Глава 2

- Лена, где ты пропадала! Когда я вошла в дом, то столкнулась со своим братом Леонидом. - Лео, где папа? - спросила я, обнимая брата. - В кабинете. Объясни мне, что произошло. Ты должна была вернуться намного раньше из школы. - По дороге нас с Анджи подрезала машина. Оказалось, на нас готовилось нападение, но ты только не переживай, я же здесь. - Что, да какой дурак посмел напасть на мою сестрёнку?! - Этого я, к сожалению, сказать не могу, - я уже подошла к кабинету отца и открыла дверь. - Папа! В кресле около окна сидел мой отец. Это был человек, лет сорока шести, высокого роста и крепкого телосложения. Его лицо с прямыми бровями, ярко выраженными красивыми скулами и серыми глазами. И если эти глаза устремятся на человека, то у того может сложиться впечатление, что их обладатель имеет способность прочитать все мысли, которые сейчас вертятся в его голове. Сразу видно, что такое лицо принадлежит сильному человеку, на плечах которого лежит не только воспитание детей, компания, но и другие серьёзные вещи. О том, что папа всецело погружён в своё дело, говорят и немного уже посидевшие каштановые волосы, и небольшие морщины около глаз от постоянного недосыпания. Увидев меня, отец поднялся и направился ко мне. - Лена, дочка! - Отец! - брат вошёл следом за мной. - На Лену было совершенно нападение! Лицо отца в миг побледнело и приняло серьёзный вид. - Что произошло? - спросил он спокойно, но я и брат понимали, что внутри у него всё кипело и бурлило. У меня заняло примерно десять минут, чтобы как можно подробнее рассказать о произошедшем. - Ты говоришь, японские мечи и неоткуда появившейся туман? Этот вопрос задал не отец, не Лео, а неизвестный женский голос. Я только сейчас обратила внимание на другое кресло. В нём сидела женщина азиатской внешности в дорогом стильном костюме. Наверно, ей было немного за 30, максимум 35. От неё исходила очень странная аура, которую нельзя было не почувствовать. Я никогда не видела её прежде, но точно могу сказать, что эта женщина - очень влиятельная особа. От неё так и веяло изяществом и властностью. Неожиданно женщина встала и подошла ко мне. Она поправила блестящие тёмные волосы, наполовину закрывшие её лицо и ярко накрашенные красной помадой губы. Теперь я могла разглядеть ее полностью. Я увидела ее лицо и... оробела. Её черты, разрез глаз, взгляд - точная копия лица моей матери. Но как такое возможно! Да, моя мама имела внешность очень похожую на азиатскую, но...такое совпадение?! У Марии Раевской была чуть светлее кожа, волосы темно-коричнего цвета и каре-зеленые глаза (у женщины просто карие), а остальное, как и у нашей посетительницы. Гостья заметила моё замешательство и немного улыбнулась: - Я вижу, ты, Виктор, и правда до последнего держал свою дочь в неведении. В этом я тебе благодарна. Сейчас же пришёл момент, когда Елена должна всё узнать. Мне самой сказать ей или же ты сам возьмешь ответственность? Сказать, что я была в шоке, ничего не сказать. - Папа, о чем эта госпожа?! Почему она так похожа на... маму? Отец подошёл к своему креслу. - Прошу вас присесть. Лена, ты тоже. Лео. Подойдя к креслу, я обратила внимание на брата и, к своему удивлению, обнаружила, что он явно знает, что сейчас тут происходит, ведь он даже бровью не повёл, когда гостья подошла ко мне. - От меня что-то скрывали, а ты был в курсе? - бросила я в сторону брата, но тот сделал вид, что не слышит меня. Вообще Лео был на себя не похож в эту минуту! Обычно он вёл себя более наивно, даже по-детски. По крайней мере, не знающий его человек был бы удивлён, если узнал о его приближающимся двадцатидвухлетнем возрасте. Некоторые и вовсе сказали, что ему как минимум шестнадцать. Даже при выполнении важного поручения Лео не упускал возможности для шутки, как ребенок, я уже молчу об обычном нашем общении! А тут он не на шутку серьёзен. Я не хочу сказать, что мой брат подходил ко всему безответственного, наоборот, он довольно способный и деловой человек, с блестящими навыками и руководителя, и дипломата, и многих других должностей, что очень важно, так как именно он должен унаследовать дело нашей семьи. Но обычно даже это не заставляло принимать его серьёзный вид, а тут... - Лена, есть кое-что, о чем нам пришлось скрыть от тебя, - отец посмотрел сначала на меня, затем на женщину. - Это госпожа Хаями Кэтсуми, глава японского клана Хаями. - Но почему глава японского клана посетила нас? И как это связано с моей матерью?! - Твоя мама, Мари происходила.., нет, происходит из рода Хаями. - Да, Елена, - обратилась ко мне госпожа Хаями. - Твоя мама - моя родная сестра, и ты являешься членом клана Хаями. Я тебе больше скажу: ты будущая глава нашего клана. - Что?! Но как такое возможно! Как я могу быть наполовину японкой, ведь у меня светлые волосы, ведь это... - Это легко объяснимо, - перебила меня госпожа Хаями. - Наша мама, твоя бабушка, японка лишь на половину, к тому же в нашем клане и ранее была намешала европейская кровь. Для такого знатного клана международные браки нередкость. Поэтому, смотря на Мари, трудно сказать, что она на три четверти японка. А зелёные глаза у неё от матери, и у тебя, Лена, такие же, и у Лео тоже. - Хорошо, но почему именно я должна стать будущей главой клана? - Видишь ли, после того, как твой дед, мой отец и твоей матери, Хаями Изаму, решил оставить место главы клана, его должна была занять Мари. Но она отказалась. - Почему же? - Этому поспособствовали ряд событий, - отец встал и подошёл к окну. - В том числе наша с Мари любовь. Выйди за меня замуж было тяжёлым решением для неё. Я не мог оставаться в Японии, а она не хотела жить на расстоянии от своего мужа и детей. К тому же, в Японии тогда вам было оставаться опасно. - Опасно?! И отец рассказал мне историю, которая, как оказалось позже, изменила жизнь семьи Хаями.

Это было восемнадцать лет назад. Тогда Мари Раевская и её сын Лео находились в Японии, и господин Раевский с ними, но непродолжительное время. В компании, созданной Виктором Раевским не так давно, возникли серьезные проблемы, которые могли плачевно отразиться на ее будущем. В связи с чем Виктору пришлось срочно вернуться в Россию. К сожалению, трудности затянулись и главе семьи ничего не оставалось, как задержаться дома на несколько месяцев. Это были самые тяжёлые времена, которые они переживали. Мари не могла поехать с мужем, ведь она отправилась в Японию не только, чтобы навестить свою семью, но и как представитель от Российского биологического исследовательского института, и должна была оставаться там как минимум год. Да и если у неё и имелась возможность улететь в Россию, то Виктор бы всё равно ей не позволил. Как оказалось, его жена была на тот момент уже беременна. О том, что находится в положении, Мари поняла только после того, как согласилась на обмен и покинула Россию. - Ничего страшного, я уже была в положении, будучи студенткой, и совсем не против стать мамой во второй раз, - с улыбкой проговорила она. - Уверена, что так даже лучше. Я очень хочу родить хоть одного своего ребёнка на Родине. С учебой у меня не будет проблем, ведь я на последнем курсе. А в аспирантуру я могу поступить и через год. Раевский тогда просто не мог заставлять свою супругу быть рядом, тем более отказаться от воссоединения с семьёй и от ее желания. А еще он понимал: находясь с ним, его любимая женщина постоянно бы переживала, что совершенно противопоказано в её положении. В общем, Виктор покинул Мари и Лео, но обещал вернуться до того, как начнутся роды. «Я не могу рассказать подробно, как проходила жизнь членов моей дорогой семьи, но я старался быть в курсе всех событий, связанных с ними. Мари посещала почти каждый день Токийский университет, а Лео оставался на попечительстве у деда, господина Хаями, и других родственников клана. Господин Хаями - человек довольно приятный, мудрый, просто необыкновенный. Таких, как он, называют уникумы. Я всегда удивлялся, как он, будучи главой клана, управляя семейным бизнесом, успевал следить за поместьем, медитировать, любоваться пейзажами в своём саду да ещё заботиться о маленьком Лео. Так прошло полгода. Они прошли тихо и спокойно, если не считать волнения Мари насчёт меня, но я уверял её, что прекрасно справляюсь и ей не стоит беспокоиться, тем более через месяц я уже должен был вернуться к ней. Тогда у меня действительно пошло всё хорошо, кризис практически подходил к концу, но меня почему-то мучила какая-то тревога. И мои подозрения были не напрасны, и если бы я знал тогда, что произойдёт с моей женой, то я бы, не на секунду не сомневаясь, отправился в аэропорт.» Это было начало осени - самое любимое время года Мари. Ещё больше её радовало ранее отступление летней жары. Обычно в Японии и в сентябре стояла на термометре ужасная тридцатиградусная отметка, а в том году уже в середине августа погода была более щадящей. Потихоньку желтели и оранжевели листья, дул приятный, несущий прохладу ветерок. Мари стала наиболее активной, часто гуляла и любовалась природой, даже несмотря на свой восьмой месяц беременности. Как же она соскучилась по японской осени, по тем временам, когда спешила на школьные занятия после летних каникул, как ждала встречи с друзьями из школы... Как-то раз, сидя вместе со своей сестрой Кэтсуми и Кентой, своим двоюродным братом, которого они считали родным, Мари предложила вспомнить былые времена и заглянуть в «своё укромное местечко». - Только о веселье и думаешь, Мари, ты скоро уже будешь мамой второго ребёнка, а серьезности так и не набралась. - Кэт, какая ты зануда! Я практически закончила институт и уже устроилась туда работать, постоянно в делах, вас вообще почти 5 лет не видела, а ты даже одну мою маленькую просьбу выполнить не можешь, - Мари обиженно надула губы. - Я думаю, Кэт, сейчас нам следует выполнять желания нашей дорогой старшей сестры, - Кента поправил очки и взглянул на часы. - Сейчас три часа дня. Можем спокойно пойти туда часов в пять, как раз успеем до заката. - Отличная идея! - старшая сестра тут же оживилась. - Только жалко, что Кин сейчас за границей, а то бы все вместе сходили. И Дэйчи до сих пор на Хоккайдо - всегда редко приезжал, как тётя Азуса переехала. - Не думаю, что Дэйчи приедет скоро. А Кину наши прогулки точно были бы неинтересны, он и, когда мы были детьми, с нами почти не общался. - Ну, нельзя же так, сестра. Кента, ты не знаешь, приедет ли он в ближайшее время? - Извини, Мари, но я не могу сказать этого. Ты же прекрасно знаешь, что мы с ним не так общаемся... Тогда, как, в прочем, и всегда при воспоминаниях о Кине, Кента грустнел и бледнел. Видите ли, Хаями Кин - старший родной брат Хаями Кенты. После смерти их отца, родного брата главы клана, Кин уехал учиться в Великобританию вместе с матерью, а Кента остался в поместье клана Хаями. Братья не очень были дружны, возможно это связано с разницей возраста в десять лет, а может на это были и другие причины. Мари увидела грусть в лице брата и взяла его за руку. Тот сразу приободрился и улыбнулся. - Прости меня, я знаю, что тебе иногда тяжело вспоминать о Кине, но я его так давно не видела. После того, как он закончил учиться в Великобритании, Кин лишь пару раз навестил нас, а затем сразу вернулся в Лондон. Интересно, какова его жизнь сейчас? - Ничего, я всё понимаю. Разве ты не знала: он уже три года как женат на одной англичанке, я слышала, что она очень интересная и необычная особа. У него уже есть двухгодовалая дочь и недавно родился сын. - Что, я...я даже не предполагала... - Не переживай, анэ, мы и сами незадолго до твоего приезда узнали об этом факте о нашем дорогом «онэ-сане», - так часто называл Кента Кина, и в этом зачастую звучала не доля уважения, а какая-то ироническая нотка. - Но вы даже не сказали мне о такой важной новости! - Честно, я думала, что отец уже оповестил тебя. К тому же, как он говорил, Кин заикался, что думает навестить нас в ближайшее время. Хмм, даже как-то странно для него. - Не говори так, Кэтсуми, он же твой старший брат! Я понимаю, иногда он ввёл себя отстранено с нами, но всё же.., - Мари встала и пошла к двери. - Пошлите собираться!

Пожалуй, лучше опустить подробное описание любимого места сестёр и брата Хаями. Если кратко - это небольшая поляна, окружённая небольшим количеством деревьев. По середине поляны стояла лавочка около большой, величавой сакуры. Также на этом участке протекала маленькая речка, шириной всего в полтора метра, берега которой соединял деревянный мостик. Это довольно-таки уютное местечко, откуда открывались впечатляющие виды и на город, и на сад. Прошло довольно много времени, как Мари, Кэтсуми и Кента открыли его для себя, но оно ни на сколько не изменилось. Именно с этим местом связано множество их воспоминаний. И все они очень приятные. Все, кроме одного. Последнего, произошедшего тем днем, 17 сентября. Брат и сестры Хаями сидели на лавочке под сакурой и любовались видом. Спустя некоторое время Кента предложил немного подвигаться и сходить за мороженым. - Отличная идея, Кента. Кэти, сходите вдвоём, я пока здесь посижу, позвоню как раз Виктору. Сейчас он, должно быть, сделал себе обеденный перерыв. Потом, чувствую, он будет занят, а вечером сильно устанет. Кента и Кэтсуми ушли, а Мари сразу позвонила мужу. Спросила как он, достаточно спит, хорошо ли питается... В общем, всё то, о чем спрашивает любящая жена своего избранного. - Кстати, Мари, хочу тебя обрадовать, если всё будет гладко, то я должен прибыть в Токио через пять дней. - Правда, я...я очень рада, - по её щекам потекли слезы радости. - Очень жду тебя. - Ты плачешь? - Нет, с чего взял! - Мари быстро вытерла слезы. - Кажется, тебя кто-то зовёт. Я больше не буду тебя отвлекать. Люблю тебя! Радостная Мари вскочила и как маленький ребёнок побежала по лужайке вдоль реки. Неожиданно она услышала лай собаки, а затем и поскуливания, очень жалобные. Госпожа Раевская была человеком, наделенным такими качествами как честность, доброта, неравнодушие и, конечно же, светлой душой. Она не боялась показывать свои эмоции и, тем неменее, всегда держала себя, как подобает настоящей наследнице знатной фамилии. Приметив человека, она могла прочесть, что у него не сердце. И если что-то тяготящее, Мари брала на себя роль успокоителя. От госпожи Раевской постоянно исходила такая умиротворенная аура, что сразу забывались все тяготы и горести. Услышав жалобный вой собаки, Мари сразу же пустилась в её сторону. Ей не было важно: кому нужна помощь. Главное - нужна. В кустах она увидела лежащую собачонку, совсем ещё щенка. Животное охотно подпустило Мари, почуяв её добрую ауру. - Что с тобой случилось? - она осмотрела щенка и поняла, что у него застряла колючка в лапке. - Бедняга, ну ничего, сейчас я тебя излечу. Мари достала колючку, промыла рану водой, которую всегда носила в сумочке, и заклеила её пластырем. В благодарность щенок принялся ластиться к своей спасительнице. - Ну ладно тебе! - смеялась госпожа Раевская. Вдруг кусты зашевелились, и из них вышли пять человек и окружили ее. Мари сразу почувствовала что-то неладное."Эти люди явились сюда явно не хороводы водить," - она насторожено обошла незванных гостей взглядом. - Вы госпожа Мари Хаями? - Верно, только сейчас я ношу фамилию своего мужа Раевского. - Что ж, значит, мы не ошиблись. Извините, но вам придётся пройти с нами. - А если я не питаю особого желания. - Тогда нам придётся заставить вас силой... Двое мужчин попытались схватить её, но Мари оттолкнула их (отец обучал ее вместе с сестрой боевым искусствам ещё с детства), но один из этих людей успел открыть какую-то коробку. Из следом пространство заполнил удушающий запах. Мари догадалась, что запах обладает снотворным эффектом и попыталась закрыться от него рукавом. Однако до её носа уже дошли нотки этого запаха... На ее удачу появились Кента и Кэтсуми. Они уже купили мороженое и вернулись к лавочке, но, не обнаружив на месте сестры, тут же принялись разыскать ее. Вместе члены клана Хаями быстро расправились с нападавшими. Когда все закончилось, Кента обернулся посмотреть в порядке ли Мари. Она сидела на траве и очень сильно кашляла. Брат бросился к ней. Кэтсуми Хаями тоже увидела, что сестра в плохом состоянии, и побежала вслед за Кентой. - Мари, что такое?! - Х... хлоро.. форм. Кента попытался поднять сестру, но она почувствовала сильную боль в животе, и ему ничего не оставалось, как опустил её обратно. - Кажется, - задыхаясь, пробормотала Мари. - Хлороформ...вызвал... я, нет, я точно уверена, что рожаю!...

Меньше, чем через час Мари доставили в ближайшую больницу. Кэтсуми и Кента находились вместе с ней. Глава клана Хаями Изаму, как только ему сообщили о случившемся, разгневанный, тут же отдал приказ организовать поиски бандитов, посмевших напасть на его беременную дочь, а сам направился в больницу. Нападавших искали по всему Токио в течение нескольких суток, но все эти попытки так и не принесли должного результата. О происшествии было немедленно доложено и мужу Мари. Виктор Раевский, когда услышал, что на его жену напали, сразу бросил все дела и направился в аэропорт. Да, это 17 сентября запомнилось членам семьи Хаями надолго, как, уже спустя долгие годы, пропажа Мари в России, и как другое событие, заставившее ее окончательно покинуть Японию.

Около десяти часов вечера 17 сентября Мари Раевская родила дочь. Хотя девочка родилась недоношенной, врач сказал, что с ней все в порядке и угроз для жизни нет. Малышка вела себя очень активно, что вызывало некоторое удивление. Мать же чувствовала себя очень тяжело. Реакция на хлороформ да ещё и роды сильно ослабили её. Пару дней она просто не приходила в себя. И наконец, впервые открыв глаза, она увидела сидящего перед собой Виктора. По его посиневшим областям под глазами Мари поняла, что её муж не спал несколько дней. - Виктор! - Мари хотела подняться, но муж уложил её обратно. - Дорогая, тебе нельзя вставать, - он схватил её за руку. - Прости...прости меня, что не был рядом! Какой из меня муж, если даже не может находится со своей женой, чтобы защитить её!... - Нет, что ты говоришь! Тебе не за чем извиняться, главное - всё обошлось и мы сейчас вместе... Тут в палату ворвалась Кэтсуми, за ней зашёл господин Хаями и Кента. - Сестрёнка, как ты нас напугала! - рассудительная Кэтсуми Хаями практически никогда не давала волю эмоциям, её редко можно было увидеть от души веселящейся или плачущей, но сейчас она убрала в сторону свои принципы и отдала волю чувствам. - Я так переживала, что мы не успеем! Я очень боялась, что ты бы могла..., - она заплакала. - Ну, Кэти, сестричка, всё обошлось. Благодаря тебе и братику Кенте со мной всё хорошо, - Мари ласково посмотрела на сестру, Кенту, а затем на отца. - Папа! Как..? - Не волнуйся, доченька, всё в порядке. И с ребёнком тоже. Ты подарила нашему клану новую кровь. Я попросил врача, чтобы девочку принесли тебе, а то нечестно, что мать ещё не видела свое дитя. А вот и она. Зашла медсестра и протянула ребёнка Мари. Она впервые заглянула с личико своей дочери. Девочка тоже рассматривала лицо матери и, должно быть, почуяв что перед ней та, которая подарила ей жизнь, улыбнулась и потянулась к лицу Мари ручкой. Невозможно передать словами, что она чувствовала в этот момент. Момент счастья. Виктор, стоявший рядом, тоже разглядывал дочку в первый раз. С того момента, как он прибыл в Токио и добрался до больницы, то не отходил от своей супруги. Его лицо озаряла широкая улыбка. - Я распорядился, чтобы Лео привезли к нам сюда, - сказал господин Хаями. - Семья должна как можно скорее воссоединиться. - Спасибо, папа, - Мари подтянула свою малышку поближе и поцеловала. - Вы уже думали, как назовёте дочку? - поинтересовался Кента. - Если честно, мы с Виктором пока не думали о имени. Решили, что когда мы увидим нашу девочку, то сразу поймем, как её назвать. - И как же? -На самом деле, у меня есть один вариант, - Мари посмотрела на мужа. Тот кивнул, дав понять, что согласится с любым её решением. - Когда я чувствовала, что рожаю, и уже начала терять сознание, то мне казалось, что я вижу свет. Свет солнца. Когда я находилась без сознания, этот свет не покидал меня. Сейчас, смотря на моё сокровище, я ощущаю, нет, вижу тот самый свет. Я хочу назвать её Еленой. С греческого это имя означает солнечный свет, лучезарная. Если кратко, то Лена. По-японски это имя будет произносится как «Рена», что чём-то напоминает лотос. Цветок лотоса является символом нашего клана Хаями. - Что ж, очень хорошо. Так как Леонид хоть и является моим старшим внуком, я не могу назначить его первым наследником, ведь он должен унаследовать дело своего отца и стать главой семьи Раевских. Однако у меня теперь есть ещё и внучка. С сегодняшнего дня я объявляю, что первой наследницей клана Хаями будет Елена, Елена Хаями.

В каждых великих кланах был свой порядок наследования статуса главы. В основном этот статус передавался по мужской линии или от родителя к старшему ребёнку. В семье Хаями этот порядок несколько отличался. Во-первых, нередко главой такого могущего клана становилась женщина. Во-вторых, не всегда эта должность передавалась старшему ребёнку, а были случаи, когда она переходила племянникам, детям племянников или более дальним родственникам главы. Но этот выбор не был спонтанным или сделанный на фоне личных предпочтений. У каждого главы было чутье, то есть он мог почувствовать, кто должен стать будущим или будущей главой клана. В большинстве случаев чутье указывало на детей или внуков главы, так как они обычно лучше ознакомлены с делами клана, нежели дальние родственники, которые и вовсе могли не разбираться в этом. Тем не менее, даже если чутье укажет на такого представителя рода, то ничего сделать уже нельзя. Были случаи в прошлом, когда главы ослушивались своего чувства и из-за этого клан переживал упадок и тяжёлые времена. Однако, не исключено, что представители могли не согласиться принять титул главы клана. В таком случае глава был вправе выбрать преемника сам. Но потом, когда настанет время и преемника покинуть пост, то он должен передать свой статус близкому родственнику ранее отказавшегося, если такие имеются. Следующей главой клана Хаями после Хаями Изаму должна была стать Мари. Так ещё решил её дед. Она знала об этом, но старалась не думать. Мари не видела себя в роли главы, тем более она вышла замуж и живёт за границей. Сейчас Мари волновали другие вещи, а именно забота о своих родных, муже и воспитание детей. В Японии Мари прожила ещё практически три года, пока она окончательно не окрепла после родов. Виктор часто улетал в Нью-Йорк, но старался не задерживаться надолго. Но один раз ему всё же пришлось остаться там на два месяца, и в этот период произошло ещё одно ужасное происшествие, о котором упоминалось ранее. Это было второе нападение на Мари, а также на маленькую её дочь. И это происшествие принесло настоящее горе в семью Хаями, а день, когда это всё случилось, надолго остался в памяти, как «чёрный». После этого события Мари пришлось уехать из Японии, забрав с собой детей, и больше не возвращаться на Родину. Раевские решили скрыть от маленькой Елены об её происхождении хотя бы на время, пока она не станет достаточно взрослой, чтобы защитить себя и занять место главы клана в будущем.