┈─━━━➳༻2༺➳━━━─┈

Утренний луч скользнул по скушаной молью занавеске, пробиваясь в комнату сквозь едва заметную щель. Паулина приоткрыла глаза, но тут же зажмурилась от яркого света. Сон ещё окутывал её, словно тёплое одеяло, и мысль о том, что нужно вставать, казалась невыносимой.— Паулина, просыпайся! Сейчас на обед опоздаем, а без тебя я не пойду! — голос Черри ворвался в её полусонное сознание, заставляя вздрогнуть.— Сейчас, мам… скоро встану… — пробормотала Паулина, не открывая глаз. В голове всё ещё крутились обрывки ночного сна — что‑то про бескрайние поля и стремительный бег лошади.— Какая «мам»? Вставай, соня! Теперь тебя будит не мама, а я! — в голосе Черри звучала весёлая настойчивость. — Мне тебя водой окатить?Паулина наконец разлепила глаза и увидела подругу, стоящую у кровати с поднятой рукой, будто готовящуюся плеснуть водой. На лице Черри играла озорная улыбка, а в глазах светилось нетерпение. Чего ожидать от девчонки, младше её на год.Не дожидаясь ответа, Черри принялась заправлять постель Паулины, ловко подворачивая края одеяла.— Ты даже не представляешь, сколько времени! Столовая вот‑вот закроется. Если ты сейчас же не подскочишь — то останешься без завтрака.Лина медленно села, потирая глаза. Сон постепенно отступал, уступая место реальности. Она оглядела комнату — всё было аккуратно прибрано, солнечные блики играли на деревянной мебели, а за окном слышалось щебетание птиц.А Черри та ещё чистюля. Буквально вчера всё лежало творческим беспорядком. Здесь ей точно не дадут расслабиться.— Ладно, ладно, встаю… — вздохнула она, спуская ноги с кровати.Через несколько минут, едва успев причесаться и натянуть вещи, девочки выбежали из дома, прихватив с собой по телефону и серебристую связку ключей.

***

Столовая встретила их мягким светом и приятным ароматом выпечки. Утренние лучи солнца проникали сквозь большие окна, наполняя зал тёплым сиянием. Утром люстры были не нужны. Круглые столы, накрытые белоснежными скатертями, украшали изящные сервизы и аккуратно сложенные салфетки. В центре каждого стола стояли маленькие стеклянные вазочки со специями и маленькие вазы с ромашками.Атмосфера была настолько домашней, что на мгновение Паулина почувствовала себя как в детстве, когда бабушка пекла по утрам блинчики. Но это ощущение быстро рассеялось, стоило ей взглянуть на часы — до закрытия оставалось всего несколько минут.— О-оу...Девочки едва успели занять место у раздачи. Зал постепенно пустел, а на жестяных подносах оставалось всё меньше и меньше блюд. Черри, не теряя времени, выбрала облепиховый морс в гранёном стакане, пышные оладьи с клубничным джемом и порцию овсяного печенья.Паулина же замерла перед витриной, разглядывая «обилие» блюд. Её взгляд скользил по тарелкам с омлетом, сырникам, овощным салатам, но ни одно блюдо не вызывало у неё желания.— Давай скорее, если не хочешь остаться без еды! — поторопила её Черри, уже направляясь к столику. — Я возьму пару фруктов в домик — не собираюсь голодать между приёмами пищи.— А нам нельзя заходить сюда в свободное время? — удивилась Паулина, наконец выбрав домашний омлет.«Кайф. Значит, я точно буду голодать…» — мысленно фыркнула девочка, направляясь к столу.Сев напротив Черри, она машинально откусила кусочек омлета, почти не чувствуя его пресного вкуса. Мысли были далеко — там, на пастбище, где сейчас, наверное, бродила Либри в ожидании.— Что‑то ты сегодня задумчивая, — заметила Черри, отпивая морс. — Всё в порядке?— Да, просто… — Паулина запнулась, подбирая слова. — Думаю о Либри. Вчера она почти позволила мне подойти ближе.— Рада слышать, но не забывай: у нас всё-таки лагерь, а не свободные покатушки. Нельзя пропускать, — мягко напомнила Черри.Паулина кивнула, но в душе у неё уже созревал план. Она знала: сегодня ей важнее быть с лошадью, чем на занятии. «Иначе её отвезут на бойню...»После завтрака девочки направились к месту сбора. На выходе из столовой они увидели объявление: на большом щите висел график занятий, расписанный по часам. Вокруг толпились ребята, изучая расписание и переговариваясь. Их взгляды неоднозначно скользнули по новоприбывшим.— Пошли, нам надо послушать вожатых! — Черри схватила Паулину под руку. Перед ступеньками столовой сразу распускался корпус старшего отряда, и на небольшой площадке там переговаривались взрослые. В центре стоял парень с рюкзаком на плече и мешковатой футболкой — судя по всему, главный вожатый. Его голос, чёткий и властный, разносился по всей территории:— Сегодня мы начинаем нашу программу. Каждый должен ознакомиться с графиком у входа в столовую. Дважды повторять не буду. Тренировки раз в день, мастер-классы через. Прогулы не поощряются. Запомните: дисциплина — основа безопасности и успеха.Вокруг собрались ребята разного возраста. Кто‑то слушал внимательно, кто‑то перешёптывался с друзьями. Черри, стоя рядом с Паулиной, то и дело поглядывала на часы над столовой, явно скучая.

— Какая же скука! Я, что, не знаю, за сколько седлать лошадь перед тренировкой? Ой... а где Паулина?П

аулина, воспользовавшись моментом, уже кралась к краю толпы, направляясь в сторону пастбища. Её сердце билось чаще — она знала, что поступает не совсем правильно, но желание увидеть Либри было сильнее.Черри, заметив исчезновение подруги, лишь покачала головой и продолжила слушать.

***

Когда Лина подошла к деревянному ограждению пастбища, Либри стояла в тени небольшой яблоньки, лениво помахивая хвостом. Увидев девочку, она насторожилась, но не убежала — это уже был прогресс.— Привет, Либри, — тихо произнесла Паулина, медленно приближаясь. — Я снова здесь.Кобылка фыркнула, будто отвечая, и осталась на месте. Девочка достала из кармана яблоко, которое предусмотрительно захватила из столовой, и протянула его лошади. На самом деле, уносить еду из столовой строго настрого запрещалось.— На здоровье.Лошадь осторожно потянулась к угощению, обнюхала яблоко и взяла его мягкими губами. Паулина улыбнулась. Ещё вчера Либри не решалась подобраться к ней настолько близко.— Видишь, мы уже лучше понимаем друг-друга, — прошептала она, осторожно проводя рукой по её тёплой шее. — Ты тоже одна. Только не понимаешь, что тебя ждёт. В этот момент на пастбище появилась фигура Черри. Её лицо выражало смесь раздражения и беспокойства.— Паулина, тебя не раздражает тратить время на эту кобылу вместо обязательной программы? — резко спросила она, загораживая столовую лошадь. — Ты знаешь, что с тобой за это будет? Хотя, ты, конечно, не знаешь… — она закатила глаза.— Черри, это важнее уборки навоза. Ты же сама хотела её спасти! — со всех сил защищалась девочка.— Хотела, но в свободное от занятий время! — отрезала. — Мы здесь не для того, чтобы самовольно разгуливать.Паулина опустила голову, чувствуя укол вины. Но мысль о том, чтобы оставить Либри, казалась ей невыносимой. — Пожалуйста, дай мне шанс её приручить, — тихо попросила она. — Я только приучу её не бояться людей, а дальше дело за малым.Черри вздохнула, глядя на подругу. — Кстати, об этом... сегодня Блэк поработает с ней в руках. Я это у вожатых подслушала. — В её глазах читалась борьба между чувством долга и сочувствием. — Ну, решай сама, моё дело — предупредить. — Она ласково дотронулась до носа Либри и направилась к выходу. — Последний раз предлагаю тебе…Но Паулина трепетно взяла её за предплечье:— Пожалуйста, Черри, отмажь меня. А я точно в долгу не останусь!— А мне тогда что? — та озадаченно приподняла бровь.Лира молчала, не зная, что предложить. В голове крутились мысли, но ни одна не казалась достаточно весомой.После долгой паузы Черри вздохнула:— Ай, ладно! Я не могу на тебя сердиться. Делай, как считаешь нужным. Только без глупостей!Подруги разошлись. Черри направилась к зданию лагеря, а Паулина осталась на поле, с улыбкой глядя на смешную мордашку лошади.— Теперь я осталась с тобой одна… — прошептала она, медленно подбираясь.Кобылка фыркнула, взмахнула рваной, испачканной гривой и попятилась, осознав что-то будто. Её настороженный взгляд говорил Лине о том, что её доверие ещё хрупко.

***

На следующее утро девочкам предстояло посетить ознакомительную тренировку со своей группой. Но Паулина, сославшись на лёгкое недомогание, опять осталась с Либри. Вчера после Блэка она была только более взбудораженой. Черри, хоть и удивилась, не стала настаивать на обратном — она видела, как горит взгляд подруги при любом очертании, схожем с лошадиной тушкой. Вот, что значит влюбленность.Следующие два дня Паулина вопреки себе не пропускала занятия, но тренировки не вызывали у неё особого интереса. Барьеры не выше талии: крестики или брусья. Программа слабая. Ребята из отряда общались в основном с открытой и сентиментальной Черри, которая легко находила общий язык со всеми. Паулину же сторонились — её молчаливость и сосредоточенность казались им странными.Зато тренеры не скупились на похвалу. Её техника, точность движений и умение чувствовать лошадь заметно выделялись. Иногда за её дерзость ей ставили барьеры выше и давали лошадей с характером. Персонально. Не совершать, девочке было трудно ужиться в социуме. Но зато после каждого тяжелого дня она возвращалась к Либри на пастбище и нарабатывала кобылу в руках.— Паулина, ты отлично чувствуешь лошадь, — похвалил тренер на второй день занятий. — Впечатляет. У тебя природная координация и терпение. Не многие новички так быстро осваивают базовые приёмы.Всадница лишь кивнула, сдержанно улыбнувшись. Она привыкла к похвале, но они не грели душу так, как тихий фырк Либри, когда та наконец позволяла погладить шею.После тренировки ребята расходились по парам, обсуждая планы на вечер. Черри тут же окружили несколько девочек, предлагая сходить на ночёвку. Паулина же, собрав вещи, тихо направилась к пастбищу.Либри встретила её настороженно, но не убежала. Паулина достала яблоко и медленно протянула руку. Лошадь обнюхала угощение, затем осторожно захватила его зубами.— Видишь? Мы учимся доверять друг другу, — прошептала девочка, осторожно проводя ладонью по её тёплой шее.Она провела на пастбище почти два часа, беспрерывно повторяя самые простые упражнения: подзыв, остановку, медленное движение рядом. Кобылка то поддавалась, то вздрагивала и отходила, будто боролась сама с собой.Складывалось впечатление, что сегодня она была сама не своя: вовлечённая, аккуратная, но слегка неуклюжая.Точно. Сегодня её брал Блэк. «Интересно будет узнать его успехи».— Ты боишься, да? Я тоже боюсь…— Фр-р-р...Вдалеке раздалась трель колокольчиков, возвещающая о времени ужина. Паулина вздохнула:— Уже? Эх... пора идти. Но завтра я снова приду. Обещаю.Лошадка попрощалась с ней, уткнувшись в её ладони — интуитивно в поисках яблок.

***

В столовой Черри заняла для них места у окна. Жаль, не без компании. Увидев подругу, она оживлённо помахала рукой:— Я взяла тебе макароны и чай. Знаешь, тут сегодня такое было на тренировке…— Прости, я не голодна, — перебила Паулина, садясь напротив. — Либри сегодня почти позволила мне навалиться на неё всем телом!Черри улыбнулась, но в её глазах промелькнула тревога:— Плохо, но ты пропускаешь общение с ребятами. Они начинают считать тебя странной.— Мне неважно, что они думают, — и нехотя пододвинула тарелку с макаронами — рожками.Их разговор прервал шум у входа. Паулина томно обернулась и замерла: у дверей стояли директриса Оксана Ванпафф и кареглазая женщина с жёстким взглядом — Вайнона, фамилию которой Лина не знала. Они о чём‑то тихо спорили, время от времени указывая в сторону пастбища.— Черри, посмотри туда, — шепнула ей Паулина. — Это же директриса с той тётей? Почему они разговаривают именно у пастбища?— Обычно беседы с моей тётей проходят в кабинете, — согласилась Черри. — Но разве это важно?— Важно. Я чувствую, что что‑то не так. Давай подслушаем?Черри заколебалась, но любопытство пересилило двенадцатидетнюю девочку:— Давай, только быстро!Они незаметно вышли через боковую дверь на кухне и спрятались за большим валуном, поросшим мхом. Отсюда открывался отличный вид на дорожку, где продолжали разговаривать женщины.Как упомянула Черри, Вайнона Рэдфул нередко наведывается в их лагерь, придирается и докапывается до мелочей.— Мы не можем просто продать кобылу на убой! — настаивала Ванпафф, сжимая в руках папку с документами. — Давайте устроим контрольную заездку. У неё ещё есть шансы себя окупить.— Мадам Ванпафф, у нас мало времени на такие дискуссии, — голос Вайноны звучал холодно и ровно. — Зимой лошади не смогут жить на пастбище круглосуточно. У вас и так перевес. Ваш минимум — это выставить на продажу хотя бы трёх. Иначе им же будет хуже.Из разговора стало ясно: конюшня переполнена, а средств на расширение нет. Миссис Рэдфул предлагала ей радикальное решение — отдать лошадей на убой, чтобы выручить больше денег. В её знакомых немало хороших мясников. Всё пройдёт быстро и качественно.— Предлагаю компромисс: вы отдаёте двух лошадей на забой, выручаете средства и строите дополнительную, ОТАПЛИВАЕМУЮ конюшню. Это моё последнее предложение, — заключила Вайнона, глядя на дорогие наручные часы, выполненные из черного золота.Оксана побледнела:— Это бесчеловечно! Если вы отправите моих лошадей на бойню, это вызовет скандал не только у моих детей, но и у всего общества. Девушка, стоявшая тогда рядом с Вайноной Рэдфул, хладнокровно добавила:— У вас есть время до осени, когда начнутся первые холода, чтобы принять решение. А мы пока понаблюдаем за мустангом и его способностями со стороны.— Но она ещё слишком молода для заездки… — попыталась возразить Оксана.— Разговор окончен, — отрезала Вайнона. — Изморозь увезут в течение суток. Если повезёт — её выкупят.— А если нет?Но тогда её уже не слушали. Девушка с короткими тёмно-рыжими волосами ушла следом за главой комиссии, а парень, записывавший всё главные аспекты в блокнот, обернулся к директрисе, как её единственный союзник:— Я сделаю всё, что в моих силах… — тихо пообещал Блэк.Вспомнив что-то, Вайнона задержалась на секунду:— Вы так и не сказали мне, что случится с набранными отрядами. Дети не будут заниматься на простывших клячах. — Это не касается вашей компитенции… — возразила миссис Ванпафф, высунула из папки досье Либри и её паспорт. — Лагерь закроют.Когда она осталась одна — за вожатским корпусом и в окружении большого пастбища, она выдохнула имя Изы и медленно направилась в здание. Это была её первая лошадь, ради которой она никогда не жалела средств.

***

— Пойдём уже в домик? — предложила Черри, когда они вернулись на ступеньки, ведущие в закрытую столовую. В голосе брюнетки звучала привычная мягкость. — Ты выглядишь… грустно. Ты не плачешь?— Нет, я хочу побыть одна, — Паулина отказалась, глядя в зашторенные окна.— Ты уверена? Я же вижу, что тебя что‑то обидело, — Черри коснулась её плеча, укрытого толстовской. — Мы же команда. Расскажи!Поджав губы, Лина повернулась к ней. В её глазах стояли слёзы, но она сдержалась:— Либри… Без лагеря я не смогу ей ничем помочь. Его закрывают.Черри побледнела:— Не может быть… ты правильно всё услышала?— Да! И если лагерь закроют, то мы не сможем её подготовить. Нам нужно что‑то сделать.— Что? — спросила Черри. — Мы всего лишь дети.— Это не причина. Сегодня ночью я пойду на пастбище... с уздечкой. А завтра… завтра мы устроим показательное выступление. Покажем, на она что способна. И если эта Вайнона увидит её талант, то точно её оставит!Брюнетка задумалась. В её глазах читалась борьба между страхом нарушить правила и желанием помочь подруге. Наконец, она глубоко вздохнула:— Хорошо. Я помогу тебе. Но, что, если нас поймают?— Тогда скажем, что это была твоя идея, — улыбнулась Паулина сквозь слёзы. — Ты же у нас смелая и безрассудная.Черри фыркнула:— Ага, ну спасибо! Только, знаешь… Я рада, что ты не сдаёшься.Подруги обнялись, и Паулина почувствовала, как внутри неё потеплело. Ей не нужны были те занощивые девчонки с отряда. Не нужны всеобщие взгляды, одобрение. Всё, чего она желала — это подругу, готовую пойти с ней куда угодно.

***

Луна освещала поле серебристым светом, превращая траву в сверкающее море. После того, как вожатый проверил девочек дома, сразу после его ухода Паулина перелезла через окно и ступила на пастбище, держа в руках карманный фонарик и яблоко из столовой.Либри дремала под яблонькой, будто ждала её. При виде девочки она сонно подняла нос. С места не сдвинулась.— Я знаю, ты устала, — прошептала Паулина, медленно подходя. — Сейчас нам будет даже проще.Она остановилась в паре метров от неё и присела, облокотивоись на ствол. Кобылка лежала рядом. Она обнюхала протянутое ей яблоко, затем взяла его. В контрастирующих лучах полнолуния её шерсть отливала золотом.— Завтра мы покажем всем, какая ты удивительная, — сказала Паулина, гладя лошадь по шее. — И никто не посмеет тебя забрать.Лошадь тихо фыркнула, положив голову на её ноги. В этот момент, когда она доверилась поспать рядом, девочка почувствовала — между ними возникла та самая связь, о которой она мечтала.Только она не предусмотрела, что ночью всегда размышляет смутно. Лина заснула, позабыв про обещанные тренировки и поезду верхом.

***

На рассвете Паулина и Черри стояли у входа на плац, застеленый опилками. В руках у Паулины было легкое седло (примерно подходящее спине округлой Либри), которое она накануне взяла тайком из амуничника — старого вагончика за конюшней. — Ты точно уверена? — в последний раз спросила Черри, оглядываясь на пустые трибуны. — А если нас увидят…— Никто не увидит. Все на зарядке. А мы успеем до завтрака.Они прошли в центр, зная, что камеры записывают только передний вход, и поэтому зашли с сзади. Либри, будто только что проснулась.— Готова, красавица? — девочка подошла и погладила лошадь по носу. — Сегодня твой день.Медленно и уверенно она надела седло, осторожно подтянула подпругу. Не полностью. Черри держала поводья старой мексиканской уздечки, стараясь не дрожать от волнения. Она помнила ту пронзительную боль в копчике, что оставила ей детская глупость.— Поехали, — сказала Паулина, забираясь в седло. Не вызывающе, а скорее поддерживающе. Сначала Либри шагала растерянно, осторожно пробуя почву. Затем, почувствовав уверенность всадницы, через десять минут она перешла на рваную рысь. У неё она получилась чересчур амплитудной. А Паулина держалась удивительно легко, словно была частью лошади.— Рысь, рысь, — девочка поддерживала ритм, прищёлкивая языком.И потом Либри рванула вперёд, её грива развевалась, и копыта поочередно вбили опилки. Паулина смялась, чувствуя, как ветер бьёт прямо в лицо, а дыхание шло в унисон с рывками кобылы.— Ти-и-ише, Либри! Ша-а-агом...Но внезапно они заметили фигуры у ограды. Вожатые. А вместе с ними — директриса Ванпафф. «Кто-то на нас настукачил...» — первым делом подумала Лина, остановив Либри перед железными балками, тяжело дыша. — Э-э-э...Черри в панике подбежала к ограде, пытаясь придумать им оправдание.