Глава 2. Подобно стеклу

Окружающий мир ослеплял.

Гермиона не знала, как избавиться от ощущения, словно измученное тело разлетелось на тысячи кусочков. Ей всё время казалось, что горящие синим пламенем клетки затерялись в тёмной неопределённости, после чего разом собрались воедино. Гермиона чувствовала, как распласталась на холодной земле, не в силах пошевелить ни руками, ни ногами. Пронзительно яркий свет, заползающий под самые веки, заставил глаза непроизвольно распахнуться. Гермиона поёжилась и, ведомая рефлексами, рывком перекатилась на бок. Она не удержалась и вдохнула немного морозного воздуха, о чём тотчас же горько пожалела. С подрагивающих губ сорвался хриплый стон, а на бетонную поверхность брызнуло несколько капелек крови.

— М-мама дорогая!

До ушей Гермионы донёсся звонкий крик. Она чудом сумела уловить очертания женского силуэта. В барабанные перепонки словно вонзили длинные ноги. Гермиона с трудом удержалась, лишь бы не замычать.

— Карл... Господи, Карл! Что ты стоишь?! Сделай уже что-нибудь! Вызови скорую, постучись к кому-нибудь, в конце концов!

Женщина присела на корточки и принялась рассматривать обессилевшую незнакомку. Гермиона не выдержала и всхлипнула. Как же громко она разговаривала! Или же Гермионе просто показалось?.. Захотелось сжаться и накрыть уши ладонями, что она и сделала. Гермиона ощущала, как по шее растекалось что-то тёплое и вязкое. Она истекала кровью. Участки кожи, пострадавшие от атаки Меропы, буквально полыхали.

— Милая, ради Бога, только не волнуйся. Мы ни за что не оставим тебя в беде. Помощь скоро подоспеет.

Гермиона вновь разлепила веки и попыталась сфокусироваться, но осталась ни с чем. Глаза застилала мутная пелена. Они различали только яркий свет, окутывавший женскую фигуру.Скорая помощь, значит...

— Н-не может быть... — Женщина принялась копаться в сумочке, и через мгновение вытащила оттуда платок. — Д-дорогая, п-позволь мне приложить ткань к ране. Её обязательно н-нужно п-прижать.

Замутнённый разум Гермионы пронзила небывалая ясность, порождённая чувством адреналина, смешанного со страхом. Взгляд немного прояснился, но легче ей ни капельки не стало. Осознание вылилось в дрожь, прокатившуюся по израненному телу. Женщина говорила про скорую. Выходит, Гермиону нашли маглы? Точно, она ведь стала жертвой собственных действий. И вдобавок ко всему обронила палочку... Хуже не придумаешь.

Гермиона приняла сидячее положение и начала медленно подниматься на ноги. Нельзя тратить время попусту.

— Дорогая, что же ты делаешь? Тебе ни в коем случае нельзя двигаться! — воскликнула женщина. Она попыталась взять странную девушку за руку, но Гермиона только отмахнулась и встала, не обращая никакого внимания на мольбы.

К ушам тут же прилила кровь. Гермиона стиснула зубы и зажмурилась. Как хорошо, что заклинание против головокружения, наложенное прямо перед путешествием в прошлое, до сих продолжало действовать. Только оно с горем пополам удержало Гермиону на ногах.

А теперь пора заняться поисками палочки. Если Гермиона правильно помнила, то она выскользнула из руки и улетела в противоположном направлении.

Она огляделась по сторонам, но не увидела ничего, что напоминало бы о столкновении с Меропой: ни волшебной палочки, ни беременной женщины. Однако на улице до сих пор стояла глубокая ночь. Неестественно ярким светом оказался тусклый отблеск фонарного столба, искажённый её восприятием. Под него Гермиона и приземлилась.

Не прошло и несколько секунд, как к ним на полной скорости подлетел мужчина – видимо, спутник женщины, озабоченной состоянием Гермионы. Она сморгнула пелену и заметила, что на магле красовался весьма элегантный, но чересчур винтажный чёрный костюм. Женщина, конечно же, вовсе не блестела – просто её шею украшало ожерелье, усыпанное драгоценными камнями, а голову прикрывала небольшая шляпка, здорово гармонирующая с подолом пышного платья.

— Никто не захотел открывать дверь. Может, нам отвести её в приют? У них же обязана работать медсестра или...

— Нет, ни за что! — воскликнула Гермиона, отступив на пару шагов назад. Голос незнакомки, наполненный отчаянием загнанной в угол добычи, заставил маглов подскочить на месте и опасливо переглянуться.

Осторожно глотая воздух, Гермиона медленно убрала ладонь с кровоточащей шеи. Интересно, насколько серьёзную рану она умудрилась получить? Мужчина едва не схватился за сердце, а женщина взвизгнула, словно её резали по живому. Наверное, столько потрясений в своей жизни они ещё не испытывали.

Судя по всему, дела обстояли плохо.

— Я ни шагу не ступлю на порог приюта, — зарычала Гермиона. Маглы только вскинули руки в знак защиты. Реакция странной девушки напугала людей больше, нежели её самочувствие.

Гермиона уже собиралась было уходить, как в затуманенную голову пришла на удивление здравая мысль. Она ринулась к парочке и вырвала из рук женщины платок, отчего та испуганно вскрикнула.

Гермиона прикрыла рану кружевной тканью.

— Спасибо вам, — скомканно поблагодарила она.

Гермиона развернулась и направилась к месту исчезновения волшебной палочки. Ей до последнего хотелось верить, что она до сих пор лежала под фонарным столбом, припорошённая декабрьскии снегом. Гермиона сумела бы на раз-два разобраться с раной, будь у неё палочка.

Или же нет – не факт. Оставалось только надеяться.

Гермиона боялась даже представить, что творилось с её шеей. Что же за ранение нанесла ей отчаявшаяся Меропа Гонт? Интересно, помогло ли ей укрепляющее зелье, разработанное совместными усилиями двух отбросов общества?

Яростная атака Меропы застала Гермиону врасплох. Всего на мгновение ей показалось, что тело словно расщепило на тысячи мелких атомов. Гермиона ни разу в жизни не испытывала ничего подобного.

Она невольно потянулась к цепочке, некогда болтавшейся на шее. Сердце пропустило удар. На груди ничего не оказалось. Неужели маховик времени остался у Меропы?

Не может быть... Получается, маховик времени Драко уже...

Гермиона обернулась и устремила полный надежды взгляд в сторону, но не обнаружила под фонарём ничего, что напоминало бы маховик: ни осколков стекла, ни кусочков золота. Глаза зацепились за маглов, со всех ног удирающих прочь. Наверное, решили, что такими темпами помощь понадобится уже им.

Что же получается, она осталась без маховика времени?

«Да уж, Драко меня точно по головке не погладит, — безрадостно заключила Гермиона. Она начинала потихоньку отчаиваться. И как теперь выкручиваться? Гермиона отлепила платок от шеи и заметила, что кружевная ткань почти полностью пропиталась кровью. — Хотя... сначала бы ещё вернуться обратно».

Интересно, через сколько времени Драко догадается, что произошло неладное? Попытается ли он разобраться, что же случилось с Грейнджер? Попробует ли найти её и как-нибудь спасти? Скорее всего, решение Малфоя зависело от действий Гермионы в прошлом. Впрочем, какая разница? Если ей удастся вернуться в настоящее до того, как тело подвергнется необратимым изменениям, то лишняя головная боль обойдёт Драко стороной.

Но что, если вернуться не получится?..

Гермиона решила, что ещё успеет потрепать себе нервы, и вместо душевных терзаний сосредоточилась на окрестностностях. Палочка как будто сквозь землю провалилась. С каждым гулким ударом ей казалось, что сердце вот-вот выпрыгнет из груди.

«Где же она? Я ведь обронила палочку недалеко от фонаря, — мысленно повторила Гермиона. — Она должна лежать именно здесь».

Ах, если бы. Но Гермиона не собиралась сдаваться. Она решила отыскать палочку с помощью заклинания «Люмос». Может быть, на кончике зажжётся свет, который укажет ей направление?

Жалкие попытки Гермионы ни к чему не привели. Выходит, палочка приземлилась в другом месте.

— И угораздило же меня... Чёрт побери! — от души выругалась Гермиона. Как же хорошо, что рядом не оказалось ни одной живой души. В нескольких кварталах от безлюдного переулка возвышался Приют Вула. Унылое здание больше напоминало тюрьму, нежели место, где жили дети.

Гермиона тяжело сглотнула, и почувствовала, как горло обдало жаром. Может, всё же стоило пойти в приют...

Как долго она провалялась в отключке? Какие трюки использовала Меропа, что Гермиона не помнила себя от боли? Вряд ли она долго оставалась без сознания, ведь кто-нибудь наверняка нашёл бы её раньше, чем двое разодетых маглов.

Постойте. Если только...

Гермиона принялась изучать близлежащие окрестности.

Часовая башня осталась на месте. Циферблат показывал, что полночь наступала через двадцать минут. Приют Вула тоже ни капельки не изменился, что всё же немного, но радовало. Однако остальные здания Гермиона совсем не узнавала.

Уж что-что, но она прекрасно помнила, что в двадцатые годы никакие магазины в мрачном переулке не работали. Сама того не желая, Гермиона начинала потихоньку осознавать, что же с ней произошло. С каждой мучительно долгой секундой в жилах всё больше и больше стыла кровь.

Никаких жилых построек она тоже не припоминала. В переулке точно располагалось несколько зданий, но они выглядели куда более старыми и потрёпанными. Откуда же взялись заново отремонтированные строения?..

Гермионе не составило особого труда сложить два плюс два.

Обстановка вокруг здорово отличалась.

Палочка как сквозь землю провалилась.

Да и маховик времени не осталось ни следа.

Гермиона начала задыхаться.

Она попятилась в сторону и прильнула к холодному дереву, безуспешно пытаясь перевести дыхание. Пока шею и грудную клетку словно обжигало раскалённой лавой, мышцы изнывали от напряжения. Но боль в измождённом теле не шла ни в какое сравнение со страхом, способным вылиться в паническую атаку. На глаза вновь опустилась пелена. Гермиона чувствовала, как к горлу стремительно подступала желчь. Либо же она просто потеряет сознание, либо сложится пополам прямо на ледяной земле. Что ни говори, а Гермиону ожидали не самые приятные перспективы.

«Успокойся, Гермиона. Соберись уже наконец. — Она зажмурилась и заставила себя сделать глубокий вдох. — Сперва сосредоточься на дыхании. Считай до трёх... Вдох, выдох... Вспомни, через что проходила на тренировках. Ты ведь не сдалась под напором Холлоуэя, не позволила ему вторгнуться на территорию собственного разума, а теперь собираешься поддаться какой-то ерунде. Возьми себя в руки! Вдох, выдох...»Гермиона почувствовала, как дыхание начинало постепенно приходить в норму. Ей потребовалось гораздо больше времени, чем обычно, но главное, что она успела вовремя отойти от края пропасти и не поддалась нарастающей панике. Шесть непростых месяцев овладения искусством Окклюменции под руководством главы Отдела Тайн пришлись весьма кстати. Их обучали не только защите разума от внешнего проникновения, но и спокойствию, выдержке, умению держать эмоции под контролем даже в самой непростой ситуации. Гермиона уже давным-давно сбилась со счёта, сколько раз навыки, приобретённые за время работы Невыразимцем, выручали её из беды.

Гермиона медленно разлепила веки. Пора собраться с мыслями. Так, она знала, где находилась, но пока что не понимала, в каком временном отрезке. И волшебная палочка, и маховик времени затерялись в другом измерении.

Получается, у неё больше ничего не осталось.

«А вот и нет», — оживилась Гермиона. На голову как гром среди ясного неба свалилось осознание. В душе, едва не поддавшейся отчаянию, загорелась искорка маленькой надежды.

«Поверь, Грейнджер, увесистый мешок золота способен творить чудеса».

Гермиона сунула руку в карман и невольно усмехнулась. Галлеоны, надёжно спрятанные в кожаном мешочке, отозвались приятной тяжестью под подушечками пальцев.

«Да благослови тебя Господь, Драко Малфой», — поблагодарила напарника по несчастью Гермиона. Она не удержалась и улыбнулась. Хоть кто-то подумал о ней, прежде чем отправлять в последний путь.

Что ж, пришла пора браться за дело. Хватит тратить время на глупые переживания.

Гермиона заглушила навязчивые мысли и решила набросать какой-никакой, но план. Сначала нужно разобраться с раной. Дальше уже можно подумать о новой палочке. Ведь куда теперь без оружия? И не помешало бы наконец убраться с улиц магловского Лондона куда подальше. Лучше не привлекать к себе лишнее внимание.

Гермиона знала, с чего стоило начать. Она завернула за угол тёмного переулка, выбросила руку в сторону и принялась дожидаться спасительную карету. Не прошло и несколько секунд, как на горизонте показался «Ночной рыцарь». Знакомый силуэт вдохнул в Гермиону ощущение небывалой безопасности.

В своё время она нередко обращалась к услугам волшебного автобуса. В голове невольно всплыли воспоминания о былых днях. Гермиона не удержалась и улыбнулась. Вроде бы с виду «Ночной рыцарь» ни капельки не изменился, но теперь он, как ни странно, показался ей вполне цивилизованным транспортным средством. Фиолетовый автобус без лишней спешки подъехал к тротуару и остановился прямо перед Гермионой. Удивительно, как на восприятие простого автобуса влиял водитель. И как только полуслепой сумасбродный старик умудрялся столько лет сохранять за собой рабочее место? Оставалось только разводить руками.

Входная дверь широко распахнулась. Из нагретого салона показалась низкая полная женщина.

— Добро пожаловать на... Мерлинова борода! Что же с вами случилось?

Конечно же, Гермиона забыла спрятать окровавленный платок.

— Вы ни за что не поверите, что со мной произошло. Представляете, меня ограбили, — беззастенчиво солгала она. Гермионе даже не пришлось сильно стараться – ложь слетала с языка как по маслу. — Мало того, что меня поразили проклятием неизвестного происхождения, так ещё и палочку умудрились отобрать...

— Мама дорогая! — Сердобольная женщина чуть не схватилась за сердце. — Дайте-ка мне взглянуть. Может быть, я что-нибудь...

Стоило Гермионе отлепить платок и выставить ранение на всеобщее обозрение, как с лица женщины вмиг схлынула всякая краска. Выходит, дела обстояли куда хуже, чем она предполагала.

— Как такое вообще... Что за проклятие использовал грабитель?!

— Я же говорила, что не знаю, — огрызнулась Гермиона. Она одёрнула руку и вернула ткань на место. — Уж извините, что он не стал рассыпаться передо мной в объяснениях. Ах, забудьте. Может быть, вместо разговоров вы меня немного подлатаете, мэм? Очень прошу. Если вы не заметили, то я тут кровью истекаю.

Кондуктор просто оцепенела.

— Боюсь, я умею пользоваться только базовыми заклинаниями. Какой уж из меня целитель...

Лучше не придумаешь.

— Ничего страшного, мэм. Видите ли, я и сама неплохо разбираюсь в целебной магии. Давайте поступим следующим образом: вы одолжите мне свою палочку, я сяду в автобус и воспользуюсь уборной. Если вы, конечно же, не против.

Реакции не последовало. Кондуктор стояла как вкопанная, и лишь высверливала взглядом и без того продырявленную шею Гермионы. Она едва не застонала от досады.

— Если что, я в состоянии оплатить проезд, — добавила Гермиона. Она пыталась любыми способами завернуть разговор в нужное русло. — И даже не потребую сдачу, если разрешите позаимствовать у вас палочку.

— Постойте-ка... вы собираетесь заплатить за билет? — неожиданно выпалила кондуктор. Мольбы Гермионы словно разом утратили для неё всякое значение. — Но как? Вы же утверждали, что стали жертвой грабежа!

Гермиона слишком поздно заметила, что запуталась в показаниях. Пришлось выкручиваться прямо на ходу.

— Видите ли, мэм... обычно я ношу с собой заначку. Вот здесь, во внутреннем кармане. Пожалуйста, возьмите за проезд. — Гермиона выудила из мешочка один галлеон, и протянула женщине монету. — А сдачу можете считать благодарностью за разрешение воспользоваться палочкой. Вы же мне не откажете, верно?

Кондуктор лишь удивлённо выпучила глаза. Она как будто никогда в жизни не держала в руках галлеонов. Гермиона заметно напряглась. Она пока что не знала, в каком временном отрезке оказалась, а потому не имела ни малейшего представления о цене галлеонов. А как обстояли дела с инфляцией? Стоило, конечно, оплатить проезд парочкой сиклей, но где же их достать?

Перед путешествием во времени Гермиона о подобном даже не задумывалась. Она впервые пожалела, что не взяла с собой Драко. Его знания о мире точно не стали бы лишними.

— Что думаете, мэм? Вы согласны?

Увещевания Гермионы наконец-то дали свои плоды. Женщина вздохнула и приняла предложенную плату.

— Д-да, разумеется! Не стесняйтесь, поднимайтесь в салон. Ах да, чуть не забыла. Как же к вам обращаться, мисс?

Гермиона задержала дыхание.

— Джонсон, — как ни в чём не бывало солгала она. — Джейн Джонсон, инженер.

Гермиона прекрасно понимала, что её история здорово смутила кондуктора. Благо, она не стала мучить её ненужными расспросами. Женщина молча отошла в сторону и освободила проход в салон.

Гермиона подумала, что на будущее лучше придумать куда более убедительное имя, чем Джейн Джонсон. Если оно, конечно же, когда-нибудь пригодится.

Гермиона поспешила взойти на борт «Ночного рыцаря». Ей уже надоело топтаться на улице и тратить время не пойми на что. Как и ожидалось, за рулём автобуса сидел другой водитель. И пускай Гермиона не встречала его буквально ни разу в жизни, одно она знала наверняка: он справлялся с работой куда лучше, чем печально известный Эрни Прэнг. Водитель не удержался и бросил короткий взгляд на шею новой гостьи. На лице пожилого мужчины промелькнуло то же самое беспокойство, что и у кондуктора. Но Гермиона решила не тратить время на лишние разговоры и перешла сразу к делу:

— Извините, можно, пожалуйста, вашу палочку? Если вы ещё не передумали, — обратилась она.

Женщина сунула руку в карман.

— Если что, меня зовут Мэриэнн, — представилась она. Женщина выставила грудь вперёд и протянула Гермионе заветную палочку. — Мэриэнн Уильямс, если точнее. С гордостью сообщаю, что работаю кондуктором автобуса «Ночной рыцарь» уже пять добрых лет!

— А-ага, очень приятно, — отмахнулась Гермиона. Её больше беспокоила кровоточащая рана, нежели глупые формальности. Не желая тратить время, Гермиона развернулась и направилась в уборную, расположенную в самом конце автобуса. Не успела Мэриэнн опомниться, как она уже очутилась у нужной двери.

Слава Богу, что Ночной рыцарь вёл не Эрни Прэнг. Наконец-то можно передвигаться по автобусу без риска получить новую травму. Да и салон практически пустовал, что пришлось Гермионе только на руку. Но оно и немудрено, ведь нормальные люди в поздний час предпочитали спать дома.

Она отыскала женский туалет и вошла внутрь, плотно закрыв за собой дверь. Гермиона сделала глубокий вдох и решила, что пора уже собраться с духом. Она осторожно убрала кружевную ткань и с опаской взглянула в зеркало.

Лучше бы Гермиона не смотрела. Она едва не потеряла сознание от ужаса. Из-под ног словно выбили почву.

Меропа оставила на её коже глубокий неровный порез. Настолько жуткий, что захотелось поморщиться. Но Гермиона пока ещё не подозревала, что страшное ранение было лишь цветочками.

По шее заструился кровавый ручеёк, и порез на время скрылся из виду. Удивительно, но алые капельки сумели привести Гермиону в чувство. Она понимала, что нужно действовать – ради своего же блага. Гермиона стиснула зубы, указала кончиком палочки на рану и произнесла:

— Вулнера Санентур.

Глубокий порез начал потихоньку затягиваться. Спустя несколько мгновений остановилось и кровотечение. Повреждённая кожа наконец-то приобрела прежний вид. Гермиона смочила ткань в тёплой воде и принялась очищать рану от запёкшейся крови.

Жаль, что на том её потрясения не закончились. Под порезом пряталась целая роспись из золотых линий.

Гермиона лишилась дара речи. Позолоченные изгибы, словно корни старого дерева, ответвлялись от центра повреждения, нанесёного маховиком времени, и распространялись в противоположные стороны. Таинственные линии пугали своей притягательностью, и сияли, будто самый искусный мастер инкрустировал грудную клетку Гермионы алмазными вкраплениями.

Изгибы, покрытые золотом высшей пробы, до боли напоминали ей стекло.

«С-стекло...»

Гермиона не помнила, как сумела сдержаться и не сорваться на истошный крик.

Меропа ударила её первым, что подвернулось под руку, то есть маховиком. Она попала точно в шею – немного выше левой ключицы. Гермиона очнулась посреди заснеженной улицы, но не обнаружила ничего, что осталось бы от разбитого маховика времени: ни осколков стекла, ни кусочков золота.Не могли же они просто взять и как сквозь землю провалиться? Непонятные золотые линии говорили лучше всяких слов.

Гермиона подалась вперёд и что есть силы сдавила раковину руками. Тело пробила крупная дрожь. То ли от потери крови и смертельной усталости, то ли от нечеловеческого страха, готового с минуты на минуту вылиться в настоящую паническую атаку. Она уже ничего не понимала.

«Перестань, Гермиона. — Она упорно продолжала повторять одни и те же фразы, как мантру, в надежде привести голову в порядок. — Держи себя в руках».

«Ты обязательно справишься. Кто, как ни ты, всегда умел находить выход даже из самого непростого положения. Сначала нужно найти новую палочку, а дальше уже что-нибудь да придумается. Главное, не поддавайся эмоциям».

Гермиона сделала глубокий вдох и вклбчила горячую воду. Для начала стоило привести себя в человеческий вид, чтобы не привлекать внимание окружающих. Гермиона очистила лицо от засохшей крови и на всякий случай промокнула шею сухим полотенцем. Затем наступила очередь волос. На непослушную гриву пришлось потратить немного больше времени, чем ей хотелось. Въевшаяся кровь никак не желала вымываться, но Гермиона с горем пополам сумела привести волосы в порядок.

Но что делать с мерцающими линиями? Не выставлять же их на всеобщее обозрение. Благо, на помощь пришла копна свившихся волос. Гермиона переложила львиную гриву на левую сторону и укрыла восьмое чудо света от посторонних глаз.

Она бросила последний взгляд в зеркало и вернулась обратно в салон. Мэриэнн, кондуктор Ночного рыцаря, сидела в специально отведённом месте и дожидалась, пока в дверном проёме покажется необычная гостья.

— Большое вам спасибо, — поблагодарила Гермиона. Она вернула владелице палочку и осмотрелась по сторонам в поисках уютного местечка.

— Бросьте, мисс Джонсон, — улыбнулась добродушная женщина. Гермиона заметила, что Мэриэнн немного успокоилась и наконец-то расслабилась. — Может быть, нам отвезти вас в больницу Святого Мунго? Всё же не опас...

— Пожалуйста, не утруждайтесь, — оборвала её на полуслове Гермиона. — Поверьте, со мной уже всё хорошо. Мне бы попасть в Косой Переулок, если можно.

Мэриэнн раздирали сомнения. Она ещё несколько секунд буравила Гермиону взглядом, но всё же сдалась и утвердительно кивнула.

— Что ж, желание гостя – закон, — ответила кондуктор. — Но, боюсь, мы не сможем отправиться в Косой Переулок сию же секунду. Согласно запланированному маршруту, нам предстоит проехать ещё две остановки. Они находятся на большом расстоянии друг от друга. Я, конечно же, попробовала бы что-нибудь сделать, но у меня появилась куда более заманчивая мысль, мисс Джонсон. А что, если вы проведёте ночь в автобусе? Немного поспите, переведёте дух, в конце концов, и окажетесь в Косом Переулке уже на рассвете. Вы ведь всё равно заплатили за проезд, так чего зря месту пропадать? Разумеется, если на сегодня у вас больше не осталось никаких планов.

Гермиона сделала вид, что погрузилась в глубокие размышления.

— Планы, говорите? Да вроде бы никаких. Знаете? А я согласна! Думаю, отдых мне сейчас точно не помешает, — усмехнулась она.

На губах Мэриэнн расцвела довольная улыбка.

— Вот и славно! Кровати на втором этаже в вашем распоряжении, мисс Джонсон. Выбирайте, какую захотите! И обязательнь дайте знать, если вам что-нибудь понадобится. Если что, я всегда на месте.

Гермиона лишь молча кивнула. У неё уже не осталось сил шевелить языком. Хотелось рухнуть на пол прямо посреди автобуса. Не успела Гермиона направиться прямиком к лестнице, ведущей на второй этаж, как вдруг вспомнила об одной важной вещи.

— Точно, чуть не забыла... У вас случайно не найдётся свежего выпуска газеты? Не успела купить.

— Ещё как найдётся! Держите, — бодрым голосом протаратортла Мэриэнн, и протянула Гермионе сегодняшний выпуск «Ежедневного пророка». — Кстати, с наступающим Новым годом, — добавила кондуктор.

Гермиона ничего не ответила. Её вниманием всецело завладела газета. Гермионе хотелось взглянуть на дату печати хотя бы одним глазком, но она понимала, что лучше сначала подняться наверх и найти себе укромное место.

Гермиона разместилась в передней части автобуса. Она решила отвлечься на обустройство спального места, но успокоиться всё равно не получалось. В сердце хозяйничала целая буря эмоций.

Гермиона сделала несколько глубоких вдохов и взяла в руки «Пророк».

31 декабря, 1949 год.

Внутри как будто что-то оборвалось. Гермиона раз за разом перечитывала маленькую надпись, расположенную в углу газеты, но мозг упорно отказывался обрабатывать любую информацию – даже жалкие крохи в виде самой обычной даты.

31 декабря, 1949 год.

Простая математика показалась Гермионе непреодолемым рубежом.

Прежде чем отправиться в прошлое, она запомнила каждую важную дату, касавшуюся жизни Тома Марволо Риддла. Гермиона не упустила ни одно воспоминание, хранившееся в Омуте памяти.

Она ни капельки не сомневалась, что с треском провалила миссию по устранению беременной Меропы Гонт. Получается, на данный момент Тому Риддлу...

Как же хорошо, что Гермиона успела дойти до кровати. В противном случае она бы просто рухнула на пол. Страшная правда отдавалась в висках глухой болью. Временной отрезок, куда Гермиону занесло по счастливой случайности, нынешнее положение волшебника, чьей смерти они с Драко желали... Кто-то решил сыграть с ней злую шутку. Гермиона начинала терять сознание.

Всего через десять минут в законные права вступает 1950 год.

Гермиона находилась на грани истерики. В затуманенный разум умудрилась неведомым чудом проскользнуть одна единственная мысль: с убийством двадцатитрёхлетнего Тома Риддла придётся попотеть.