глава 5

Дни в новом доме казались Сольчжу бесконечно долгими. Каждое утро начиналось с холодного «доброе» и заканчивалось безмолвными ужинами, где слышен был только стук ложек о тарелки. Сынмин жил так, будто рядом с ним не было никого. И это сводило её с ума.

Сольчжу решила, что если он не хочет взаимодействовать, то она просто навяжет ему своё общество.

— Сынмин, а что ты любишь есть? — спросила она однажды вечером, когда он вернулся с работы.

Он мельком посмотрел на неё, будто вопрос был для него неожиданным.

— Обычную еду.

— Спасибо, очень понятно, — пробормотала она, закатив глаза. — Ладно, а какое у тебя хобби?

— Работа.

Сольчжу медленно вдохнула, считая до трёх, чтобы не сорваться.

— Ну, а что тебе нравится делать в свободное время?

— Свободное время я использую, чтобы работать.

Она уставилась на него, пытаясь понять, троллит он её или нет.

— Ты хоть что-то делаешь для удовольствия?

— Сплю, — спокойно ответил он, даже не моргнув.

Сольчжу в отчаянии рухнула на диван.

— Ты не человек, а робот...

Сынмин пожал плечами и ушёл в кабинет.

***На следующий день она решила не отставать.

— Мы же теперь живём вместе. Разве не странно, что мы почти не разговариваем?

— Мы разговариваем.

— Нет! Ты просто отвечаешь односложно и уходишь по своим делам!

Сынмин вздохнул и отложил бумаги.

— Хорошо. Как прошёл твой день?

— Эм... ну, я ходила в университет, потом встретилась с подругой, потом...

— Понял.

— Ты даже не дослушал!

— Ты же хотела, чтобы я спросил? — поднял он бровь.

Она в отчаянии всплеснула руками.

— С тобой невозможно!

— Я знаю.

Сынмин снова взял бумаги, а Сольчжу почувствовала, что если и дальше будет говорить со стеной, то просто взорвётся, но так не может продолжаться.

— Ты вообще осознаёшь, как трудно с тобой жить?!

— Да, — невозмутимо ответил он.

— И тебя это устраивает?!

— Это твоя проблема, не моя.

Её лицо покраснело от злости.

— Да что с тобой не так?! Ты никогда не злишься, не радуешься, не раздражаешься! Я вообще не понимаю, живу с человеком или с глыбой льда!

— Ты слишком много энергии тратишь на эмоции.

— А ты – слишком мало!

Сынмин смотрел на неё спокойно, как будто она не бушевала перед ним, а просто спрашивала, который час.

— Тогда давай договоримся, — наконец сказал он. — Ты живёшь своей жизнью, я — своей. Мы не мешаем друг другу.

— А смысл тогда вообще быть в одном доме?!

— Потому что так нужно.

Сольчжу сжала кулаки, чувствуя, что разговор бессмысленный.

— Ты меня бесишь, — бросила она, уходя в свою комнату.

Когда дверь за ней захлопнулась, Сынмин откинулся на спинку стула и провёл рукой по лицу.

Он не хотел быть таким. Просто не знал, как быть другим.

***После той ссоры в доме стало ещё холоднее. Сынмин продолжал вести себя так, будто их совместная жизнь — это чистая формальность. Сольчжу же пыталась игнорировать его безразличие, но это давалось ей с трудом.

Они жили под одной крышей, но почти не пересекались.

Сынмин уходил рано утром и возвращался поздно вечером. Всё его время занимала работа, и, казалось, он совершенно не нуждался ни в компании, ни в теплоте.

Сольчжу, в свою очередь, жила своей жизнью. Учёба, друзья, занятия в университете. Она специально задерживалась дольше обычного, чтобы не возвращаться в пустой, безмолвный дом.

Но даже когда они встречались, их разговоры были сухими и короткими.

— Ты ужинал? — спрашивала она, скорее по привычке, чем из настоящего интереса.

— Да.

— Тебе не кажется, что ты чересчур зациклен на работе? — спросила она, скрестив руки на груди.

Он даже не поднял глаз.

— Нет.

Сольчжу фыркнула.

— Может, ты хотя бы раз притворишься, что интересуешься чем-то, кроме документов?

— А зачем притворяться?

Она раздражённо села напротив него.

— Ну, может, потому что мы женаты?

— Фиктивно.

— Всё равно! Люди в браке хотя бы разговаривают друг с другом!

Сынмин наконец-то поднял взгляд.

— Мы разговариваем.

— Это не разговор! Это обмен информацией!

Он вздохнул и захлопнул ноутбук.

— Хорошо. О чём ты хочешь поговорить?

Сольчжу замерла. Она не ожидала, что он так легко согласится.

— Ну... например, как прошёл твой день?

— Работал.

— Ты вообще умеешь строить диалог?!

— Умею. Но не вижу в этом смысла, если разговор не несёт пользы.

Она схватилась за голову.

— Какой же ты бесчувственный!

— Я реалист.

— Ты ледяной!

— И ты опять кипятишься.

Сольчжу резко вскочила.

— Всё, я пошла спать!

Она направилась в свою комнату, но в дверях остановилась.

— И знаешь что? Тебе стоило бы попробовать быть хоть немного живым!

Дверь громко хлопнула, оставляя Сынмина в одиночестве.

Он провёл рукой по лицу и вернулся к работе.

Но, вопреки своим же словам, он ещё долго не мог сосредоточиться.

***После очередной ссоры Сольчжу решила, что больше не будет тратить силы на Сынмина. Если он хочет вести себя как робот, пусть так и будет.

Она перестала задавать вопросы, перестала пытаться с ним говорить. Теперь их общение сводилось к вежливому «Доброе утро» и «Хорошего дня».

Именно в этот момент Сынмин почему-то начал замечать её отсутствие.

Обычно, возвращаясь домой, он слышал её голос — она всегда что-то напевала на кухне или болтала с подругами по телефону. Теперь же в доме было тихо.

Обычно она пыталась вовлечь его в разговор, даже если он отвечал сухо. Теперь же, встречаясь с ним взглядом, просто кивала и уходила в свою комнату.

И почему-то это начинало его раздражать.

Однажды вечером он вернулся позже обычного и увидел на столе записку:

"Не жди, я ушла ужинать с друзьями."

Сынмину не было дела, с кем она ужинает. Он не понимал, почему его это зацепило. Он решил для себя, попытаться поговорить с ней.

На следующий день за завтраком он решил проверить, действительно ли она так легко отказалась от своих попыток достучаться до него.

— Как учёба? — спросил он, наливая себе кофе.

Сольчжу удивлённо посмотрела на него, будто перед ней сидел совсем другой человек.

— Нормально, — коротко ответила она, сделав глоток чая.

Сынмин нахмурился. Обычно на такой вопрос она начинала рассказывать о своих лекциях, преподавателях и подругах, не особо заботясь о том, слушает он или нет.

— Просто «нормально»?

— Да, просто нормально, — пожала она плечами.

— Ты же обычно говоришь больше.

Сольчжу усмехнулась.

— А ты обычно не спрашиваешь.

Она положила ложку на стол и встала.

— Мне пора, не забудь закрыть дверь.

И ушла.

Сынмин смотрел ей вслед, машинально постукивая пальцами по кружке.

Что ж... теперь ему это точно не нравилось.

Весь день на работе он ловил себя на мысли, что постоянно возвращается к утреннему разговору. Почему его вообще задела её равнодушная реакция? Разве не он сам этого хотел?

Когда он вернулся домой, она сидела на диване, уткнувшись в телефон.

— Ты уже ужинала? — спросил он, снимая пиджак.

— Да.

— Одна или с друзьями?

Она подняла взгляд, удивлённая его настойчивостью.

— Одна.

Он кивнул, будто её ответ что-то для него значил, и прошёл на кухню.

Сольчжу вздохнула.

— Что с ним сегодня не так... — пробормотала она себе под нос.

А Сынмин в это время смотрел в холодильник, совершенно забыв, что пришёл сюда не за едой.

Несмотря на свою внешнюю невозмутимость, Сынмин начинал понимать, что в доме что-то изменилось. Ему было привычно жить в тишине, но теперь эта тишина казалась некомфортной.

Раньше Сольчжу раздражала его своими бесконечными попытками привлечь внимание, теперь же её безразличие цепляло куда сильнее.

Он не ожидал, что привыкнет к её присутствию. И уж точно не ожидал, что будет его не хватать.

***Однажды вечером он снова вернулся поздно. Свет в гостиной горел, но Сольчжу не было. Он нашёл её на балконе — она сидела на стуле, завернувшись в одеяло, и пила чай.

— Ты не замёрзнешь? — спросил он, опираясь на дверной косяк.

Сольчжу пожала плечами.

— Нет.

— Ты странно ведёшь себя в последние дни.

— Это смешно, потому что раньше ты говорил, что я странно веду себя, когда пыталась с тобой разговаривать.

Сынмин нахмурился.

— Я просто заметил, что ты изменилась.

Она поставила чашку на перила и повернулась к нему.

— А ты хотел, чтобы я продолжала бегать за тобой?

Он открыл было рот, но так и не решился ответить.

— Вот и я думаю, что нет, — усмехнулась она.

Она встала и прошла мимо него в комнату, оставляя Сынмина наедине с мыслями.

На следующий день в доме раздался звонок в дверь.

— Можешь открыть? У меня руки в мыле! — крикнула Сольчжу с кухни.

Сынмин, который как раз вернулся с работы, молча направился к двери.

На пороге стоял парень с цветами.

— Добрый вечер, это для Сольчжу.

Сынмин взглянул на него, потом на цветы, затем снова на парня.

— Кто ты?

— А... я Минхо, её одногруппник.

— Минхо, её одногруппник, — медленно повторил Сынмин, забирая у него букет. — Спасибо.

И захлопнул дверь перед его носом.

Сольчжу вышла из кухни, вытирая руки полотенцем.

— Кто это был?

Сынмин молча протянул ей цветы.

— Минхо, твой одногруппник.

Она моргнула.

— И что он сказал?

— Ничего. Я взял цветы и закрыл дверь.

Сольчжу уставилась на него в полном шоке.

— Ты... ты что, просто захлопнул перед ним дверь?!

— А что, надо было пригласить его на чай?

— Господи, Сынмин! Он теперь подумает, что я грубая!

— Ну, если он умный, то поймёт, что это я грубый, а не ты.

Она тяжело вздохнула и забрала букет.

— Ты невозможен...

— Но очень удобный. Видишь, тебе даже не пришлось идти за цветами самой.

Сольчжу закатила глаза, но, уходя в комнату, всё же улыбнулась.

А Сынмин задумчиво посмотрел на дверь.

Он не был ревнивым. Конечно, нет. Просто... так вышло.