил кровать бархатным красным пледом и, засунув ноги в пушистые тапочки, спустился на первый этаж, где была кухня. Вскоре к нему присоединился отец, и они вместе сделали большой амлет, запах от которого вызывал слюни у оголодавшего после ночи Джона.

- Как ты мог проспать зарядку? - спросил вдруг отец.

- Зарядку? - переспросил Купер, но в этот момент зашла его мама - невысокая черноволосая женщина с тоненькой фигурой, которую чётко выделял пояс халата, и выразительными зелёными глазами.

- Всем, доброе утро! - сказала она и налила себе в кружку кофе. Джон невольно улыбнулся и, подойдя к маме, обнял её. Отец удивился, как-будто увидел что-то уму непостижимое.

- Глянь, Дженифер, неужто твой сын за ночь по тебе соскучился? - сказал отец Джона и усмехнулся.

- Такое ощущение, что вечность её не видел. - ответил Купер, чувствуя какое-то странное ощущение внутри.

- Да ладно, Джон, хватит подлизываться. - продолжал отец, разделывая амлет. - Тебе пора на работу, так что собирайся, я подвезу.

Купер, наконец, отпустил свою маму и снова поднялся в комнату, предварительно оставив сковороду без куска амлета. В шкафу возле стены он отыскал кучу разной одежды. Одев белую рубашку, брюки и пиджак, в синеватых оттенках, который он застегнул на одну пуговицу, модные туфли и пальто, как у Шерлока Холмса Джон вышел на улицу, где, в машине, его ждал отец.

Филадельфия - город большой, с пробками, поэтому ехать пришлось достаточно долго. Длинные ряды машин, как объевшиеся змеи, медленно волочились по улочками. Прохожие, которые по-армейски шагали по бардюру, напоминали нашему герою зомби, заражённых своими же тусклыми мыслями. Но не смотря на это, Джон не замечал времени. Он не поглядывал на часы, а просто наслаждался этим днём, в котором всё для него почему-то казалось хорошим. На протяжении всего пути, отец рассказывал о том, как ему предложили повышение на работе, и что теперь он будет заместителем директора в фирме, связанной с недвижимостью. Джон в это время ни на что не отвлекался, а внимательно слушал отца, как после долгой мучительной разлуки. Пол часа пролетели не заметно...

Наконец, подъехав к высокому каменному зданию с красивой лепниной в стиле барокко, Джон вышел из машины. Оно показалось ему очень странным и совсем невписывающимся в стиль серого города. Вокруг него, туда обратно, пробегали люди. Они не обращали никакого внимания на Купера и спешили по своим делам. Одним словом - зомби.

"Неужели я здесь работаю? Раньше я и не замечал, как это здание выделяется на фоне других." - подумал про себя Джон и, хотел было зайти во внутрь, как вдруг к нему подбежал высокий парень лет тридцати. Вот кто действительно выделялся среди этой серой массы.

- Мы же договорились, что ты меня подождёшь. - сказал он и пожал руку Купера, но тот стоял, как вкопанный, непонимая, кто с ним говорит.

- Ты чего, Джон? Это же я - Том. Не выспался что ли? Вчерашний вечерок всё ещё не даёт покоя?

- Может быть... - рассеянно отвечал Купер, не в силах вспомнить, что было вчера.

- Ладно, пошли быстрее во внутрь, у нас работы невпроворот.

Джон последовал за Томом и через высокую арку попал в большой белоснежный зал с золотистой круглой стойкой, за которой стоял охранник. Продемонстрировав свои пропуски и вежливо поздоровавшись, они поднялись по лестнице на третий этаж и зашли в одну из дверей, где стояло множество столов, один за другим. За ними сидели какие-то люди и заполняли стопки документов. Джон увидел на одном из них бумажку со своим именем и сел за него. Том расположился рядом. Весь день они заполняли нескончаемые стопки документов, лишь раз сделав перерыв на обед. Всё это никак не могло выйти из головы Джона. Как он мог выбрать себе такую скучную работу?! Это же просто какая-то мука... В конце рабочего дня Том вновь подошёл к Куперу.

- Завтра, наконец, выходные. - сказал он, радостно выдохнув. -  Как я ждал этой субботы! Не забыл, завтра встречаемся в пять часов у твоего дома. Я уже в предвкушении, как Лос-Анджелес Лейкерс проиграет Далласу! Кстати, тебя подвести до дома? Моя ласточка к твоим услугам.

- Нет, спасибо, я пройдусь. - ответил Джон, который не хотел вновь тащиться в душной машине, и медленными шагами направился к дому. Так хорошо начинавшийся день, теперь казался странным до жути. Эта жизнь была чужой, но точно не Джона. Он просто не могу выбрать себе такую судьбу. Всё вокруг предстало непривычным и даже пугающим. Филадельфия была не такой, как вчера. Как-будто за ночь кто-то перестроил всю жизнь Купера, а вместе с ней и родной город.

Улицы были длинными и мрачными, а фонари светили тускло и уныло из-за наплывшего густого тумана. Воздух был тяжёлым и давил на Джона. Свет фар, от редко проезжающих машин, резал глаза, а звук раздражал уши.

Наконец, Купер добрался до своего дома, который почему-то был виден в тумане лучше других. Он светился, как что-то волшебное. Вдруг возле самой двери стал виден тёмный силуэт, походивший на призрака. Он несколько мгновений стоял неподвижно, а затем исчез так же внезапно, как появился. Купер подошёл к этому месту, осмотрелся и, не заметив никого, открыл красную дверь, а над ней весело зазвенел колокольчик. Со второго этажа спустилась мама Купера.

- Что ты так долго? - спросила она встревоженно. - Мы с отцом уже начали волноваться, а ты ещё, второпях, телефон забыл. Том сказал, что ты пошёл пешком, но ты же не любишь этого делать.

- Извини, мам. Я решил прогуляться после работы. Насиделся я за весь день.

- Ладно, пошли быстрее на кухню я заварю тебе чаю. Он расслабляет не хуже прогулки. Я бы посидела с тобой, но мне пора на смену. Джули уже звонила мне и сказала, что в больнице не протолкнуться. Отец уже отдыхает, так что не шуми.

Джон расстроился, но поцеловал маму в щёку и она вскоре ушла. Теперь он вновь остался один и, взяв кружку горячего напитка, сел у широкого окна с бежевой узорчатой занавеской. Долго смотрел Джон на улицу пытаясь понять, что его так угнетает. Он чувствовал себя не в своей тарелке и, единственным убежищем и своеобразной крепостью от всего вокруг, оставался дом. Здесь было уютно и тепло сердцу. Только здесь оно чувствовало себя нужным кому-то.

Джон так и уснул в кресле перед окном, не уходя в комнату, и проснулся только к полудню. Долгий сладкий сон восполнил в Джоне энергию и разогнал тоску вчерашнего дня. Отец уже стоял рядом и что-то готовил. Он решил не будить Купера в его выходной. К пяти часам, отыскав билеты в одном из карманов джинс, Джон был готов идти на баскетбол, игру, которую он любил с самого раннего детства. Том подъехал на машине ровно в назначенное время, и они вдвоём отправлись на арену. Пройдя, контролёров и охранников, один из которых был почему-то знаком Куперу, они поднялись на верхние ярусы и сели на пластмассовые сиденья. Вся арена была забита до отказа. Люди со всего штата приехали сюда, чтобы узреть великолепную баскетбольную битву. Здесь же рядом с Томом и Джоном в коричневой шляпе, пиджаке и брюках, находился высокий человек с тёмным цветом кожи. Наконец, начался матч. Когда забивала одна команда на это сразу отвечала другая, но Куперу всё это было знакомо. Он как-будто уже жил похожей жизнью, а сейчас её попытались заменить.

- Сейчас забьёт этот игрок. - указывая на кого-либо из команды, говорил Купер Тому и это сбывалось. Но нервы вскоре не выдержали...

- Хватит! - вдруг закричал Джон на всю арену. -  Я уже всё это видел! Это не моя жизнь. Я не мог выбрать себе такую участь! Что здесь происходит?!

В этот момент игра остановилась и все, кто был на арене, обернулись к Куперу и начали на него смотреть. Глаза людей вокруг, теперь были пустыми, без зрачков, как-будто у них не было души. Джона пробрал озноб и страх от ног до головы, начав сковывать всё тело. Он как можно скорее спустился вниз и выбежал с арены, но люди продолжали на него смотреть. Открыв дверь на улицу, Джон увидел, что перед ним стоял чутли не весь город. У всех были белые глаза, а с краю стояли его мать и отец.

- Что со всеми вами такое?! - закричал Купер, сотрясаясь от страха.

- С ними всё впорядке, Джон. - вдруг послышалось из глубины толпы. - Проблема не в них, а в тебе.

- Что? - переспросил Купер. -  Кто ты такой? Появись и объясни, что происходит! Что происходит с моими родителями?!

В этот момент все люди и город исчезли, а перед глазами Джона осталась лишь одна сгорбленная фигура в чёрном плаще с капюшоном.

- Кто ты? - вновь спросил Купер, немного успокоившись.

- Я - пророк, как и ты. - вдруг послышалось из-под капюшона. Голос был грубым, но спокойным. - Сам космос привёл тебя сюда, чтобы ты был путеводной звездой для этой галактики. С самого твоего рождения судьба распорядилась так, что ты должен был оказаться тут, но ты не можешь этого осознать. Для твоего разума это слишком сложно. Не понимаешь, какая великая миссия возложена на тебя. Ты должен был увидеть свою жизнь, если бы твоя мать была жива, и понять, что она была бы пустой. Ты не смог бы стать тем, кто ты сейчас и не попал бы сюда. Теперь тебе надо обрести покой в душе и двигаться дальше. Забудь о своих кошмарах. Лети на Кларион и останови то, что там происходит. Судьба всего вокруг только в твоих руках.

Купер несколько минут стоял на месте и не мог ничего сказать. Он пытался осознать всё, что ему показал пророк. Неужели он требует забыть о матери?

- Мы когда-нибудь с тобой встретимся, Джон. Обязательно встретимся. Может быть, когда ты выполнишь своё предназначение я приду к тебе, как благодарный гость, и отвечу на твои вопросы. Но сейчас тебе пора вернуться.

В это мгновение пророк исчез и Джон, в поту, вновь очнулся посреди корабля, который нёсся прямиком за границу федерации.