Глава 70 (заключительная)

Слеза прокатилась по моей щеке и упала на деревянный пол. Неужели Флавии, частички моей мамы, столь замечательной совы, которая стала для меня другом, больше нет? Одли сделал своё дело. Я не умерла физически, но всё хорошее, что только было во мне начало погибать. Скорбь и печаль сменили ненависть и жажда мести.

- Я убью его! - крикнула я и, резко развернувшись, хотела отправиться к лежащему на полу Одли, но Джеймс не дал мне сделать этого, обхватив меня руками и прижав к себе.

- Эйприл, не надо, - начал упрашивать он. - Не надо, слышишь?

Я всё продолжала рваться в сторону Одли, но вскоре мои и без того слабые силы иссякли, и я, прекратив попытки, уткнулась в Джеймса и заплакала. Сейчас больше всего мне хотелось именно этого - выливать своё горе и отчаяние наружу. "Смирись, смирись, смирись", - повторяла я себе.

- Эйприл, - кто-то потянул меня за край футболки.

Я отстранилась от Джеймса и обернулась назад. Пейдж, смотря на меня жалобным взглядом, стояла позади меня. На её щеке темно-шоколадного цвета виднелась небольшая ранка. Я присела перед девочкой на корточки.

- Кто это тебя так? - спросила я, рассматривая царапину.

- Почему ты плачешь? - спросила она, проигнорировав мой вопрос. - Не плачь! Если ты будешь плакать, я тоже заплачу.

- Флавии больше нет, - с горечью ответила я и замолчала.

В ответ Пейдж просто меня обняла, и мне стало немного легче.

- Ты меня защищала, да? - спросила она. - Поэтому пошла сюда?

- Ну да. Мы ведь друзья.

- Конечно же друзья.

Выдавив улыбку, я встала на ноги и невольно осмотрела комнату. Одли, который уже успел прийти в себя, был поднят двумя незнакомыми мне рогризами, остальные же продолжали стоять на коленях, держа руки за спиной, как пойманные с поличным и арестованные преступники. Хотя, таковыми они и являются.

По комнате эхом разлетелся голос Маркуса, который сказал что-то на рогсктимском.

- Маркус! - крикнула я и начала быстрым шагом к нему подходить, чтобы узнать, что именно он сказал. Он удивленно на меня посмотрел и согнал ворона со своего плеча, прежде чем я подошла. - Что ты только что сказал?

- Я сказал, что этих плохих ребят нужно показать Совету, - рассудительным тоном произнёс он. - Пусть там решают, что с ними делать.

- Хорошо, только отпусти мистера Паркера, ладно? - попросила я, указывая на отца Джеймса.

- С чего это вдруг? - хмыкнула Ева.

- Он против Одли, - ответила я. - Он отказался быть его приспешником.

- Пожалуйста, - сзади подошёл Джеймс.

Маркус посмотрел на него, затем на меня, затем на Скотта и с согласием махнул рукой.

- Ладно, - кивнул он и жестом показал рогризам отпустить Паркера старшего.

Тот поднялся на ноги и встал рядом с сыном.

- Спасибо, - шепнул он мне.

- Это всё? - спросил меня Маркус.

Я оглядела всех схваченных, и мой взгляд остановился на Гвен, что стыдливо, а может, и просто так, опустила глаза, уставившись в пол. Сейчас она выглядела такой жалкой, и совсем не было похоже, что она собиралась избавиться от Одли. Я подошла к ней и снова присела на корточки.

- Гвен, - сказала я, на что она нехотя подняла на меня глаза.

- Чего? - довольно грубо буркнула она.

- И что теперь? - поинтересовалась я.

- Что теперь, - передразнила она меня. - Просто не повезло, понимаешь? Я позвала вас жить к себе только потому, что мне действительно нравится твой отец. Я надеялась на то, что мы создадим хорошую семью, а вы ничего не будете знать о том, кто я и чем занимаюсь. Но потом оказалось, что ты стала рогризом, и мне сразу стало понятно, что из-за этого всё изменится. Повторяю, не повезло. Теперь, скорее всего, мне, как и остальным, запретят появляться в этом городе. А вот насчёт отношений с твоим отцом... Не знаю, выгонять я вас не хочу. Но даже если мы и создадим семью, не знаю, как мы с тобой будем друг к другу относится.

- Может, всё таки, всё наладится? - осмелилась предположить я. - Мне не хочется мешать вашей свадьбе.

- Посмотрим, - как-то неоднозначно ответила Гвен.

***

Рогризы, что помогли нам, повели пойманных к Совету, Федерико любезно с нами распрощался и получив, от меня слова благодарности, отправился домой. Мы же пересекали практически пустые улицы города одной большой компанией, состоящей из шести человек, идя в сторону портала. Джеймс шёл рядом со мной, обхватив меня за плечи и с большим интересом рассматривая Рогсктим.

- Слушай, - обратилась я к нему, и он тут же посмотрел на меня. - Я тут подумала, что даже и не поблагодарила тебя.

- Да ладно, - смущённо отмахнулся он.

- Нет, правда, спасибо тебе за то, что защищал меня. Ты настоящий герой.

- Даже так?

- Даже так, - я поцеловала его в щеку. - Так ты расскажешь мне всю историю?

- Ладно, - начал он. - Когда мы ещё стояли на этой поляне, я увидел в кустах Пейдж, которая кивнула мне, когда Одли предложил мне выбирать. Тогда я и отпустил тебя, так как понял, что у этой девочки есть план. Когда вы ушли, она рассказала мне о нем. Хоть я и не был в нем уверен, другого плана у нас не было, поэтому я был обязан согласиться, чтобы только тебе помочь. Пейдж знала, как сделать так, чтобы я смог пройти через портал, потому провела меня. Когда мы уже были в городе нам встретились Ева и Маркус, которым мы объяснили ситуацию. Те, в свою очередь, начали просить незнакомых рогризов на улице о помощи, и некоторых нам практически сразу удалось уговорить, так как они поняли ситуацию. Потом мы встретили Федерико и уже все вместе придумали план. Вот и всё, впрочем.

Ева и Маркус, доведя нас до портала, сказали, что должны остаться здесь, чтобы вернуться в Совет в качестве свидетелей, велев отцу Джеймса, который тоже рвался с ними, не лезть, ведь он может оказаться подсудимым. Я поблагодарила их за всё то хорошее, что они только для меня сделали. Затем мы извинились друг перед другом за ложь и ругань и на этой довольно положительной ноте разошлись. В своём мире, где уже почти был вечер, Скотт отправился домой, а я и Джеймс решили проводить Пейдж. Благодаря тому, что здесь был мотоцикл Джеймса, на котором он несколько часов назад приехал к лесу, обогнав меня, Гвен и своего отца, мы сделали это дело быстро и вернулись домой, где меня с расспросами встретил жутко обеспокоенный отец. Мне пришлось долго и много врать ему, прежде чем он успокоился. Тем не менее, я была невероятно рада его видеть.

Когда допрос был окончен, я и Джеймс решили подняться в мою комнату, чтобы поговорить.

Мы сидели на кровати и обсуждали всё то, что произошло. Я еле как сдерживала слезы, чтобы только не расплакаться. Больше всего меня пугало то, что никакой тоски по Флавии я не чувствую. Неужели разделение действует так сильно?

- Не переживай, Эйп, - Джеймс крепко меня обнял.

Больше он не мог ничего сказать, но мне большего и ненужно было. Рядом с ним, находясь в его объятиях и чувствуя тепло его тела, я совсем успокоилась. Уже через мгновение наши губы соприкоснулись, и мы, уже совсем не смущаясь и не стыдясь друг друга, начали целоваться. Тёплые чувства целиком заполнили меня, вынуждая осознать то, что я теперь не смогу представить своей жизни без Джеймса. Мне снова было хорошо.

Мы целовались очень долго, когда вдруг раздался очень знакомый шелестящий мне звук. Я отстранилась от Джеймса и оглянулась назад. На подоконнике, медленно моргая круглыми глазами и переминаясь с лапы на лапу, сидела Флавия, которая смотрела точно на меня. Я, совсем потеряв дар речи, уставилась на неё, чувствуя лишь радость и удивление вперемешку.

- Эйп, это же... - с восторгом проговорил Джеймс.

- Флавия! - воскликнула я и подбежала к сове. - Да как же ты...

Я взяла её в руки и прижала к себе. Господи, как же я была счастлива в этот момент. Мне уже было всё равно, как это случилось, для меня главным было то, что Флавия со мной, она жива и с ней всё в порядке.

***

Экзамены и выпускной бал уже позади. Свадьба моего отца и Гвен, которая, по моему мнению сделала правильный выбор, прошла как нельзя лучше. Вообщем, в этом отношении все счастливы.

Пользуясь мгновениями лета, я и Джеймс стараемся как можно больше времени проводить вместе. Вот и сейчас мы сидим в обнимку на берегу моря и смотрим на то, как волны с шумом бьются о пирс, обдавая нас прохладными каплями.

- Так когда ты уезжаешь в университет? - спросил Джеймс.

- Через месяц, а ты?

- Тоже.

- Значит, будем общаться на расстоянии.

- Тебя это пугает?

- Нет, но я буду по тебе скучать.

- Ты даже не представляешь, как я буду по тебе скучать.

Когда солнце начало клониться к закату, я и Джеймс замолчали, чтобы в тишине встретить это прекрасное природное явление. Эта тишина помогла мне как следует всё обдумать. Я думала о том, как сильно изменилась моя жизнь, как сильно может меняться жизнь вообще. Благодаря переезду папа счастлив с Гвен, а я нашла себе таких необычных, но всё же замечательных друзей, встретила любовь, узнала что такое настоящее приключение, поверила в волшебство и стала частью этого волшебства сама. Волшебство есть, и это факт. Хорошее случается, и это факт. Выход есть всегда, и это факт. Если же кажется иначе, нужно лишь научиться верить в это, и тогда ты сам во всём убедишься.

Нужно лишь научиться верить.