Во власти целей и технологии

Бил с криком и ужасом наблюдал как быстро приближается земля. Оптимус столкнул его с моста прямо в объятья скал. Агента настигает дикий ужас и истерика, когда он считает последние секунды и всю свою жизнь перед глазами видит. Он не сразу замечает боковым зрением летящего вниз Балкхэда, который приземляется секундой раньше и ловит автомобиль обеспечивая легкую посадку.

— Ты там живой? — интересуется разрушитель, смотря на мужчину, который вдыхает воздух на всю грудь и с приоткрытым ртом смотрит на спасителя.

— Вольно, — выдает он, все еще смотря в лобовое стекло потерянным взглядом, — солдат. — добавляет мужчина в своей рабоче манере. Но тут неожиданно срабатывает подушка безопасности, которая контрольным бьет в голову. Фоуллер расслабляется полностью в кресле и откидывает голову назад, словно удар выбил из него все силы.

***

Бамблби смотрит в след уезжающей Арси, которая погналась за своим лидером, неожиданно и амбициозно бросив напоследок: «Праймы не убегают». Разведчик смотрит на то, как внизу копошиться Балкхэд, осматривает место происшествия: длинные извитые следы резины на асфальте указывают на резкое отклонение от траектории, которую соблюдал Уильям Фоулер. Рядом тянулись еще одни, мене короткие, но шире в размере. Би не мог и представить, как именно это произошло и на все сто был уверен, что это ошибка и агент обознался. Гонщик видит как во мраке скрывается огонек от фар Арси и едет за ей, полагаясь полностью на Балкхэда.

С разницей в полтора километра, разведчик приезжает туда, где по его мнению скрылась напарница. Старая заправка с ржавым автомобилем на парковке была единственным местом, куда могла уехать фемка. В радиусе пяти километров не было ничего.

Автобот въезжает на парковку медленно освещая всё фарами, не замечает никакого движения. Небо звездное, луна молодая освещает совсем мало ночного мрака, где-то за линией горизонта виден свет от Джаспера, но этих источников света мало для того, что бы разглядеть что-то.

Разведчик трансформируется в робота и осматривается. Он проходит по территории и готовый в любой момент к нападению. Вот только не был готов к тому что обнаружит Арси, не в сознании. Следы гари на асфальте указывают на борьбу, которую, судя по всему, лазурная проиграла.

— Рэтчет, мне нужен мост, — спешно связывается гонщик и поднимает напарницу в дезактивированном состоянии на манипуляторы. Визуально, нет никаких серьезных повреждений и критических показателей. Гонщик осматривается по сторонах и никого не видит. Предполагаемый Оптимус сбежал, обезвредив одного из своих. Перед кибертронцами открылась воронка, куда зашел разведчик.

***

Команда наставила оружие против своего же лидера, который смотрел на подопечных растерянный и немного отрешенный. Что произошло такого пока его не было?

— Что-то случилось? — коротко спрашивает он, осматривая каждого, не двигаясь. Автоботы молчат некоторое время оценивая внешний вид Прайма, его манипуляторы были опущены и он не был похож на того, кто собирается напасть.

— Мы гадали где ты, — объясняет Смоускрин, выступая немного вперед и опуская свое активированное оружие. Его примеру следуют и остальные.

— Не смогли с тобой связаться, — аргументирует Арси, становясь рядом с гонщиком. Повисает напряженное молчание. Дети переглядываются меж собой. От части становится неловко.

— Я был там, где связь не работает, — автобот разворачивается что-бы что-то достать, а команда сразу же наставляет против него свой арсенал. Лидер демонстрирует несколько кристаллов энергона, удивленно смотря на окружающих.

— В одном из наших хранилищ, мне нужен энергон в первозданном виде... — Оптимусу стает немного не по себе.

— Да ладно вам, это же наш Оптимус! — Джек хмуро смотрит на роботов и указывая рукой на лидера. — Разве не видно?

— Мы просим прощения, — смотря прямо на лидера, говорит фемка, но её перебивает Уильям.

— Извини за это, Прайм, это моя вина, — поясняет Фоулер, трансформер смотрит на него выжидающее, терпит и не говорит ничего. В павильоне повисает напряженная тишина, — на меня сегодня напал грузовик, подозрительно похожий на тебя.

Далее следует рассказ, который вмещает в себе все подробности и детали. Оптимус выслушивает всех внимательно, анализирует. Дети, которые до этого собирались уйти домой, остаются, плевать на то, что они завтра с трудом поднимутся в семь утра. Вечер предстоит интересный.

***

— Фоулер, — коротко отвечает агент на входящий звонок, подростки всё свое внимание посвящают Уильяму, мужчина немного расхаживает вперёд-назад и остановившись, резко и громко выкрикивает. — Что? Это невозможно! Я уверен в этом на все сто процентов! — доказывает мужчина сжимая у уха мобильный, — Это не он! — агент смотрит на Оптимуса и хмурит густые брови. Уильям закатывает глаза и отбивает звонок. Команда выжидающе смотрит на него.

— На военную базу «Альден» напал Оптимус Прайм. — коротко и ясно излагает рейнджер.

— Грузовик? — уточняет Астрид, стоя у перил.

— Автобот.

***

Автоботы незамедлительно отправились на военную базу, где произошел инцидент. Прибыв на место назначения, картина представляется не самая лучшая: множество вооруженных военных, которые отстреливаются в другой конец базы, два вертолета открыли огонь по врагу. Вся территория в полнейшем хаосе и разрухе: корпуса разгромлены, столбы дыма от горящих зданий тянуться высоко в небо, огонь повсюду, куски камней, которые обрушились со зданий.

Сквозь дым и пыль, в конце базы, Оптимус замечает свою точную копию, которая увидев автобота, прекращает огонь и бросается бежать, трансформируясь в автомобиль, уезжает прочь. Но с глубин территории появляется подкрепление, в воздухе еще три вертолета. Летит ракета и подрывает землю прямо перед командой.

— Автоботы, не оказываем сопротивление! Возвращаемся на базу. — четко командует лидер, — Никто из людей не должен пострадать. — он активирует рацию. — Ретчэт, нужен мост, сейчас же!

***

По прибытию, автоботы застали агента в пылу громкого телефонного разговора. Он доказывал, что в момент нападения, Оптимус был прямо перед ним и все в том роде. Судя по эмоциях мужчины, человек по ту сторону трубки бы настроен очень серьезно, да и звание у него было выше. Мужчина сдержано соглашается со всем, что ему говорят, в итоге завершает звонок.

— Что в результате? — зевая спрашивает Иккинг.

— Военным отдан приказ стрелять строго на поражение, если в зоне видимости появится автобот. — отвечает Уильям, говоря достаточно громко, что бы расслышали все.

— Это шутка? — возмущается Джек.

— Они ни при чем! — взрывается Накадаи, — Оптимуса подставили и очень жестко!

— Принятые решения никак не помогают делу. У нас есть проблема, которую стоит решить очень быстро. — аргументирует лидер.

— Огромная смертоносная проблема-трансформер! — добавляет Билл.

— У них это получилось. — утверждает оранжевый мед-бот, подходя к Прайму. Эту мысль он допускал, но теперь, ему она не кажется такой бредовой. — Они смогли дешифровать код, разобраться в нашей анатомии.

— Механоиды. — отвечает лидер автоботов.

***

Все таки команда принимается анализировать действия Сайласа и его людей, обсуждая каждый момент, каждую известную им вылазку. Походу воспоминаний автоботы устанавливают хронологическую последовательность. Они припоминают попытки кражи Т-шестерни у Би, им известно, что Старскрим стал их новым донором, но основную роль сыграл конечно погибший чуть меньше года назад Брейкдаун. Учитывалось сотрудничество с десептиконским сикером, который вполне мог рассказать им о кибертронской биологии, предоставить энергон и как итог — проект стал успешным.

С момента упоминания Брейкдауна, Астрид зациклилась на напарнике, наблюдая за каждой его эмоцией. Эта тема была ей известна еще с момента знакомства с десептиконом. Когда они немного сдружились, то делились разными историями, в том числе и рассказами о друзьях. Нокаут не знал о дальнейшей судьбе когда-то лучшего друга, знал только то, что его убила Эрахнида. Но информация о том, что МЕХ так использовали его тело сбила с толку. Стоит обдумать некоторые моменты. Хофферсон готова поговорить с доктором, когда они останутся вдвоем.

Подростков отправляют домой, чему те неприменно рады, готовые зарыться в теплых одеялах и мягких матрацах. Завтра стоило сделать много работы. Отдать тетради на проверки, выпускникам подать документы для оформления аттестатов и выпускной документации.

***

Школьный день выдался не очень длинным, дети успели даже заехать на базу, узнать как там обстановка и не появлялся ли Немезис Прайм. На удивления везде было глухо и пусто. Мех нигде не светились и их невероятное творение тоже.

Дети не были сильно озадачены делами, подготовку к экзаменам Мико решила отложить на следующий день. Хотелось отдохнуть. Эту идею поддержал и её старший брат. Созвонившись, все вместе обговорив, принимая во внимание предпочтения каждого, было принято решение посмотреть у кого нибудь фильм, поиграть в настольные игры, может чего-то выпить.

Общим обсуждением и голосованием, было принято решение остаться дома у Хэддока. Ребята дружно скупились в супермаркете, заказали пиццу и долго спорили касательно выбора фильма. Спор продолжался до тех пор, пока стол не накрыли всякими снеками и чипсами и не подали каждому по пиву, всем, кроме Рафаэля, он пил газировку.

Ребята сходятся во мнении на комедии и располагаются кому как удобно. Иккинг забирается с ногами на диван, возле него по правую руку садится Рафаэль, по левую — Астрид, Мико и Джек садятся внизу на полу, прямо перед столом со всякими вкусностями.

— Ох, — Мико активно жует чипсы, подозрительно красные, — кто взял это? — она немного шатается со стороны в сторону, сидя в позе лотоса, жмурит глаза, — Острые, капец. — Накадаи всегда любила выбирать самые большие чипсинки из упаковки, но этот раз был неудачным. Она не очень любила острую еду. Большую чипсинку было жаль выбрасывать, потому она лучше ничего не придумала. — Держи, — художница поворачивается к брату и не спрашивая разрешения отправляет снек прямо в рот старшему. Иккинг сидит несколько секунд растерян, но потом начинает активно жевать еду, потому что он немного не угадал с выбором этих чипсов. Они очень острые.

Шатен тянется мимо двух сидящих внизу друзей, достает до небольшой миски с орешками и удобно мостит её у Мико на голове. Японка что-то немного возмущалась, угрожала, а в итоге — смирилась.

Фильм оказывается действительно смешным и интересным. Ребята надрывают животы от смеха и вытирают выступившие слезы. Выпитое их немного расслабляет, фильм подходит к концу и Рафаэль предлагает сыграть в карты, на что ребята соглашаются. Партии затягиваются, кто-то предлагает играть на желание, большинство отказываются. Джек приносит стакан воды и случайно опрокидывает его на Иккинга, ссылаясь на месть за проигрыш, но на деле это выходит случайно. Рафаэль остается лидером по победам, набирает больше всех очков. Мико в шутку обвиняет его в жульничестве и призывает команду защекотать обманщика, все охотно соглашаются на это. Вечер продолжается в уютной семейной атмосфере.

***

Накадаи пропускает вот уже вторую партию в карты и что-то клацает в телефоне. Когда батарейка садится, брюнетка увлекается происходящим. Японка наблюдала за спором меж одноклассниками вот уже несколько минут. Парни отшучивались и резко переходили на серьезный тон, но сути дела это не меняло — они спорили. Почему-то этот не серьезный конфликт напоминал Мико ту саму ночь, где они все вместе ссорились, ту злополучную вечеринку и тот скандал. Было это не так и давно, но сколько уже прошло событий с тех пор. А внутри все еще горечь от собственных поступков. Начиная с той самой вечеринки в доме вплоть до тошнотворного утра с похмельем и температурой под сорок. Мико считала то состояние своим наказанием.

Она так много чего не помнила с того вечера, потому что в голове был алкоголь и наркотики. Накадаи смотрела на брата, который спорил с Джеком, на Астрид, которая сидела между этими двумя и из-за их перепалки испепеляла взглядом то одного, то другого, на Дарби, который так втянулся в дискуссию, что угрожающее закатал рукава своей белой водолазки без горла, с темно-синими рукавами, словно угрожая своим внешним видом. Накадаи подвисает на его кофте и смотрит на его плечи и руки неприлично долго. Кажется, он был тогда в такой же одежде.

Мико вспоминает резко, словно вспышкой. Джек точно был в этой кофте когда привез её домой пьяную и шальную. Накадаи немного округляет глаза и садится ровнее, уже не смотря на перепалку. Смотрит на стакан с пивом в руке и постоянно возвращается в тот день. В голове крутятся шестеренки, что-то шевелится и девочка вспоминает о той ночи немного больше...

— Что-то не так? — растеряно начала младшая, замирая на диване.

— Да! — выпаливает брюнет, вскакивая с мягкой мебели, — Нет, то есть да, то есть нет, ох черт, Мико! — запинался парень, паникуя. Шквал вопросов и эмоций обрушился на него так неожиданно: испуг, удивление, возмущение, в некой мере даже злость.

— Я так и думала, я тебе не нравлюсь! — обижено рыкнула младшая, скрещивая руки на груди.

Внутри что-то неприятно дернулось, что-то укололо больно и горячо. Щеки до этого были покрыты пьяным румянцем, но теперь, Мико чувствует смущение. Девушка смотрит на Джека, который выглядит беззаботным хоть и немного разгоряченным из-за спора. Платину в голове Мико словно прорвало и воспоминания начали с новым потоком затапливать её.

— Поцелуй меня! — Дарби оторопел, смотря широко раскрытыми глазами, и поражаясь таким заявкам от японки. — Вот видишь! — обижается брюнетка.

Джек садится рядом, вдыхая, аккуратно взяв младшую за руку.

— Мико, понимаешь, — но Накадаи не дожидается каких-либо оправданий и убеждений, хочет проверить все слова Джека на собственной шкуре. Она тянет парня на себя, заваливаясь на спину, и Дарби нависает над ней. Так же властно брюнетка утягивает друга в поцелуй.

Девушка встает и идет на кухню, но этого никто не замечает, одноклассники увлечены конфликтом. Астрид уже не единожды грозится прибить их обоих, лишь бы они прекратили этот спор. Рафаэль смеется с реакции Хофферсон, а она перебивая двух оппонентов молит младшего о помощи. Накадаи уже не чувствует былого расслабления, теперь Мико вспоминает все что нужно и не нужно. Мысли лезут в голову и остановить брюнетка не может. Художница отрывками помнила моменты того вечера, но то, что произошло меж ней и Джеком — не дает покоя. Потому что Дарби не остановил её. Потому что он ответил на поцелуй. Он целовал её не только в губы.

Накадаи моет руки, выпивает воды. Это не помогает отрезветь от потока воспоминаний. Она направляется в ванную и хочет умыться. Хочет придти в чувство и забыть всё, что обрушилось на неё несколько минут назад. Брюнетка отрешенно смотрит на свое отражение в зеркале и с ужасом понимает, что в тот вечер она целовалась с Джеком, она стаскивала с него эту самую белую водолазку с темно-синими рукавами. Девочка мотает головой и пытается сбросить назойливые воспоминания. Но мозг, словно отдельной жизнью живет, постоянно возвращается к этим событиям, старается запомнить всё очень хорошо, что бы уж точно укрепить в своей оболочке. В ушах звенит от такой внутренней революции.

Мико старается переключится на другие события, на тот злосчастный конфликт, на атмосферу в тот вечер. Пытается вспомнить что либо другое, но памятью словно вирус завладел, который подкидывает новый спам. Девушка устает сопротивляться и садится на край ванной, смотря в одну точку на полу. В голове, словно улей.

— Я плохо помню, но... — девочка запнулась, стесняясь задать следующий вопрос и долго складывая в голове правильное расположение слов, что бы не показалось слишком грубо, пошло или неуместно. — у нас с тобой что-то было? Я честно не помню, и мне очень не комфортно.

— Нет, я только помог тебе добраться домой, что ты, ничего не было.

Мико была уверена — она не выдумала их поцелуи на диване в гостиной, его руки на оголенной талии, его горячую кожу и аромат парфюма с нотками цитрусовых. Ладонь ложится на живот, на место, где в ту ночь Джек придерживал её, целуя. Накадаи чувствует внутри опустошение. Такая холодная и сырая пустота, такое жутко-неприятное чувство в груди, что содрать кожу охота. Не из-за того, что она вспомнила о поцелуях и всем том что происходило меж ними. От того, что Джек солгал. Дарби соврал ей, когда она нуждалась в правде, когда была беззащитна и слаба. Джек соврал. И оставалось только теперь понять — почему он это сделал? Что бы прикрыть себя? Что бы отгородится от возможных отношений с ней? Но зачем? Вопросы, словно спам от того же самого вируса возникали один за другим так быстро и в больших количествах. Мико хватается за голову. Нужно выйти пройтись.

***

Когда Накадаи вышла к друзьям, то немного опешила. Спор перерос в битву. Только теперь уже меж всеми, в ход пошли подушки и покрывало, которым успешно прикрывался Джек. Мико хмыкает про себя, это так иронично. Плед, которым защищается Дарби, похож на его же ложь, которой он прикрылся в тот вечер.

Ну что же. Выбор сделан, ставки сыграны. Он проиграл. Да и Мико тоже.

— Я немного пройдусь, — предупреждает младшая, схватив толстовку и выходит из дома, не желая слышать вопросы от близких, все равно ответа не даст. К горлу подкатывает ком и губы предательски дрожат. Девочка поняла, что внезапно разбилась о собственные воспоминания. Так безжалостно и жестоко.

Компания переглядывается меж собой, не понимая в чем дело. Вечер внезапно перерос в что-то неясное, в один миг ставшим для всех путаницей. От веселого настроения мало что остается, он выветривается через приоткрытое окно и только что захлопнувшиеся двери.

— Может что-то случилось? — предполагает Рафаэль, коротко оценивая ситуацию, поправляя очки.

— Но она сидела с нами, все было хорошо, — разводит руками Хофферсон, смотря на парадную. Внутри какая-то тревога.

— Я схожу за ней, — порывается встать Иккинг, но Джек его останавливает. Шатен вопросительно смотрит на одноклассника, ожидая аргументов в оправдание своих действий.

— Давай я, — коротко кивает одноклассник, откидывая в сторону плед, — сам за одно немного проветрюсь. А то аж дурно. — он проходится от дивана в гостиной и резво снимает с вешалки кофту. Ему нужно было поговорить с Мико. Поговорить о чем-то важном.

— Возьми свой телефон, на всякий случай. — соглашается Хэддок, протягивая смартфон брюнету, — А то Мико свой оставила тут, — шатен указывает на устройство на столе. — Звони, если что-то случится. — в ответ получает короткий кивок.

Через минут семь, Рафаэль слышит звонок телефона и поднимает трубку, ничего не отвечая, лишь коротко кивнув самому себе. Он откладывает гаджет и смотрит на старших, которые остались убирать после вечера. Астрид собирала бумажки и стаканчики, Иккинг мыл посуду.

— Ребята, за мной приехал Би, он отвезет меня домой. — коротко объясняет мальчик и спрыгивает с кресла. — Мне пора, родители ждут...

— Хорошо, напиши как доедешь, — соглашается Иккинг, провожая школьника. Раф собирает свои вещи в портфель и попрощавшись, скрывается за дверью.

— Как-то всё очень странно, не находишь? — спрашивает Астрид, накинув плед себе на плечи и смотря на одноклассника. — В один момент остались только мы.

— Да, — коротко кивает Иккинг, удобно располагая свою голову на коленях девушки, прикрывает глаза и размышляет. Чувствует, как в густые волосы пробираются тонкие пальцы с коротким маникюром. Хофферсон аккуратно проводила по прядям зачесывая их назад. — Всё же было хорошо? Или в порыве яростного спора я что-то упустил?

— Никто не говорил ничего такого, что могло обидеть кого либо в этой комнате. Может дело в другом, что нам не известно, — коротко снизывает плечами Хофферсон продолжая пропускать сквозь пальцы пряди темных волос. Она думает о всех возможных вариантах сложившейся ситуации. — А может она просто захотела погулять. А мы придумали целую драму.

— Астрид, еще несколько минут твоих манипуляций и я усну до утра, — мурлычет шатен прикрыв глаза и полностью расслабляясь, с трудом пытаясь выяснить причину сложившейся ситуации. Думать становится крайне тяжело, да и не особо охотно. Приятные мурашки ползут по плечам и рукам, тело немного уставшее, голова тоже.

— Я могу прекратить, если хочешь, — с вызовом в тоне говорит голубоглазая, немного ослабляя свои действия и убирая левую руку на плечо Хэддока. Парень недовольно мурчит и не открывая глаз возвращает ладонь на место.

— Нет, ни в коем случае, продолжай, — он коротко улыбается. — Я привык к такому.

— Ты сейчас ничем не лучше Беззубика. — усмехается Астрид, следя за котом на кресле, где сидела Мико, он лежал на спине вдоль подлокотника и мурлыкал, что в тишине дома его урчание можно было с легкостью расслышать.

— Он, кстати, — парень поворачивает голову в сторону животного, — тоже балдеет когда его чешут, особенно под мордой и на груди. — Эй, Беззубик, кис-кис-кис. — кот резко дернулся и подхватился на все лапы. Он сонно смотрел на хозяина, решив, что тот позвал его не зря, сразу кинулся к нему. Черныш потянулся и изогнул спину дугой, затем запрыгнул на живот Иккингу и вопросительно мяукнул.

— Ну что ты наделал? — недовольно хмыкает Астрид, — Разбудил ребенка. — Гонщик смеется поглаживая животное по голове и позвоночнику, тот снова урчит и прикрывает глаза, а еще через несколько секунд ложиться на грудь хозяину.

— Видишь, кошак, у тебя тут авторитет среди всех есть. На твою защиту становятся все, даже Астрид. — парень принимает сидячее положение, а кот снова удобно мостится на его коленях и с поднятой вверх мордочкой наблюдает. Блондинка тянется ладонью к нижней челюсти и проводит пальцем по подбородку, кот громко мурлыкает и подставляется на ласки. Поняв, что ему так неудобно, он мягко ступает по дивану и садится на колени блондинке, опьянен ласками девичьих рук.

— Такой хороший, — улыбается Астрид и прикрывает его пледом. Животное готовится спать, где тепло и уютно.

— Ну всё, теперь ты обречена на черную шерсть везде, — ухмыляется Иккинг и приобнимает девушку за плечи, аккуратно поцеловав в висок. — Ну и конечно же на его любовь. Он на неё щедр. — Хофферсон улыбается, чувствуя какой уют её переполняет. Голубоглазая старается запечатлеть в памяти каждый момент и каждую секунду.

— А почему именно Беззубик? — неожиданно задает вопрос старшеклассница. Кот невероятно греет своим телом, а к мягкой, короткой шерсти так и хочется прикасаться.

— О, это, — хмыкает шатен садясь удобней, — с детства любил читать книги, много книг, любил фэнтези и исторические эпохи, всё в таком роде. Но любимой серией книг у меня была та, что про драконов. Я их обожал. Перечитывал каждый раз, как в первый. — Шатен улыбается, возвращаясь немного во времени назад. — Там было описано так много драконов, такие невероятные виды, фантастические возможности. — Иккинг не заметил как его голос приобрел нотки восторженности, так словно он рассказывал это впервые. Хофферсон тоже улыбалась терпеливо слушая собеседника и раз за разом проводя по спине кота, который вот-вот лопнет от удовольствия и одноклассники оглохнут от его громкого мурлыканья. — Среди десятков видов драконов, я больше всех любил Ночную Фурию. — шатен увлеченно рассказывает о персонаже, как внезапно замолкает, когда собеседница его перебивает.

— Ночную Фурию? — Астрид меняет улыбку на удивление. Взгляд голубых глаз переводит в сторону, потом на парня, потом снова в сторону и на Иккинга. А в голове словно пазл сошелся. — Стой... — Все еще до конца не осознав услышанное девушка смотрит на собеседника молча несколько секунд. Хэддока забавляет реакция блондинки, она, словно маленькая, удивляется, будто девочка десяти лет. — Так вот откуда...

— Да, вот откуда мой псевдоним. Как по мне он звучал круто, согласись? — чуть вскинув бровь довольно усмехается гонщик. В ответ слышится смешок, голубоглазая коротко кивает.

— Да, не знать бы, что ты назвался в честь любимого персонажа-дракона, звучать будет еще круче.

— Я не помню суть всей истории этой книги, но вроде бы главный герой звал Ночную Фурию Беззубиком. Мой кот точно такой же как и тот дракон. Он обожает рыбу, угольно-черного окраса и глаза у него зеленые-зеленые, да и с хвостом проблемы. — перечисляет Иккинг загибая пальцы на правой руке.

— А что с хвостом? — удивленно тянет младшая, аккуратно проведя коту по позвоночнику пальцами и добравшись до его продолжения.

— Он немного деформирован, — поясняет Иккинг и легонько нащупывает нижнюю часть, пальцами перебирая хребцы, — немного короче, чем у остальных, и вот тут, — указывает на зону части кошачего тела, — его косточки немного кривоваты и смещены. — Астрид пальпирует поврежденное место и с удивлением нащупывает нарушения костей. Но кажется, коту все равно. — Папа как-то раз, не заметил что на то время маленький Беззубик увязался за ним в его кабинет и закрывал дверь. Кот проскочил, а его хвост — нет, вот и в результате травма на всю жизнь.

— А сколько ему?

— Почти два года, — улыбается Хэддок и гладит животное по переносице. — Весит эта черная наглость почти шесть килограмм, и потому когда ночью я сплю на спине и он ложится на грудь, приходится менять положение, потому что тяжело дышать становится.

— Сам ты наглый, — шутливо обижается блондинка, — а Беззубик очень хороший. — кот сминает лапками плед под собой и мурчит, кажется, даже улыбается сквозь чуткий сон. Словно делает вид что спит, а сам на деле слушает о себе.

— Ну вот, этот кошак захватил и твое сердце, — смотря на животное, сквозь улыбку говорит парень.

— Мое сердце захвачено немного не тем кошаком, тот немного больше, старше и вовсе не брюнет, а темный шатен, с зелеными-зелеными глазами, — не смотря на одноклассника, словно коту, рассказывает девушка. Шатен молча хлопает ресницами и ухмыляется еле заметно. Внутри сердце пропускает удар и в груди сжимается так сильно и приятно. С каждой секундой ему трудно сдержать улыбку, которую он так ловко скрыл за ухмылкой. Блондинка напротив заставляет каждый раз открывать в себе что-то новое, что-то такое приятное и ранее невиданное, что-то такое, от чего впадаешь в эйфорию и весь мир готов бросить ради неё одной.

— Кажется, сегодня я еще не говорил этого, но я люблю тебя, — шатен улыбается, чувствуя что еще немного и сердце его выпрыгнет из груди. В какой-то момент, Иккинг благодарен богам за то, что ребята ушли по определенным обстоятельствам. Они остались вдвоем, способны уделить друг другу всё свое внимание. Астрид поднимает голову, хочет переспросить, не послышалось ли ей, пусть и расслышала она все прекрасно, с первого раза. На щеке девушка чувствует горячую ладонь, а в следующую секунду — поцелуй на губах. Ни секунды не колеблясь, Хофферсон отвечает на жест и аккуратно располагает свои руки на плечах шатена, обнимая его тепло и нежно. Девушка пальцами ныряет в каштановые волосы и млеет от прикосновений к своей талии. И каждый из них снова растворяется в чувствах, что так безвозвратно утянули их двоих. Так все равно в эту секунду, пусть даже друзья вернутся и увидят их в этом моменте, они всё расскажут, но не позволят прервать такое. Драгоценно и неповторимо. Тепло и уютно. Так бы вечность длилось.

— Знаешь, — начинает девушка, наблюдая за одноклассником, который лениво склонил голову на спинку дивана, сидя боком к подруге и уделяя всё свое внимание ей. Хэддок поглаживает её по правой ноге чуть выше колена и слушает, — из всех тех драконов я больше всего предпочитала Злобных Змеевиков, — девушка закусывает нижнюю губу и улыбается. Иккинг несколько секунд озадачено смотрит и не понимает, послышалось ему или показалось.

— Дракон который бросается шипами? — хмурит брови парень, вспоминая о книге и её персонажах. А потом удивляется еще больше и растерянно смотрит на гонщицу. — Стоп! Ты читала эти книги?

***

Накадаи идет в среднем темпе, не замечает куда, не замечает вокруг никого. В голове такой бардак и японка не понимает, с чего бы начать, что бы навести порядок, который, скорее всего долго не продержится. Мико глубоко вдыхает вечерний воздух и трезвеет, на несколько секунд. Вспоминать ту вечеринку она не хотела, уж слишком много ужасных событий с ней связанно. Синяки на груди посходили относительно недавно, а легче не стало. Словно они въелись ей в кости, в мышцы, словно на всю жизнь. Накадаи мерзко от всех тех воспоминаний, начиная с момента, когда она все перестала запоминать. И слава Богу. Именно так она убеждает себя. Но не сегодня. Не сейчас. Брюнетке во всё горло хочется выть от того, что она не понимает что нужно делать. Что нужно говорить в такой ситуации или лучше молчать и никогда больше не вспоминать? Но как молчать, если это чувства. Если действия были и ничего за собой не повлекли?

Мико так долго отпиралась от гула своего сердца, что ускорялось, когда она видела Джека вместе с Тесс, как оно из груди чуть не выпрыгнуло, когда он напился тех таблеток, а как пропускало удары на школьном выпускном, танцуя вальс. Накадаи надеялась на то, что та глупышка четырнадцати лет, что попала в Джаспер по обмену, которая влюбилась в высокого старшеклассника Джека Дарби — своего друга по команде, осталась в прошлом. Но по возвращению сюда, всё чувства вернулись. Забытые чувства так внезапно вспыхнули, что стало трудно вспомнить в какой именно момент это произошло. Его проявления внимания, совместная работа и та чертова девушка с её наркотиками — это словно подтолкнуло внутренний вулкан к извержению. Горячая лава от него текла по венам и артериям, поджигала кончики ушей, когда они находились вместе или хоть как-то контактировали. Мико сейчас понимает, что вся их командная работа была по большей части с ним. Поездка в машине во время последней встречи с Ником, утешение после того скандала, танец на выпускном, его поддержка почти всех её авантюр, поездка в Нью-Йорк, они там почти везде были вместе, Джеку блестки Мико рисовала, Джек догонял Мико, когда они носились по пляжу. Джек. Джек. Джек. Он постоянно с ней в мыслях, постоянно и везде физически.

Как стоит теперь всё это расценивать? После того, что он знает про её чувства, глупо раскрыты самой девочкой, её же пьяным языком. Накадаи ухмыляется. Ей бы хотелось выпить сейчас чего нибудь крепкого и такой смелой высказать Дарби, какой он трус.

Мико вздрагивает и дергается от резкого прикосновения к плечам. Джек запыхался, подбежал сзади и силой остановил, потому что на оклики она не реагирует, никак вообще. Накдаи, по правде и не слышала.

— Мико! — недовольно говорит он, глубоко дыша. — Остановись! — Дарби упирается ладонями в колени и старается придти в чувство от бега. Накадаи смотрит на него по другому, словно на чужого. Не того родного человека, с которым плечо к плечу шли всегда и везде. Так противно и обидно одновременно. Сердце ноет от такого коктейля из любви и ненависти одновременно, не зная чему больше отдаться. — Что-то случилось? Почему ты ушла? Почему не отзываешься? — японка всеми силами сдерживает внутренний шторм, что спешно поднимается в груди, лава от вулкана снова начинает растекаться по телу, по его каждой клеточке, становится не по себе.

— Ничего. — коротко отрезает младшая, уверенно шагая вперед, ускоряясь, дабы он не успел за ней. Мико боится, что еще немного и её накроет безвозвратно, так, что она проблем себе больше сделает. Главное держать все в себе.

Дарби проводит её удивленным взглядом и теперь еще больше хочет узнать в чем причина такого поведения. Иккинг надеется на то, что они вернуться домой. И подводить друга Джек не намерен.

— У тебя что-то случилось? Почему ты ушла так резко? — аккуратно спрашивает старший. А Мико чувствует, как её эмоции взяли верх, забрали контроль у самообладания и теперь восседают на троне. А плевать уже. Будь что будет. — Мне ты можешь рассказать. — пытается расположить к себе брюнет. Японка горько усмехается и чуть не смеется в голос, словно безумная. В последнюю очередь, теперь в последнюю очередь она может что либо ему рассказать.

— Тебе, Джеку Дарби, хватило смелости полететь на Кибертрон, ради спасения лидера автоботов. — Джек в прострации. Вот теперь он ну ни черта не понимает. О чем вообще речь. Причем тут Мико и её уход. Не успевает брюнет потеряться в невероятных теориях и домыслах, как Мико продолжает. — Но тебе элементарно не хватило смелости на то, что бы сказать мне правду, в тот момент, когда я нуждалась в ней больше всего. — Мико щурится и чеканит, каждое слово. — Пошел ты, Джек.

— Что ты вообще несешь? — бросает в след брюнет, смотря на стремительно удаляющуюся подругу. Он спешит за ней снова и хватает за локоть, но получается слишком резко и сильно. Мико разворачивается и дает ему пощечину. Дарби, кажется, никогда в жизни не чувствовал такого возмущения, растерянности и удивления.

— Отстань от меня! — Мико твердо настроена на уход куда-то вниз по улице, но парень не сдается и хватает её за локоть еще раз, предполагая, что получит снова. И не ошибается, но вовремя перехватывает руку художницы и плотно сжав губы, опускает её вниз. Затем на запястье второй смыкает пальцы крепким кольцом и опускает следом, заставляя Мико смотреть прямо на него.

— Это только что было, Мико?! — Джек не замечает, как переходит на тон выше. Он холодно смотрит на младшую и готовится добиваться от неё ответа здесь и сейчас. Не позволит уйти. — С чего ты внезапно разозлилась на меня? — Накадаи хмурит брови и дергает руки, но выбраться не может, а хватка крепчает.

— Пусти меня! — шипит младшая, смотрит в темные глаза и ничего не чувствует кроме желания врезать снова. Левая щека краснеет, заметны контуры ладони, место удара становится горячее, но Джек словно немой к этим чувствам. Он уверенно держит младшую.

— Мико! — старшеклассник не позволяет подруге вырываться, хотя она уверенно это продолжает делать. Он не видит ничего лучше, как схитрить и ловко толкнув немного вперед, делает захват рук таким образом, что Мико обернувшись вокруг своей оси, получается зажатой своими же руками, которые накрест держит парень, прижимаясь грудью к спине девушки. Все таки тренировки агента идут на пользу. Накадаи на секунду перестает дышать, забывшись в резких переменах, даже сообразить ничего не успела.

— Джек! Отпусти меня! — брыкается младшая. Кто бы мог подумать, что до этого дойдет. От злости она скорее пищать будет, от обиды — плакать.

— Говори! Ну! — теперь злится Джек, сильнее прижимая подругу к себе. Она не выдерживает всей этой сумбурности ситуации и сдается, уже не оказывая сопротивления.

— Будто ты сам не знаешь! — фыркает младшая, её тело начинает мелко дрожать, а в горле ком образуется. Воспоминания яркой вспышкой ослепляют на долю секунды, заставляя снова погрузится в тот вечер. Ярость прорастает слишком быстро и стремительно. — Ты трус, самый настоящий трус и лгун. — Джек даже близко не догадывается о чем Мико ему говорит. — Я даже подумать не могла, что ты предашь меня так просто.

— Когда это я тебя предавал? Лгал тебе? — шипит над ухом, точно змей, старший, аккуратно ослабляя хватку. Мико это чувствует и ускользает, отстраняясь где-то на полтора метра.

— Ты предал меня в тот вечер, когда я и так упала ниже плинтуса, но ты меня втоптал куда сильнее! Спасибо! — Джек отрешенно смотрит на младшую, а Накадаи только сейчас замечает, что лицо её влажное от слёз. Этого еще не хватало, вот так в открытую плакать перед ним. Во избежание еще одного глупого вопроса со стороны Дарби, из-за которого Мико сама на него набросится, девочка продолжает, оборвав на попытке заговорить. — Скажи мне, мы целовались с тобой? — Джек куда более отрешенный, стоит словно в землю забили, но эмоции создали такой ураган, что он не успевает подумать, а сразу выпаливает ответ.

— Нет! Не было такого! К чему вообще такие вопросы? — да наплевать что они в девять вечера выясняют отношения прямо среди улицы и игнорируют комфорт тут живущих. Мико чувствует, как его ответ полоснул ей сердце, очернил представления о Джеке Дарби и разбил вдребезги то, что она чувствовала к нему.

— Чертов лгун! — выкрикивает младшая, — Я, черт подери, вспомнила о том вечере, когда мы вернулись с неоновой вечеринки! Я отрывками помню, как приехала домой, но четко вспомнила, как лезла к тебе! — Джек чувствует как кончики пальцев леденеют, а сердце пропускает удар. Он идиот, такой идиот. — Ты мог меня оттолкнуть, мог уложить спать да все что угодно сделать. Но не отвечать на мой поцелуй, когда я тебя просила об этом. Если я не нравлюсь, зачем ты черт возьми тогда целовал меня на диване в нашей гостиной?! Зачем отвечал мне взаимностью? — Дарби леденеет окончательно. Он видит как слезы катятся по щекам и ничего не может делать, потому что он превратился в статую, которая не наделена жизнью. Теперь все оскорбления в свой адрес имеют твердую почву.

— Мико... — выдавливает из себя Джек, но младшая снова перебивает его.

— После той ссоры с Иккингом, когда он ушел, Астрид пошла его искать, а ты остался со мной. Почему ты не ответил мне правдой? Когда я была убита морально, полностью безоружной, почему ты тогда солгал мне? — Джеку этот рассказ душу вдребезги разбивает. Он и подумать не мог о том, каким демоном может быть на самом деле. А что теперь говорить? Как оправдываться, если и он сам ответа не знает. За Мико он готов каждому глотку перекусить, но не показывает этого никому открыто. Он всегда старается её защитить и как-то взаимодействовать, сам не замечая того, как тянет к этой неугомонной непоседе. — Я спросила тебя, было ли что-то между нами? А ты как самый настоящий трус — соврал. — Мико пошатнулась назад, — чувствуя как по щеках мокрые дорожки целует теплый ветер. — Мне интересно только почему? Я заслуживаю твоей лжи? — лучше бы она еще раз его ударила, несколько раз. Потому что он не знает что сказать, что ответить и как оправдать себя. Ярость от неясности и поведения девушки испарилась так, словно её не было. Совесть, словно могущественный монстр, по кусочку пробовала Джека на вкус, медленно и сладко пережевывая каждый его кусочек, не пропуская каждую крошку, не щадила.

Накадаи молча мотает головой в стороны и слёзы новым потоком текут по щекам. Почему такое предательство не убило в ней чувства, почему не потушило искру надежды, которая упрямо продолжает тлеть, где-то на дне черной впадины её души. За это Мико ненавидит себя. Художница смотрит на испуганные глаза собеседника, видит, как он действительно боится и рот открыть, что бы что-то сказать в ответ. Она цедит сквозь слезы и внутренние раны так едко, что Джеку кажется — он в жизни такого тона не слышал:

— Так что пошел ты, Джек. — Младшая направляется в обратную сторону, прямо домой. Хочет скрыться под одеялом и плакать во весь голос.

Дарби смотрит на то место, где была младшая, словно она до сих пор тут. Дарби сам не понимает, что заставило его в тот вечер засунуть свой язык так глубоко, куда раньше не пробовал. Он не может утверждать, но почему-то её реакция не безосновательна, искать нужно где-то глубже. Где-то левее. Джек в голове перебирает вопросы, разные комбинации и варианты, словно код к сейфу, где спрятана правда. Опомнившись, он идет седом и пытается догнать младшую, но она дарит ему полное молчание. В таком состоянии они добираются до дома.

***

Иккинг сидит на диване на базе. Ему охота уснуть, он спал плохо этой ночью. Приятный вечер завершился не лучшим образом. Мико, которая закрылась у себя в комнате ничего не объяснила растерянному брату. Хэддок просидел у комнаты вместе с Беззубиком примерно часа полтора, но девочка так и не вышла. Только старалась плакать тише. Единственное что услышал старший было «Мне нужно побыть одной. Оставь меня, пожалуйста.»

Шатен наблюдает за тем, как Мико что-то рисует в альбоме, не особо заинтересованная. Лицо её уже не такое бледное и опухшее как было утром. Странные желейные штуки, которые она назвала ни менее странно — «Патчи», видимо хорошо помогают избавляться от отеков под глазами. Накадаи отвлекается на попить кофе из картонного стаканчика, затем продолжает что-то чиркать карандашом на бумаге. Рядом на край дивана садится Джек, напротив Мико. Японка фыркая бросает рисунок на стол и уходит куда-то ближе к Астрид, которая наблюдает за работой своего напарника.

Гонщик провожает взглядом младшую и замечает что Джек тоже смотрит в след. Что-то не покидает его странное чувство о том, что конфликт случился меж ними двумя. Точнее Хэддок был уверен в этом на все сто. Потому что Дарби пытался заговорить с Мико раз пять, она же его игнорирует. Старший наблюдает за тем, как девушки что-то обсуждая присоиденяются к Рафаэлю, который занят вместе с Рэтчетом над проектом, который когда-то не так давно предложил Иккинг и Раф. Внешний блокатор электрического разряда.

— Что вчера между вами произошло? — устало спрашивает Иккинг и в упор смотрит на одноклассника. У Джека сердце судорожно дергается. Его вчерашнего ответа не хватило. Дарби почему-то сразу вспоминает тот момент, когда Мико появилась на гонках, а после чего Иккинг избил до потери сознания парня, с которым она была. А правду сказать ему Джек точно не может. Потому что рискует нарваться на его ярость. Где-то внутри Дарби иронично ухмыляется, смеется сам с себя. «Что, Джек? Снова лжешь? Молодец.»

— Мы неудачно поговорили, вспомнили кое что, — брюнет несколько раз моргает, вспоминая те моменты, которые упоминала Накадаи. Они словно яркая вспышка или сильная пощечина. Воспоминания, которые он и сам объяснить не в силах.

...Мико потянулась к краям верхней одежды, дабы снять ее. Парень даже не сопротивлялся ей, и позволил снять с себя белую водолазку...

Джек никогда бы не подумал, что кожа его подруги столь чувствительна, а сосуды расположены близко к поверхности, ведь он даже не старался оставить на ней засосов, а оно вышло как-то по другому. На левой стороне виднелись два, едва ли бордовые маленькие круги, с мелкими красными точечками. Не успел он опомнится, как брюнетка притянула его к себе, заставляя нависнуть над ней, и полностью владеть ситуацией. Она не стеснялась кусаться, и на плече у брюнета остались следы от её зубов.

— Что-то такое, от чего она ночь плакала? — тон Иккинга все меньше и меньше стает похож на дружелюбный. Может так кажется Джеку. Хэддок без каких либо претензий просто интересуется, пока что. Дарби переводит взгляд с друга куда-то на стену позади него, а в голове память играет с ним такую злую шутку, подкидывая все больше и больше деталей того вечера.

Руки парня прошлись по всей фигуре подруги: грудь, талия, бедра. Такое тело не могло не соблазнять. И раз в голове проскользнула такая мысль, она явно надолго засядет в оболочке мозга. Это что-то уже за гранью позволенного, что-то, чего нельзя было делать. Еще немного таких ласк, и тогда их нельзя будет остановить. И Джек вовремя спохватился, потому что Мико уже лезла к бляхе на ремне. Он внезапно остановился.

А потом Дарби вспомнил, как её старший брат с ноги вынес собственную дверь, в припадке ярости ища сестру. Парню кажется, что одноклассник бы убил его, увидев ту сцену на диване в гостиной.

— Джек? — брюнет вздрагивает, словно его совесть говорит голосом его одноклассника. Но это все еще его друг. Пока что. Надеюсь критической точки это не достигнет.

— Что? — задает логический вопрос тот.

— Говорю, что-то такое от чего она ночью плакала? — Иккинг абсолютно спокоен, все еще интересуется. Он понимает, что не все может контролировать и если его сестра пока что не хочет об этом говорить, лезть нарочно тоже не стоит. Иккингу такое бы не понравилось и он уважает грани личного пространства. Ну, может, конечно, Астрид удастся узнать в чем дело. Она вчера ушла до их возвращения, знает только со слов гонщика.

— Прости, пожалуйста, — Джек деликатно увиливает от ответа, — я могу не отвечать на этот вопрос. Это остается нашей личной не решенной проблемой. — брюнет готов к любой реакции, будет считать вполне заслуженной и справедливой.

— Что-то такое мне утром сказала Мико. — Хэддок пожимает плечами, — ладно, дело ваше. — Дарби ему бесконечно благодарен.

***

Примерно во второй половине дня, ученым команды удалось вычислить местонахождение врага. Они знали район, где находилась временная база МЕХ. От этого и смели отталкиваться. Фоулер прибыл на базу сразу, как началась миссия. Все находились в напряжении долгое время. От команды не было ни известия.

***

Автоботы разъезжаются в разных направлениях, оцепляя указанный район. Нокаут и Смоускрин отправляются на место первого нападения и обыскивают зону в радиусе до пяти километров. Оптимус и Балкхэд едут в противоположную сторону, удаляясь ближе к городу. Бамблби и Арси едут на территорию старой фабрики и завода, что расположилась в двадцати километрах от города.

Все поиски усугубляет вечер, на небе множество звезд и даже луна. Но они ничем не помогают. Территория, которую обследовали разведчик и фемка, оказалась хоть и заброшенной, но освещенной.

— Оптимус, мы с Бамблби разделяемся, думаю, это то место. — сообщает Арси и едет в сторону главных цехов.

— Да, — утверждает разведчик, — здесь есть люди Сайлас. Ждем вас тут.

— Скоро будем, будь аккуратен, Бамблби. — просит лидер и отключается, меняя свой маршрут.

***

Проходит порядком двадцати минут с момента последней связи с лидером. Бамблби предполагает, что они уже близко. На связь выходит Нокаут:

— Мы в километре от вас, скоро будем.

— Без нас не начинайте! — просит Смоускрим.

Би едет меж складами и по территории, оценивая ситуацию. Автобот подмечает что несколько людей в форме стоят на трех крышах, они осматривают периметр полностью, при помощи биноклей. Общаются по рации и не меняются, каждый остается на своем посту.

Из глубины территории выходит Оптимус. Разведчик трасформируется и осматривает робота. Еще раз оглядевшись по сторонам, он не видит никого из своих.

— Бамблби, будь осторожен, мой двойник очень опасен, — предупреждает Прайм, жестикулируя правым манипулятором.

— А где остальные? Они прочесывают территорию? Нокаут и Смоускрин почти на месте, ты их предупредил? — задает ряд вопросов гонщик, говоря на своем языке звуков.

— Прости... Что? — для Сайласа стает неожиданностью, что кибертронский разведчик говорит словно сигналами, которые несомненно понимают другие, но не люди. Его на ходу составленный план проваливается. Потому он приступает к запасному варианту. Лидер группировки прекрасно знает к чему уязвимы автоботы и несомненно применяет это на своем враге. Электрический разряд его никогда еще не подводил. Бамблби уворачивается раз, второй ему тоже удается сбежать, на третий — он получает дозу электрического тока прямо в грудную пластину от чего падает на землю без малейших признаков сознания.

Немезис Прайм идет выслеживать Арси, которая находится неподалеку...

***

Оптимус наносит удары своему отражению точно и со всех сил. Только уязвимые для кибертронцев места не являются какой-то помехой металлическому роботу сделанному человеком.

— Твои удары мне ни по чем, — смеется Сайлас. — Не смотря что ты хороший воин, мой боевой опыт больше, техника лучше, и главным плюсом остается то, что я не чувствую боли, в отличии от тебя. — Немезис наносит четкие и жесткие удары, а вдобавок добивает лидера клинком брюшную полость.

***

— Я вычислил базу МЕХ! — оповещает Рэтчет, быстро перебирая клавишам по компьютеру.

— Тогда отправляй меня туда! — требует Уильям.

— Оптимус сказал, что это опасно. Я не могу, вы же знаете. — твердит медик и на полном серьезе смотрит на мужчину.

— Они — мое дело, это возможность схватить всю группировку. Я командую миссией, это моя работа ловить военных преступников, так что отправляй меня туда! — четко и внятно говорит Фоулер.

— Рэтчет, — обращается Мико, — сам подумай, если команда не выходит на связь вот уже час, возможно что-то случилось.

— А учитывая тот факт, что Сайласа нет внутри робота, он управляет им, словно игрушкой, — говорит Хэддок поддерживая сестру, — у агента есть все шансы помочь автоботам.

— Они правы, Рэтчет, — Астрид встает на сторону брата и сестры, — в отличии от десептиконов, этот робот не имеет болевых рецепторов, точно груша для битья. А автоботы могли пострадать за это время.

— Я поддерживаю ребят, — соглашается Джек.

— Смотрите, я вас предупреждал, — недовольно говорит Рэтчет, набирая нужные данные. Агент чуть улыбнувшись кивает детям. Они и мертвого уговорят, наверное.

***

Фоулер проходит абсолютно незамеченный мимо всей охраны. Четко обезвреживая каждого на своем пути. Они не успевают сделать ничего. Не смотря на свой возраст, Уильям еще многое может и с охотой выполняет свою работу.

Лидер Механоидов уверенно и четко избивает лидера автоботов. Ему удается это делать невероятным удовольствием. Сайлас запоминает комбинации и движение. Старается насладится каждой деталью, каждой секундой упиться и гордится своим проектом куда сильнее.

— Добрый вечер, — раздается за спиной.

— Ты? — Сайлас с удивлением смотрит на охрану, которая лежит у ног агента. Это кажется достойный противник. Он резко срывается с места и бросается в бой. Нападение оказывается ловким, сильным, Бил попадает под первый удар, но не под второй. У них вяжется рукопашный бой, в ходе которого агент считает каждую секунду.

— Бывший военный, — аргументирует агент, уворачиваясь от удара. Но Сайлас делает резкий поворот и бьет локтем в спину Уильяму. Тот с протяжным криком падает на колени.

— Секретная служба, — ухмыляется главарь, пресекая попытку агента встать, сделав элементарную подножку. Агент шипит сквозь зубы, но все-таки поднимается, немного запыхавшись. — А ты судя по всему тоже...- не успевает закончить.

— Рейнджер, — спешит закончить агент.

— Видимо в прошлом, — усмехается Сайлас, нанося новый удар агенту, который кое как смог подняться, прямо по коленной чашечке и ударяя ногой в челюсть, от чего Фоулер падает на землю и сплевывает кровь.

— Сволочь, — про себя шипит Билл и терпит жгучую боль в месте удара. Глава группировки довольно наблюдает за падением врага и в добавок бьет под дых.

— Ты все еще не понял, что тягаться со мной тебе не в силу? — довольно тянет Сайлас, склонившись над поверженным врагом. Бил жмурится от боли в ребрах и шипит сквозь зубы.

— Не набивай себе цену, полковник, — фыркает Уильям.

— Я много заплатил за то, что имею сейчас, — цедит лидер группировки, — имею право считать. — он смеется, — Твои автоботы не спешат тебя спасать, вы повздорили? — саркастично тянет он и разгибается.

— Я не стараюсь тебя победить, Сайлас, главное — отвлечь тебя, пока автоботы по винтиках разбирают твое творение. — удивление и испуг моментально озаряют шрамированное лицо. Бишоп делает поворот, готовый кинуться к панели управления и завершить начатое. Но неожиданно натыкается на еще одно сопротивление.

***

За спинами закрывается воронка. Подростки сразу осматриваются по сторонам. Убежище МЕХ находилось в заброшенном цеху одного из заводов. Команду перебросило в кабинет какого-то управляющего, может бухгалтера. Вокруг валялись старые документы, пыль покрывала толстым слоем все возможные поверхности, стол и стул находились в разных частях помещения, краска со стен осыпалась в некоторых местах, оголяя белые стены.

— Нужно разделится, — четко командует Иккинг и аккуратно приоткрывает дверь. — «Действовать по плану и ни в коем случае не теряться. Только отвлекаете Сайласа, не лезете в драку, не лезете под ноги солдатам и ради всех искр, берегите себя!» — это главное условие Рэтчета, который через себя переступил, но детей отправил на помощь. — Я и Астрид пойдем за агентом, вы — за панелью управления роботом.

— Можно я пойду с Астрид? — сыро спрашивает Мико.

— Нет, — отрицает старший, — мы пойдем за агентом потому что там Сайлас. Опыт в драке с ним у нас есть, хоть и горький, но опыт. — аргументирует парень. — Я думаю, он будет рад нас видеть.

— Тогда я в одиночку к пульту, а его можете забирать с собой. — фыркает Накадаи не смотря в сторону брюнета. Джек полностью понимает её негодование, но огрызаться сил нет. Он пытался с ней поговорить ни один десяток раз. Младшая молчит.

— Мико, мне плевать из-за чего вы поссорились, но сейчас не важны ни принципы, ни гордость. Главное — спасти Уильяма и помочь автоботам, — четко говорит шатен, хмуро смотря на младшую и не разделяя с ней её негативного настроя. Колкий взгляд не обминает и молчаливого Дарби. Джеку вообще не охота рассказывать эту историю старшему брату обиженной подруги. Хоть одноклассник и пытался выяснить в чем проблема. Но брюнет видел, что Иккинг сделал с Фоксом, он очень сомневается, что если Хэддок узнает о том вечере, их дружба станет для шатена помехой.

— Давайте поторопимся, — напоминает Астрид, натягивая маску на лицо. Накадаи понимает что её настигает участь в команде с Джеком, она закатывает глаза и складывает руки на груди, недовольно фыркая.

Первым выглядывает шатен и смотрит прямо по коридору к месту управления огромным роботом. Слышаться звуки драки и отрывки слов. Гонщики выбегают первые и спешат на помощь агенту. За ними следуют Мико и Джек. Дарби от нервов закусывает губу и осматривается по сторонам, но мимолетно бросает взгляд на Мико, которая сразу же замечает это. Молчит, хотя на языке вертится пара ласковых слов в ответ.

Неожиданно из соседнего кабинета выходит один из представителей МЕХ. Во избежание любых его действий, Джек сразу же толкает его в грудь ногой и тот вваливается в кабинет. Брюнет злится. Не на парня в костюме, а на самого себя, потому позволяет эмоциям выходить наружу, через удары, которыми он быстро и четко вырубает подопечного Сайласа.

Кабинет, куда ворвались зашли подростки оказывается не пустым и там находятся еще два механоида. Мико действует резко, когда чувствует хватку на своих плечах. Девушка наступает на ногу оппоненту, бьет локтем в солнечное сплетение и в повороте — в челюсть. Солдат падает без сознания. Накадаи трясет рукой и смотрит на пальцы правой руки. Бить в челюсть не так легко, как она предлагала, а еще и больно, не только тому, кто получает, а еще и тому, кто наносит удар.

Джек видит, что механоид вражески настроен против него, с твердой уверенностью наступает и готов ударить металлической трубой. Помещение, в котором они находились, было оборудовано не то под кладовую, не то под склад и его особенностью стал незаконченный когда-то давно ремонт. Трубы, отвечающие за отопление шли под потолком, а их диаметр был небольшим, что позволило Джеку крепко схватится за них и подтянувшись, отправить врага в Нокаут.

Подростки внимательно смотрели на активные компьютеры перед ними, Мико, не долго думая, достала телефон и сразу начала фотографировать все возможные данные. Некоторые фото она успела отправить Рафаэлю, до тех пор, пока кто-то из солдат не схватил её за шею и не начал тащить назад, при этом удушая. Накадаи резко начала хватать ртом воздух, пытаясь отцепить механоида. Джек забыв о всех возможных законах чести и порядочности, ударил противника сзади под коленом и по спине. Брюнетка начала кашлять и пытаться отдышаться.

— Жива? — коротко бросает старший, старший все еще предпринимает попытки взаимодействовать, удивляясь тому, как лёд, внезапно, тронулся. В ответ японка кивает.

Они выходят по коридору прямиком к эпицентру всех событий. Судя по всему, агент уложил половину группы сам, потому что солдаты были разбросаны по помещению так, словно кто-то гранату бросил. Где-то за пультом управления доносились обрывки слов и фраз, Сайласа не было на месте управления.

Что бы добраться к точке контроля, нужно преодолеть расстояние метров в сто пятьдесят, подростки незамедлительно спешат на помощь своим. У Мико в голове проскальзывает мысль о том, что сегодняшняя миссия выдалась довольно-таки легкой.

Но сразу же забывает об этом, когда видит, как перед ними вырисовывается группа из четырех человек, которые появились из неоткуда.

— Главное — задержать их, пока автоботы разберутся с роботом, — напоминает Джек, подходя к младшей спиной.

— Тогда, стоит предупредить автоботов о том, что мы помогаем им. Долго мы не протянем, — сухо говорит художница и коротко вдыхает, чувствуя спиной старшего. Внутри вместе со страхом трепещут бабочки, которые вообще не вовремя решили напомнить о себе.

***

Балкхэд не может разобрать картинку перед собой. Все смыто и постоянно всплывает ошибка. В голове звучит громкий голос Мико, который вообще не кажется воспоминанием.

— Балкхэд! Ответь! — еще громче кричит девочка. Разрушитель резко встает и смотрит по сторонам. последнее, что он помнит, это то, как Оптимус нанес ему несколько точных ударов, после чего тот отключился.

— Мико! Что случилось? — тараторит рэкер, медленно ступая по направлению громких звуков и скрежета металла.

— Двойник Оптимуса остался без управления на некоторое время. Отключите его, пока Сайлас снова не встал у руля! — в рации слышатся помехи и короткий крик девочки, после чего связь обрывается.

— Мико! — но ответа автобот не получает. Внутри поселяется тревога и он спешит к эпицентру звука. — Кто-то может ответить мне? — обращаясь ко всем сразу, Балкхэд понимает, что идет не в том направлении.

— Ты где? — отвечает Бамблби.

— Трудно сказать, но сейчас это не важно. Мико связалась со мной, сказала что робот пока что без управления, пока есть возможность его деактивировать. — тараторит разрушитель, превозмогая боль в сервоприводе.

— Откуда Мико знает об этом? — слышится голос лидера.

— Я не знаю, но что-то подсказывает мне, что ребята неподалеку. — предполагает разрушитель и приходит к огромному цеху, где замечает на крыше Прайма и его двойника.

***

— Привет, — внезапно нарывается на неожиданный удар в челюсть и пошатывается от полученного. Военный немного заплетается в ногах и смотрит на оппонента. Парень с каштановыми волосами и в этой самой маске. Кажется нервный тик ему обеспечен.

— Ты, — шипит старший, — снова этот мальчишка. Агент, ну неужели среди военных нет достойных, что ты подростков себе в команду выбираешь? — Сайлас уверенно наступает на Иккинга и наносит удары, от которых подросток спешно уворачивается, вспоминая всё, чему его учили. В голове бегущей строкой — главное просто задержать.

— Соскучился видимо, да? — ухмыляется гонщик, в очередной раз уклоняясь от кулака. Внутри растет напряжение, которое мешается с адреналином.

— Я сверну тебе шею! — ослеплен желанием отомстить за предыдущие разы, Сайлас забывает о своем роботе, которого разносит Оптимус где-то неподалеку. С улицы слышаться глухие удары.

Когда Хэддок отбивает его прямой удар, неожиданно получает под дых, а потом тяжелые мужские руки бьют парня по спине. Дезориентация быстро проходит, шатен резко вздергивает голову и попадает прямо по подбородку. Иккинг уверен, что у него в месте удара будет шишка. Перед глазами звездочки летают, из-за этого зеленоглазый не видит, как Бишоп быстро приходит в себя и смекает пальцы правой руки на шее старшеклассника, грубо впечатывая его в стену.

— Я же говорил, сверну, — Сайлас скалит зубы и одной лишь рукой давит на плоть под ладонью. Он безымянным пальцем чувствует, как быстро стучит вена на шее оппонента, какая горячая кожа у подростка и какой блеск в его зеленых глазах. Стоит уделить такому зрелищу несколько секунд. Полковник не успевает насладится триумфом, как ему на спину цепляется кто-то совсем не тяжелый, но так профессионально делает захват вокруг шеи, что преимущество стремительно утекает с его стороны. Парень напротив внезапно вцепляется в его же руку, как только чувствует слабину, резко подтянув полковника к себе, правым локтем бьет в челюсть. Мужчина выдыхает резко и вдохнуть не может из-за девушки у себя на плечах. Астрид встает на ноги и тянет мужчину немного назад, как только он занимает выгодное ей положение, с колена бьет в районе почек, снова точно и сильно. Сайлас валится на четвереньки, кашляя и пытаясь придти в чувство. Он мимолетно бросает взгляд на подростков, которые стоят в черных масках, тяжело дышат и смотрят на него сверху вниз.

— Идем, нужно помочь агенту, — говорит девушка и получив кивок, спешат к Билу, который очень недовольно смотрит на них и в тоже время коротко кивает, благодаря.

— Выберемся, получите выговор, — в пол тона говорит агент, немного смеясь.

— Да-да, потом отчитаете нас, Уильям, — соглашается Астрид, улыбаясь и протягивая руку мужчине.

***

Мико не находит никакого другого выхода как больно укусить за руку парня, что вцепился ей в плечи. Спешить нужно как никогда. Не смотря на то, что Сайлас не в кресле управления, его помощники верны ему как никогда, и стремятся занять место лидера ради успеха операции. Накадаи вспоминает уроки агента, теорию, которую он озвучивал и рассказ о слабых местах. Потому брюнетка бьет ногой под колено врагу так сильно, как только может в результате чего механоид с протяжным стоном опускается на одно колено и младшая бьет его ногой в челюсть.

Джек успевает догнать солдата, который бежал к пульту управления. Индикаторы робота указывают на то, что технология сильно повреждена. А экраны отвечающие за визуальную часть проекта показывают, как лидер автоботов справляется со своим двойником. Повреждены все системы больше, чем на половину. Мико с ужасом замирает, когда видит как по правому виску Дарби стекает кровь, на носу царапины, которые сочатся бордовыми каплями. Накадаи проклинает свои чувства и глупое сердце, которое сжимается от избытка не выплеснутых чувств.

Джек сопротивляется, отбивается, падает, не дает возможности подобраться близко к панели управления, а сцепившись с механоидом, он с подиума, высотой до метра падает вниз, продолжая бороться. У агента МЕХ пока преимуществ больше, он нависает над Джеком и наносит ему несколько ударов, разбивая нижнюю губу парня. Накадаи вспыхивает, как спичка. Силы появляются из ниоткуда. Механоиды не слишком пеклись об уборке своего временного логова, стараясь обустроить все как нужно за минимальные сроки. Время не пощадило помещение, потому вокруг валялось много мусора, как строительного так и канцелярского. Мико видит половину кирпича и делает все, словно на автомате. Она подбегает ссади и бьет агента МЕХ меж лопаток с умеренной силой, тот болезненно вскрикнув, падает на Джека без сознания.

— Живой? — ухмыляется младшая подавая руку помощи. Сердце подсказывает, что им предстоит не легкий разговор.

***

Иккинг и агент с замиранием наблюдают за каждым движением Сайласа. Хофферсон не дышит, чувствует, как шее прикладывается холодное лезвие, обжигая кожу. В голове сотни вариантов исхода и большинство заканчивается её смертью. Не очень хотелось бы.

— Я убью её сейчас, если вы не дадите уйти мне и моим агентам. — шипит Сайлас крепко держа блондинку за воротник толстовки. Он понимает что все пропало, но то что он наизусть выучил этот проект дает ему возможность сделать все как нужно снова. Его люди ему помогут.

— На больше ты не способен, — хрипит Астрид. Хэддок и Фоулер уже в голове прокручивают тысячи нотаций, суть которых заключается в слишком остром языке девушки. Иккинг уверен в том, что будет каждый день напоминать Хофферсон о её безрассудности, но сейчас, главное, что бы она жива осталась и здорова.

— А ты мне нравишься, девчонка, смелости тебе не занимать. Это похвально. — он отдергивает её, грубо потянув на себя. блондинка чувствует спиной его широкую грудь и хриплый голос над ухом. — Прошлый раз ты тоже мне под нож попалась. — Он оставляет тонкую царапину на шее. Астрид даже не дергается, с замиранием ждет, чем закончится эта стычка. — Вам еще есть над чем работать.

— Отпусти её и мы дадим уйти тебе, — аргументирует агент, с точностью уверен в своей лжи. Главное — пусть отпустит.

С крыши неожиданно начинает сыпаться краска, кусочки метала. Глухие удары с улицы слышаться отчетливее. В один момент всё разбегаются на безопасное расстояние и этим пользуется Иккинг. Он резко хватает полковника за руку с ножом и ударяет так, что оружие выпадает. Астрид затылком бьет его в нос и выпутывается с хватки. Времени сбегать почти не осталось.

— Осторожно! — девушка толкает мужчину в грудь так резко и сильно, как только может. Гонщики и полковник падают в нескольких метрах от падения Немезиса Прайма. Пока подростки приходят в чувство, полковник подрывается на ноги отходит к выходу с помещения, хромая на левую ногу, куда пришелся удар от Астрид чуть ранее, невероятно четкий и прямо в слабое место. Лицо его горело от ударов и царапин, нос зудел жаром, текла кровь. Он слишком сильно недооценил подростков. В последний раз. Фоулер выбрал себе сильную команду, чего Сайлас никогда не признает в слух.

— Дети? — удивленно слышится сверху, подростки замечают Прайма. — Агент Фоулер?

***

Лидер автоботов с места пришествия отправился самым последним. Он являлся доказательством того, что Механоиды сотворили его точную копию. С автоботов было сняты все ограничения и исключили со списка опасных. Больше военные не будут открывать огонь, если кто-то из кибертронцев появится в поле зрения. После решения всех проблем, Прайму удалось договориться с генералом Брайсом о том, что двойника они заберут на хранение у себя на базе. Военный отпирался и ни в коем случае не хотел отдавать такую уникальную технологию пришельцам. Оптимус аргументировал свое предложение тем, что экземпляр останется у них до тех пор, пока ситуация с Механоидами не разрешиться. Ведь всем известно, что для них нет никаких преград. Если Сайлас что-то хочет — он это получит. Двойник Оптимуса тому доказательство.

Не смотря на то, что военные обыскали каждый сантиметр временной базы Механоидов — ни единого человека из группировки не было найдено, как и их лидера.

***

Эта вылазка оказалось, серьезной, для всей команды. Сильнее всех пострадала Арси, которая получила открытое ранение, Оптимус, что стойко продолжал сражаться с дырой от клинка. Медицинская помощь требовалась и людям. Подростки были не в лучшей форме, но это не мешало им гордится собой. Невероятно. Мико восторженно рассказывала Балкхэду о том, как смогла победить не одного солдата и оказывается, если бить в челюсть кулаком, это очень больно. Накадаи уверена, что на пальцах останутся синяки. С Джеком она начала немного разговаривать, короткими фразами, но все равно не скрывала колкости в своем тоне.

— Сегодняшний день доказал еще раз, что слаженная командная работа — способна привести нас к победе. — тверд говорит лидер, осматривая всех присутствующих. Каждый в этом помещении заслуживает похвалы. — Я недоволен тем, что люди пошли на такой риск. — Оптимус не хмурится, а все так же смотрит на подростков и агента, которые обклеены пластырями в местах новых ран, царапин, у некоторых даже есть бинты. — Но бесконечно благодарен за вашу отвагу и смелость. Если бы не вы, не известно каким бы способом мы одержали победу и смогли ли вообще. Вы в который раз делаете весомое вложение в наше дело. — лидер чуть заметно улыбается. — Спасибо.

— Некоторые дела, которые сфотографировала Мико, будут переданы верховному правлению армии на рассмотрение. В засвеченных списках указаны разные цели, которые принадлежат правительству, у нас будет время прятать их в других местах, уберечь от кражи Механоидами. — отдает отчет Фоулер. Затем смотрит на детей, что устало устроились на мягкой мебели. — А вы хорошо преуспели за короткий термин тренировок, но это не повод расслабляться. Возьмем пару дней выходных и продолжим занятия, — мужчина улыбается. Подростки соглашаются, почти ничего не говорят. Этот день измотал их очень сильно.

— Думаю, что нам всем стоит хорошо отдохнуть. — предлагает лидер и все его поддерживают.

***

Фоулер как одержимый крутит в голове фразу так нелепо брошенную Сайласом в ходе боя «Секретная служба». Есть только два варианта, которые на протяжении последних четырех дней проверяет Уильям. Он почти не спит и не появляется на базе, до ночи оставаясь на работе и дома утопает в бумагах. Невероятная работа была проделана многими людьми, так много всего стоит на кону.

Он выучил половину военных архивов наизусть. Узнал так много информации. Это не осталось безрезультатным. Сегодня вечером он будет спать так долго, как только сможет. Его главная задача последнего года выполнена. Документы возвращен на места, все военные дела сложены в том порядке, которого требует инструкция, а на столе небольшая папка с самой ценной информацией. Агент делает последние ксерокопии и едет на базу автоботов. Ему теперь точно есть что рассказать команде.

***

Появление Фоулера удивило всех. Обычно, в такое позднее время он находится дома, а тут неожиданность абсолютно для всех. Он официально сзывает всех, готовый говорить. Дети садятся на мягкую мебель, мужчина ставит на маленький стол бутылку с водой и бросает папку с документами.

— У правительства, есть организации, которые тайно отслеживают дезертиров, среди армейских верхов. «Бета» — была одной из таких. У них были подозрение на нескольких человек и то что их незамедлительно стоило прослушивать ребята не сомневались. — начинает агент, смотря на ничего не понимающих подростков. Ребята переглядываются меж собой, каждый что-то хочет спросить, но Накадаи, уставшая и немного раздраженная опережает всех.

— А что за дезертиры? — сонно спрашивает Мико все-таки не до конца понимая о ком речь. Её голова перегруженная школьным материалом, который предназначен для экзамена через два дня. Потому она не откажется от подробного пояснения.

— Те, кто уклоняются от военной службы. Представители погонов, которые клянутся служить армии и своей стране, а за приличные суммы или что-то, что выгодно им отдают врагу информацию, которая важна для нашей страны. — отвечает внятно мужчина. — К примеру важные, редкие, дорогие детали, или коды спутников, ракет, которые находятся в секретный местах, так же коды к активации оружия разного похождения и так далее... Предатели, по другому говоря.

— Ааа, — озадачено тянет Накадаи. — Агент, а к чему вы ведете? — день был не самым лучшим. Подготовка к экзаменам изводит Мико буквально полностью еще в первой половине дня, но она борется, старается. Друзья во многом помогают, но все же основная ответственность ложится на её плечи.

— Я же говорил, садитесь поудобней. — усмехается агент. — Подростки переглядываются, видимо стоит прислушаться. Накадаи принимает успешное решение и ложится головой на колени Астрид, свесив свои ноги через подлокотник дивана. Младшая улыбаясь смотрит на блондинку, на что в ответ получает одобрительный кивок. Художница чувствует как в волосы проникают пальцы Астрид, она аккуратно массажирует голову девочки, стараясь принести ей максимальный комфорт. Мико блаженно улыбается немного прикрыв глаза. Хэддок наблюдает за сестрой и усмехается. Японка заняла его место. Но он не отказывает себе в том, что бы склонить голову на левое плечо одноклассницы.

— Это надолго? — недовольно бурчит Смоускрин.

— Это того стоит. — все еще утверждает мужчина. Автобот отмахивается и замолкает.

— Организация выходит на генерала Пака, который очень печален своей статистикой среди новобранцев. Много несчастных случаев, раненых и больных солдат. Возможно, совпадение, — ведет плечами Уильям, — но скорее всего нет. — словно сам себе ответил мужчина. — За ним ведут слежку длинной в долгих шесть месяцев. Агенты «Бета» делают свою работу четко и верно. — Уильям роется в бумагах, что лежат в папке. — Они выследили дезертира Военно Воздушных Сил США, который готовил передачу документов в Китай. — Агент отдал флэшку Рафаэлю, коротко кивнув ему. Младший подключает её к своему ноутбуку и открывает носитель, где находится всего один единственный файл. — Когда беты готовили облаву на генерала, они знали о его планах всё. По расчетам, группа должна была захватить его вечером, прямо перед выездом в аэропорт. Но генерал задержался по причине неожиданной явки незваных гостей. — Агент замолчал на несколько секунд, формулируя нужные слова. — Группа неизвестных человек опередила организацию «Бета». Когда они ворвались в кабинет, застали полковника с пулей во лбу. — а финал для всех присутствующих оказался неожиданным. Даже автоботы изменились в лице.

— Кто-то был с ним не в ладах? — допускает Дарби, удивленно смотря на мужчину явно не ожидая такого поворота событий.

— Это то, что мне удалось отыскать в архивах совсем случайно. — кивает Фоулер, продолжая. — Беты пострадали от того, что оказались не в том месте и не в то время. Корпус, в котором находился кабинет полковника Пака был взорван через три минуты после того, как Неизвестные ушли из здания. Никто из группы захвата не выжил. — агент говорил внятно, холодно, четко. Рассказ улыбки не вызывал, а то что агент просматривал не единожды архивы с этой информацией не внушали ему позитива.

— Что такого важного было у этого генерала для неизвестных захватчиков? — интересуется Иккинг вникнув в историю и поочередно представляя хронологию событий.

— Это хороший вопрос, — подмечает Фоулер, смотря на старшеклассника. — Последнее, что известно о деле генерала Пака было записано абсолютно случайно прослушкой организации «Бета». — Бил кивает Рафаэлю, тот понимает с первого раза.

На записи раздается непонятный шум, а вскоре звук открытой двери. Оставалось только гадать, что там могло произойти.

— Ты? — удивленно тянет басистый голос, то ли немного охрипший, то ли простужен.

— Не ждал, полковник? — слышаться громкие шаги. Голос вошедшего звучит ломано и тихо. Удивительно спокойно, словно шипение змея.

— Мы с тобой всё уладили, чего ты хочешь? — недовольно говорит военный, что-то, судя по звуку, бросив на стол.

— До меня дошли слухи, что ты улетаешь, не так ли? — все еще тихо говорит мужчина, а вокруг раздается звук шагов. Словно в кабинет вошло еще несколько людей.

— Тебя это не касается, — резко фыркает Пак, словно эти слова затронули его свежую рану.

— Ты прав, — говорит неизвестный, — только вот кое-что все-таки меня затрагивает. — голос становится ниже, а вокруг слышится шорох и шаги. Неизвестные засуетились, отрывками слышался какой-то неразборчивый вопль и шипение.

— Какого черта ты делаешь, Джаред? — громко говорит военный, а по интонации слышно, что он зол.

— Тебе ли не знать, что это имя в прошлом, полковник Пак? — слышится короткий звонкий звук, словно что-то открылось за долю секунды. — Ты подарил мне возможность начать всё с нового листа с новыми связями и ресурсами. Ты похоронил Джареда Уилсона на поле боя, отправив его семье черный конверт. За это я тебе бесконечно благодарен и даже заплатил, как смог. — шипение плавно стает громче, — Мои раны все еще болят, а шрамы, я уверен, останутся на всю жизнь. Всё ради цели. — слышится шарканье бумаг и напряженная пауза.

— Пустите меня! — требует полковник и рыпается, судя по звуку, на деревянном стуле.

— А ты так нагло отбираешь у меня возможность воплотить желаемое в жизнь. — шипя продолжает говорить неизвестный. — Эти коды написаны мной. Я отдал тебе другой свой проект, но не этот. А ты, словно крыса, украл его и хотел сбежать с корабля.

Это злое сычание гадюки заползает в уши присутствующим подросткам и улавливается аудиосенсорами автоботов. Настолько токсичный человек, что даже через запись передается его настрой. Мико невольно содрогается, настолько вникнув, что кажется, даже позабыла о своей усталости.

— Твои работы очень востребованы среди людей вышестоящих. — немного расслабившись говорит Пак. В тоне слышится мягкость и даже, кажется, азарт. — Но ты, пока что не очень, — слышно как тот улыбается, скорее всего лукаво.

— Мне плевать. — фыркает незваный гость, а от его ледяного тона становится не по себе. — Ты взял без разрешение то, что тебе не принадлежит. — снова слышен шорох и щелчок. — Я сам отвезу это генералу Киму, своим самолетом. — в тоне слышится улыбка.

— Он тебя и слушать не станет. Ты никто. Ты существуешь относительно недавно! Твое имя не указано не в едином проекте. Ты не проверен, не надежен, а главное не опытен. — вспыхивает генерал Пак и снова что-то делает, от чего слышны скрипы деревянной мебелии шорох.

— Ты единственный, кто знает обо мне. Единственный, кто видел рождение Лиланда Бишопа. Единственны и последний. — шипит бывший Джаред.

— Моего помощника ты видимо во внимание не берешь, да? — с усмешкой спрашивает военный.

— Если ты про Фреда, то спешу тебя расстроить. Он мертв. — слышен смешок, — Глубокое ножевое ранение стало для него смертельным.

— Какого... — не успевает спросить опешившей Пак, как его перебивают.

— Ты последняя ниточка из моего прошлого, которую я намерен оборвать. — слышится перезарядка оружия, несколько секунд повисает молчание.

— Сайлас, ты же живым не выйдешь отсюда! — истерически кричит мужчина. — Тебя посадят за измену родине, за дезертирство. Ты — труп!

— Я учился у лучших, дезертиров, генерал Пак. Защита родины уже не является моей главной целью. Механоидам было выгодно с вами сотрудничать, вы сделали незаменимое вложение в нашу организацию. МЕХ этого не забудут. — повисает молчание на долю секунды, а потом слышится выстрел.

От последнего звука Мико и Астрид синхронно содрогнулись.

— Через полгода впервые в черных списках пентагона появляется Полковник Лиланд Бишоп. Либо же Сайлас. В архивах проскакивало даже прозвище Семюэль. Джаред Уилсон похоронил себя в пустой могиле, оставив там свое прошлое. На свет появился Сайлас. Лиланд Бишоп. Враг номер один с безумными технологиями, а теперь и с кибертронской. Несколько дней назад от него не осталось и следа. Он сбежал с прототипами к тому как создать армию бездушных машин. Роботов по типу автоботов, которые будут настоящими титанами в руках этого безумца. Сайлас — дезертир.

— Джаред — это его настоящее имя? — уточняет Рафаэль, что бы понять все от начала и до конца.

— Джаред Уилсон — это мужчина, который родился в Нью-Йорке. Без высшего образования, зато очень смышленый, — агент говорит внятно, понятно, словно наслаждаясь своим рассказом. Словно оценивая всё свое потраченное время на изучения архивов и множеств дел. — В возрасте двадцати пяти лет женится и счастливо живет с семьей. — окружающие смотрят на него растерянно, дети переглядываются меж собой, но перебивать не смеют. Пока что. — Всё так сказочно и хорошо. — немного вдохновленно говорит Билл.

— У него была семья? — удивленно вскидывает брови Джек. — Такие люди кого-то любят вообще? — в ответ Уильям поднимает указательный палец вверх.

— В его прекрасную тихую жизнь вливается бизнес. Он работает, изобретает, создает, творит и не прекращает. Дела идут в гору, он создает такое, что кажется, должно появиться как минимум лет через сто. Что бы все законно продавать нужна куча документов и бухгалтерской волокиты, чего Джаред успешно избегает. Он ищет посредников, которые смогут на своих частных самолетах переправить его устройства нужным людям. Нелегально. К нему так же обращаются компании, которые мало обознаны в этой сфере и нуждаются в его финансовой поддержке. Но его фирма успешно прекращает свою деятельность примерно через десять лет. Не скажу точно почему, это мне не удалось выяснить. — Агент отпивает воду с бутылки и смотрит все ли его слушают. Автоботы не смеют перебивать. — В один из призывов ему приходит письмо, он собирает свои вещи, уходит. Через некоторое время его убивают во время учений. Называют героем, вручают орден за доблестные заслуги и на этом всё. Джаред Уилсон мертв. — мужчина достает из принесенной папки фотографию формата А4 и передает детям. На фото мужчина, с светло-русыми волосами и редкими проблесками седины, с небольшой ухоженно бородой, карими глазами, высокими скулами, темные волосы зачесаны назад и на нем голубая рубашка. — О его семье ничего не известно. Есть предположения, что они остались в Нью-Йорке до сих пор. — фотографию рассматривают и автоботы, с трудом, но рассматривают. Далее снимок попадает снова к подросткам. Дети все еще без малейшего понятия. Каждый смотрит внимательно и ничего не понимает. — Вот так появился полковник Лиланд Бишоп, он же Сайлас.

— Невероятно, — тянет Мико смотря в потолок.

— Да, — соглашается агент, — всего несколько его проектов хранится на складах армии. Один из которых Проект «Домокл» — Сверх мощный спутник, оснащен очень сильными лазерами, которые с орбиты могут поджарить бекон где-то в Неваде.

В итоге эту информацию стоит переварить долго и внятно. День для всех выдался непростым. Оптимус похвалил агента и сказал что тот, проделал невероятную работу, достойную большой награды. Главное, что бы его руководство оценило это вложение.

***

Нокаут вместе со своей напарницей покинули базу самыми последними. Астрид почему-то отказалась ехать вместе с ребятами и Би. Аргументировала тем, что ей нужно заехать в магазин. На улице начало двенадцатого вечера. Фонари через один освещают дорогу к Джасперу, луна им в этом помогает, повисая большим круглым блюдечком среди сотен звезд.

Астрид смотрит на дорогу и молчит. Внутри все стремительно рушиться и мозг, кажется, только начал усваивать информацию, услышанную от агента. Про Джареда и Сайлоса. Про то, как он хладнокровно покончил со своей прошлой жизнью, принял участие в войне и вошел в десятку худших в черном списке Пентагона. Приличные достижения как на его возраст.

Хофферсон чувствует, как по венам течет ледяная кровь, она почти не слышит своего напарника и на автомате держит руку на руле. Дорога, словно стоит на одном месте, город не приближается, а база не отдаляется, словно в прострации. Громом в ушах слышится сердцебиение и от сильных ударов аж пошатывает. Голубые глаза не видят ничего кроме расплывчатой пелены. Легкие стискивают раскаленные тиски, бросает в жар, а потом в дикий холод. В тонкой кофте теплый майский вечер не кажется таким уютным и прекрасным, как могло бы казаться. Воздух влажный или сухой, девушка понять не может. Каким бы он ни был, его оказывается катастрофически мало и дышать кажется нечем.

— Астрид, ты не ответила на мой вопрос. — зовет напарник, ответом все-таки служит действие. Резкое и немое. Астрид ударяет по тормозам с такой неожиданностью, что на пустой трассе Нокаута немного бросает в занос. Она открывает дверь машины и выходит из салона, дышит полной грудью, хватает ртом воздух, точно рыба, которую выбросило на берег. — Хофферсон! Да что с тобой такое?! — трансформер растерян и раздражен. Блондинка игнорировала его вот уже несколько минут. Без причины и просто так. Ближайший километр был пуст от посторонних машин, Нокаут принимает форму трансформера и буравит младшую гневным взглядом. Ему не нравились такие выходки, а уж тем более ставленые без ответа вопросы.

Гонщица глубоко дышит и хватается ладонью за свой лоб, словно измеряя температуру собственного тела, которое сгорает от внутренней эмоциональной агонии.

— Астрид! — настойчиво повторяет Нокаут, теперь более настойчиво. Только тогда когда она расхаживая из стороны в сторону, поворачивается к нему лицом, продолжая про себя повторять что-то так тихо, что это похоже скорее на шепот чем на речь, Нокаут замечает слезы. И от этого врач вообще теряется. Что могло произойти такого, что бы довести её до состояния, в котором она находится прямо сейчас. — Тебе плохо? Что случилось? — в который раз пытается достучатся напарник, не понимая, как вообще стоит действовать именно в этот момент. Астрид уже не сдерживает себя и начинает всхлипывать садясь на дорогу, наплевав на все возможные помехи и свидетелей. Ей сейчас хочется просто исчезнуть к чертям. Нокаут осматривается по сторонам — всё еще никого, что невероятно хорошо в данной ситуации. — Хофферсон, клянусь, я позвоню Иккингу может он выяснит, что случилось с тобой за две секунды. — раздраженно причитает трансформер, надеясь что это повлияет хоть на что-то. Хофферсон упирается лбом в сложенные на коленах предплечья и рыдает, позволяя себе все возможные эмоции. — О, великая Искра, ответь мне в конце-то концов! — Нокаут садится прямо перед ней. Молча смотрит и ждет.

— Нокаут... — всхлипывая обращается блондинка. Спустя нескольких секунд, девушка поднимает голову на напарника.

— Пожалуйста, объясни, что произошло? — медик спокоен, ему стоило потерпеть всего каких-то пять минут, пока девушка сможет хоть немного успокоится.

— Я не могу поверить, — слезы бесконтрольно текут по щекам, — я даже не знаю как реагировать на это. — губы дрожат, девушка не сдерживает всхлипы и истерику, ту, на которую ей пока что хватает сил. — История этого Джареда, — она шмыгает носом и зажмуривает глаза содрогаясь в новом приступе плача. — его поступки, его действия. — плечи дергаются от всхлипов, кожа покрывается мурашками и теплый ветер совсем не согревает. — Сайлас... Он же... как он мог? Все те люди, как он мог, так бесчеловечно...

— О великая искра, — с облегчением смотрит Нокаут, кажется поняв в чем дело. — Если тебя так задела история Сайласа, то, я думаю, не стоит так страдать за его делами. Он убийца, давно было известно. — напарник ухмыльнулся, — не думал, что ты на столько сентиментальная.

— Нокаут, — Хофферсон поднимается с асфальта и запинается. Смотрит по сторонам, словно ответ придет откуда-то из-за горизонта, словно это поможет. Решается, пытается, а сердце стучит так тяжело, так сильно, кажется его удары и выбивают с нее последний воздух.

— Что? Почему тебя внезапно это так поразило? Мы знали про его дела, он жесток. Что-то на уровне, — алый бот призадумался, — на уровне Мегатрона, только среди людей. Он безумец, который убивал людей, он тебе несколько дней назад нож к горлу приставил и что странно, ты тогда не плакала как сейчас. — продолжал напарник, пытаясь хоть как-то втянуть её в разговор. Хофферсон смотрит вдаль и глаза на мокром месте, она прикрывает губы тыльной стороной ладони.

— Потому что, Нокаут, — Астрид делает попытку вдохнуть, но в горле стал ком и она не может ничего поделать с этим. Медленно тянет воздух через нос, а голос дрожит, кажется, как никогда прежде. — Тот, кто несколько дней назад приставил нож к моему горлу. Сайлас, которого все боятся и не могут поймать, — а язык не поворачивается сказать такое, — он является моим отцом. — Хофферсон смотрит на напарника, молча просит разбудить от этого сна.

— Что? — Нокаут считает это очень плохой юмористической выходкой. — Хофферсон, плохие у тебя шутки. Заканчивай. — Она поднимает на него свои заплаканные голубые глаза и смотрит так, как раньше, наверное, не глядела никогда. Автобот видит, чего хуже ощущает, что в её словах ни доли юмора, а в глазах нет озорных искр, которые выдавали бы её коварство. - А как это возможно? — Он отрешенно смотрит на младшую. — Твой отец мертв, судя по твоим рассказам, он погиб в армии. Не так ли?

— Моего отца звали Джаред Уилсон, он погиб в армии несколько лет назад. Все как говорил агент, все точно так же. — блондинка достает телефон и что-то быстро клацает в нем. — Фотография, которую показывал агент была сделана для его военного билета. — Блондинка протягивает напарнику мобильный с семейным фото, на котором изображена Астрид, лет десяти, которая сидя на руках, приобнимает за шею Джареда, а рядом женщина с пшеничными волосами, в легком летнем платье, прижимается к плечу крепкого мужчины. — Я Астрид Уилсон-Хофферсон, а это моя семья...