Глава 16. Наказания.

Сразу после изменения своего статуса и окончания праздничной оргии, Орель отвел двух своих «собачек» в комнаты, которая теперь служила личными покоями Короля. Уходить из того закутка, который они уже заняли, ни Орелю, ни его друзьям не хотелось, так что там они и обосновались, просто заняли другие апартаменты. Теперь в них входили большая гостиная, три спальни и две ванных комнаты. Вампиры из низших за пару часов привели эти комнаты в порядок, все вычистив, убрав лишнее и доставив хорошую и достойную Короля и его свиты мебель. Естественно, Кристиану и его свите пришлось переехать поближе к новому Королю факультета. Они заняли такие же апартаменты рядом, а вот троица, в лице Девенпорта и двух его друзей въехали в бывшую комнату Ореля.Микаэль и Эрик украдкой рассматривали свое новое жилище. Здесь все было сделано с изыском и хорошим вкусом. Что-что, а вампиры всегда славились чутьем на прекрасное, и могли создать его даже из ничего.Орель повернулся к своим приобретениям. Он прищурился, рассматривая их. От него не ускользнуло, что Микаэль не смирился со своей ролью, и с ним могут быть проблемы, а вот Эрик был растерян, напуган и готов сделать все, что бы ему не сказали. Орель усмехнулся. Оба приобретения ему нравились. Слабых он не любил. И хотя Эрик и выглядел таковым, на деле слабаком не был. Да, любого человека можно сломать, но иногда нужно увидеть что-то большее. А он чувствовал, что именно этот сейчас напуганный златовласый мальчик однажды покажет себя. Судьба Эрика была решена раз и навсегда. Ему суждено было провести свою жизнь рядом с вампирами. Выбрасывать мальчика на съедение студентам Академии Орель не собирался, но и оставлять его беззащитным тоже. Но и указать, этим двоим, их место, он был обязан, тем более, сейчас за его спиной стоял Кристиан и ждал его действий.- В этих комнатах вы двое ходите только без одежды, - начал он равнодушным голосом объяснять людям их обязанности и права. Правда, прав явно не было. – Одежду, которая будете носить за пределами этой комнаты, получите в понедельник утром. В ваши обязанности входит ухаживать за всеми, кто будет здесь.Микаэль что-то прошипел. Орель поднял на него глаза. В них не отображалось ничего, но они затягивали, заставляли окунуться в них с головой. Микаэль помотал головой, пытаясь отделаться от наваждения.- Алекс, - бросил он другу. Тот медленно вытащил из-за голенища своего сапога странный хлыст, оружие, которое использовалось только в его клане. Умение им орудовать было сложным, и ему учили с раннего детства. Свист взвившегося гибкого конца разрезал тишину, а затем опустился на обнаженную спину Микаэля. Тот, хоть и понял, что будет, не был готов к наказанию. Боль обожгла, заставила упасть на пол и свернуться калачиком. Новый свист и очередной удар.Орель подошел к своей собачке, присел перед ним на корточки, за подбородок поднял его голову, чтобы заглянуть Микаэлю в глаза. Тот почти сразу провалился в какую-то бездну.«Неужели, ты не хочешь закончить этот год спокойно?» - раздался у него в голове голос, который сейчас, как он понимал, принадлежал этому странному монстру.«Я – человек», - послал он мысленный ответ, уже зная, что тот его услышит.«А я – вампир», - парировал Орель, не позволяя Микаэлю отвести глаза. – «Я сильнее. Ты еда, ты секс. Ты не оставляешь мне выбора. Пойми, я всегда могу найти тебе замену, но это не значит, что я позволю тебе спокойно жить. Ты будешь платить, долго и страшно. Я за год могу превратить тебя в настоящую половую тряпку. И выйдя из Академии, ты просто пойдешь по рукам, тебе будет все равно, с кем, когда и где».Микаэль содрогнулся. Можно было бы отреагировать, взбунтоваться, наговорить гадостей, но было страшно, страшно потому, что все это было сказано абсолютно равнодушным голосом, словно речь шла о чем-то совершенно обыденном. И от этого становилось жутко. Он впервые не мог противостоять этим монстрам. Никому еще не удалось его подмять под себя, никому, кроме этого вампира, явившегося в школу.«Чего ты хочешь?» - Микаэль уже понял, что сдался. Ему не хотелось слышать, как этот монстр равнодушно вещает ему о том, что сделает с ним, если он не подчиниться.- Любая провинность будет караться, - Орель так резко поднялся на ноги, что Микаэль отшатнулся и еще сильнее сжался. Он все-таки поднял голову и посмотрел на вампиров. Они все бесстрастно взирали на него. Ни одной эмоции на лице, словно сейчас не случилось ничего такого. Люди бы хоть как-то отреагировали: фыркали, возмущались, радовались. А эти стоят и смотрят на него, как на пустое место.Кристиан внешне был спокоен, но внутри пытался разобраться в том, что видел. Орель с каждой минутой раскрывался все сильнее. Уже сейчас становилось понятно, что он будет сильным, а, главное, лидером. У него появилась мысль, что рано или поздно Орель Тодеску может войти в клан Дракулы. Такие силы не могут не привлекать к нему взгляды Совета, а, значит, стоит пересмотреть некоторые свои планы. Только сейчас он понял, что, скорее всего, все слухи о клане Тодеску и его наследнике, правда.Орель поразил его тем, что смог склонить Микаэля, которого даже он, Кристиан, не смог заставить себя бояться. А сейчас он видел, как этот человечек боится, и боится он именно нового Короля. Он перевел взгляд на второго. Эрик забился в угол и смотрел оттуда на Тодеску, как кролик на удава. И еще, он понял, что Орель не так прост. Кристиан даже не мог предположить, какие мысли и планы вертятся в этой темноволосой голове. А они там точно были.- Там, - Орель указал на одну из дверей. - Ваша комната. Если вас не позвали, вы не выходите оттуда. А теперь убрались туда оба.Эрика как ветром сдуло. Микаэль же все же даже здесь не смог устоять, чтобы не показать сопротивления. Он все делал нехотя. Орель несколько секунд смотрел на его потуги, а затем... Его хорошо научили магии. Невербальное заклинание, и Микаэль пролетел в открытый проем, впечатался в стену. Дверь закрылась.- Интересно, почему его не смогли сломать, - Дан задумчиво смотрел на дверь, которая была выделена собачкам Короля.- Сквиб, - бросил Орель. – И нам уже пора.- Куда, если не секрет, - Кристиан не проявил интереса внешне.- У нас встреча с отцами, - бросил Орель. Он не видел смысла изворачиваться, тем более, очень часто студенты Академии в выходные встречались с родителями, правда, только вампиры и оборотни. – Вернемся либо завтра вечером, либо в понедельник перед завтраком.- Что делать, если Микаэль взбунтуется? – Кристиан специально задал этот вопрос.- Можешь наказать, - равнодушно пожал плечами Орель. – Мы ушли.У центрального входа их уже дожидался лимузин. Внутри сидел Янко. Ни одна эмоция не проявилась у него на лице при появлении подростков. Он лишь кивнул им и бросил.- Опаздываете.Можно, конечно, было начать оправдываться, но зачем, ведь на самом деле против фактов не пойдешь. Да, выйти они должны были еще час назад.Дорога до поместья Тодеску в пригороде Лондона прошла в полном молчании. Юноши чувствовали на себя взгляды Янко, и было непонятно, о чем думает вампир. Он вроде бы и не осуждал ребят, но и не был с ними согласен. Орель всю дорогу просидел, смотря в окно и перебирая волосы Тира, который устроил голову у него на коленях. Дан дремал, положив голову на плечо Алексу, который тоже уставился в окно. Орель пытался отделаться от каких-либо мыслей. Думать сейчас о том, что же будет, не хотелось, как и о том, что случилось вчера в Академии. Единственное, что он понял, он окончательно перестал быть человеком. Еще некоторое время назад, он бы поступил по-другому. Даже после дуэли с Кристианом в нем проявились человеческие чувства, например, стыд за то, что пошел на обман. Но за время с дуэли и до своей «инициации» в качестве Короля, он, наконец, стал вампиром в полном смысле этого слова. Когда он вел ментальный разговор с Микаэлем, то не играл, ему действительно было все равно. Микаэль помимо своей воли стал причиной его возвышения, а, значит, не мог теперь просто отойти в сторону. Чувствовал ли Орель что-то к этому выпускнику-человеку? Нет. Он его рассматривал, как возможность позабавиться, заставляя себе подчиниться, хороший секс, поскольку юноша был хорош собой, ну, и кровь. А еще его можно было использовать, как неплохой предмет, чтобы заключить взаимовыгодный договор. Мало, кто откажется от лакомого кусочка, чтобы получить удовольствие: секс и кровь.«Это тяжело?» - вдруг раздался в его голове голос Тира. Орель не показал своего удивления.«Хмм, ты смог пробить мой блок?» - это ему не понравилось.«Нет, не думаю», - прозвучал ответ от вера. – «Мне кажется, начала образовываться наша с тобой связь, как вампира и его яблока, вампира и призывающего. Когда ты неосознанно выпускаешь зов, мне так и хочется замурлыкать и начать о тебя тереться», - последние слова прозвучали насмешливо.- Вы хоть понимаете, что ментальное воздействие должно было появиться только к восемнадцати годам? – вдруг произнес Янко.- А у нас все не как у всех, - спокойно произнес Дан, не открывая глаз.- Янко, ты знаешь, что нас ждет? – Тир посмотрел на старшего вампира.- Выдерут, чтобы неповадно было, - буркнул тот, наконец, проявляя хоть какие-то чувства. – И чем вы вообще думали?- Янко, не надо, - Орель посмотрел на адвоката семьи. – Можешь поверить, мы прекрасно сознаем, что сделали, и что нужно заплатить за свои действия.Лимузин въехал в ворота поместья, когда на часах уже было два часа дня. Во дворе были только Веры, но без своего Намир-раджа. Их явно ждали. Как только мальчики вылезли из машины, двери дома открылись, и показался Мирко Тодеску.- Следуйте за мной, - приказал он бесстрастным тоном.- Что-то мне не по себе, - передернул плечами Алекс.- Чем быстрее мы это сделаем, тем быстрее оно закончится, - пробормотал Орель, решительно направляясь за дядей.Они молча следовали за Мирко, и вскоре стало понятно, что тот ведет их в подземелья. Мало кто мог предположить, что дом, стоящий над землей, это всего лишь десятая часть всего имения. Остальные девять находились далеко внизу. Мирко спускался все ниже и ниже. И с каждым уровнем подростки начинали нервничать все сильнее. У них, конечно, были провинности, но настолько серьезных, которые чуть не стали погибелью всего клана, никогда. До них стало доходить, что обычной поркой они вряд ли отделаются, а на Рождество Орелю еще нужно будет пережить две недели наказания у Дракулы.- Кажется, я только сейчас понял, что мы натворили, - прошептал Алекс.- Сделанного, не воротишь, - отозвался Орель.Мирко открыл перед ними дверь, пропуская внутрь вперед себя. Ребята вошли. Орель еле сдержал вздох, тут присутствовал и Ромео Вентру, а, значит, экзекуция явно будет не из приятных.- Что ж, добро пожаловать домой, - Шандор окинул взглядом мальчишек. Те держались хорошо, но опытному глазу сразу были заметны и чуть расширенные зрачки, что указывало на чуть более сильное сердцебиение, чем нужно, и на нервозность. – Вам известно, за что и почему вы должны быть наказаны. Никто ни с кого ответственности снимать не будет, так что каждый заплатит в меру своего проступка. А теперь раздевайтесь.Орелю сразу вспомнился точно такой же приказ, отданный им самим каких-то четырнадцать часов назад. Сопротивляться и спорить не имело смысла. Как он уже сказал Микаэлю, лучше смириться и запомнить, чем пытаться сделать еще хуже. Его все равно накажут. Но либо это будет то, что уже заготовили, либо перепадет намного больше. Он лишь секунду колебался, а затем начал аккуратно снимать с себя одежду. Тир, Алекс и Дан последовали его примеру. Орель не спускал глаз с отца, а тот подошел к чану, снял с него крышку и кинув внутрь длинные гибкие прутья. Вот тут стало страшно. Руки задрожали.- Ты же понимаешь, что я не могу оставить безнаказанным твой поступок, - Шандор заметил испуг сына. – Ты чуть не погубил весь наш клан. И даже, несмотря на то, что ты мой сын и наследник, наказание должно соответствовать проступку. Я не хочу и не могу тебя убить, но накажу так, чтобы ты никогда больше ничего не делал под влиянием момента.- Я понимаю, отец, - опустил голову Орель. Руки не слушались. Обычная порка – это каких-то полчаса дискомфорта, и час на удаление всех следов, а то, что сейчас придется испытать ему и его друзьям намного хуже, намного. В чане был специальный состав, который, во-первых, усиливает восприятие вампиром порки, во-вторых увеличит срок заживания от полугода до года. И первое время шрамы от ударов будут болеть и вызывать существенный дискомфорт.Наконец, вся одежда была снята.- Тир, перекидывайся, - прозвучал приказ Намир-раджа. Орель уставился на вожака веров. Что-то такое всколыхнулось внутри, но никак не хотело выйти наружу. А затем он увидел, как Намир-раджу подошел другой вер. На его руках были перчатки, и держал он серебряные кандалы.- НЕТ! – он столько силы вложил в свой крик, что веры подались назад.- Орель, не вмешивайся, - приказал Шандор.- Тир – мое яблоко, я не позволю вешать на него серебро, - он не собирался отступать в этом вопросе.- Ты признаешь, что он твое яблоко? – Намир-радж пристально смотрел на наследника Тодеску, на призывающего.- Да, - Орель вцепился в шерсть пантеры, не позволяя ей отойти от себя.- Ты готов принять его наказание на себя? – вдруг задал вопрос Шандор, тоже не спуская взгляда с сына.- Да, - Орель даже не колебался с ответом. – В том, что случилось только моя вина, и я готов отвечать за это, - он явно дал понять, что готов принять и наказание за Алекса и Дана.- Ответить ты можешь только за Тира, Алекс и Дан приняли решение сами, - произнес Пирс Мортимер, отец Алекса. – Так что и отвечать они будут соответственно.- Тир, - Намир-радж грозно посмотрел на сына. Орель нехотя разжал руку, но был готов броситься на выручку другу. Но на Тира надели обычный ошейник, правда, зачарованный от того, чтобы он мог перекинуться в человеческое тело. – Ты будешь смотреть за тем, как будут наказаны твои друзья. Посмеешь отвернуться, их наказание будет увеличено.Пантера замерла, не сводя взгляда с Ореля. Тот только чуть успокаивающе улыбнулся одними уголками губ. На самом деле смотреть, как наказывают твоих друзей, и оставаться бесстрастным очень сложно.- Подойдите к стене, - приказал Шандор, указав на стену, куда именно должны были подойти юноши. Всем троим, подняли руки над головой и закрепили их в кандалы, правда, выложенные изнутри мягкой тканью.Дэвид Летсер, отец Дана, Пирс Мортимер и Шандор Тодеску взяли из чана по одной розге. Они сами должны были наказать своих сыновей.Орель закрыл глаза, ожидая удара. Он не считал, что наказание жестокое. Он считал, что отец в своем праве, ведь клан мог просто быть уничтожен. Он потому и бросился тогда к Ромео, понял, чем все это может закончиться. Это была его семья, а он чуть не стал их погибелью. Он даже принял бы, если бы отец решил его убить. Удар был сильный, жалеть его никто не собирался. Даже если он и хотел не кричать, то это было невозможно. Состав, в который окунули розги, повысил чувствительность тела, снизил болевой порог. Каждый удар, а Орель помнил, что должен выдержать, как минимум тридцать, сопровождался поскуливанием Тира.- Десять, - услышал он счет. Свист, удар, крик, скулеж. Свист, удар, крик, скулеж.- Тир, я предупредил тебя, - рык Намир-раджа.- Плюс пять ударов Орелю и по два Алексу и Дану, - спокойный голос Ромео Вентру вынес приговор за то, что Тир попытался спрятать морду в лапах и не смотреть. Бедный Тир забился в своих цепях.- Двадцать пять, двадцать шесть..., - продолжался счет. Сейчас удары сыпались только на Ореля. Дану и Алексу досталось только по двадцать и два дополнительных, но и этого было достаточно. Кричать Орель уже не мог, спина, ягодицы и бедра нещадно болели. Он чувствовал, как по его телу струится кровь.«Орель, держись, пожалуйста», - услышал он слабый голос Тира. – «Мы все сделали правильно. Ты только держись, пожалуйста».- Тридцать два, тридцать три..., - если бы не ментальный голос друга, Орель давно бы уже сдался. Это было больно, очень больно. – Тридцать пять...И, тишина. Хотелось просто расслабиться. Он дал себе эту возможность, повисая только на руках, на которые сейчас и легла вся нагрузка.- Ты помнишь, что наказание должно быть еще и от клана Вентру? – раздался вопрос. Сил ответить не было.- Орель, - равнодушный голос отца.- Да, - прохрипел он.- Ты готов принять его? – снова вопрос.- Да, - сил совсем не было.Сначала ничего не происходило, затем ему чуть повернули голову, заставляя смотреть. Перед глазами появилась чаша с тем самым составом, в котором вымочили розги. Сознание куда-то уплывало. А затем... Глаза распахнулись в ужасе. В чашу опустили освещенный крестик. Высшим вампирам он сам по себе не принес бы больших проблем, так, пятиминутное беспокойство, но получивший заряд в этом зелье, крест становился страшным оружием даже против высших. Нет, он их не убивал, но если такой крест приложить к телу высшего вампира, то боль будет адской, а шрам в виде креста останется навсегда. Кажется, Ореля решили раз и навсегда научить сначала думать, а затем действовать. Он только сейчас по-настоящему понял, чем же его действия могли закончиться.Безумный крик боли взорвал подземелья Тодеску. Орель уже не видел и не знал, как в своих цепях забились Дан и Алекс, как чуть не задохнулся Тир, рванувший в его сторону, как из глаз отца и дяди струятся кровавые слезы. Он не почувствовал, как с него сняли кандалы, как осторожно Ромео держал его на руках, как аккуратно, боясь доставить лишнюю боль, глава Ветру и глава Тодеску смывают с него кровь. Сознание ушло, даруя тишину и спокойствие, пусть не надолго, но такие сейчас необходимые.Орель словно качался на волнах, всплыть в реальность никак не получалось. Сознание словно не хотело его возвращать в мир, где будет больно, очень больно.- Котенок мой, мой маленький, мальчик, - услышал он тихий шепот, а затем уже почувствовал, что его гладят по полосам. Голос шептал куда-то в макушку. Медленно реальность прояснялась. Он лежал на чем-то жестком, но явно застеленном постельным бельем. Спина, ягодицы и бедра горели, особенно одно, левое, где теперь навек застыл знак креста, как напоминание о его безрассудном поступке.- Папа, папочка, - жалобно вырвалось у него.- Все закончилось, котенок, все уже закончилось, - прошептал Шандор.- Ты меня еще любишь? – тихий, почти не слышный вопрос.- Дурачок, - ласковый шепот и легкий поцелуй в макушку. – Ты – лучшее, что есть в моей жизни. Только никогда больше так не делай, я прошу тебя.- Никогда, папочка, я клянусь, - прошептал Орель. Силы снова покинули его.Полтора суток он провалялся в одном положении. Сил двинуться не было, да и желания тоже, поскольку любое движение отзывалось бешеным всплеском боли. Но встать нужно было, нужно было собрать волю в кулак и вернуться в школу. Там нельзя было показывать свою слабость. Он – Король, он это все. Плакать можно будет ночью, уткнувшись в плечо Тира, молча, чтобы ни один звук не вырвался из горла. Орелю снова пришлось измениться, там ему нужно было быть сильным тогда, когда не был сил держаться на ногах, когда перед глазами сверкали звезды, когда одежда причиняла адскую боль. И не только ему, но и Алексу с Даном.В пределы школы в девять вечера в воскресенье их доставили тенями, оставили одних. Добираться до своих комнат они должны были самостоятельно. Ни одной эмоции, ни одного чувства, прямая спина, уверенный, равнодушный, и даже пустой взгляд, уверенная походка, чуть презрительная улыбка – вот какими их должны были все видеть. Он дошли. Орель кивнул своей свите, которая была в коридоре, и спокойно вошел в свои комнаты. Он сразу же направился в спальню. И рухнул. Тир, умирая от беспокойства, раздел своих друзей и любовников. Он метался между ними, понимая, что ничего не может сделать. Он уже готов был взвыть и стучаться головой об стену. Клеймо креста на бедре Ореля набухло, из открывшихся ран на спине потекла кровь. И он принял решение.Кристиан сидел со своими самыми верными друзьями из свиты Максом Вермонтом и Алишером Тернье. Они обсуждали какие-то свои вопросы, когда на пороге появился Тир. Бывший Король сразу заметил затравленный взгляд вера, хоть и неплохо скрываемый.- Поклянись, что не используешь это против Ореля, - потребовал он. Кристиан напрягся. Он почувствовал, что что-то случилось, что-то явно нехорошее.- Ты собираешься его предать? – Вермонт презрительно посмотрел на юношу. И тот вдруг не выдержал, рухнул на колени, спрятав лицо в ладонях.- Помогите, - прошептал он.Тир ничего толком не мог объяснить, он просто привел трех вампиров в спальню нового Короля. Кристиан испытал настоящий ужас, увидев крест на теле Ореля, да и вообще внешний вид трех вампиренышей.- Поклянитесь, что не используете это против них, - прошептал Тир.- За что? – сглотнул Вермонт.- Я чуть не уничтожил кланы Тодеску и Вентру, - прозвучал совершенно дикий ответ, данный безжизненным голосом.