Глава 30. Первая цель

Сумерки опустились на Королевскую гавань, сделав происходящее в ней ещё более неприглядным, чем часто бывало днём. Тут и там раздавались возмущенные возгласы и крики о помощи, люди дрались из-за проигранных ставок и убивали друг друга прямо на дороге.

— Это просто позор, мой король, — полным едва сдерживаемого негодования голосом говорил сир Харвин. — То, во что лорд Боремунд Баратеон всего за три месяца превратил здесь всё.

— Как он превратил — так вы и исправите. Сразу, как только наденете мой командирский плащ.

Они обогнули небольшую компанию из хватающих друг друга за грудки пьяных торговцев и свернули за угол на очередную узкую улочку. Деймон обратил внимание, что никто из тех редких стражников, признавших Боремунда Баратеона, в этой части города за почти час так и не появился. Он вообще золотых плащей не видел, если не считать самого сира Харвина и пары его прежних заместителей, которые и пропустили его после условного стука через западные ворота. Сейчас они спешно пробирались к Красному замку, пряча волосы и лица под схожими серыми плащами с капюшонами, но сир Харвин при этом явно испытывал жгучий стыд.

— Доверите ли вы мне выносить и исполнять приговоры, мой король? После такого.

— Доверю, — успокоил его Деймон. — У вас будет право осудить моим именем любого, за исключением разве что тех, кто потребует моего личного рассмотрения их дела. Но вряд ли таких найдётся много.

Последнее замечание вызвало у сира Харвина усмешку.

— Очередь, скорее всего, не выстроится, — согласился он. — Люди ещё долго не забудут, каким суровым командиром городской стражи был их король.

— Вы намерены вести себя мягче?

— Если только совсем немного.

Деймон давно знал, что под горой мышц и крепкими доспехами его спутника скрывается доброе сердце. И хотя сир Харвин бывал и жёстким, и решительным, и строгим, в особенности с уличными мерзавцами и с соперниками на турнирах, жестокость ради жестокости он не применял. Да и вообще часто останавливал ссоры одним лишь своим внушительным видом.

— Посмотрим, хватит ли этой вашей мягкости надолго, сир Харвин.

— Вы её заранее осуждаете?

— Я сначала дождусь результат, — Деймон остановился у первой ступеньки высокой каменной лестницы. — Пришли. Ждите здесь и будьте наготове.

— Хорошо.

Сир Харвин остался внизу, отойдя в тень ближайшего дома. Деймон начал подниматься к потайному проходу в Красный замок, а потом ещё долго пробирался по туннелям Мейгора к нужным покоям. Там он остановился и прислушался, не уловил никаких посторонних звуков за стеной, где располагалась их спальня, и торопливо нащупал поворотную ручку.

Замок щёлкнул чересчур громко. Затаив дыхание, Деймон немного подождал, затем повернул вторую ручку и отработанным движением сдвинул в сторону целиком стенную панель, одновременно с этим услышав лязг мечей.

Два блестящих клинка были нацелены ему прямо в сердце. Двое рыцарей в золотых плащах — сир Эринор и сир Тейлон — сурово смотрели на него. А уж за ними с ребёнком на руках в длинном золотистом халате стояла...

— Деймон! — с облегчением в голосе выдохнула Алисента и добавила громче, заблестев глазами: — Ты за нами пришёл!

Она рванула к нему между своих защитников, по счастью вовремя убравших в стороны мечи, и Деймон, выбравшись из потайного хода, поймал и обнял её на полпути. По её щекам потекли слёзы, и он принялся собирать их губами, торопливо целуя и жену, и заметно подросшего сына, поглаживая их обоих. Его сердце разрывалось от того, какой бледной, перепуганной девочкой его Алисента была, и он шептал ей:

— Всё хорошо, я здесь. С вами всё будет хорошо.

Он мягко прижал к себе двух самых дорогих людей, на пару мгновений закрыл глаза, справляясь с комом в горле, а потом посмотрел на отошедших к выходу из спальни рыцарей, ожидая объяснений.

— Когда сюда утром пришли рыцари Королевской стражи, чтобы взять под арест миледи, мы отказались уходить, — правильно понял его взгляд сир Тейлон. — Они настаивали, и тогда миледи предложила нам зайти в ваши покои и охранять вход в них с внутренней стороны. Мы так и поступили.

— Мне было спокойнее с их присутствием, Деймон, — пояснила почти переставшая всхлипывать Алисента. — Они защищали нас с Эйгоном.

— И правильно делали. Теперь вернитесь ко входу, милорды, и продолжайте нас защищать.

— Будет исполнено, государь.

Сир Эринор и сир Тейлон выполнили приказ. Деймон посмотрел на не сводящего с него любопытных глаз сына и улыбнулся ему. Потом глянул на заплаканную Алисенту.

— Я пришёл, чтобы забрать вас в Харренхолл. Прямо сейчас.

— Тогда мне надо что-то накинуть, переодеться...

— Давай Эйгона, я подержу. И достань из шкафа мой самый длинный плащ.

Забрав у жены ребёнка, Деймон вышел с ним из спальни в гостиную и там присел на край стола, наблюдая за её суетой. Эйгон, насмотревшись, предпринял пару попыток потрогать его плащ, ему очень приглянулась застёжка у горла. Деймон же, разглядывая его, подумал, что он не похож, ни на Эйгона с Визерисом из прошлой жизни, ни на маленькую Рейниру.

— Он похож на вас, мой король, — тихо подал голос сир Тейлон. — В точности ваш взгляд и даже подбородок.

— И характер, — добавил сир Эринор. — Видели бы вы, как он чувствует людей! Ни разу не дался без крика на руки вашему брату, зато просто обожает принцессу Рейниру, всегда тянулся к ней, пока ей не запретили приходить сюда.

— Рейнира твёрдо решила стать его любимой кузиной и неплохо преуспела в этом, — пояснила Алисента, просовывая руки в рукава плаща. Затем она поднесла тёплое покрывало и осторожно завернула в него Эйгона.

— Что ж, мы готовы.

Из коридора донеслось неожиданно громкое:

— Мне нужно переговорить с леди Алисентой, сир Эррик. Я войду к ней.

— Разумеется, лорд-десница.

— Лорд Корлис, — испуганно выдохнула Алисента.

Деймон и она быстро глянули на сдвинутую в спальне панель, но оба сообразили, что не успеют добежать и пролезть за неё. Вручив сына жене, Деймон обнажил меч и сделал три шага вперёд, задвинув её за спину. Мечи вынули из ножен и рыцари Алисенты, стоявшие у двери.

Ручка медленно повернулась. В образовавшейся щели Деймон увидел лицо лорда Корлиса, который ненадолго застыл, глядя прямо на него.

«Ну и что ты будешь делать, старый друг?» — мелькнуло в голове у него.

Помедлив, Корлис скользнул ещё взглядом вправо и влево, оценил положение двух других рыцарей с мечами, а затем ненадолго отстранился.

— Всё в порядке, леди Алисента ещё не спит. Наблюдайте за обоими концами коридора.

— Да, лорд-десница.

С неожиданным для его комплекции изяществом Корлис протиснулся лишь в слегка приоткрытую дверь и тут же плотно закрыл её, сделав всё так, чтобы не дать шанса белым плащам увидеть, что происходит внутри. После этого он прошёл дальше и остановился точно в центре гостиной, на равном расстоянии от всех трёх направленных на него мечей.

— Принц Деймон.

— Лорд Корлис.

— Значит, моим людям не показалось, когда они сообщили, что заметили твоего красного дракона у крепостной стены. Я был уверен, что ты как-то проберёшься в замок, но ты всё же оказался здесь слишком быстро.

— Раз ты догадался, что я приду сюда, наверняка понял и зачем.

Корлис покосился на открытый потайной проход в спальне и кивнул.

— Я это понял. Но и ты меня должен понять, я защищаю интересы нашего короля.

— Твоего короля, Корлис. И притом того, кто совершает одну ошибку за другой. Опуститься до того, чтобы шантажировать брата жизнями его ребёнка и жены. Такому правителю ты служишь?

Деймон с отвращением опустил меч и резко вложил его в ножны. Сир Эринор и сир Тейлон так делать предсказуемо не стали, что Деймона полностью устроило. Он подошёл к Корлису совсем близко, чтобы смотреть прямо в глаза.

— Я Лорд Приливов, Деймон, и я должен думать о положении своего Дома, — твердо заявил Корлис.

— Неверно. Ты лорд-десница, и ты должен думать о положении всей державы, — Деймон кивнул на его нагрудный знак. — Семь армий сошлись сегодня вблизи Харренхолла. Восемь — если считать и моих золотых плащей. Я не дал пролиться крови, но ты не помогаешь мне не допустить резни.

— А что конкретно я должен делать? — вышел из себя Корлис. — Отвернуться от того, кого мой Дом согласился защищать?!

— Что ты должен делать, я предлагаю обсудить не сейчас и не здесь, — тихо, но твёрдо возразил Деймон. — В этом замке слишком шумно. И опасно. Прилетай завтра с Рейнис в полдень на её драконе на скалистый островок в форме луны. Она знает, где это. Она там была. Поговорим вчетвером: только мы с Алисентой и вы двое. У нас найдётся, что вам предложить.

Корлис сильно наморщил лоб.

— Считаешь, что мы сможем договориться?

— Считаю, что утопить королевство в крови мы всегда успеем. Но мне всегда казалось, что ты и я всё же сделаны из одного теста, — вернул ему давешнюю фразу Деймон. — Почему бы не попробовать сперва поговорить?

Корлис с сомнением покосился на мечи сира Эринора и сира Тейлона, на проход в стене.

«Ну же, соглашайся! — мысленно попросил Деймон. — Нас тут трое мечников против тебя одного. Не рискуй!»

— Если ты не явишься...

— Явлюсь, я не трус! Завтра. Полдень. Мы с женой будем там. Надеюсь на твою честь и на то, что ты не приведёшь лишних людей с собой. А сейчас извини, я свою семью забираю, даже если придётся тебя убить. Я не доверяю Визерису и тому, что он может сделать с Алисентой и моим ребёнком.

Корлис ещё немного помолчал и сдался:

— До завтрашней встречи.

Он развернулся к выходу.

— До встречи, лорд Корлис, — бросила Алисента ему вслед.

С чувством облегчения Деймон дождался, когда за нежданным гостем закроется дверь, а потом распорядился:

— Все вместе идём!

Они с женой и сыном протиснулись в тайный проход и в сопровождении сира Эринора и сира Тейлона поспешили покинуть Красный замок. Эйгона Деймон нёс сам, доверив защитникам Алисенты придерживать за обе руки её. Когда они выбрались из замка, сир Харвин очень обрадовался им.

— Проводите нас до городских ворот все трое, потом останетесь там. Завтра вы понадобитесь снова, чтобы нас впустить.

— Мы всё сделаем, мой король, — отозвался за троих сир Харвин.

Золотые плащи сира Эринора и сира Тейлона оказались неплохим подспорьем для того, чтобы прохожие на улицах расступались перед ними, так что обратный путь до ворот занял даже меньше времени. И чем дальше они отходили от Красного замка, тем меньше хмурилась Алисента, но окончательно она выдохнула, когда они лишь втроём оказались на безлюдном берегу, где их терпеливо ждал дракон.

Караксес тут же их учуял и с шумом потопал к ним.

— Теперь точно всё хорошо, нас уже никто не остановит, — заверил Деймон жену и по её немой просьбе отдал сына.

Ему понравилось, что она улыбнулась.

Он возвёл глаза к чёрному небу, на котором большой россыпью тут и там сияли звёзды, а потом посмотрел на свою семью. Караксес уже склонил свою любопытную голову к Алисенте и Эйгону и теперь шумно обнюхивал их обоих, заставляя от этого жмуриться и смеяться малыша. Эйгон же с энтузиазмом протянул обе руки к драконьей морде и засмеялся ещё довольнее, облапав её. Караксес на это заурчал.

Алисента ласково заговорила с Караксесом и сыном на валирийском, представляя их друг другу, показала Эйгону, как можно Караксеса гладить, а Деймон не мог наглядеться на эту сцену, чувствуя, что за одно это мог бы отдать вообще всё.

Умница-жена словно это почувствовала и оглянулась на него.

— Мы все очень тебя любим, Деймон.

— Я люблю вас больше. И нам нужно отправляться в первый полёт нашей расширившейся семьёй.

Он помог жене забраться в седло и тщательно привязал к нему ремнями, парой из них подстраховал и Эйгона, а потом сел и сам. На первые взмахи крыльев Караксеса Эйгон отреагировал заливистым смехом и захлопал в ладоши, отчего Караксес просто взревел от восторга, явно гордый собой. Ни разу прежде Деймон не испытывал такого облегчения, покидая Королевскую гавань.

Они набрали высоту и полетели уже ровно. Наполнившись новыми впечатлениями, ребёнок вскоре устал смеяться и начал дремать. Алисента ласково прижимала его к себе, а Деймон — их с Эйгоном обоих, чувствуя себя по-настоящему счастливым мужем и отцом. Ему нравился полёт — не такой долгий, конечно, как до Долины, Староместа и тем более Севера. И его устроило, что к полуночи они уже сели во дворе Харренхолла.

Отто подбежал к Караксесу первым, и Деймон отдал ему сонного Эйгона, после чего принялся развязывать ремни и помогать Алисенте спуститься на землю. Она же попыталась забрать Эйгона у отца, но тот упрямо отступил, заявив:

— Ты и без того устала от полёта и волнений, дочка. Отдыхай, я знаю, как обращаться с детьми.

Деймон переглянулся с женой и решил позволить эту слабость гордому деду.

— Похоже, ультиматум Визериса утратил актуальность, — услышал он задумчивое от стоящего чуть в стороне Джейсона Ланнистера.

— Очень похоже на то, — поддержал его лорд Боремунд Баратеон.

— Моя семья и Стронги идут со мной, — распорядился Деймон и первым направился в зал для малых переговоров в замке Харренхолл.

Там, за круглым столом, они и расселись: Деймон, Алисента, Отто с задремавшим на его руках Эйгоном, Вейгон, Лионель и Ларис Стронги. Отличный малый совет, все нужные Деймону люди были здесь.

— Мы с Алисентой завтра встречаемся с Веларионами, будем обсуждать их выбор правильной стороны.

— Без посторонних? — уточнил Отто.

— Без посторонних. Нужно решить, что я им предложу.

— Лорд Корлис выдал свою дочь за Визериса. Он посадил на трон свою кровь, — обрисовал ситуацию Лионель.

— Это можно исправить, если расторгнуть их брак и заключить новую помолвку.

— Чью, государь?

— Дочери лорда Корлиса с моим сыном, — Деймон посмотрел на Алисенту. — Леди Лейна станет отличной женой нашему ребёнку. Она ещё будет достаточно молодой, когда подрастёт Эйгон, и достаточно крепкой, чтобы роды прошли хорошо, — он увидел понимание и одобрение в глазах жены.

— Я согласна с мужем. Это гарантирует лорду Корлису, что его дочь станет королевой все равно. Просто не настолько скоро. И вдобавок ей достанется молодой супруг.

Остальные за столом покивали, одобряя эту идею. Лионель снова взял слово:

— Если с наследием всё ясно, нужно решить вопрос должности. Визерис сделал лорда Корлиса своим десницей. Лорд Корлис — гордый человек, а значит, нужно как-то и это превзойти. Но десница — это высшая должность в совете.

— Если выше подниматься некуда, должностей надо предлагать две, — проговорил Вейгон.

Деймон усмехнулся, оценив, как они с дядей сходным образом смотрят на вещи. Он ведь сам Стронгам так две должности вместо одной и предложил.

— Но наследник лорда Корлиса ещё слишком молод, — возразил Лионель. — Лейнор Веларион — ещё совсем мальчишка. И он не потянет ни роль мастера над кораблями, ни роль мастера над законами и уж тем более над монетой.

— Мог бы, если бы кто-то его направлял и давал советы, — заметил Отто.

— Да, но это решение все равно будет выглядеть глупо, сир Отто. Для всего королевства. У нас слишком много взрослых лордов, в том числе и доказавших свою верность королю Деймону.

— Никто не оспаривает их достоинства, лорд Лионель, однако...

— Я считаю, нужно разыграть это всё вообще по-другому, — негромким и вкрадчивым голосом произнёс Ларис, и Деймон с интересом повернулся к нему.

— А ну-ка, я слушаю.

Отто и Лионель понятливо замолчали.

— Лорда Корлиса Велариона стоило бы поставить мастером над кораблями — должность, в которой он действительно хорош, — медленно проговорил Ларис. — А пост десницы предложить его жене.

Деймон замер от мысли: «Блестящая идея!» За столом на несколько мгновений застыли и все другие. Ларис же, выдержав паузу, продолжил:

— Принцессу Рейнис обошли и на Великом совете, и в последовавшей за ним раздаче должностей. Если справедливость будет восстановлена при короле Деймоне, ей и Дому Веларионов это польстит.

Деймон кивнул, признавая правоту его слов. Алисента развернулась на своём месте и взяла за руку отца.

— Отец, я помню, что мы с Деймоном тебе обещали. И я уверена, ты бы стал прекрасным десницей для королевства и нашего короля. Но в этой ситуации, когда речь идёт о будущем и семьи, и страны, согласишься ли ты уступить пост десницы принцессе Рейнис, а сам... — она запнулась.

— ...А сам стать моим мастером над законами, — продолжил за неё Деймон. — Важная должность, на которой мне понадобится толковый человек, потому что я намерен многое там поменять.

Отто опустил глаза. Молча посидел так, расправил складку на покрывале на спящем Эйгоне и ответил:

— Мастер над законами — это действительно важный пост, мой король. Ради спокойной жизни дочери и внука я займу его.

— Спасибо, папа, — благодарно прошептала Алисента.

— Уступить Почти Королеве не стыдно, дочка. Она всё же не обычный, пусть и очень богатый лорд.

За столом понятливо заулыбались, Деймон признательно кивнул тестю:

— Это действительно так, Отто.

— У нас осталось свободным только место мастера над монетой, — напомнил Лионель.

— Его же занимает лорд Бисбери.

— Он уже стар, государь. И я не единожды слышал, что он хотел бы уйти на покой.

— Хм. Кого тогда?..

— Возьми Джейсона Ланнистера, — неожиданно предложил Вейгон. — Он, конечно, самовлюблённый хвастун, но Ланнистеры с деньгами обращаться умеют. Раз ты хочешь многое поменять, деньги тебе будут нужны.

— Я поддерживаю предложение советника Вейгона, — заявил Отто. — Лорд Джейсон задавал тут здравые вопросы и, кажется, уже начал смотреть на вещи с правильной стороны. А без главных сил Ланнистеров сговорчивыми станут и Талли с Баратеонами.

— Что ж... — Деймон посмотрел на Вейгона. — Мой советник предложил эту идею, ему и договариваться с лордом Джейсоном. Я не против видеть его в совете.

— Так и быть, договорюсь, — хмыкнул Вейгон.

— Уверена, у вас это отлично получится, архимейстер Вейгон, — с симпатией в голосе проговорила Алисента.

Кажется, он эту симпатию даже почувствовал и оттого проворчал:

— Ну какой я тебе архимейстер Вейгон, любимая жена моего царственного племянника? Дядя Вейгон. И только так. Для тебя и всех ваших детей.

***

С мужем в Харренхолле Алисента выспалась лучше, чем за все последние месяцы. Ей хватило всего: и его успокаивающего голоса, и его объятий. С ним ей снова стало тепло.

На маленьком скалистом острове, куда они вдвоём прилетели к полудню, оставив Эйгона в Харренхолле на попечение многочисленных нянек, кормилиц и отца, было даже жарко. К их прибытию красная драконица Мелеис уже сидела на берегу, а лорд Корлис и принцесса Рейнис стояли вдвоём перед ней.

Алисенту порадовало то, что они все поступили честно, не приведя с собой лишних людей. И те, с кем они здесь встретились, выглядели спокойными и сосредоточенными, но не хмурыми.

— Ты сказал, у тебя есть для нас какое-то предложение, Деймон, — первым заговорил лорд Корлис.

— Оно есть. Я предлагаю вам закончить это бессмысленное противостояние и поддержать меня, а не Визериса в роли короля. Без вас на его стороне он просто сдастся, и всё закончится.

— И что ты сделаешь с ним потом? — уточнила Рейнис.

— Я с ним? Здесь не я взял за правило угрожать брату казнью, Рейнис!

— И всё-таки? — упорствовала она, пристально глядя Деймону в глаза. — Я хочу это знать.

В этот момент они были очень друг на друга похожи. Алисенте не понравилось возникшее напряжение, и она осторожно погладила мужа по спине, пока он не смягчился и не закатил глаза.

— О, Рейнис, Визерис получит все почести, которые полагаются ему как принцу. И будет заниматься любимыми игрушками, не отвлекаясь на правление и подобную ерунду.

— Запирать в Твердыне Мейгора его ты не станешь?

— Вряд ли он меня до этого доведёт.

— Понятно.

Рейнис посмотрела на мужа, возвращая слово ему. Корлис развёл руками.

— Ты предлагаешь Веларионам отказаться от поддержки короля Визериса просто так?

— Разумеется, нет. Я предлагаю Веларионам улучшить их положение.

— Каким образом? Наша дочь в браке с ним уже стала королевой, а если он оставит трон...

— ...Если он оставит трон, его брак с вашей дочерью будет аннулирован мною в тот же день и объявлена её новая помолвка.

— С кем это? — спросил Корлис.

— С наследником Железного трона. Нашим сыном Эйгоном, который станет для моей племянницы Лейны куда более приятным мужем, чем её нынешний супруг. Когда немного подрастёт.

Корлис и Рейнис с удивлением переглянулись. Алисента решила вмешаться, сделав крохотный шаг вперёд.

— Принцесса Рейнис. Мы обе матери. И как я видела, ваша Лейна ещё совсем юная. Брак с человеком настолько старше её, как Визерис, когда будет подтверждён, не принесёт ей ничего, кроме мучений. Он не сумеет её полюбить, это ведь очевидно. Только не после королевы Эйммы. А с нашим с Деймоном сыном, с молодым женихом, у Лейны хотя бы есть на это шанс.

— И не просто шанс, — поддержал её Деймон. — Мы воспитаем в нашем сыне уважение к невесте с самого детства. Он будет ценить и восхищаться своей красавицей, и я гарантирую, что, когда придёт время жениться, Эйгон сможет достойно проявить себя и в постели. Даю слово: Лейна будет довольна мужем, как довольна мной моя жена.

— Я очень довольна Деймоном, — подтвердила Алисента. — Он всегда внимательный и заботливый любовник.

Рейнис с Корлисом переглянулись снова. Кажется, такого поворота разговора они не ожидали, но Рейнис явно заинтересовало это предложение, и Алисента решила закрепить успех, прижавшись к Деймону, и влюблёнными глазами посмотрела на него. Он ответил коротким поцелуем в губы.

Пока они любовались друг другом, откашлялся Корлис.

— Это... сильное предложение. Значит, вы прибыли сюда с ним?

— Почти, — повернулся к нему Деймон. — Я буду рад видеть тебя в своём малом совете на посту мастера над кораблями, в понимании которых ты превосходишь всех известных мне моряков.

Корлис нахмурился.

— Это так, но...

— А твоя жена будет отлично смотреться в роли моей леди-десницы.

Алисента увидела, как удивлённо округлила глаза Рейнис.

— Я?!

— Два поста в совете вместо вашего одного и помолвка Лейны с моим сыном. Вот то предложение, с которым мы прибыли сюда.

Деймон повернулся к Алисенте и втянул её в страстный поцелуй, на который она охотно ответила. Ей вообще, чем дольше, тем волнительнее было стоять рядом с мужем. Они не трахались уже три месяца, и желание оказаться под ним или на нём стало невероятно сильным. Настолько, что, когда они отстранились друг от друга, чтобы отдышаться, ей остро захотелось затащить его за ближайшие скалы и уже там оседлать.

От этой мысли её отвлёк только непривычно неуверенный голос Рейнис.

— Деймон, ты ведь сейчас с этим не шутишь?

— Ты Почти Королева, ты не глупа, у тебя есть опыт управления Дрифтмарком и твои дети уже достаточно выросли, чтобы не требовать внимания сутки напролёт, — не сводя глаз с Алисенты, перечислил Деймон. — Кроме того, я тебе должен за то, что на Великом совете поддержал Визериса, хотя у тебя было право старшинства. На трон я тебя не посажу, но ты будешь стоять рядом с ним, и однажды корону вместе с моим сыном наденет твоя дочь.

— Ты...

— Если тебе и этого мало, подумай о шансе воспитать для своей дочери зятя, каким бы ты хотела видеть его, — Деймон ласково сдвинул с лица Алисенты прядь волос.

— Ты всерьёз подпустишь меня к Эйгону?

— Наш сын сможет многому научиться у своей тётушки-десницы. И ты моя кузина, Рейнис. Я ценю свою кровь.

Алисента потянулась к мужу, чтобы поцеловать его снова, но Деймон отстранился и повернул голову к Рейнис с Корлисом.

— Обсудите пока наше предложение. Мы с женой пройдёмся.

И потащил её за руку прочь от двоих слегка растерянных и точно не ожидавших подобных условий переговорщиков. За скалы, как она и хотела. И там сразу же принялся целовать, чего Алисенте хотелось не меньше.

Жарко, чувственно, поспешно. Ей нравилось прижиматься к нему всей собой, ощущать на лице и шее его губы, на спине его ладони. Она горела и шумно дышала, наслаждаясь их близостью, но постепенно осознала, что дальше поцелуев и поглаживаний Деймон почему-то не заходит.

Воспользовавшись паузой между поцелуями, она заглянула ему в глаза.

— Я хочу тебя, Деймон.

— Уверена, что уже готова? — серьёзно спросил он. — После родов...

— После родов прошли даже не недели, а месяцы! И вообще, я... — она поозиралась, оценивая гладкость ближайших скал.

— Что?

Одна из них ей показалась подходящей.

— Помнишь, как в борделе рядом с нами оказался сир Рэндилл с какой-то дамой?

— Ты на них тогда засмотрелась, — кивнул Деймон.

— Хочу так же!

Он наморщил лоб, оглянулся на скалу, которая ей так приглянулась, и уточнил:

— Ты...

— Прямо сейчас!

Это пробило его стойкость.

Пара мгновений — и Алисента оказалась прижата спиной к той самой скале и с задранной юбкой. Она застонала, закрыв глаза, ощутив на себе такие желанные руки, всхлипнула, когда те избавили её от белья, и охотно насадилась на пару пальцев.

— Деймон!..

— Потерпи, моя девочка, я сейчас...

Ещё больше ей понравилось, когда он заменил пальцы на член.

— Да, вот так — идеально!..

Все переживания, все тревоги за мужа, испытанные без него в Красном замке, отступили и стёрлись, уступив место всепоглощающему желанию быть с ним единым целым. Как он только мог подумать, что она после рождения ребёнка станет меньше его хотеть?! Её желание вернулось, едва восстановилось тело, и уже не оставляло, приходя по ночам в виде ярких снов.

— Ещё, пожалуйста, Деймон!.. Только не останавливайся, ещё!..

— Не остановлюсь!

Кажется, он тоже вошёл во вкус, и его сильные, резкие толчки очень нравились ей. Она раскачивалась, цепляясь ногами за его поясницу, а руками — за шею, и от души понимала восторг той увиденной в борделе женщины. Её устраивало всё!

Дыхание перехватывало, пальцы на ногах поджимались, внизу живота всё сильнее концентрировалось удовольствие. Алисенте не хотелось, чтобы всё заканчивалось, и одновременно хотелось кончить поскорее. От отчаяния она даже заскулила:

— Деймон!

И увидела совсем близко его внимательные глаза, а потом услышала:

— Я всегда найду время, чтобы помочь кончить моей жене.

Её накрыло так, что исчезли и звуки, и свет, и все чувства. Это было одно большое: «Слишком», — и только потом к ней вернулись ощущение реальности, слабое понимание того, где она, и остаточная мелкая дрожь. Алисента обнаружила себя прижатой спиной к скале, шумно дышащего Деймона, уткнувшегося в неё лбом, почувствовала тепло его ладоней под бёдрами и лёгкий холодок от вытекающего семени.

— Интересно, в этот раз родится сын или дочка? — проговорила она.

Деймон поднял голову.

— Можем обойтись лунным чаем, если для тебя слишком скоро.

— Нет, я хочу родить тебе побольше. Ещё двоих или троих. А уже потом отдыхать.

— Точно?

— Да, мне нравится идея, что все наши дети будут погодками. Так они смогут дружить с рождения, вместе расти и вместе играть.

Деймон улыбнулся и легко поцеловал её в губы.

— Смотри сама.

Потом поставил её на землю.

Тихие голоса за скалой напомнили Алисенте, что они с мужем вообще-то не одни на острове, и заставили привести в порядок одежду. Затем они вышли и обнаружили Корлиса с Рейнис в хорошем настроении, да ещё и весело косящихся на них.

— Мы не рискнули вам мешать, — заметил Корлис, приобнимая за талию свою жену.

— Вы поступили правильно, лорд Корлис, — вежливо откликнулась Алисента, держась за локоть мужа.

— Ну и каким будет ваше решение? — нетерпеливо спросил Деймон у веларионской четы.

***

В слабо освещённом лунным светом сквозь единственное узкое окно каменном зале перед черепом Балериона горели свечи. Двое стражников привели Рейниру и, поклонившись, оставили её.

Она раздражённо обхватила себя руками и осмотрелась.

— Неужели меня выпустили из плена?

— Ты не была пленницей, Рейнира, — возразил Визерис. — Тебя охраняли для твоей безопасности.

— А Алисенту взять под стражу ты велел тоже для её безопасности? Или, может быть, ради безопасности ты объявил, что осудишь за измену и казнишь её?

— Алисента — это всего лишь предлог. Повод, чтобы твой дядя Деймон принял правильное решение и явился сюда. Никто бы её не тронул.

— А дядю Деймона?

Визерис опустил голову.

— Тут... другое.

— Ну, конечно, — скептически фыркнула Рейнира.

— Деймон поднял мятеж. Я дал ему время одуматься, но вместо этого он начал собирать войска. Что мне оставалось делать?

— Выслушать, почему он стал это делать, а не напускать свою стражу на его жену и трёхмесячного ребёнка, до смерти пугая их обоих!

— Я и пытался его выслушать, — возмущённо развёл руками в чёрных перчатках Визерис. — И попытаюсь снова, как только он явится сюда. Думаю, это случится уже завтра, и тогда мне понадобится твоя помощь.

— Не собираюсь я тебе помогать, — Рейнира отвернулась к черепу дракона.

— Сейчас не время для твоих капризов.

— Это не каприз, отец. Это выбор. Возможно, дядя и не прав, вот так вот принимая клятвы за твоей спиной. Но он действительно помог Долине и Северу, он спас от смерти леди Джейн, пока её король отсиживался тут за красной замковой стеной.

Визерис дёрнулся, словно получил удар. Несколько мгновений он только открывал и закрывал рот, не находя слов. Потом угрюмо покивал:

— Вот как ты заговорила...

— А ты ждал чего-то другого? — повернула к нему голову Рейнира.

— Могла бы и поддержать своего отца.

— Того, который приговорил к смерти моего дядю, всего пару лет назад велев зарезать мою мать?

— Рейнира, хватит! — вышел из себя Визерис. — У твоей матери не было шанса выжить, так распорядились боги. И твоего дядю ещё никто ни к чему не приговорил. Будет суд. А возможно, не дойдёт и до него, если он раскается и принесёт публичные извинения мне перед всеми лордами за поднятый мятеж. Тогда отделается только ссылкой вместе с женой и сыном куда-нибудь за море на десяток лет.

Тут Деймон решил, что услышал достаточно, и сделал несколько шагов вперёд из тени под очень звонкое:

— Он не раскается, отец!

— И всё-таки...

— И «всё-таки» не будет.

Визерис и Рейнира резко повернулись. Деймон прошёл ещё немного и остановился шагах в десяти от них, поглаживая пальцем навершие меча.

— Ни покаяния, ни суда. Мне не в чем каяться перед тобой.

Визерис панически заозирался.

— Где эта клятая стража?.. А, вот. Сир Гаррольд! Арестуйте моего брата.

Деймон скосил глаза на замерших у боковой стены трёх рыцарей в белых плащах, при этом ни один из них не сдвинулся с места.

— В чём дело? — не понял Визерис. — Арестуйте принца Деймона! Вам отдал приказ ваш король.

— Мы не уверены, что вы являетесь им до сих пор, — низким голосом проговорил сир Гаррольд.

Визерис опешил.

— Ч-что? Как это не уверены? Что заставляет вас в этом сомневаться?

— Нам неизвестно, есть ли ещё хоть кто-то, кто признаёт вас им, учитывая, что вашего брата именуют королём все эти лорды.

— Какие все... — Визерис проследил за взглядом сира Гаррольда Деймону за спину и осёкся, неверяще глядя туда.

Деймону даже не надо было поворачиваться, чтобы узнать, кто тоже вышел из тени и встал за ним. Лорд Корлис, принцесса Рейнис, трое Стронгов, лорд Джейсон Ланнистер, лорд Рикон Старк и леди Джейн, сир Отто, дядя Вейгон. А ближе всех — прямо за его левым плечом — любимая жена с ребёнком на руках.

Он пристально следил за братом и уловил момент, когда Визерис понял, что проиграл. Это отразилось в его глазах. Но он не был бы собой, если бы так просто сдался.

— Вот, значит, как... — протянул он.

— Как видишь, — легко пожал плечами Деймон.

— И вы решили тоже присягнуть ему, лорд Джейсон? Ваш брат же заседает в моём малом совете! Я лишь совсем недавно принял его.

— Теперь на его место сяду я. Как мастер над монетой при новом короле.

— О. А вы, лорд Корлис? Я сделал королевой вашу дочь! Исполнил вашу же мечту увидеть однажды на троне вашу кровь. Не думали, что при Деймоне ей не осуществиться?

— Она осуществится, когда леди Лейна вступит в новый брак, — ответил за Корлиса Деймон. — Я аннулирую твой с ней и заключу помолвку с моим сыном.

Визерис глянул на ребёнка и отметил:

— Этого придётся ждать долго.

— Мы не спешим, — ответил ему Корлис.

— Как знаете. Но вас как лорда-десницу Деймон не будет слушать так, как я.

— Что ж... — слегка развёл руками Корлис. — Надеюсь быть ему полезным как его мастер над кораблями.

— Не сомневаюсь, будете, — кратко ответил Деймон.

— А, ну конечно... — протянул Визерис и перевёл взгляд влево. — Сир Отто же!

— Моим десницей будет не сир Отто, а принцесса Рейнис.

Визерис даже поперхнулся, распахнув глаза.

— Ты шутишь!

— Вовсе нет.

— Она же женщина! — явно не подумав, ляпнул он, и Деймон, услышав за спиной выразительное хмыканье Рейнис, заметил:

— И умная к тому же.

— Деймон, ты это несерьёзно! — выпал от возмущения из образа обиженного человека Визерис, невежливо тыкая в её сторону пальцем. — Ты в самом деле будешь её слушать? Прислушиваться к тому, что десница говорит тебе?

— На самом деле, я планирую спихнуть ей часть своих обязанностей. А что? Её специально учил править наш дядя Эймон. Так пусть использует на благо королевства то, что узнала от него.

Визерис озадаченно наморщил лоб, словно впервые вспомнив, что их кузину в своё время готовили на роль королевы. И долго готовили! До самой смерти Эймона. Он потоптался на месте и, не найдя, что возразить, повернул голову к тихо стоящей Рейнире.

— Ты видишь?

— Вижу, отец. И я, пожалуй, признаю реальность, какой она есть, а моего дядю Деймона — моим королём.

— И очень пожалеешь. Он выдаст тебя замуж и отошлёт отсюда очень скоро. Мне даже интересно, кем будет этот захудалый рыцарь или малозначительный лорд?

Визерис посмотрел на Деймона с вызовом. Деймон перевёл взгляд на сильно напрягшуюся Рейниру, с волнением ждущую ответа. У неё даже побелели костяшки пальцев, стиснутых в замок, а всё тело вытянулось в струну. Мучить её долго ему не хотелось, так что он возразил брату:

— Ну почему же захудалый? Это будет довольно сильный рыцарь. Самый сильный в Семи королевствах, — он дал пару мгновений на осознание и повысил голос: — Выйдите к своей невесте, наследник Харренхолла Харвин Стронг!

— Слушаюсь, мой король.

На сира Харвина Деймон не оглянулся, очень внимательно наблюдая за Рейнирой. Он видел, как расширились от удивления её глаза и приоткрылся рот. Как она взволнованно потопталась на месте и посмотрела туда, где стояла Алисента, а потом и на него — Деймон улыбнулся ей.

Затем всё внимание Рейниры перешло к сиру Харвину, который остановился перед ней боком к остальным зрителям, глядя при этом с огромной теплотой, и приглашающе протянул руку. Рейнира, сглотнув, положила тонкие пальчики на его ладонь, и сир Харвин медленно склонился и поцеловал ей костяшки пальцев, глядя только в глаза.

— Для меня честь составить ваше счастье, принцесса, — низким голосом проговорил он и поцеловал её руку снова. Затем прижал её ладонью себе к груди. — И ради вас я сделаю всё.

— Я... рада, что это будете вы, сир Харвин.

Она заметно порозовела, и сир Харвин отпустил её руку, после чего зашёл за спину и встал там, как верный страж. Рейнира пару раз быстро оглянулась на него, а потом сделала крошечный шаг назад, чтобы прижаться к нему спиной. После этого сир Харвин деликатно приобнял её за талию своей большой рукой.

Пару они составили достойную: раскрасневшаяся, но сверкающая глазами принцесса и спокойный здоровяк с явно читаемым: «Я защищу её от чего угодно», — на красивом лице. Деймон оглянулся на Алисенту — та счастливо улыбалась, радуясь за подругу. Потом взглянул на Визериса — тот смотрел на новую пару с чем-то похожим на одобрение, не сумев остаться равнодушным к такой явной радости любимой дочери.

Словно почувствовав его взгляд, Визерис отвёл глаза от Рейниры и неохотно сказал:

— Что ж, ладно. Пусть это будет наследник Стронг.

— Пусть.

Они оба помолчали, глядя друг на друга. О чём думал в этот момент Визерис, Деймон не знал, но терпеливо ждал его следующих слов или действий. Ситуация была слишком хорошо понятна им обоим.

Затем Визерис молча двинулся к нему и остановился, лишь когда между ними осталась пара шагов. Это уже выглядело смело, учитывая его панику в самом начале, когда он звал на помощь белых плащей. Осталось лишь узнать, насколько далеко эта смелость зайдёт, и Визерис, помедлив, вынул из-за пояса кинжал, а затем после короткого колебания протянул его рукоятью вперёд.

— Я, Визерис Таргариен, первый своего имени, отрекаюсь от трона в пользу моего брата Деймона Таргариена ради мира в королевстве и семье.

Деймон сомкнул пальцы на рукояти.

— Я принимаю это решение как новый король.

— Сунь его как-нибудь в огонь... хотя, думаю, ты и так всё знаешь.

Деймон не совсем понял, о чём он вообще, но кинжал за пояс убрал, решив изучить его позже, и взамен протянул Визерису свой. Тот не без удивления его принял и спросил:

— Какой будет моя судьба при новом короле?

— Вполне достойной. Мейстер Герардис прибудет с Драконьего камня уже завтра к утру и поможет великому мейстеру вылечить твою руку. Ты будешь стоять на самом почётном месте на моей коронации, а потом выполнишь приказ короля: напишешь нашу историю.

— Историю?

— Да. Валирийскую и андальскую, Вестероса и Эссоса. Ты посетишь лучшие библиотеки по обе стороны Узкого моря и поднимешь все старинные свитки. Никто не знает о нашем прошлом больше. И никто не справится с этой работой лучше тебя.

У Визериса впервые за вечер вспыхнул заинтересованный огонёк в глазах.

— Это... большая работа, Деймон.

— Верно. Но я с ней тебя не тороплю. Занимайся столько, сколько понадобится. Дели на этапы. Путешествуй со всеми почестями как принц Таргариен и возвращайся в наш дом, чтобы рассказать то, что узнал, моим детям. Они точно будут этого ждать.

— Вот как...

— Им и моему малому совету, у которого всегда найдётся время, чтобы выслушать тебя.

У Визериса дрогнули уголки губ, но он ещё пытался оставаться серьёзным:

— Что, позволишь мне смиренно примоститься у двери?

— Лучше! У тебя будет постоянное место за столом: ты станешь моим мастером над историями, Визерис.

Тут он всё-таки фыркнул и воскликнул:

— Но в малом совете нет такой должности, Деймон!

Деймон шагнул к нему вплотную и сказал очень чётко:

— Её нет. Но ты по-прежнему мой брат, Визерис. Должность появится в моём совете специально для тебя.

Это было последней точкой, Визерис моргнул. А потом они молча и крепко обняли друг друга, отчего Деймон ощутил, что вместе с этими объятиями уходит и страх — тот самый, сидевший где-то на донышке души все эти два года и касавшийся того, что его старшему-младшему брату придётся так рано умереть.

Не придётся!

Он крепко зажмурился, а потом посмотрел на своего дядю Вейгона — тот снисходительно улыбался, но бесшумно целых пару раз сомкнул и разомкнул ладони в намёке на аплодисменты. Это было явным признанием того, что ему всё удалось.

Деймон перевёл взгляд на Рейниру с сиром Харвином. Племянница выглядела растроганной, а её жених уже двумя большущими руками прижимал её к себе.

Он нашёл взглядом жену. Алисента и вовсе стирала со щёк слёзы, а малыш Эйгон заинтересованно ей в этом помогал. Деймон подумал, что ему досталась очень сентиментальная жена.

Остальные присутствующие лорды, леди и рыцари старательно делали вид, что очень заняты разглядыванием стен и тихими разговорами друг с другом. А потом и вовсе принялись уходить один за другим, и разошлись в итоге все, так что остались только Алисента с Эйгоном.

Визерис задышал глубоко и ровно, и Деймон его отпустил.

— Не злись на меня, брат.

— Я и не злюсь, Деймон. Я ещё не сошёл с ума, чтобы винить тебя за явные происки богов. Ты же так поступил, потому что что-то там увидел в том сне ещё два года назад, я прав?

— Я увидел, что иначе ты умрёшь. И не только ты. Но если ты всё понимал, то...

— Власть — это слишком сильное испытание, чтобы не попытаться за неё удержаться, — обезоруживающе улыбнулся Визерис. — Прости и ты меня за ход с твоей женой.

— Она умница и не держит на тебя зла, как и я.

Деймон посмотрел на Алисенту, и та, кивнув, улыбнулась. Визерис тоже оглянулся на неё и Эйгона.

— Леди Алисента. Что ж, я рад, Деймон, что тебе настолько повезло с женой. Она даже подарила тебе сына и так скоро.

— А тебе — племянника.

— Это так. И мне будет что ему рассказать, если ты, конечно, не шутил о том, что доверишь мне поиск историй для твоих детей.

— Не шутил. Тебе, правда, предстоит выдержать конкуренцию за его внимание с его дедом Отто, Рейнирой и нашей кузиной Рейнис, но я почему-то в тебя верю.

Визерис на это тихо рассмеялся и покачал головой.

— Что ж, пойду, пожалуй, их искать. Ваше величество.

Он бодрой походкой покинул тёмный зал, и Деймону показалось, что брат, скинув королевский долг, даже спину стал держать прямее. И это обнадёживало.

Когда Визерис скрылся за поворотом, Деймон повернулся к Алисенте с Эйгоном и залюбовался ими. Маленький сереброволосый принц и рыжая красавица-королева. Невероятно привлекательные в свете пламени от сотен свечей.

— Иди ко мне, башенка.

Алисента сверкнула глазами, перехватила сына другой рукой и протянула:

— Ты это сейчас серьёзно?

— А то! — Деймон приглашающе раскинул руки в стороны. — Самую очаровательную на свете башенку очень ждёт её дракон.

Конец