Глава шестидесятая

Он уснул на диване и сейчас был крайне недоволен громким звуком.

— Что ты здесь делаешь? — также недовольно спросила она.

Он уставился на её волосы, которые теряли свой огненный цвет, но всё же ответил:

— Мне сказали следить, чтобы никто не выходил из комнат.

Рыжик ушел… Закатив глаза, волшебница тоже ушла к себе. Она села на кровать, не понимая чего хочет. Соседки занимались своими делами, не обращая на неё внимания. Только скептически оглядели испачканное платье и всё. Но потом она вышла оттуда с маленьким мешочком в руке.

— Если что, работаем по сменам, — обратился к ней Теодор.

Анаис кивнула ему и подошла к камину. Достала кое-что из мешочка и кинула. Это был запас на черный день.

— Малфой Мэнор, — громко заявила.

Через пару секунд уже оказалась у Драко в комнате. Его здесь не было. Она помедлила, думая правильно ли она поступает? Хотя, это её никогда не останавливало. Пошла к раковине в ванной и умылась. Тушь растеклась, но уверенности прибавилось. Не думая, она трансгрессировала на одну из улиц Лондона. Рядом был магазин и волшебница зашла туда.

— Дайте мне ту пачку, — потребовала она, указав на нужную.

Продавец, увидев её лицо, даже не захотел спорить. И она вышла, захватив с собой ещё кое-что. Заинтригованы?

Анаис вытащила одну штучку и закурила её. Да, маггловские сигареты. Как неожиданно…

Она стояла посреди тёмной улицы в своём коротком черном платье и курила, не выдыхая дым. Классно жизнь помотала.

Узнала она о них в Хогвартсе, как ни странно. Грязнокровки привозили их с собой и потом курили в туалетах. Да, всё вроде средневековое, но подростки как подростки. Слухи на счет сигарет ходили разные. Одни хвалили, другие нет. Но все знали, что они расслабляют.

И вот, стало спокойнее. Разум затуманился. Волшебница довольно улыбнулась, понимая, что нашла выход. Её жизнь — это постоянный стресс, а вот и спасение? Она решила прогуляться. Кругом так никого и не было. Тихо было до ужаса. Слышен только стук её каблучков.

Энни понимала, что это плохо, но вполне вероятно, что это её последние месяцы жизни. Она ослушалась отца и сбежала. Купила маггловские сигареты и расплатилась маггловскими деньгами. Да ещё и магглоненавистница.

Думала обо всём этом и перестала только тогда, когда полил ливень.

— Твою мать, — зло выругалась, посмотрев на небо.

И трансгрессировала обратно к Драко в комнату. Теперь он тут был.

— Анаис? — даже удивился.

— Не сегодня, Малфой, — выдохнула устало та.

Слизеринка подошла к камину и снова телепортнулась. Он ничего и сказать не успел.

Какой-то депрессивный вечер.

А вы тоже думали, что такой радостный день может закончиться только так? Она вышла из камина и уселась на диван. Нотт лежал напротив и спал.

Какие-то студенты пробежали от входа до своих комнат, весело хихикая при этом. Анаис закатила глаза. «Лучше бы с утра было плохое настроение» — подумала она. Может быть, удалось бы избежать всего этого дерьма.

Она облокотилась на подушки и залезла с ногами на диван. Оказалось, им не нужно было патрулировать так. Их обманули, сказав, что это приказ директора. Кто обманул — неизвестно. Но ей точно не везло весь вечер.

Утром волшебница привела себя в порядок и отправилась на занятия. Настроения снова не было. Снова стало всё равно на всех обидчиков. Только вот…

— Анаис, стой, — её окликнула пуффендуйка. — Я хотела сказать спасибо.

Раздражённо выдохнув, она посмотрела ей в глаза:

— Засунь себе это «спасибо» знаешь куда?

Улыбка с лица пятикурсницы пропала в один миг. Она растерялась и убежала. Вроде просто хотела поблагодарить…

— Чего она от тебя хотела? — с интересом спросил Теодор.

— Парня у неё увела, — безразлично ответила та, садясь напротив.

Он нахмурился, но потом понял, что она соврала. Решил больше не спрашивать. Как всё-таки хорошо, что её напарник не Забини. Он же зануда.

Снова началась неделя учебы. Анаис училась и сидела в гостиной. Иногда получалось в ванной старост прикурить штучку. А так, ничего особенного.

Малфой прислал письмо, где спросил «всё нормально?» и пришлось ответить, что «да, всё нормально, но я теперь под арестом». Она думала, что сбежать к нему не удастся. Через камин не вариант, потому что летучий порох закончился.

Вариантов вообще не было. Через камин в кабинете директора не получится. Трансгрессировать на территории Хогвартса нельзя. Оставалось только ждать милости Северуса?

С ним она не разговаривала. Его обычно не видать, а теперь и видеть его не хотелось. Он как-то следил за ней, только непонятно как.

Обычные будни. Понедельник, вторник, среда…

— Сегодня снова сам?

Теодор взглянул на неё, вставая в места.

— Да, снова сам, — ответила она.

Выходить и исполнять обязанности старосты школы ей тоже не разрешалось. Волшебница махнула ему рукой и он ушел. А сама грустно вздохнула. Кэрроу идиот.

Она не замечала, как рядом с ним её способности здраво мыслить улетучиваются (или её удача). Здесь было определённо что-то не так.

— Ничего интересного. Спасибо, что спросила, — возник Нотт.

Он прошёл мимо неё и зашёл в свою комнату. Слизеринка хмыкнула.

Четверг и пятница.

— Боже, наконец-то эта неделя закончилась, — ныл кто-то.

Они шли с последнего урока в свои гостиные. Всем хотелось отдохнуть. Все и будут отдыхать. Кроме неё, конечно. Учеба, учеба и ещё раз учеба…

— Паркинсон, останься.

Пэнси остановилась и вернулась к своей парте. Она вопросительно взглянула на профессора, не понимая зачем она ему понадобилась.

— Ты не знаешь, Анаис до сих пор с Малфоем?

Амикус Кэрроу захотел отбить у Драко девушку?

— Да, — закатила глаза та. — А вам-то какая разница?

— Да так…

Слизеринка нахмурилась, но ушла. Ей только на руку его планы, поэтому, даже никому не рассказала об этом разговоре. Хотела дождаться развязки.

Слизеринцы сидели возле камина, споря о чем-то. Среди них была и Паркинсон. Она оглядывалась, надеясь, что сегодня что-то произойдёт.

— Что с тобой? — спросил Блейз.

— Смерти жду, — ответила та.

В этот момент в гостиную принесли ещё одну вазу с цветами. Сегодня там были орхидеи. Все посмотрели на них, но особого внимания не обратили.

— Амикус сегодня спрашивал про любимые цветы Анаис, — усмехнулся Забини. — Я сказал первое, что пришло в голову.

— Орхидеи? — спросила Паркинсон, а он кивнул.

— У неё новый ухажер? — пошутил Нотт.

Они посмеялись, а Пэнси лишь улыбнулась. Она предположила что-то и ждала, пока придёт главная героиня.

— Там есть записка, — разглядел со своего места Тео.

— Прочитай.

— Нет, не надо, — вмешалась слизеринка. — Она скоро придёт.

Анаис шла по коридору из Большого зала. Поужинала она поздно, из-за того, что проспала. Делать было нечего, всё равно, а сон — это сон.

Зашла в гостиную и все взгляды были обращены на неё.

— Это тебе, — Нотт указал на букет.

Волшебница нахмурилась. Взяла в руки записку и прочитала: «Анаис. От Драко Малфоя.»Хмуриться не перестала, потому что это было неожиданно и без повода.

— Да что ты как каменная, — недовольно сказал Тео.

Он подошел к ней и вытащил букет из вазы, а затем вручил ей. Она взяла букет в руки и оглядела его, всё ещё с недоверием к нему относясь. Слизеринец взял бумажку и тоже прочитал её.

— Это не от Кэрроу, — разочарованно протянул он, — а от Малфоя.

— Что?

Её глаза округлились и она выбросила букет на пол. Выругалась и побежала мыть руки. Слизеринцы не поняли почему. Они хмурились.

Волшебница только намочила руки, как они начали покрываться чем-то.

— Что у тебя с руками? — спросил Блейз у Теодора.

Его руки тоже начали покрываться чем-то. Они начали чернеть.

— Что с ними? — он вскочил.

Паркинсон завороженно смотрела на это всё. А слизеринцы испугались.

— Это яд, — рядом пробежала Анаис.

Она забежала к себе в комнату и полезла в свой чемодан. Там она хранила своё готовое зелье. Но пока она не использовала его, а тестировала. Сегодня придётся выпить.

Кисти рук стали уже совсем чёрными и переставали чувствовать что-либо. Будто нервные клетки погибали.

Не медля, она запихнула бутылечек себе в одну руку другой и выпила. Чернота охватила полностью кисти и предплечья. Возможность двигать пальцами утратилась.

Волшебница выбежала обратно в гостиную, где сидел Теодор. Его чернота дошла почти до плеч и он не знал что делать. Забини уже убежал за помощью, а Пэнси просто наблюдала.

Сидел и смотрел на свои черные руки, которыми больше не мог управлять.

— Нужно определить что это за яд, — сказала она.

У Теодора есть лишь пара минут, пока яд не дошел до легких и сердца. Затем он начнет задыхаться и сердце остановится. У волшебницы было больше времени, ведь её зелье подействовало. Счастью не было бы предела, если бы она не умирала.

— Он прозрачный, действует спустя пару минут. На ощупь никакой, а на запах…

Она села на пол и пододвинулась к букету.

— На запах, как… карамель.

Нахмурилась и начала думать. Она вспомнила что за яд, но нужно было вспомнить противоядие.

— Анаис, давай быстрее, — взмолился Тео.

Чернота охватила все руки и шла к горлу и легким. А то спасительное слово вертелось на языке.

— Сейчас, — она вскочила с места и начала ходить по гостиной.

Надеемся, что когда слизеринка вспомнит, будет уже не поздно.

— Я не могу дышать, — он уже начал задыхаться.

Теодор откидывался на спинку дивана и ртом пытался взять как можно больше кислорода. Пэнси смотрела на него уже с испугом. Анаис вспомнила даже ингредиенты этого яда, но не название антидота.

В гостиную прибежал Забини с мадам Помфри. Она принесла комплект противоядий, но там было немного.

— Что это за яд, мисс Снейп? — мадам села помогать Теодору.

Она не ответила, хотя знала ответ.

— Что это за яд, Анаис? — требовательно спросил Блейз.

Она снова не ответила. Яд снова начал действовать. Все давили на неё. Но…

— Дайте ему семь огненных семян! — резко потребовала та.

Мадам Помфри нахмурилась, но потом решилась послушаться. От сложного яда легкое противоядие. Работает не всегда, но сегодня им повезло.

— Помогло, — выдохнул Забини.

Теодор смог начать дышать, а яд не дошел до сердца. Анаис тоже дали противоядие. Она села рядом с ним, пока ему закатывали рукава на рубашке. Затем закатали и у неё.

Руки оставались черными и никто не знал, восстановятся ли они.

— Так Малфой тут не при чем? — спросил, оклемавшись, Нотт.

Будто его это так заботило.

— Это Кэрроу, — ответила та.

Хотя, его это заботило, ведь мстить же надо кому-то. Мадам Помфри оглядела детей удивленным взглядом. Пока вроде всё было нормально.

Волшебница оглядела свои руки. Будто бы мертвая кожа потихоньку оживала. Видимо, никакие клетки не погибли. Они просто перевелись в спящее состояние.

Все сидели молча и наблюдали, как их кожа становится нормального цвета. Спустя пару минут всем открылась метка нашей Пожирательницы. Слизеринцы переглянулись, а она немного улыбнулась. Метка ей нравилась. Смотрелась красиво.

— Шевелить можете?

— Да, — ответила волшебница и встала с места. — Всем спасибо.

Она вышла из гостиной и пошла к отцу. Мадам Помфри тоже ушла, когда Нотт отказался ложиться под наблюдение. Он пошёл писать письмо Нотту-старшему, который был Пожирателем и знал Кэрроу. Остались лишь Пэнси и Блейз.

— Она должна была умереть, — грустно выдохнула.

— Ага, за место неё чуть не умер Тео, — недовольно ответил тот.

Он не желал смерти Анаис, не то что Паркинсон. Они относились к ней нейтрально. Не как друзья, просто однокурсники.

— Зачем Амиксу убивать её? — вдруг задалась вопросом слизеринка.

Блейзи пожал плечами.

— Говорили, что она помешала ему домогаться пятикурсницы, — он усмехнулся.

Мда, вот уж героиня.А так, кстати, началась их задание по выяснению этой причины. Они вдвоём были такими закадычными подружками. Пока Паркинсон не узнала, что у него есть девушка, конечно. Но об этом позже.

Сейчас Анаис предстоит рассказать отцу об очередной попытке убить её.

— Пап? — она заглянула к нему в кабинет.

Там были эти Кэрроу. Амикус оглядел её в поисках чего-нибудь странного, а Алекта не обратила внимания.

— Подожди пару минут, — кивнул ей Северус.

Она послушно скрылась за дверью и стала ждать. Вечер выдался веселым. А ей нужно просто поговорить с отцом. И чтобы он не отправил её куда-нибудь в Гондурас.

Когда брат и сестра вышли оттуда, она проводила их взглядом прежде чем зайти. Амикус повернулся на пару секунд и провёл большим пальцем себе по горлу. Прекрасно. Он снесёт ей голову.

«Обожаю Хогвартс» — выдохнула волшебница, заходя внутрь.

Северус писал что-то, но оторвался от бумажек и выжидающе посмотрел на неё. Почему-то говорить о сегодняшнем вечере стало стыдно.

— Что-то случилось? — он не любил, когда она тянет с просьбой или новостями. — Если ты по поводу Кэрроу, то почти весь вечер я с него глаз не сводил.

— Он отправил цветы с ядом к нам в гостиную, — затараторила та, ломая пальцы.

Снейп опустил голову и устало потер переносицу. Прошла только вторая неделя учёбы, а значит, что к её восемнадцатилетию количество попыток её убить будут равны её возрасту? И это только от него, и не считая те, что были до сегодняшнего дня…

— И что ты предлагаешь? — спросил он.

Решив не злорадствовать по поводу того, что «у меня спросили что думаю я, хотя так раньше никто и никогда не делал», она села на кресло перед ним и пожала плечами.

— Кстати, при этом чуть не умер Теодор, — будто бы невзначай добавила та.

Он нахмурился.

— И в скором времени сюда приедет его отец на разборки, — продолжала она, говоря всё это простым тоном, будто рассказывает о погоде (как узнала? залезла в голову).

Северус хотел сказать что-то, но она его опередила, решив закончить:

— И Амикус ни за что от меня не отстанет.

Она покивала головой, а он томно вздохнул.

— Может, ты поедешь к Малфоям? — не видя другого выхода спросил он.

— Но пока будут идти разборки, я здесь останусь, да? — слишком уж возбуждённо ответила она вопросом на вопрос.

Зельевар покачал головой и махнул ей рукой. Это было «да».

Волшебное перемещение во времени и волшебница уже переезжает в Малфой Мэнор.

— Пока, — она обнимает на прощание отца.

— Не забудь про наш договор.

Он строго посмотрел на неё, а она усмехнулась.

— Конечно.

Видели бы вы как он настаивал, чтобы она жила в отдельной комнате. Было забавно.Не медля, волшебница зашла в камин и бросила на пол летучий порох. Через пару секунд оказалась в комнате Драко. Он ничего не знал, поэтому хотелось посмотреть на его реакцию.

— Доброго времени суток, — радостно заявила она.

Он вздрогнул от её громкого голоса, проснувшись.

— Сейчас два часа ночи, Анаис, — взмолился потом.

— Я знаю, — ответила та, разжигая свет в комнате.

— Что ты здесь делаешь? — спросил уже из-под одеяла он.

Даже не увидел, что она с чемоданом.

— Да так, всего лишь приехала погостить.

Она разглядывала бумажки на столе, пока тот переваривал её слова. Малфой сел, убрав одеяло с лица и оглядел волшебницу.

— Погостить или пожить? Я такой чемодан брал в Хогвартс на десять месяцев учебы, — сказал настороженно он.

— Я тут до Рождества, — она вздёрнула бровь, развернувшись к нему лицом.

— В моей комнате?

— Может, в нашей? Я сплю на кровати, а ты… на полу. Могу постелить корпешки, — слизеринка улыбнулась.

А Драко усмехнулся, вставая с кровати. Он подошёл к ней вплотную и кому-то пришлось немного задрать голову.

— Что такое корпешки? — серьёзно и тихо спросил он.

— Это корпешки, — также серьёзно ответила та, не прерывая зрительный контакт.

— Да что ты, — он прищурился.

— Какие-то проблемы с пониманием? — она прищурилась в ответ.

— Да нет, какие тут проблемы.

Повисла тишина, в которой они продолжали сохранять каменные лица и серьёзный вид в целом.

— Корпешки.

Подытожил Малфой и она рассмеялась. Затем рассмеялся и он. Лайк, если вас тоже выносит просто со слов.

Успокоившись, он взял её за руку, но она высвободила её и обеими ладонями обхватила его лицо. И затем улыбнулась. Так нежно, что устоять было невозможно. Обхватив Анаис за талию, волшебник притянул её к себе, наконец-то поцеловав. А потом…

Они просто сидели в обнимку, о чем-то разговаривая. И эти разговоры до семи утра привели к тому, что она всё-таки заснула у него на кровати, а он в кресле. Кое-кто уступил? А будет ли он злиться, когда узнает, что у неё уже была своя комната?

А началось всё с вопроса:

— Так почему ты сбежала оттуда?

Ответ вроде был простым, но скрывал в себе кучу других ответов.

— Меня чуть не убили… снова.

— Снова?

И она начала рассказывать, как сначала все думали, что новый профессор пытается ухаживать за ней, а потом как Теодор чуть не погиб. Только затем о разборках между Пожирателями и как так получилось, что лицо одного в секунду покрылось множеством прыщей. Было немножко ew, но он заслужил.

И ещё, как Забини представил им свою новую девушку. А потом как развивались их отношения с Паркинсон. И ещё куча рассказов, хотя прошло всего несколько дней с того вечера с орхидеями. А кстати... букет из них и правда был красив.

Продолжение следует...