Глава 41

- Итак, у меня всё расписано по минутам, потому времени терять нельзя, - тараторил Джеймс, когда мы шли по заснеженной дороге.

Первую половину дня Джеймс провёл со своими родителями, а во второй мы вдвоём отправились туда, куда запланировал он.

- У тебя ведь ничего не запланировано по минутам, так? - с ухмылкой спросила я.

- Конечно, нет, - хмыкнул Джеймс. - Мы просто будем отлично проводить время, но только так, как хочу я.

- Безусловно, - согласилась я.

Пока мы шли, у меня из головы не уходила мысль, касающаяся просьбы близнецов. Я не могу выполнить её, потому что просто не хочу прекращать общение с Джеймсом, которое стало неотъемлемой и важной частью моей жизни. Ева и Маркус кажутся какими-то запуганными страшилками о нерогризах, и потому нет смысла им поддаваться. Они боятся того, чего сами никогда не видели, и вбивают этот нелепый страх мне. Всем рогризам, Джеймсу и мне ничего не угрожает, а значит менять что-либо просто глупо.

- О чем задумалась? - весело спросил Джеймс. - Ты какая-то хмурая.

- Ни о чем, - поспешно ответила я.

- Ну, хорошо, - кивнул он. - Мы почти на месте.

Через несколько минут мы свернули на очередной улице и оказались прямо перед огромным ледовым катком, который был заполнен большим количеством людей. Гул людских голосов приглушали рождественские песни, что звучали отовсюду, всё вокруг было украшено гирляндами и лампочками, что пока были не включены.

- Каток? - немного испуганно спросила я.

- Ага, - ответил Джеймс и посмотрел на меня. - Только не говори, что не умеешь кататься.

- Не умею, - подтвердила я.

То, что я умею кататься на скейтборде, не меняет моего отношения к другим средствам передвижения, используемых только для развлечения, к которым относятся коньки. Моё вечное сидение дома не позволяло мне научится кататься по льду, хотя однажды я всё же решилась. Обернулось это не самым лучшим образом, потому желание ездить на чем-либо ещё у меня отпало.

- Значит, научишься! - радостно воскликнул Джеймс и, схватив меня за руку, поволок к катку.

- Я пыталась, и у меня не получилось, - заныла я.

- Да это то же самое, что и скейт, - отмахнулся он, продолжая вести меня за собой.

- А вот и нет, - буркнула я.

Конечно, мои уговоры оказались напрасными. Уже через несколько секунд я стояла на льду, опираясь на бортик, отчаянно боясь свалится на твёрдую и холодную поверхность. Джеймс легко подъехал ко мне и положил руки мне на плечи.

- Стоять очень весело, да? - улыбаясь, спросил он.

- Помогает не грохнуться, - ответила я.

- Да ладно тебе, Эйп. Поехали. Я буду тебя поддерживать. Физически и морально.

- Лучше просто физически.

- Хорошо, просто физически. Ты же у нас физик, верно?

Я посмотрела на Джеймса, нахмурив брови, и он, кажется, повеселел ещё больше.

- Я соглашаюсь только потому, что у тебя день рождения, - сказала я, отпуская руками невысокий заборчик.

- Отлично! - Джеймс взял меня за руки. - Тогда давай.

Стоять на коньках у меня настойчиво не получалось. Джеймсу всё время приходилось меня держать, чтобы я не упала на лёд. Но, стоит признать, было довольно весело. Обучение меня катанию не могло не вызывать смех. Когда я наконец научилась просто стоять без помощи Джеймса, он начал учить меня хоть как-то передвигаться. Это, естественно, оказалось куда более сложнее. Мне удалось научиться проезжать несколько метров вперёд, но каждый раз мне приходилось останавливаться при помощи Джеймса, что ужасно его веселило. Я даже начала злится на него, но эта злость проходила мгновенно, так как невозможно было не засмеяться, когда видишь, как смеётся он сам.

Я совсем перестала следить за временем, потому что мне этого просто не хотелось. Столь веселое времяпровождение отвлекало меня от ненужных и не самых приятных мыслей, что заполняли мою голову постоянно. На самом деле, было странным то, что Джеймс в свой день рождения уделяет больше времени и внимания мне, чем я уделяю ему. Это казалось странным, ведь всё должно быть в точности до наоборот. Я не могла задать этот вопрос Джеймсу, так как мне этого не позволял нескончаемый смех.

- Мне кажется, или мы продлили себе жизнь на много лет вперёд, - спросил Джеймс, когда мы покинули каток. - Я никогда так долго и много не смеялся.

- Наверное, - согласилась я. - Было очень весело.

- Было? - с ухмылкой переспросил Джеймс. - Веселье продолжается!

В этот момент в меня прилетел холодный снежок, отчего я даже отшагнула в сторону.

- Ах вот ты как! - воскликнула я и, зачерпнув снега из ближайшего сугроба, бросила снежок в Джеймса.

Началась самая настоящая битва. Ни я, ни Джеймс сдаваться не собирались. Снежок за снежком пролетали друг за другом. Когда через несколько минут я заметно устала, Джеймс, заметив это, не теряя времени, повалил меня прямо в сугроб, упав при этом рядом, заливаясь смехом. Мне так же не удавалось прекратить смеяться. Мы лежали рядом на холодном снегу, пытаясь успокоится, очень долго.

- Теперь мы точно бессмертные, - тяжело дыша от недавно прекратившегося смеха, сказал Джеймс.

- Ага, - также тяжело дыша, ответила я. - Ещё и замёрзшие.

Джеймс приподнялся на локте и посмотрел на меня.

- Ты замёрзла? - спросил он.

- Не очень, а ты?

- Тоже. Но нам всё равно нужно согреться.

Он поднялся на ноги и, протянув мне руку, помог встать.

- Пошли, - сказал он, очень мило отряхивая снег со своих волос.

- Куда? - спросила я, также отряхиваясь.

- Перекусим, - ответил он. - Я знаю отличное место.

Он надел свою сумку через плечо, содержимое которой оставалось для меня загадкой весь день, и кивнул в сторону. Мы, немного ёжась от холода, шагали по дороге, пока, наконец, не достигли маленького, но очень уютного кафе.

- Давно хотела спросить, что у тебя в сумке? - спросила я, когда после долгого разговора за небольшим ужином мне в голову пришёл этот вопрос.

Джеймс молча открыл сумку и достал оттуда альбом.

- Твои рисунки, - с пониманием кивнула я.

- Да, и я бы хотел, чтобы среди них был и твой, - ответил он.

- В каком смысле?

- Ты что-нибудь нарисуешь здесь, - он показал пальцем на пустой лист. - На память.

- Я только испорчу альбом с твоими замечательными рисунками своим ужасным, - хмыкнула я.

- Эйп, пожалуйста, - он жалобно на меня посмотрел. - В честь моего дня рождения.

Я посмотрела в его глаза и поняла, что отказать не могу. Слишком уж он умеет уговаривать одним лишь взглядом.

- Давай сюда свой альбом, - я протянула руку.

Джеймс улыбнулся, отдал мне альбом, а затем достал коробку заточенных цветных карандашей.

- Дерзай, - сказал он.

- Я не знаю, что нарисовать, - с досадой ответила я.

- Включи воображение.

- С этим у меня туго.

- А ты попробуй.

Я наугад взяла карандаш из коробки. Мне попался фиолетовый. Теперь осталось решить лишь одну проблему, разобраться с которой мне не позволяет моя скудная на выдумывания фантазия - что же такого необычного стоит нарисовать...