На грани эмоций

Tove Lo — Talking Body

— Кто этот парень, и почему она тут?! — рычит Дарби сдвигаясь со своего места.

— Это Фокс, — коротко бросает блондинка. Мико подает жест и гонщики срываются с места, среди них мчит и Смоускрин. Подростки удаляются в толпу. Хофферсон не щадя никого прорывается сквозь людей, плюя на любой этикет и вежливость, старается не упустить из вида рыжую макушку. Внутри мечется страх, ужас осознания огромнейшего её промаха, который привел к таким последствиям. Тело пробивает мелкая дрожь, а в висках стучится кровь. Паника и неудержимая злость овладеваю ситуацией.

— Какого черта? — громко выкрикивает голубоглазая. Парень улыбаясь оборачивается, он пьян и доволен, закусывает нижнюю губу.

— Ооо... Наконец-то я тебя встретил, — он прижимает японку ближе, и та обхватывает его руками за грудь, с трудом стоя на ногах что-то мыча.

— Мико! — рычит Джек рвясь на встречу, пытаясь забрать подругу, но рыжий шагает назад, выставляя руку в протест. Он хочет насладится этим прекрасным триумфом, словно вкуснейшей трапезой, оттягивая по максимуму все.

— Не так быстро, Дарби.

— Что ты с ней сделал? — гонщица оглядела парня с ног до головы: растрепанный, в краске на лице и руках. За прошедшее время он изменился, стал чуть шире в плечах, поправившись. Но характер бывшего товарища усугубился, он стал хуже, грубее, жестче, или, может таким всегда был, просто раньше блондинка этого не замечала. Затем глянув на подругу, Хофферсон ахнула: короткие шорты, неровно натянутые гольфы до середины бедра, краска на руках и ногах, короткий белый топ, что держится на честном слове и голые плечи, распущенные волосы и алкоголь в голове.

— Я? Это все твоих рук дело, если бы ты только слушалась, то все твои друзья были бы целы и здоровы. Ты с ней это сделала. — лепечет парень, продолжая улыбаться, смотря на давнюю подругу. По его мнению, Хофферсон не изменилась, все так же притягательна и бойкая, но об этом он умалчивает.

— Астрид, — пробормотала радостно брюнетка, но на больше её не хватило.

— Ну ты и сука, — шипит блондинка сжимая кулаки, намериваясь сорваться с места, и навалять этому, но мимо неё и Джека пролетает разъяренный Хэддок, который ни слова не сказав, ударяет парня в челюсть, тот от неожиданности разжал свои объятия и брюнетка пошатнулась, быстро переставив ноги и удержавшись на месте.

— Иккинг! Аккуратней, — мямлит Накадаи, в попытках удержатся на ногах.

— Закрой рот! — рявкает на младшую Хэддок, ударяя Фокса по лицу еще раз. Шатен скидывает с себя куртку и небрежно прикрывает плечи сестры, толкая в сторону Дарби. — Отвези её домой, ключи в кармане, Смоускрин ждет за поворотом. — парень ни слова не сказав двинулся к указанному месту, Мико еще что-то пыталась ответить и сопротивляться. Но Дарби натянул капюшон на голову себе и подруге, подхватил на руки брюнетку и ушел.

Рыжий встал на ноги и сплюнул кровь, на шатающихся ногах он предпринял попытку ударить Фурию, но зеленоглазый увернулся, нанося новый удар по ногах, от чего тот падает на одно колено. Хороший случай отработать практику агента Фоулера.

— Где ты нашел её?! Говори! — хватает за шкирку шатен, тряся парня. К этому моменту толпу не так уже интересовали гонки, как данное мероприятие. Они с любопытством разглядывали подростков, кто-то что-то кричал, а некоторые даже делали ставки. Но Хэддоку было глубоко плевать на всех и вся. В голове всплывали прошедшие минуты, ужас и ярость, с которой он осознал, что грид-герл — это Мико. Такой лютой ненависти и злости он не испытывал, наверное, никогда, его руки горели от нанесенных ударов, лицо Фокса истекало кровью, но шатена мало волновал исход. Гонщик готов его убить, и то, считает что это слишком просто для рыжего.

— Иккинг... — едва шепчет Хофферсон, прикрыв ладонями рот и застыв от ужаса. Такого гнева от одноклассника она еще не видела, и реально боялась попасть под горячую руку, а она, скорее всего, попадет.

— Скажи, — он кашлянул, — спасибо сво... своей подружке, — кряхтел рыжий смотря мимо нависшей над ним бури в лице Хэддока, он довольно улыбался глядя на растерянную Хофферсон.

Шатен с ужасом понимает, что случилось то, о чем не единожды предупреждала блондинка, что Ник имеет влияние на всех её друзей, Мико в том числе, и все-таки сделал, что хотел. Он добирался до каждого по своему, с прямым подходом или под прикрытием, не показывая своих козырей, в лице прибывшего в Джаспер брата и ставя Хофферсон в безвыходное положение, делая её центром всех проблем.

— Тебе стояло вернуть те деньги, — привстает на локте рыжий, со рта и носа стекает кровь, подбитый глаз сильно болит и щипает, ссадины по телу неприятно отдают во внутрь, но Фокс говорит с таким удовольствием, с такой сладостью и наслаждением, облизывается. Так приятно наблюдать последствия своих долгих стараний, хоть не всегда приятно чувствовать, но именно на такие эмоции Фокс и рассчитывал.

— Которые ты спер? — хрипит девушка, боясь лишний раз взглянуть на одноклассника. Тело пробивает панической дрожью и только сжатые до боли кулаки бодрят, не дают утерять контроль.

— Ты все равно не сможешь доказать, — не стесняясь, рыжий полностью облизывает верхнюю губу пробуя в который раз на вкус собственную кровь, — никому. — Фокс бросает короткий взгляд на шатена.

— Заткнись, — снова ударяет Иккинг, — что ты сделал с Мико? Говори, иначе я из тебя душу выбью! — рычит словно пёс, гонщик. Глаза наполнены решимости свернуть шею этому парню в сию секунду, но все же капли здравого, не затуманенного эмоциями и адреналином рассудка, останавливают Хэддока.

— Хреновый из тебя старший брат, скажу тебе, — Фокс смеется нагло в лицо, потому что глуп, а вовсе не из-за принятого наркотика или выпитого спиртного. У него атрофировался инстинкт самосохранения. Даже та участь, что настигла его не пугает, он наслаждается собственным триумфом, победой, и все равно, что нос сломан и разбита губа.

— Если ты её хоть пальцем т... — Иккинга обрывают.

— Не сомневайся, тронул, она даже успела кое-что попробовать. — Хэддоку срывает крышу моментально. Кажется, организм выработал в трое, а то и четверо больше адреналина чем бывает в норме. Глаза бешанно бегают по лежащему парню, ища новое место, куда он еще не успел нанести вред. Хэддок несколько раз ударяет того по лицу и небрежно швыряет на землю в бессознательном состоянии. Фокс в придачу ударяется головой, не чувствуя ни боли, ни дискомфорта, ничего. Гонщик проходит мимо Хофферсон, идя прямиком к Нокауту.

Астрид с опозданием отмирает, наблюдая ту ужасную картину, что открылась перед ней, идет следом, не смея ничего говорить. Блондинка корит себя за невнимательность и глупость. Почему раньше не спросила Мико? Не узнала о Фоксе раньше? Она виновата, только она, и весь вечер пошел на смарку не оставив ничего хорошего. Теперь только предстояло гадать, что Иккинг сделает с Мико, а потом и с самой Хофферсон...

***

Джек держа на одном плече Мико с трудом открыл входную дверь. Затем бросив ключи на тумбочку у входа, подхватил японку на руки и понес в зал на диван.

Брюнетка что-то нечленораздельно бормотала и совалась на подушках. Дарби закрыл дверь, повесил на вешалку куртку, оставшись в водолазке. В темноте прошел на кухню, включил свет, и набрал воды, покопался в аптечке, взял младшей несколько сорбентов.

Вернувшись, увидел сидящую на краю дивана подругу. Ее состояние казалось забавным, первая пьянка в жизни всегда приносит интересные воспоминания. Но, не при нынешних условиях и людях. Было так много вопросов, брюнет не уверен в том, что подруг даст ответы на них все.

— Мико, ты как себя чувствуешь? — присел рядом Дарби. Девушка повернулась к нему, затем посмотрела перед собой, — Будешь? — он протянул стакан с водой. Девушка молча приняла жест друга и выпила половину.

— Что ты хоть пила? Или может, что-то другое было? — стараясь максимально деликатно намекнуть на наркотики, спрашивал старшеклассник, контролируя японку.

— Вроде, это была кола, но судя по моему состоянию, она была с чем-то. — Накадаи посмотрела на себя. На ней была черная джинсовка, хотя она уходила в фиолетовой короткой курточке. Брюнетка помнила прошедшее отрывками: вечеринка, много людей, Хофферсон и Дарби, вместе со своим братом, то как рисовала, все это она помнила хорошо, но вот после встречи с Фоксом, смутно, потом заезд, помнила как Иккинг силой заставил одеть его куртку и отправил домой, вместе со Смоуком и Джеком.

— Это не мое! — внезапно взбунтовалась младшая. Она встала, и попыталась сбросить с себя одежду. Прядь волос зацепилась за пуговицу, и походу движений, даная ситуация причинила ей дискомфорт. Разозлившись, японка мотнула головой, сделав только больней. — Ай! Ох, почему все так трудно? Где вообще Фокс? — девушка распсиховалась и прикрикнула, немного оступилась. Дарби молниеносно подорвался с места, и поймал подругу, схватив ту обеими руками за талию. Парень немного опешил от столь резкого поворота событий и его нового положения.

— Так, давай ты немного отдохнешь, хорошо? — Дарби помог Мико сесть, но девушка уперто пыталась снять с себя джинсовку брата.

— И как ты так быстро? — Накадаи расперло на смех, — Прям, момнт. Моментрально... Нет, стоп, не так. Моментальто. — она в прямом смысле заливалась неудержимым хохотом, — ну, ты понял.

— Да, да, — Джек сел рядом, — приляж, отдохни.

Мико почти полностью сняла джинсовку, только правая рука застряла в рукаве. Девочка приложила слишком много усилий для её освобождения, поэтому нечаянно ударила Дарби по губе. Парень немного зашипел, прикрывая рот ладонью, брюнетка перепугалась.

— Джеек, прости — протянула девушка, с ужасом смотря на друга, — я не хотела. Извини пожалуйста, — не умолкала брюнетка.

— Все хорошо — парень, чувствовал, как место удара неприятно гудело, но терпимо, он облизнул губу, и поняв, что крови нет, отмахнулся.

— Дай я гляну! — навязывалась та не заботясь о личном пространстве, нагло лезла прямиком на парня.

— Не нужно, все в пор. — брюнет замер, когда подруга приблизилась к нему в плотную. Он чувствовал её горячее дыхание, гость вжался в подлокотник, но, кажется, Мико это не напрягало, и она продолжила свои попытки помочь.

— Надеюсь синяка не будет, — младшеклассница прищурила глаза, затем заправила растрепанные пряди, которые неприятно налезали на лицо, за левое ухо. — ничего не вижу, — мотнула головой девочка, несколько раз моргнула и практически нависла над другом. Странные ощущения снова проснулись внутри. Как тогда, с Фоксом. Возможно, такое влияние оказывал алкоголь и тот порошок, что рыжий подсыпал в колу, но сейчас Мико ощущала все гораздо острее и её желания были ясны и очень настойчивы, в таком состоянии ставало все делать проще, говорить, что думаешь и чего хочешь.

— Мико? — занервничал Дарби, замечая в её взгляде что-то помимо желания помочь и извинится. Карие очи, кажется, потемнели, в них заиграло что-то не её, никогда прежде он не читал такой уверенности, интереса и... жажды?

— Знаешь, Джек, у тебя красивые глаза, — японка не отрывала взгляд от ошарашенного и немного потерянного парня, — и не только, — чуть ли не промурлыкала девушка.

Она поддалась вперед и резко сократила расстояние меж ними, влипнув в губы друга. От неожиданности, парню перебило дыхание, глаза от шока раскрылись еще больше, а пальцы смяли обивку дивана. Дарби оторопел, он не ожидал такого, ни в коем случае. Быстро сообразив и взяв себя в руки, он отстранился от нее.

— Что-то не так? — растеряно начала младшая, замирая на диване.

— Да! — выпаливает брюнет, вскакивая с мягкой мебели, — Нет, то есть да, то есть нет, ох черт, Мико! — запинался парень, паникуя. Шквал вопросов и эмоций обрушился на него так неожиданно: испуг, удивление, возмущение, в некой мере даже злость.

— Я так и думала, я тебе не нравлюсь! — обижено рыкнула младшая, скрещивая руки на груди.

— Нет, Мико, это не так, ты мне симпатична, — подруга изменилась в лице, с легкой улыбкой на губах, — как подруга. — И сразу же младшая поджала губы. Джек не мог утверждать что влюблен в неё, нет, он даже не задумывался о таком исходе. Брюнет никак не думал о своих чувствах, предпочитая держатся нейтрального положения. Все вокруг встречаются, женятся и все в таком роде, но Дарби не хотел, пока что, подобного поворота в жизни.

— Докажи! — выкрикивает младшая, бросая вызов старшему.

— Как? — разводит руками тот.

— Поцелуй меня! — Дарби оторопел, смотря широко раскрытыми глазами, и поражаясь таким заявкам от японки. — Вот видишь! — обижается брюнетка.

Джек садится рядом, вдыхая, аккуратно взяв младшую за руку.

— Мико, понимаешь, — но Накадаи не дожидается каких-либо оправданий и убеждений, хочет проверить все слова Джека на собственной шкуре. Она тянет парня на себя, заваливаясь на спину, и Дарби нависает над ней. Так же властно брюнетка утягивает друга в поцелуй.

Теперь эмоций стало слишком много. Суматоха на гонках, агрессия Хэддока, драка, поведение Мико, а сейчас эти её внезапные чувства. Что-то сорвало ему крышу. Дарби не понимает, почему не сопротивляется на такие властные и наглые действия. Это неправильно, но тело не слушается, Джеку все больше и больше нравится вкус губ Мико. Он не заметил, как его руки блуждали по голой талии девушки, а её — обнимали за крепкую шею.

И что теперь говорить Иккингу?

Это просто интрижка или что-то большее? Дарби ощущал легкую влюбленность к ней, когда она была в Джаспере впервые, по обмену. Но то было давно, разве чувства живут так долго? И не могли они быть столь сильны. За время отсутствия Накадаи, Джек снова воспылал симпатией к Сиерре, но та не ответила взаимностью, как на то время показалось парню, поэтому он, не попробовав — сдался.

Процесс быстро вовлек подростков. Внутри разыгрался шторм чувств, сердце боролось с мозгом и совестью, это противостояние сильно мешало наслаждаться моментом, также очень докучали разного рода вопросы. Но это скорее относилось к Джеку, так как он мыслил трезво, в отличии от подруги.

Руки девушки обнимали его за шею, чувствуя температуру тела Дарби. А парню и в правду ставало жарко. Мико это понимала, и быстро сделав логическое умозаключение, потянулась к краям верхней одежды, дабы снять ее. У Джека был приятный парфюм, который она услышала не впервые. Аромат был похож на морской шлейф с примесью цитрусовых. Парень даже не сопротивлялся ей, и позволил снять с себя белую водолазку.

Дарби, словно сбрендил, и от его контролируемой сдержанности, не осталось и следа. Парня удивляло то, где Мико так научилась целоваться, откуда столько уверенности и страсти? На сколько ему известно, она ни с кем не встречалась. Но чем больше развивался процесс, втягиваясь в действия, все больше пьянел сам брюнет. Это странное влияние Мико, она словно всю землю выбила спод ног, такого от нее он точно не ожидал.

Руки японки блуждали по торсу друга, изучая любой изгиб и каждый сантиметр кожи. Джек перешел от губ к шее, ласково целуя ее, а иногда покусывая. Мико тихо постанывала, блаженно прикрывая глаза, и вся темнота, которую она перед собой видела, кружилась в разном направлении, заставляя тело, ощущать странное чувство.

Джек никогда бы не подумал, что кожа его подруги столь чувствительна, а сосуды расположены близко к поверхности, ведь Дарби даже не старался оставить на ней засосов, а оно вышло как-то по другому. На левой стороне виднелись два, едва ли бордовые маленькие круги, с мелкими красными точечками. Не успел он опомнится, как брюнетка притянула его к себе, заставляя нависнуть над ней, и полностью владеть ситуацией. Она не стеснялась кусаться, и на плече у брюнета остались следы от её зубов.

Руки парня прошлись по всей фигуре подруги: грудь, талия, бедра. Такое тело не могло не соблазнять. И раз в голове проскользнула такая мысль, она явно надолго засядет в оболочке мозга, и будет всплывать в самый неподходящий момент. Это что-то уже за гранью позволенного, что-то, чего нельзя было делать. Эти мисли, словно постепенно возвращали в реальность. Отрезвляли от всего сладкого процесса. Еще немного таких ласк, и тогда их нельзя будет остановить. И Джек вовремя спохватился, потому что партнерша уже лезла к бляхе на ремне. Он внезапно остановился.

— Мико, стой, стой, — парень немного отодвинулся, — ты должна понимать, что это неправильно, по крайней мере именно сейчас. В таком положении, в твоем состоянии, все должно быть согласовано, и не так быстро.

— Дааарби, — протянула девушка, — ты как всегда, слишком правильный, слишком тактичный, слишком Джек. — рассмеялась подруга, словно ничего не было. — Это нормально, когда люди начинают встречаться, или вступают в более серьезные отношение. — японка с осмотрела друга с ног до головы, и заулыбалась. — Ты давно мне нравишься, Джек!

— Мико, стоит об этом говорить в другой обстановке и на трезвую голову, — Накадаи скептически послушала его, и отпила немного воды из стакана. Ей не нравилось, что её открытость и откровенность ссылали на последствия алкоголя. Это было не честно, по мнению брюнетки.

— Я вполне адекватная, и готовая говорить на эту тему. Я напрямую скажу тебе — ты мне нравишься. — она двинулась чуть ближе. — Думаешь, почему я всегда стараюсь набиться к тебе в пару? На миссиях или тренировках?

— В тебе говорит алкоголь, вот скажешь завтра все, когда выспишься, отдохнешь, тогда и поговорим, — старшеклассник чуть тише добавил, — наверное.

— Почем... — Мико резко приложила ладони к рту, сорвалась с места, как олимпийский спортсмен, помчалась в ванную. Все же организм не выдержал дозы такого крепкого алкоголя.

Джек поднял одежду и натянул её на себя, потирая укушенное место, прошел на кухню со стаканом и набрал полн воды. Смотря перед собой он не спеша пил прохладную жидкость, размышляя над тем что произошло. У парня было такое чувство, что случилось то, чего никогда не должно было быть. Хотя, по сути ничего такого и не произошло, но все стремительно к этому шло. Позади с грохотом открылась парадная, куда ворвался Иккинг, а за ним зашла Астрид. Хэддок буквально вынес собственную дверь, от неожиданности Джек поперхнулся и закашлялся.

Дарби представил, что приди они на пять минут раньше, Иккинг бы его разорвал на клочья. Таким злым Хэддока, как сегодня, Джек еще не видел... никогда. Но однокласнику не посчастливилось увидеть то, что гонщик сделал с Фоксом.

— Где она?! — чуть ли не крича, спросил старший брат, влетая на кухню словно фурия.

— Побежала в ванную, ей стало плохо. — негромко говорил Дарби, чувствуя накатывающую панику, и аккуратно взялся за место укуса, прикрывая ладонью и без того спрятанный одеждой синяк. Брюнету казалось, что они оба в курсе, и как только разберутся с Мико, свернут голову и Джеку.

— Сейчас ей точно будет плохо! — еще сильнее разозлился Иккинг, ступая по направлению в ванную. Хэддок уже примерно представил, какую поучительную речь будет говорить, полную эмоций, мата и угроз... С него чуть ли не шел пар, намеренья были уж очень серьезны и убедительны. Всю злость не удалось выплеснуть на рыжего, что буквально плевался собственной кровью. Но путь ему преградила Астрид.

— Тормози, парень, — она выставила руки в знак протеста — ты не пойдешь с ней разговаривать в таком-то состоянии. — возражать такому разгневанному гонщику, девушке еще не приходилось, и, было немного страшно, потому что голубоглазая как раз-то и видела то, что сотворил шатен с Фоксом, но набравшись смелости, она все же попробовала.

— Хофферсон, я прошу тебя, не лезь не в свое дело! — шатен попытался её обойти, но блондинка снова встала перед ним, и повторила требования. Астрид считала этот диалог слегка ироничным, потом что сама недавно просила одноклассника о таком, но он не послушал и влез. — Не беси хоть ты! Она уже довольно взрослая и должна понимать в какое дерьмо влипла! — не переставал кричать гонщик, стараясь обойти её.

— Дай я попробую, а потом уже ты, хорошо? — снова попыталась Хофферсон, говоря спокойным, даже тихим тоном.

— Ну уж нет! — зеленоглазый грубо передвинул одноклассницу и направился к ванной, блондинка только пискнула.

Хэддок твердым шагом направился в ванную, но его намеренья обламала закрытая изнутри дверь. Накадаи стало немного лучше, но только теперь у неё болела голова и в животе было неприятное ощущение, словно все органы кто-то хорошенько встряхну и поменял местами.

Мико отрывками слышала разговор, и по тону старшего брата понимала, что ей конец, но даже сейчас не так волновалась, потому что воротило не на шутку. Теперь можно смело зарекаться о том, что пить больше не будет. Она прижалась спиной к двери, но когда по дереву с силой ударили, она как ошпаренная отползла от неё, с ужасом представляя, что место брата, там стоит самое настоящее чудовище. Накадаи была уверена, будь перед ним сам Мегатрон, Иккинг бы ему голову свернул и добрался до неё.

— Мико! Открой дверь! — крикнул парень, ударив кулаком снова. Это выглядело так устрашающее, ужасно.

— Нет! — прохрипела младшая.

— Открой эту чертову дверь, иначе я её сейчас выбью! Какого хрена ты делала на гонках, еще и с парнем?! Одна! — не унимался старший, продолжая кричать переодично нанося новые удары. — Ты вообще знаешь кто он?

— Да! Я в скором времени хотела познакомить вас с ним, ... — пыталась что-то сказать в свою защиту девочка, трясясь от страха, сидя на полу и обнимая колени.

— Почему ты одета, как малолетняя шлюха?! Пьяная! Ты что вообще себе думаешь? Как тебя угораздило придти на заезд?! — с каждой фразой тон парня становился выше, грубее и злее.

— Та ладно, — огрызнулась девочка, рискуя нарваться, но молчать не станет, — Иккинг, все имеют право на личную жизнь, и я могут что-то скрывать! Я была на вечеринке, где, кстати видела и тебя с Астрид и Джеком.

— Что?! Ты была в том доме?! Мы попали туда только потому, что там был Ник. А что ты там делала? — не унимался старший, тупо пялясь на закрытую деревянную дверь.

— Если не заметил, то рисовала! Я и ребята из старого квартала были приглашены туда в качестве художников. Девочка с маской на лице и в фиолетовой курточке, которая стояла на против тебя! Я разрисовывала Астрид! Надо быть внимательнее, братец, — если в ту минуту Иккинг был похож на пожар, то слова младшей послужили для него бензином. Он взорвался. Кровь внутри закипала, лицо горело, руки сжимались от злости, маленькие ссадины на пальцах жгли. Он от злости до скрипа стиснул зубы, шипя, испепеляя ненавистный барьер, который отделял его от Мико.

Хэддок и так пытался всем угодить, старался максимально смотреть за ней, выступая в роли опекуна, но эти слова прозвучали так, словно описывали все его старания как сплошное бездействие. Он доверял Мико, каждый раз, когда та уходила вечером. Верил, без каких-либо причин сомневаться, а она упреками и злостью, обвиняя в невнимательности. Но ведь в шестнадцать лет есть своя голова на плечах, что бы принимать решения, делать выводы, анализировать круги общения. Хофферсон была права, Ник следил за ними, действовал быстрее, и в этом их вина, его ошибка, он не досмотрел, повелся, оступился.

— Та полуголая девка, что разрисовывала людей, — была я! — разозлилась младшая, явно обижаясь, что ее сравнили не с самым благородным человеком.

— Мико! Да что с тобой творится?! — выкрикнул парень, надеясь, что возможно, у младшей все же найдется ответ.

Иккинг решил открыть дверь сам. Внешний замок можно было повернуть при помощи плоского, тонкого предмета. И Хэддок предположил, что нож отлично подойдет.

Стоящие на кухне Астрид и Джек просто поникли от их разговора, такого никогда не случалось, еще ни разу брат и сестра так сильно и громко не ругались. Одноклассники молча переглянулись когда мимо них прошел гонщик. Его лицо не выражало ничего кроме усталой угрюмости и злости; руки были в крови и в краске от смазанного рисунка — памяти сегодняшнего вечера. Игнорируя своих гостей, гонщик с грохотом открыл кухонный ящик и достал оттуда нож. Первой в себя пришла Хофферсон. Испуганная девочка по ту сторону дверей и её разъяренный брат с холодным оружием в руках. Что он черт возьми задумал?!

— Так, стой, рембо, давай я с ней попробую адекватно поговорить. — шатен услышав слово «адекватно» подумал, что его в чем-то обвиняют. Хотя сил скрывать эмоции не было, да и желания, он только что получил обвинения, которых точно на его имени не было. Да и что тут такого странного, открыть двери при помощи ножа?

— Может лучше как-то по другому? — попытался влезть Джек.

— А я с ней не нормально говорил?! — взбунтовал он, откинув руки в стороны, забыв о элементе кухонной утвари.

— Парень, положи от греха подальше нож, — блондинка сделала шаг назад для собственной безопасности, — ты с ней не говорил, ты просто орал на нее, как ненормальный. — Астрид немного отошла от событий на заезде, и ощутила в себе хоть былой грамм своих амбиций, потому, могла защитить Мико, ну, она на это надеялась.

— Иккинг, действительно, может пусть попробует она. Они же девочки, им проще понять друг друга, — снова решился вмешаться Дарби. Но, в таком состоянии он побаивался своего одноклассника, точнее, конкретно так боялся. Особенно после того, что произошло десятью минутами ранее. Брюнет готов поклясться, что зайди дело дальше, этот нож торчал бы из его спины. и такой поступок был весьма оправдан.

Астрид не дожидаясь ответа, проскользнула в коридор и пошла в ванную. Еще раз взглянув на одноклассника, испепеляющего подругу взглядом, аккуратно постучала кулаком в дверь.

— Мико, открой пожалуйста, — тихо попросила девушка.

— Зачем, — прохныкала японка, — ты тоже будешь меня учить?! Или если хочешь обозвать шлюхой, пожалуйста, я вся во внимании. — послышались всхлипы. Мико хорошо протрезвела и теперь на неё обрушились потоком укоры совести, стыда и позора. Потому что все воспоминания были отрывками, но местами уж слишком яркими. Оценивая свое поведение, девочка была явно не в лучшем расположении духа.

— Нет, я просто хочу поговорить с тобой, — тихо попросила голубоглазая, — можно?

Повисла длительная пауза. Минута молчания нагнетала обстановку, а укор зеленых глаз, сверлящих дыру в теле Хофферсон, явно заставляли гонщицу чувствовать себя не очень комфортно, но после, послышались шаги. Девочка подошла к двери:

— При условии, что возле тебя не будет Иккинга. — она уже не говорила, а хрипела. Повышенный тон, слезы, крики это все сказалось на горле, неприятно продирая слизистые, заставляя пить без остановки воду. Астрид повернула голову вправо, где в ожидании замер старший. Она отрицательно помотала головой.

— Хорошо, я зайду без Иккинга. — парень, услышав это фыркнул, выругался про себя, и вернулся на кухню. Сил его больше не было. Он прошел к тумбочке, достал бутылку выпивки, стакан и налил четверть. Все летело в тартары, и его самообладание тоже. Он не железный, ему тоже нужна поддержка, но похоже он тут виновный...

Астрид увидела перед собой приоткрытую дверь, и быстро прошмыгнула туда.

Блондинка прошла в ванную. Мико сидела с распущенными волосами, вся в ярких красках, которыми была изрисована еще на той вечеринке. Странно, что никто не узнал её. В топе, шортах, высоких чулках. Хофферсон вспоминает эти элементы одежды, и про себя усмехается, так вот кто скрывался под маской её персонального художника. Голубоглазая окинула руку взглядом, не переставая удивляться талантам японки. Девочка не смогла сдержатся, сперлась на раковину и опустила голову, тихо всхлипывала.

— Ты как? — робко спросила Хофферсон.

— Отвратительно, как морально, так и физически. — девочка закрыла воду в раковине и спустилась на пол.

— Как тебя вообще угораздило к ним? — озадачено смотрела голубоглазая.

— К кому? Ребятам с квартала? Я общалась с Фоксом около трех недель, это он меня привел туда? — тихо говорила девочка, открыв воду в ванной, намереваясь погрузится в теплую воду.

— Ты даже понятия не имеешь, кто он такой, и что за компания его окружала. — Астрид подошла к девочке и села напротив японки на ванну. Мико пустым взглядом наблюдала за тем, как вода медленно поднимается, и скорее всего, ни о чем не думала. Отвратительный день. — Они давно преследуют меня...

— Они? — всхлипнув, спросила девочка.

— Да, они, — блондинка томно выдохнула подбирая распущенные волосы в хвост. — Я опасалась того, что Ник как-то доберется до вас, но он сделал это. — Мико по взгляду старшей поняла, что случилось что-то грандиозное, что-то большее чем просто сегодняшний вечер, и нутро подсказывало, что она одна единственная не знала.

— Ник? — чуть пошатнулась брюнетка, — Кто это?

Астрид проигнорировала вопрос, с опаской осмотрела её, маленькие синяки на шее свидетельствовали о более близком контакте, и блондинка испугалась. Не дай Боже...

— Мико, у тебя с Фоксом что-то было? — брюнетка моментально отреагировала. Замершая, она потупила взгляд в пол, давая слишком много поводов для размышлений для старшеклассницы. В голове всплывали их поцелуи по пьяне, его жесты внимания, да и сегодня, перед гонками все дело шло к более близкому контакту, но их удачно прервали. Мико моментально поникла куда больше, от осознания того ужаса, что могла натворить. Она задрожала, и тихо заплакала, только от самих представлений и мыслей того, что могло произойти. Такие мерзкие ощущения, словно, прикосновение Фокса до сих пор чувствовались на её коже, на теле пылали поцелуи и укусы. Это все хотелось смыть с себя, причем так быстро и чательно, вплоть до костей, лишь бы избавится от гнетущего чувства вины и мерзости.

Астрид, исходя из реакции девочки, поняла, что у нее что-то да и было. И это ужасно. Если Иккинг узнает об этом, то он сначала убьет Фокса, а потом Мико.

— Как же так? — тихо спросила блондинка, подходя ближе. Невероятное психологическое давление воздействовало на некогда позитивную и заводную девушку.

— Нет! Ты что?! — забилась в хрипе японка, маша руками и головой полностью отгоняя от себя былые и возможные события. — Когда вы ушли куда-то, ко мне пришел Фокс, он сунул в руки баночку Колы, и та была такой приторной, но сладкой, и после, я отрывками помню, как мы поднялись на верх, — Мико скривилась потирая виски, словно ушибленное место. В голове гудело, а тяжелый водопад с под крана разбивал все попытки что-то рассказать. — он проявлял ласки, был весьма тактичен. Но постоянно пихал мне ту баночку с напитком, даже вроде что-то размешивал, таблетку какую-то или порошок.

— Ты пила после этого? — в ответ лишь короткий кивок. Гонщица понятия не имела, каким богам теперь нужно молится, что бы они вберегли этот мир от гнева Хэддока, который узнает что Мико все-таки подмешали эти наркотики.

— Потом, он с кем-то говорил по телефону, — с этого места Хофферсон наострила уши куда больше, вникая в каждую деталь, боясь упустить что-то невероятно важное. — Потом он стал каким-то слишком активным и возбужденным, и... — японка чуть замялась, ощущая как краснеет.

— И? — подгоняла Штормофлай, боясь узнать что-то, чего в априори не должно было произойти с Мико так рано и с тем парнем.

— Вот, — Накадаи стянула с себя топ, оставаясь в лифчике черного цвета без бретелек. Астрид широко распахнула глаза, не желая представлять способ нанесения всех тех синих кругов и красных отметин. — дальше, он просто не успел, — содрогается девочка, и глаза снова на мокром месте. — Ему кто-то позвонил, сказал быстро ехать на гонки, поэтому меня он даже не спросил, мы наспех выбежали с комнаты, а потом вы все знаете. — Мико скривилась, её аж передернуло. — Фу, пожалуйста, давай больше не будем об этом! Мне самой от себя противно!

Астрид немного улыбнулась, она действительно была рада тому, что Мико сама поняла, что чуть не натворила. И осознание, судя по эмоциональности, медленно, болезненно настигало её. Но это период взросления — принятия собственных необдуманных решений в облике вытекающих последствий. От самобичевания Мико никто не убережет.

— Ты молодец, что рассказала, а теперь стоит принять ванну и хорошо выспаться. — блондинка подошла сзади и немного помассировала плечи японки, дабы взбодрить. — Но в первую очередь, ты должна извиниться перед братом, он не заслуживает твоих слов, которые ты ему крикнула в сердцах.

— Хорошо, но ведь он тоже был не прав, — старательно поджала трясущуюся губу девушка, — так громко обзываясь, верно?

— Конечно, но ты не права больше, говоря о его пассивности, ты бы видела, что он сделал с Фоксом на гонках. — блондинка чуть помотала головой кривясь, — он избил его, сильно. — Накадаи молча закивала, глотая слезы.

- Спасибо, Астрид, — Мико устало улыбнулась. — Могу я попросить тебя, принести мои вещи из комнаты они в шкафу.

— Хорошо, я сейчас, — Хофферсон вышла из ванной, услышала, как замок повернулся.

На кухне было тихо. Джек сидел за столом умостив руки на поверхности и удобно уткнувшись подбородком, наблюдал, как ходит туда-сюда Иккинг. Шатен, кажется, аж закипал, что-то матерясь, то кулаки сминая. За время переговоров, он успел перемотать разбитые руки, но видимо все старания насмарку, бинт немного покраснел от выступающей крови. Хэддок провел на верх одноклассницу взглядом, когда та возвращалась с вещами, так же молча проводил её.

***

Иккинг немного остыл, дожидаясь пока младшая выйдет из ванны, что бы наконец-то поговорить сам на сам. И когда столь заветный момент настал, японка юрко прошмыгнула, но слова старшего настигли её на середине лестницы.

— Ты ничего не хочешь рассказать? — громко спросил он, а младшая уперто повторяла слова подруги, что стоит извиниться перед ним, но как-то гордость на горло наступила и язык не поворачивался.

— Что ты хочешь от меня услышать? — фыркает брюнетка, оборачиваясь на ступеньке. Хофферсон и Дарби напряглись, смотря как Хэддок в очередной раз сжимает больные пальцы.

— Что черт возьми было на гонках? И то в каком виде ты туда явилась? — Мико не терпела того предательского чувства, когда слезы не дают слова сказать, но так хочется, и гордость снова о себе напоминает.

— Все верно ты тогда сказал, я вела себя как шлюха, разгуливая в дерзком наряде под руку с парнем, — рявкает японка, понимая, что назад дороги нет.

Джек успевает опередить одноклассника, когда тот срывается с места, намериваясь подойти поближе к младшей, и стать преградой. Хэддок же не собирался ударить Мико?

— Да как ты вообще... — шипит старший заводясь по новой.

— Что? Как я напилась? Или может как меня накачали наркотиками? Возможно даже изнасиловали! — взрывается японка, чувствуя себя более уверенно — Но тебе то все равно, важнее наорать, нежели узнать о моем состоянии! — гонщик поднимается на ступень выше, Дарби стоит к нему лицом, молча махая головой.

— Спокойно, друг, — старается брюнет, — она еще пьяна, не совсем соображает что говорит. — Хэддок настолько ослеплен собственной злостью, что не замечает перед собой преграды в лице одноклассника, ему хочется сейчас донести до Мико мораль сегодняшней истории.

— Ты когда пила, сильно задумывалась о своем состоянии после, или о том что с тобой могут сделать после? Накачать наркотиками? Изнасиловать? — Теперь перед Джеком выросла стена в лице Хофферсон.

— Так! Оба заткнитесь! Мико, ты иди в комнату, а ты, — на улицу. — негативные эмоции и злость настолько овладевают гонщиком, что он не контролирует речь.

— Боги, Астрид, не мешайся! Твои разговоры не сильно помогают, как видишь! — блондинка возмущена, но не успевает открыть рот, как из-за спины слышит следующее:

— Как раз она и не ломилась ко мне как дикий зверь, и не пыталась вынести дверь, послушай, может успокоишься, — художница только разогревала ситуацию до критической.

— Мико! Перестань! — не сдерживается и Джек, бросая колкий взгляд на младшую, по щеках которой текут слезы, но она и не думает останавливаться.

— Стоп! — выкрикивает уже Хофферсон, стоя словно меж двух огней. — Ты, — указывает на младшую, — молча идешь в комнату, сейчас же, а ты, — указывая на старшего, — выпиваешь тюбик успокоительного и идешь спать.

— Или ты не мешаешься, и отходишь в сторону, — рычит Хэддок смотря на гонщицу, но блондинка не теряется, глубоко вдыхает и намереваясь сказать что-то такое громкое и колкое, но Фурия продолжает. — из-за твоих друзей, Мико оказалась на гонках, вместе с тем рыжим ублюдком. — шатен срывается на крик.

— Что? — удивленно смотрит на друга Астрид, и словно земля под ногами дрожит. Теперь она не уверена, сможет ли контролировать себя.

— Это из-за твоих дружков Мико оказалась в таком положении, да и мы не в лучшем. Может. — зеленоглазый не договаривает, потому что блондинка собирается ответить ему взаимностью.

— Хэддок, после тренировки на базе, когда я повредила ногу, не от тебя ли я пыталась открестится, лишь бы ты не лез со своими вопросами «Кто?» да «Что им нужно?». — Астрид говорит громко и четко, — Я не единожды просила тебя не влазить во все это!

— А толку то? Ну не лез бы я, они все равно добрались до нас, — не унимался шатен. Астрид с жгучим уколом в сердце, осознает, что он чертовски прав. Где гарантия, что перестань он мешаться, Ник перестал бы преследовать их. Джек и Мико притихли, не подавая признаков существования, но Накадаи понимала, что Хофферсон получит просто так от агрессии, что спровоцировала сама японка.

— Я же говорю, тебе проще кого-то обвинить, нежели помочь! — у Хэддока уже не хватает сил бороться с этим вечером, но близкие ему люди почему-то хотят выпить из шатена все соки.

— Мико! — гонщик порывается преодолеть препятствие виде мрачной тучи-Хофферсон, но она отталкивает его не давая пройти к Джеку. — Не лезь, в последний раз говорю тебе, — шипит он, точно змея, на одноклассницу.

— Вы оба не в состоянии говорить, хватит на сегодня! — игнорируя все всплывающие и возможные амбиции, приказывает голубоглазая.

— Да закончится все это или нет?! — кричит парень, явно понимая, что голосовые связки давно так не напрягал. Он порывается пройти еще раз и натыкается на все то же сопротивление.

— Ты не пойдешь к ней! Не в таком состоянии. — снова встряет блондинка. Не веря, в то, что сегодня вечером она утопала в его заботе, а сейчас, они словно впервые встретились на дороге, и Хофферсон не побоится стоять до конца.

— Астрид! Хватит мешаться! — кажется на этом громком вскрике, у парня случается истерика, но вышеупомянутая подруга не так проста.

— Извини, — тихо шепчет девушка, и замахиваясь кулаком бьет в левый уголок губ.

Шатен пошатывается на ногах, делая два шага назад. Волосы неприятно налезли ему на глаза, жуткий дискомфорт на месте удара и метал во рту. Это явно хорошенько встряхнуло парня, потому что он притих. Мико от неожиданности скривилась, прикрыв лицо ладонями, Джек закусил нижнюю губу и прикрыл один глаз тихонечко шипя.

Иккинг разогнулся, осмотрел тихо стоящих, и с ужасом осознал, что это все реально, и носить розовые очки в их окружении больше не придется. Сегодня все перегнули палку, кто-то больше, кто-то меньше, сломав её медленно или резко не имеет значения. Это все последствия их совместных действий. Все приложили руку, все виноваты. Зеленые глаза с укором и небольшой ноткой сожаления смотрели на сестру, друга, и в добавок ко всему, с холодом, прямо на Астрид. Та же сжимала ладони в кулаках и в глазах не было ничего кроме немого «прости», но это мало как поможет.

— Знаете, да пошли вы, все... — утирая каплю крови на коже лица, шатен хватает джинсовку и выходит прочь из дома...