Глава 30

— Как же надоела уже эта работа, — чуть ли не кричал дядя Витя. Мы с Ульяной были в гостиной, смотрели телевизор, а мама и дядя Витя были на кухне, разговаривали о работе. У дяди Вити возникли какие-то проблемы. Кажется, кто-то пожаловался на него, поэтому ему выписали штраф, а это уже второй штраф за месяц, если так и дальше пойдет, то он без зарплаты останется.

— И такое часто бывает, — вздохнула Ульяна. — Он часто ворчит из-за работы.

— Так исправь это, — улыбнулась я. — Ты же можешь.

— Думаешь?

Я кивнула и поудобнее устроилась на диване. Ульяна стала пользоваться своими странными штучками. Видно же, что ей нравится пользоваться своей силой, почему бы и не помогать другим, раз в радость? Ульяна успокоила бурю в душе дяди Вити и он больше не кричал. Они с моей мамой спокойно пили чай, обсуждая частичный переезд. Мы еще не все вещи забрали из дома тети Риммы, решили, что лучше постепенно перевозить, чтобы меньше хлама было. Римма не против, что наши вещи еще у них. Лиля на меня немного обиделась из-за того, что мы съехали от них. Подруга хотела, чтобы я жила с ней, но она девчонка отходчивая, поэтому ее обида быстро пройдет.

«Спустя пять дней»

— Тетя Рита, как там Алиса? — спросила я, сидя в зале ожидания. В больнице было мало людей. Только больные, а посетителей не было видно. Тетя Рита и дядя Олег, родители Лисы, приехали незамедлительно. Они оплатили операцию, но врачи не спешили проводить ее.

Опасно.

Сначала нужно, чтобы состояние Лисы пришло в норму, а потом только проводить операцию. Мы ждали целых три дня. Но ничего. Алисе лучше не становилось. Спустя еще день, ей совсем плохо стало. Я плакала каждый день, потому что было очень больно. Буду вечность себя винить, если подруга умрет. Виновата буду только я.

— Операция будет сегодня, — улыбалась Маргарита, обнимая меня. — Ей стало лучше, поэтому врач решил сразу же провести операцию. Пока не поздно.

— Боже, — я глубоко вздохнула. — Это лучшие новости.

— Ты права. Милена, не сиди здесь. Поезжай домой, — говорила женщина.

— Нет. Я буду с вами, пока не пройдет операция, — ответила я. — Я вам нужна. Я знаю.

Женщина снова обняла меня и тихо заплакала. * * *

Операция длилась очень долго. Медсестры выбегали из операционной, ходили мимо нас, но ничего не говорили. Операцию начали в обед, закончили к вечеру. Часов шесть прошло, если не больше.

Подругу увезли на каталках в новую палату. По прогнозу врачей, она должна проснуться завтра, конечно, если осложнений не будет.

За мной приехала Ульяна. Мы должны были поехать к Лиле, обещали, что посидим с ней, пока не придет ее мама, а то девчонка чего-то боится.

— Переживает? — спросила Ульяна, смотря на маму Алисы. Я кивнула. Подруга улыбнулась и закрыла глаза. Я знаю, что она делает. Ищет гармонию внутри себя. Через секунду Маргарита перестала плакать. Олег обнял ее, а спустя еще одну секунду их пустили в палату к дочери. — Так лучше.

— Ты права, — улыбнулась я. Ульяна очень серьезно отнеслась к своим силам. Она занималась с дядей Сашей каждый день, на каждой перемене, а по вечерам ее учил Влад. Она все схватывала на лету и легко справлялась с тем, о чем ее просят. Как Влад и говорил, у Ульяны появился щит, который может защитить от боли, только Уля еще не научилась им пользоваться в совершенстве. Может держать этот щит всего пять минут, а потом устает, но это тоже хорошо. Прогресс есть. Еще сестра конкретно увлеклась боксом. Они с Толей занимались каждый день, ну почти. Сестре нравилось, Толей тоже. Все были довольны.

Дома у Лили мы сидели в гостиной, пили чай и смотрели телевизор. Ульяна и Лиля постоянно болтали о чем-то своем, а я летала в своих облаках. Настроение паршивое. Надоело уже все. Хочу увидеть настоящих родителей. Знаю, что я непостоянная: то хочу убить их, то хочу увидеть, но.. они правда нужны мне. Я хочу увидеть их лица и задать всего один вопрос:

Почему они не смогли оставить нас?

Неужели правила настолько жестоки, что они не могли воспитывать нас? Зачем отдавать чужим людям? Я правда не понимаю. У меня есть много вопросов, но, наверное, я никогда их не задам. Влад говорил, что мой отец может забрать у меня мою силу, мне интересно, правда ли это. Может, если мы увидимся, он сможет избавить меня от этого проклятия? Я устала бояться. Не хочу причинять людям вред. Я боюсь засыпать, потому что страшно просыпаться и не знать, что меня ожидает в следующем дне. А что, если я разозлюсь и сделаю кому-то больно? Мне страшно. Очень страшно..

— Артем не звонил? — вдруг спросила Лиля. Я перестала думать о своих страхах и задумалась о другом. Артем. Мы не общались с тех пор, как поссорились. Ему плевать. Мне тоже.

— Нет, — ответила я. — Надеюсь, что и не позвонит. Не хочу с ним разговаривать.

— Может, пора уже помириться? — спросила Ульяна. — Толя рассказывал, что ему плохо.

— Пусть какая-нибудь девушка скрасит его одиночество, — ответила я. — Хватит о нем. Не хочу ничего слышать.

Мы стали разговаривать о других вещах. Лиля вспомнила о гонках, на которые ее позвали. Подруга позвала нас с собой. Ульяна не согласилась, потому что у нее планы на вечер, ну а мне все равно, поэтому я решила поддержать подругу и поехать с ней. Мы договорились о встрече, а потом мы с Ульяной ушли домой. Вечер был скучным. Я полностью погрузилась в себя и мало разговаривала. Внутри меня тревога. Душа не на месте. К чему все это? Какое-то предупреждение? Как понять?

Я рано легла спать и рано проснулась. День проходил в каком-то унынии. В школе было скучно. Я мало разговаривала и была совсем неактивной, а когда пришла в школу, то сразу легла спать. Я так и не пошла с Лилей на гонки, а все потому, что уснула. Просто уснула, а меня никто не разбудил. Я проснулась в девять вечера и увидела безумную кучу пропущенных от Лили. Я стала перезванивать подруге, но теперь она не брала трубку. Кажется, она снова обиделась на меня. Я бы тоже обиделась на себя. Следующий день.

Я проснулась в девять утра, а все из-за того, что меня разбудили. Мне позвонила Римма, я взяла трубку и услышала то, что привело меня в шок. Во мне давно не было столько эмоций. Я уже забыла, какого это ненавидеть весь мир. Я собралась за секунду и быстро выбежала из дома. Направилась в сторону больницы, в которой меня ждет Римма.

* * *

— Что с ней? Тетя Римма, что с Лилей? — кричала я, пытаясь пробраться в реанимацию, но Римма сдерживала меня, схватила за руку и отвела подальше. — Римма, что с ней? Расскажи же!

— Передозировка наркотиками, — ответила Римма, садясь на стул. Ее глаза были опухшими и красными, на голове было что-то вроде хвостика, но больше похоже на гнездо. Она снова стала плакать, взялась за голову. — Лиля участвовала в гонках без правил, вместе со своим другом, они попали в аварию и.. врачи борются за ее жизнь.

— А наркотики причем? — спросила я, садясь на корточки перед Риммой.

— Она приняла лошадиную дозу перед тем, как сесть в машину и врач сказал, что из-за этого она может умереть. Даже травмы, которые Лиля получила при аварии, не столь опасные.

— Господи, — я закрыла рот рукой. — Все будет хорошо. Римма, не плачь. — Я села рядом с женщиной и обняла ее. Бедная. Ее дочь в реанимации, умирает, а она ничего не может сделать. Только ждать. Время — наш единственный враг.

Спустя несколько часов, к нам подошла женщина, она же врач. У нее было очень грустное лицо и уставшие глаза.

— Мне очень жаль, — произнесла женщина, смотря на нас с Риммой. — Ваша дочь покинула нас. Мы не смогли спасти ее. Сердце Лилии остановилось, и мы не смогли вернуть ее. Мне очень жаль.

— От чего она умерла? — спросила я. — Из-за аварии?

— Нет, в аварии она не сильно пострадала. У нее передозировка наркотиками. Очень сильными наркотиками. В ее возрасте опасно принимать такие вещества, но.. она сделала это. Примите мои соболезнования.

Доктор дотронулась до плеча Риммы, а потом ушла, оставив бедную женщину рыдать и биться в истериках.

— Нет, пожалуйста, верните мне ее! — кричала Римма. — Верните мою дочь. Молю вас, не уходите! Верните мою девочку...

Я обняла Римму, сжала ее в объятиях.

— Верните мою дочь.. Она не могла умереть.

— Римма, — произнесла я. — Прости меня, — прошептала я. Я виновата в смерти Лили. Еще одна трагедия, которая останется на моей совести. Если бы я не уснула вчера и поехала бы с подругой на гонки, тогда с ней бы этого не случилось. Я бы была рядом и следила за ней. Ну что за ребенок? Почему она не может жить без приключений? Зачем эти наркотики?

Римма стала тихо плакать, а я могла сдерживать эмоции. Нужно быть сильной, хотя бы ради Риммы. Она перестала кричать, но ее слезы не переставали идти. Мы видели, как тело Лили везли на каталке, Римма снова стала кричать, падала на колени и просила оставить дочь, но ее увезли. Я стояла в стороне и ничего не могла сделать, потому что мне тоже было больно. Лиля была моей подругой. Она мне была сестрой, с которой мы выросли вместе. Эта девчонка не могла умереть. Она не могла оставить свою маму и меня. Не могла..

Я еле смогла вывести Римму из больницы. За нами приехала моя мама, у которой были такие же красные глаза, как и у Риммы. Она обняла свою подругу и отвела в машину, а я осталась на ступеньках больницы. Села на них и никуда не собиралась уходить.

Мама вернулась за мной.

— Отвези Римму домой, — произнесла я. — У меня дела есть.

— Солнце, тебе нужно отдохнуть, — произнесла мама. — Поехали с нами. Нельзя оставаться одной.

— Мама, уйди! — закричала я. — Отвези Римму домой и побудь с ней. Со мной все порядке. Мама послушала и ушла, оставив меня на ступеньках. Я положила свою голову себе на колени и заплакала, не могла больше сдерживать свои эмоции. Со мной впервые такое. Мне первый раз так больно. Я потеряла девочку, которую знаю с детства. Я потеряла лучшую подругу. Я потеряла человека, который понимал меня и принимал. Какой ублюдок мог накачать ее наркотиками? Кто затащил ее на эти гонки? Убить бы этих подонков. Самих накачать наркотиками, чтобы и шанса выжить не было. Они должны умереть под забором, как бездомные собаки, над которыми издеваются.

Почему она ушла? Как она могла уйти и оставить свою маму одну? Их отец умер, когда Лиля была маленькой, Римма так и не нашла себе мужа, она осталась с дочкой, без мужской силы, а теперь.. она и дочь потеряла. А в смерти этой маленькой девчонки виновата я. Никогда не прощу себе этого. Никогда! Ну почему лучшие люди уходят первыми? Почему мы теряем тех, кого любим и к кому не всегда хорошо относились? Почему нам не могут дать чуть больше времени? Почему жизнь такая несправедливая? Я никогда не смогу смириться с этим.

Лучшие люди уходят первыми.. В моем случае, от передозировки.

Никогда не смирюсь с тем, что происходит в моей жизни. Пора кончать со всеми загадками. Мне надоела уже эта жизнь. Если мама и папа не хотят появляться в нашей жизни, тогда я заставлю их. Мой отец — Бог, может, он сможет вернуть Лилю? Да, он Бог войны, но, может, у него есть такая сила, которая возвращает людей или хотя бы возвращает время назад? Или пусть просит своих братьев. Я добьюсь с ними встречи. Любыми способами.