Глава 14. В объятиях черных комнат: Яркие вещи и светлые мечты

_Элин_

В этой квартире так пусто, что кажется, будто я сижу посреди музея, и, возможно, именно поэтому бросается в глаза отсутствие у меня вещей. У него тоже их не так много.Его квартира безупречно чиста и минималистична. Черно-белый интерьер, без видимых всплесков цвета, да еще моя одежда в настоящее время разбросана по всей его гостиной, пока я пытаюсь ее сложить. Ключевое слово здесь «пытаюсь». Тем не менее вид захватывает дух, свет городских фонарей и закат над Военно-морским пирсом отвлекали меня в течение первого часа, когда я приехала.Моя самостоятельная экскурсия приводит меня на кухню. Кофеварка на одну чашку с одной примостившейся под ней кружкой, я думаю, подготовлена к завтрашнему утру. Посуда – четыре большие тарелки, четыре маленькие тарелочки и четыре миски – все черного цвета, как будто они шли в комплекте и как будто в его доме никогда не бывает больше людей. Открыв верхний ящик, я уже не удивляюсь: четыре ложки, четыре ножа, четыре вилки, скорее всего, купленные в небольшом наборе.Я понимаю, что он ездит по работе так же часто, как и я, но что, если он захочет пригласить друзей в гости? И что, если однажды вечером он приведет домой женщину, и она проголодается, а он еще не помыл посуду со вчерашнего дня?Мне это кажется непрактичным, но что-то подсказывает мне, что Джейвон Уолтон считает, что иметь ровно столько, чтобы хватило на жизнь, вполне практично.Вернувшись в гостиную, я провожу пальцем по книжной полке, молясь и надеясь, что он соберет слой грязи или пыли. Я надеюсь, что этот парень – человек, а не робот, как предполагает остальная часть его квартиры.В его доме нет ни одной фотографии, зато есть бесчисленное множество книг. Все виды мотивационных книг и самоучителей, которые только можно себе представить, стоят на полках, и они упорядочены по... Да ладно? Упорядочены в алфавитном порядке по фамилии автора. Этот парень – монстр, который, вероятно, ради забавы бегает марафоны и раздает на Хеллоуин диетические батончики.Я поднимаю палец с полки, и он оказывается чистым. Ни единой пылинки.Я уже ненавижу это место.

«Правила».Вот оно.– Дай угадаю. Тихий час начинается в 8:30 вечера, и перед каждой домашней игрой ты проводишь небольшое человеческое жертвоприношение, о котором никто не должен знать.– Как мило.Я с улыбкой опираюсь щекой на ладонь.– Продолжай так говорить, Джейвон, и я, возможно, получу здесь большое удовольствие.– Никаких гостей, – говорит он, записывая эти слова.– Мне нельзя приглашать друзей?– Джейден может прийти.Я посмеиваюсь, не веря своим ушам.– И твой брат, – предлагает он, как будто дает мне больше возможностей. – И пара моих товарищей по команде.Я взволнованно приподнимаю брови.– Квартира, полная парней из «MVP»? Я тоже участвую!– Абсолютно нет. Это не для тебя.– С тобой неинтересно.– Я не хочу, чтобы сюда приходили, – продолжает он. – Итак, никаких ночных гостей.– С тобой действительно неинтересно. Уже ревнуешь, Джейвон? Мы прожили вместе всего, – я показательно заглядываюсь на наручные часы– час семнадцать минут и ты не можешь видеть рядом со мной другого мужчину. Ты серьезно?Он водит указательным пальцем по кругу, обводя мое лицо.– У тебя это работает? Получаешь все что хочешь, благодаря этому?– Ты имеешь в виду мое очарование? Работает двадцать два года, малыш.

Когда я шесть месяцев назад познакомилась с братом Джейдена, мне пришлось сдерживаться, чтобы не набрать его имя в интернете. Он, несомненно, оказался самым привлекательным мужчиной, которого я видела, но более того, я ему не нравилась. И это беспокоило меня больше, чем я готова признать. Я не хотела знать о нем, потому что он не хотел знать обо мне.– Никаких гостей, – соглашаюсь я.– Обещаешь?Очевидно, для него очень важно не впустить в свой дом совершенно незнакомого человека. Я не осознавала этого. Я отношусь к этой жизненной ситуации легкомысленно, но он, очевидно, – нет.Я сажусь прямо, надеясь, что он видит, насколько я сейчас серьезна.– Обещаю.Он выдыхает и пишет в правилах: «Никаких гостей».И продолжает писать: «Никаких друзей. Никакой еды. Никакого беспорядка». Очевидно, это после моего ужасного «третьего впечатления».Ну, будь я проклята. У Джейвона Уолтона есть чувство юмора. Решено. Я попробую внести немного красок в его жизнь, даже если это будет последнее, что я сделаю.

У меня сегодня много дел, но искра, которая помогла мне не заснуть и попытаться наладить жизнь, погасла, поэтому я убираю свой латте со льдом в холодильник на потом. Мне нужно поспать. Я разберусь с реальностью моей грязной комнаты и одиночества в этой квартире позже.Солнечные лучи уже пробиваются сквозь щель в двери моей спальни, напоминая мне, что моя первая задача после того, как я высплюсь, – купить шторы. Мои одежда и обувь так и валяются на полу, но их сдвинули в сторону, образовав дорожку, которой у меня раньше не было.Я тут же поднимаю глаза.Прямо там, у стены напротив меня, самая красивая кровать, которую я когда-либо видела. Подушки в виде облаков и белое стеганое одеяло создают вихрь, в который хочется упасть и никогда не выбираться. Роскошное и дорогое одеяло кажется невесомым. Это потрясающе, и это что-то новое, в чем нет следа моей прошлой жизни или отношений.Это все мое.И это от Джейвона.Для того, кому наплевать на всех и все, это, несомненно, очень продуманно.Это один из самых добрых и внимательных поступков, который кто-либо совершил для меня за долгое время, и это значит так много, что я не знаю, как это выразить. Особенно после тяжелого дня. Я не из тех, кто будет притворно сетовать, что это слишком дорого и экстравагантно, или притворяться потрясенной, когда мультимиллионер тратит на меня немного денег. Но я определенно благодарна.

– Ты купил мне кровать? – кричу я, для того чтобы Джейвон услышал. – Конечно, она была тебе необходима. – вырастая будто из-под земли, говорит он.– Большое спасибо, Джейвон. – благодарю я. – Тебе было больно покупать что-то что не было черным или белым? – имею наглости насмехаться. – Это чуть не убило меня. – Джейвон притворно кладёт руку на сердце и закатывает глаза. – О, так это твой язык любви? – я не могу сдержать улыбки. – Убери в своей комнате, в ней опасно жить. – слышу я и у меня болят скулы от расплывающейся улыбки.