5 глава

Чезаре осторожно, но так легко взял меня на руки. Пиджак спал с моих плеч, оставаясь лежать на сидении, поэтому я прижалась к мужчине всем телом от холода: будучи в сонном состоянии сомкнула руки на его шее, а губами уткнулась чуть выше груди, оставляя там красный след от помады. Надеюсь, он не убьёт меня за это. Сердце бешено колотилось, будто я участвовала в важной миссии, и мне нельзя было проколоться. Нельзя! Иначе Чезаре снова поймает меня на вранье, и все мои извинения не будут иметь никакого веса.

Он нёс меня в дом. Я слышала, как он зашёл в холл и подошёл к лестнице, где раздался голос нашей домработницы.

— Ох, синьор Гарибальди, что же приключилось с нашей девочкой? — спросила женщина, ласково отзываясь обо мне. Я даже удивилась.

— Она просто уснула. Всё в порядке.

— Не накрывать на неё стол?

— Думаю, не стоит. Пусть синьорина отдохнёт, — он говорил тихим голосом, отчего звучал довольно властно и его хотелось слушать.

Возможно, я была бы не против сейчас что-нибудь поесть, но тогда я буду вынуждена прервать свою миссию, что равняется провалу, и вынуждена буду ужинать с мамой, которая снова будет читать мне нотации. Сегодня произошло много событий, поэтому лучшим завершением дня будет сон.

— Хорошо. Ой, у вас пятно. Помада. Видимо, синьорина случайно вас коснулась. Не беспокойтесь, можете принести мне вашу рубашку, я помогу отстирать.

Если бы я не знала с кем он сейчас сладенько болтает, решила бы, что данная особа пытается заигрывать с Чезаре. Но домработница старше майора на десять лет. Не страшно ведь? А вдруг ему нравятся женщины постарше? Ну, нет. Я издала мычание, делая вид, что мне жутко неудобно спать на руках и хотелось в кроватку. Но было очень даже удобно, если говорить честно.

— Спасибо. Я сам разберусь.

И вот так, быстро отшив женщину, Чезаре понёс меня наверх в мою комнату. Когда я ощутила мягкую постель, то тут же раскинулась морской звездой. Боже, какой же всё-таки кайф. Он накрыл меня пледом. Входит ли это всё в обязанности телохранителя? Или он проявляет заботу? Было бы приятно знать, что я смогла растопить эту ледышку. Услышав, что брюнет развернулся, я приоткрыла глаза, хватая его за руку. Божечки, моя актёрская игра меня поражает. Он думает, что я сплю и вытворяю всё это неосознанно. Нечего будет мне потом предъявить.

— Синьорина, зачем вы взяли меня за руку? — спросил Чезаре, раскусив мою маленькую ложь. Я открыла глаза, делая сонный вид, будто проснулась недавно.

— Не хочу, чтобы ты уходил.

— Вам нужно отдохнуть, — отстранённо сказал он. Да что снова не так?

— Просто побудь здесь, рядом. Пока я не усну, — я видела, как он горел своим отказом на мои слова. Пришлось применять тяжёлую артиллерию. — Сегодня много чего приключилось. Я устала. Хочется почувствовать себя в безопасности и, наконец, уснуть. Ты заставляешь меня чувствовать себя в безопасности, поэтому останься, пожалуйста. Обещаю, приставать не буду.

— Хорошо. Можете отпустить мою руку, — Чезаре сел рядом с кроватью на стул. Я подняла глаза, встречаясь со следом своих губ на его белой рубашке. Хоть это и вышло неосознанно, но выглядело довольно забавно.

— Можно ещё подержать? — задав вопрос, я поняла, насколько сейчас выглядела по-идиотски. Додумалась спросить, можно ли руку его подержать. Балда. — Чуть-чуть. Капельку.

Он оставил меня без ответа, но руку не убрал. Видимо, сегодня я сделала всё, что было в моих силах, чтобы сблизиться со своим несокрушимым телохранителем. Операция выполнена успешно. Держа тёплую большую руку, я прикрыла глаза, считая овечек. Сон пришёл ко мне быстрее, чем я ожидала.

Когда я встала, Чезаре уже не было в моей комнате, поэтому я мигом отправилась в душ. Сегодня суббота. Выходной день для всех, но ничего обычно не значащий для меня. Высушив волосы, я надела зелёное платье в цветочек и открытые белые босоножки. На телефоне было пять пропущенных от Эдды вчера и три утром. Перезванивать я не стала, написала смс-ку о том, как вчера добралась. В общем чате Джулио ныл о том, как ему скучно, и он хотел бы, чтобы хоть одна из милых дам составила ему сегодня компанию. Я закатила глаза, убирая телефон. Что ж, время показаться родне. Думаю, отец меня сегодня в тарелку головой макнёт.

Я спустилась в столовую и увидела, что все были в сборе, кроме отца. Встретившись взглядом с Чезаре, я испытала какую-то неловкость. Мне что, стыдно? Быстро прошмыгнув мимо, я села за стол, голой спиной к нему.

— Доброе утро, Кэприсия, — поприветствовала меня мама. Я ответила ей коротко.

— Доброе.

— Ты прям светишься. Что успела натворить пока нас с отцом не было? — вмешался брат, а я улыбнулась.

— Да ничего...вроде.

— Я бы поверил, если бы плохо знал тебя. Чезаре, доложи.

В горле встал ком. Если Чезаре сейчас всё расскажет, то не сносить мне головы. Зря я надеюсь на благоразумие майора, чёрт возьми, сдаст же с потрохами.

— Вчера в клубе синьорину против её воли поцеловал и пытался совратить один из развлекающихся. Но он уже понёс своё наказание.

— Какого дьявола он посмел вообще протянуть к тебе свои клешни? — брови брата сползли к переносице. Я не помню его таким злым из-за меня.

— Он понёс своё наказание. Всё уже нормально, — соврала, когда я чистила зубы, вспомнила этот поцелуй и морщилась.

— Кэприсия, как так вышло, что ты оказалась далеко от синьора Гарибальди в этот момент? — мама продолжала есть свой омлет, явно вынюхивая, за что бы меня отругать.

— А... Ну, я....

— Я потерял синьорину из виду. Это моя оплошность, — признал вину мой телохранитель, заставив меня впасть в ступор. Его не подменили случаем?

— Что ж, хорошо, что всё обошлось, — кивнула мама, а я прищурилась. Они не собираются его отчитывать за это? А на меня бы сразу всех собак спустили. Я кинула гневный взгляд через плечо на Чезаре. — И, синьор, у вас на рубашке... пятно.

Я выпучила глаза, разворачиваясь в пол оборота, глядя на след от своих губ, который брюнет даже не скрывал. Он посмотрел на пятно, затем на меня. Я хотела сквозь землю провалиться. Да почему так всё вышло?

— Извините, я обязательно её сменю, это собственно и есть причина, по которой я отвлёкся от наблюдения за синьориной. Несносная маленькая девушка в клубе врезалась в меня, — два кинжала впились в моё тело, подрывая чувство моего достоинства. Несносная? Маленькая? Майор играл со мной, как кот с мышкой.

— Кхм, ладно, — прокашлялась мама. — Кэприсия, я хочу, чтобы ты сходила со мной по магазинам. Выходной день, отца нет.

— В магазин? С тобой? — у меня даже вилка с рук выпала. Это уже что-то новенькое. — Возьми Касимиро!

— Очень смешно, — воскликнул брат, протирая губы салфеткой. — Это ваши женские штучки. Мне нет дела до этого. Я ушёл.

— Ну, раз так, — я смотрела в спину уходящему брату, — Давай сходим. Давно пора что-то новое прикупить.

— Тогда жду тебя в машине в двенадцать.

— Аа? — я посмотрела на своего телохранителя, а затем на маму.

— Двоих хватит. Синьор Гарибальди и Лоренцо сопроводят нас. Не волнуйся.

Я кивнула, начиная, наконец, завтракать. Лоренцо – телохранитель мамы, отобранный лично одним из капо нашей семьи. Он стоял у двери, и, в принципе, это мужчина тоже выглядел достаточно сильным, но внешность Чезаре была для меня привлекательнее. Лоренцо имел светло-русые волосы по плечи, серые глаза и татуировку на шее от уха в виде полоски из букв «Devoto». Преданный. Преданный нашей семье.

К двенадцати я вышла из дома, разглядывая маму у машины. Видимо, поедем на её автомобиле. Мама в своём телесном комбинезоне и аккуратной шляпке пыталась так замаскироваться, ещё и очки надела. Я же выглядела точно так же, как и утром. Нет смысла прятаться, учитывая тот факт, что как минимум две большие фигуры за нашими спинами будут привлекать внимание. Мама переговаривалась с Чезаре и Лоренцо. Я под шумок оказалась рядом.

— Ты уже готова? — удивилась мама, а я посмотрела на свой внешний вид, расправляя платье руками, и кивнула. — Хорошо. Поехали.

Её телохранитель открыл ей дверь, сажая на почётное место за спиной водителя. Я же обошла машину, чтобы занять своё привычное место. Чезаре оказался за моей спиной, протягивая руку к дверной ручке. Я вздрогнула, отдёргивая свою руку. Напугал до чёртиков.

— Позвольте, — он открыл дверь, запуская меня в салон машины.

Я похлопала ресницами пару секунд, но села. Я всё ещё не могла отойти от ситуации утром с его рубашкой. Улыбнувшись, я заметила, что он ещё всё-таки переодел. Мама косо посмотрела на меня. Что ж, определённо это что-то новенькое. Чего она хочет? Погулять или поговорить со мной? Я уставилась на водительское стекло, разглядывая, как телохранители что-то между собой обсуждают.

— Чего они там делают? — вырвалось у меня.

— Решают, кто поведёт.

Я прикинула, что если Чезаре не будет вести машину, то я не смогу наблюдать за ним. За его спиной сидеть будет скучно. Да и в таком случае, он не будет видеть меня, а ведь я охраняемый им объект. А если они поменяются? Мама же важнее меня в сто раз. Не хочу, чтобы Чезаре следил не за мной! Мои мысли развеялись, когда брюнет занял водительское место. Я невольно улыбнулась, глядя на него. Чезаре поймал мой взгляд. Когда все уселись, майор двинулся с места, сосредотачиваясь на дороге. Я смотрела в окно, ожидая, когда мама что-нибудь у меня спросит, но она молчала. Тишина нагнетала.

— Почему ты позвала меня с собой? — подала я голос. Мама повернулась ко мне, сняв очки.

— Я подумала, что мы давно не проводили времени вместе.

— Правда, что ли? — не поверила я, хмурясь.

— Я знаю, что отец тебя ударил тогда, — она положила свою руку на мою. Я покосилась на Чезаре, который взглянул в зеркало в этот момент. А ведь он был единственным, кто позаботился обо мне. — Мне жаль, что такое произошло. Тебе не стоило выводить его из себя.

— Мне нужно было молчать? Как делаешь это обычно ты? — я убрала свою руку к себе на колено. Мама тяжело вздохнула.

— Кэприсия, ты прекрасно знаешь, почему я это делаю.

— Знаю, но осуждаю. Мы Моретти, мама. Да, женщины. Но мы имеем точно такое же право на высказывание своего мнения, как и мужчины. Я не хочу молчать и кивать, когда меня унижают и ругают. Я хочу знать в какой семье расту, и что меня ждёт дальше, понимаешь? Если мне нужно будет отстаивать себя, я буду это делать и мне плевать на то, что я не имею якобы на это никакого права.

— Ты копия отца, — лишь сказала мама, улыбнувшись и опустив голову. Не знаю, могла ли я считать это комплиментом.

Всю оставшуюся дорогу мы молчали. Я очень надеюсь, что мама поняла, что я хотела донести до неё. Если нет, то я напрасно перед ней распиналась. Чезаре остановил машину у обочины. Я огляделась: высокие здания по обе стороны выглядели как обычный тоннель в, возможно, хорошую жизнь. По улице шли семьи, милые парочки. Они гуляют и наслаждаются выходными вместе. Хотела бы я также? Однозначно. Из раздумий меня вывел Чезаре, который открыл мне дверь. Выйдя из машины, я вдохнула свежего воздуха. Погода стояла ясная и тёплая, ветерок лишь иногда игрался с подолом моего платья.

Мама взяла меня под руку, и мы пошли прямо по улочке. Я оглянулась назад, чтобы убедиться, что мой майор идёт рядом. Так и было, они с маминым телохранителем шли бок о бок. Вертя головой в разные стороны, я читала вывески магазинов.

— Я хотела поговорить с тобой.

— Я так и думала, — призналась я, ухмыляясь.

— Не хочу, чтобы твоему отцу доложили, что я рассказала тебе это, — она перешла на тихий голос.

— Чезаре не стал бы...

— Стал бы. Они оба работают на твоего отца, Кэприсия. Не заблуждайся, что твой приказ будет для него приоритетней, чем приказ Лауро.

— Хорошо. О чём ты хотела поговорить? — прижавшись к маме, я старалась услышать всё, что она мне хотела рассказать.

— Твоё восемнадцатилетние не за горами. Обычно, до этого возраста девушке уже ищут выгодную партию. Но твой отец тянул с этим. Я против того, чтобы ты выходила замуж не по любви, но опять же, я не могу ничего с этим поделать.

— Ты тянешь, — я напряглась.

— Тяну, потому что не знаю, как ты отреагируешь, — она покачала головой. — Вчера я узнала, что твой отец поехал на встречу к человеку, который является очень опасным. У него есть то, что Лауро нужно – защита. А у того человека есть сын, которого давно пора женить.

— И что ты хочешь этим сказать? Что отец разменяет меня? — я засмеялась, но в глубине души понимала, что это возможно.

— Возможно, он даст своё согласие на ваш брак. Ради этого он и поехал на встречу. До твоего совершеннолетия Лауро собирается устроить смотрины, Кэприсия.

— Я не выйду замуж за человека, которого не знаю и уж тем более не люблю. Не бывать этому. Отец хочет смотрины? Я устрою ему смотрины, — я отвернулась, прикусив губу.

— Я рассказала тебе это не для того, чтобы ты злила отца! Тебе нужно быть готовой к этой новости, если я всё-таки оказалась права. Рано или поздно это должно было случиться.

Во мне закипал гнев. Я не буду какой-то там разменной монетой. Я Кэприсия Моретти и сама выбираю, как мне жить и с кем. Услышав громкий крик, я остановилась, удивлённо смотря на трёх девушек, которые неслись на меня, расставив руки. Не успела я и глазом моргнуть, как Чезаре встал передо мной и мамой, перекрывая им путь. Девушки пронеслись мимо, немного обогнув нас. И только я оглянулась, поняла, что они бежали к своей подруге. Счастивые, похоже, сегодня у них будет классный день. Подняв взгляд на мужчину перед собой, я задержала дыхание. Он всегда вовремя появляется. Моё рвение избавиться от Чезаре подугасло, я лишь была в жалких попытках вывести его на эмоции. Мама покосилась на меня, хватая за руку.

— Зайдём в тот? — спросила я, указывая на противоположную сторону улицы. Интересно, заметила ли она мой взгляд? Мама кивнула, и мы пошли с ней в бутик с дорогой одеждой.

— А это? — мама показала мне коралловое длинное платье с шикарным декольте и вышитым на поясе жемчугом.

— Тебе пойдёт, примерь. Нужно только украшения к нему подобрать.

— Пойду посмотрю. Ты со мной?

— Нет. Я ещё посмотрю наряды, — я помотала головой, перебирая вешалки. Мама улыбнулась и пошла в другой отдел, отправив платьев примерочную. С ней ушёл и Лоренцо, сказав что-то шёпотом Чезаре. Майор продолжал стоять неподалёку от меня. — Как думаешь, белое или серебристое?

— Синьорина, я не разбираюсь в моде, — сказал мужчина, а я развернулась к нему с двумя платьями.

— А здесь нет ничего сложного. Белое платье – подлинный символ женственности и элегантности. Серебристое платье – идеальный вариант для блистательных и смелых модниц, — я прислонила к себе второй вариант. — Однако, чем дороже и сложнее фактура подобного наряда, тем труднее подобрать к нему подходящие аксессуары.

— Не то слово, — тихо произнёс Чезаре, на что я его переспросила, но он не ответил. Он явно о чём-то подумал, но вовсе не о платье. — Вам идёт это платье.

— Пойду в примерочную. Будь рядом, — я пошла к примерочной, ощущая тяжёлые шаги за своей спиной. Интересно, если отец ему прикажет что-то в перевес моему слову, он выполнит это? Определённо.

В примерочной я быстро нарядилась, понимая, что с выбором не прогадала. Точнее, Чезаре не прогадал. Он оказался прав. Платье идеально село по фигуре, подчёркивая силуэт моей фигуры. Тонкие лямки и открытое декольте вовсю кричали о моей сексуальности. Попадающие лучики света заставляли платье заливаться металлическим блеском. Отодвинув занавеску, я встретилась с сотрудницей, что переминалась с ноги на ногу. У них достаточно клиентов, не успевают разорваться на всех, и я так поняла, она ещё не узнала меня.

— Как вам? Нравится? Есть похожие экземпляры. Показать? — от её вопросов загудела голова. Я выискивала глазами майора, но не видела его.

— Не нужно. А где мужчина, который был со мной?

— Ваш муж там, – девушка указала куда-то вбок.

Сначала я хотела опровергнуть её слова, сказать, что он мне не муж, но я увидела Чезаре, что разговаривал с какой-то девушкой. Это почему-то меня безумно разозлило.