Воссоединение с семьей

Новый Орлеан встретил Энни неожиданно ярким солнцем и теплом. Девушка брела по улицам Французского квартала, рассматривая старинную архитектуру и вслушиваясь в звуки джаза, доносящиеся из открытых окон. Она еще не до конца верила, что действительно решилась на этот шаг – приехать в город, где обосновалась семья древнейших вампиров.

Особняк Майклсонов возвышался в конце улицы, и с каждым шагом сердце Энни билось все чаще. Она остановилась перед массивными воротами, на мгновение задумавшись. Но что-то подсказывало ей, что здесь, в этом чужом городе, она может обрести нечто важное.

Глубоко вздохнув, Энни нажала на дверной звонок.

Несколько минут ничего не происходило, но вдруг дверь распахнулась, и на пороге появился Элайджа. Увидев девушку, он на мгновение замер, а затем на его лице появилась редкая, но искренняя улыбка.

– Энни Гилберт, – произнес он с той особенной манерой, которая была присуща только ему. – Какой неожиданный, но приятный сюрприз.

– Здравствуй, Элайджа, – Энни неловко улыбнулась. – Я надеюсь, что не помешала.

– Ты никогда не можешь помешать, – он отступил в сторону, жестом приглашая её войти. – Наш дом всегда открыт для тебя.

Энни переступила порог, оказавшись в просторном холле. Интерьер особняка сочетал в себе старинную роскошь и современный комфорт – в точности как сами Майклсоны, древние существа, живущие в современном мире.

– Я думал, что после всего произошедшего в Мистик Фоллс ты предпочтешь держаться подальше от нашей семьи, – заметил Элайджа, проводя её в гостиную.

Энни опустила взгляд.

– После того, что случилось с Колом... Я долго не могла найти себе места. С Еленой у нас отношения хуже некуда, а мне... – она запнулась. – Мне нужно было что-то изменить.

Элайджа понимающе кивнул.

– Семейные узы не всегда оказываются крепче, чем мы ожидаем. Даже если речь идет о близнецах.

В этот момент в комнате появилась незнакомая Энни темноволосая девушка. Она с любопытством посмотрела на гостью.

– А вот и новые лица в нашем доме, – произнесла она с легкой улыбкой.

– Позволь представить, – сказал Элайджа. – Хейли Маршалл. Хейли, это Энни Гилберт, сестра Елены.

– О, та самая Елена, – Хейли понимающе улыбнулась. – Наслышана о вашей семье.

– Надеюсь, не только плохое, – Энни протянула руку для приветствия.

Когда они пожали друг другу руки, Энни заметила особое сияние в глазах девушки и едва уловимое изменение её ауры. Прежде чем она успела что-либо спросить, Хейли словно прочитала её мысли.

– Да, я беременна, – она положила руку на пока еще плоский живот. – И это... сложная история.

Энни выглядела удивленной, но Элайджа жестом остановил дальнейшие расспросы.

– Думаю, нам стоит присесть. История действительно необычная, и, полагаю, тебе будет интересно узнать, как изменилась жизнь нашей семьи с момента переезда в Новый Орлеан.

Они расположились в гостиной. Хейли извинилась и вышла, сославшись на усталость, а Элайджа начал рассказывать Энни о текущем положении дел в городе.

– Новый Орлеан всегда был особенным местом для нашей семьи. Мы построили его, и он был нашим домом долгие годы, пока Майкл не вынудил нас бежать. Теперь, когда мы вернулись, оказалось, что город изменился. Марсель, которого Никлаус когда-то спас и воспитал как сына, теперь правит здесь.

– Марсель? – переспросила Энни. – Я никогда о нем не слышала.

– Мы редко говорили о нем, – Элайджа поправил манжету рубашки. – Для Никлауса эта тема всегда была... болезненной. Марсель занял наше место и установил свои правила. Но теперь всё постепенно меняется.

Голос за спиной Энни заставил её вздрогнуть.

– Меняется – это мягко сказано, брат.

Энни обернулась и увидела Клауса, стоящего в дверном проеме. Их взгляды встретились, и на долю секунды ей показалось, что она увидела в его глазах что-то похожее на искреннюю радость.

– Маленькая Гилберт, – протянул Клаус, входя в комнату. – Рад, что ты всё-таки решила зайти.

Клаус усмехнулся и сел напротив неё.

– Кстати, как твоя сестра? Всё еще путается в чувствах между братьями Сальваторе, или наконец определилась?

– Она с Деймоном, – коротко ответила Энни. – И я не хочу об этом говорить.

Клаус внимательно посмотрел на неё, и в его взгляде промелькнуло понимание.

– Ясно. Что ж, добро пожаловать в Новый Орлеан, – он неожиданно смягчился. – Если тебе понадобится гид по городу или защита от местных... заинтересованных сторон, я всегда рад помочь.

– Спасибо. Я, пожалуй, приму твою помощь. Город кажется... сложным.

– О, ты даже не представляешь, насколько, – Клаус улыбнулся. – Завтра я покажу тебе настоящий Новый Орлеан. Не тот, что видят туристы, а тот, что кипит магией и древними силами.

В этот момент телефон Энни завибрировал. Она извинилась и прочитала сообщение, после чего её лицо осветилось улыбкой.

– Что-то хорошее? – поинтересовался Элайджа.

– Это Ребекка, – ответила Энни. – Пишет, что скоро будет в городе и хочет встретиться.

Клаус закатил глаза.

– Моя сестра никогда не упустит возможности повидаться с подругой и обсудить последние сплетни.

– Не будь таким циничным, Никлаус, – заметил Элайджа. – Ребекка всегда тепло относилась к Энни. Особенно после того, как она поддержала нашу сестру в трудный момент.

Энни вспомнила, как помогала Ребекке справиться с потерей Мэтта, и грустно улыбнулась.

– Я тоже рада скоро её увидеть. Мне не хватало... ваших семейных драм, – она слегка усмехнулась.

– О, их у нас предостаточно, – Клаус поднялся. – Если останешься с нами, драм будет столько, что на всю жизнь хватит. Кстати, где ты остановилась?

– В общежитии от университета, – ответила Энни.

– Чепуха, – отрезал Клаус. – В нашем доме полно свободных комнат. Элайджа, будь добр, подготовь для нашей гостьи одну из них. Желательно подальше от комнаты Хейли – её утренняя тошнота может быть... утомительной для окружающих.

Элайджа бросил на брата неодобрительный взгляд, но кивнул.

– Энни, ты действительно можешь остаться у нас, если хочешь. Здесь безопаснее, чем в любом месте города.

Энни колебалась. Жить под одной крышей с Первородными казалось одновременно заманчивым и пугающим. Но что-то подсказывало ей, что именно здесь она сможет наконец почувствовать себя... дома.

– Спасибо, – наконец произнесла она. – Я с благодарностью принимаю ваше предложение.

Клаус удовлетворенно кивнул.

– Отлично. Элайджа покажет тебе твою комнату, а я пока организую перевозку твоих вещей.

– Не стоит, я могу...

– Я настаиваю, – прервал её Клаус, и в его тоне не было места для возражений.

Когда Клаус вышел, Элайджа повернулся к Энни.

– Не обращай внимания на его манеры. В глубине души он рад видеть знакомое лицо из прошлого. Особенно того, кто был близок с Колом.

При упоминании имени Кола сердце Энни сжалось.

– Я до сих пор скучаю по нему, – тихо произнесла она.

– Мы все скучаем, – Элайджа положил руку ей на плечо. – Возможно, именно поэтому Никлаус так стремится защитить тебя. Ты – живое напоминание о лучших временах нашего брата.

Энни кивнула, чувствуя, как в груди разливается тепло. Возможно, переезд в Новый Орлеан был правильным решением. Возможно, здесь, среди тех, кто тоже потерял Кола, она наконец сможет исцелиться.

– Пойдем, – Элайджа жестом пригласил её следовать за ним. – Я покажу тебе твою комнату. А завтра... – он слегка улыбнулся. – Завтра тебя ждет настоящее знакомство с Новым Орлеаном.

Хейли, которая до этого молча наблюдала за разговором, подошла к Энни.

– Как тебе университет? – спросила она.

– Пока сложно сказать, – ответила Энни. – Прошло не так много времени с начала семестра. Но преподаватели действительно впечатляющие. Особенно профессор Вильямс, который ведёт курс по истории Нового Орлеана.

– Вильямс? – Клаус рассмеялся. – О, этот старик. Он рассказывает совершенно неверную версию основания города. Я мог бы поделиться с тобой гораздо более точными деталями.

– Думаю, Энни не стоит писать в своих работах информацию, полученную от тысячелетнего вампира, – заметила Хейли с усмешкой. – Это может вызвать некоторые вопросы.

– В любом случае, – вмешался Элайджа, – мы рады, что ты решила продолжить образование именно здесь, Энни. И если у тебя возникнут какие-либо проблемы – академические или иные – ты всегда можешь обратиться к нам за помощью.

В этот момент в гостиную вошла молодая темнокожая девушка с серьезным выражением лица.

– Извините за вторжение, – обратилась она к Клаусу, – но у нас проблемы на территории ведьм. Они требуют твоего присутствия.

Клаус нахмурился.

– Что ещё им нужно?

– Они не сказали. Только что это касается ритуала жатвы и... – девушка бросила быстрый взгляд на Энни, – других деликатных вопросов.

– Тогда пусть подождут, – отрезал Клаус. – Иногда королю полезно заставить своих подданных немного поволноваться.

Ведьма бросила на него недовольный взгляд, но больше не возражала.

– Пойдём, – Клаус протянул руку Энни. – Город ждёт.

***

Новый Орлеан открывался перед Энни с совершенно новой стороны. Они с Клаусом шли по узким улочкам Французского квартала, и она с удивлением наблюдала, как прохожие расступаются перед ними, а некоторые даже склоняют головы в знак уважения.

– Они знают, кто ты, – заметила Энни.

– Это мой город, – просто ответил Клаус. – Они чувствуют это, даже если не понимают причины своего страха.

– И это тебе нравится? Что люди боятся тебя?

Клаус остановился и посмотрел на неё с интересом.

– Знаешь, в чем разница между страхом и уважением, Энни? В их долговечности. Страх мимолётен, он проходит, как только исчезает угроза. Уважение же остаётся.

– И чего ты хочешь добиться в Новом Орлеане?

– Всего, – он улыбнулся. – Я хочу вернуть то, что принадлежит мне по праву.

Они свернули на менее людную улицу, где Клаус остановился перед неприметной дверью.

– Здесь собираются те, кого обычные люди не замечают, – сказал он, открывая дверь перед Энни. – Ведьмы, оборотни, вампиры – все, кто составляет настоящую сущность этого города.

Внутри оказался просторный бар, где, несмотря на дневное время, было многолюдно. Энни сразу почувствовала особую атмосферу – здесь было что-то от Мистик Гриля, но с гораздо более тёмной энергетикой.

– Клаус, – бармен кивнул, когда они приблизились к стойке. – Твой обычный?

– И что-нибудь особенное для моей спутницы, – Клаус указал на Энни.

Пока бармен готовил напитки, Клаус вполголоса пояснял:

– Видишь группу в углу? Ведьмы французского квартала. Очень влиятельны и очень недовольны моим присутствием. А те двое у окна – оборотни из болотных кланов. Временные союзники, но я бы не доверял им своей спины.

– А кто тот мужчина, который смотрит на нас? – спросила Энни, заметив темнокожего мужчину, наблюдавшего за ними с верхнего яруса бара.

– А, Марсель, – лицо Клауса слегка помрачнело. – Мой бывший протеже. Сейчас он считает себя королём этого города. Временным королём.

В этот момент телефон Энни снова завибрировал. Она достала его и улыбнулась, читая сообщение.

– Опять Ребекка? – спросил Клаус.

– Да, – Энни подняла глаза. – Она пишет, что будет в городе уже сегодня вечером и хочет встретиться со мной наедине. Без вас.

Клаус рассмеялся.

– Конечно, без нас. Моя сестра обожает драматичные появления и тайные встречи. Но будь осторожна – Новый Орлеан не Мистик Фоллс. Здесь опасности гораздо реальнее.

– После всего, что я пережила в Мистик Фоллс, трудно представить что-то более опасное, – заметила Энни, отпивая из бокала.

Клаус внимательно посмотрел на неё.

– Кол многое рассказывал о тебе, знаешь? О твоей смелости. О том, как ты не боялась противостоять даже Елене, когда дело касалось принципов.

При упоминании имени Кола сердце Энни болезненно сжалось.

– Я до сих пор скучаю по нему, – тихо произнесла она.

– Мы все скучаем, – неожиданно серьёзно ответил Клаус. – Кол был... сложным. Но он был частью нашей семьи. Всегда и навечно.

– Всегда и навечно, – эхом повторила Энни, вспоминая, как часто слышала эту фразу от Кола.

Они сидели в молчании несколько минут, каждый погруженный в свои мысли. Затем Клаус словно встряхнулся и вернулся к своему обычному саркастичному тону.

– Ну, хватит меланхолии. Я обещал показать тебе настоящий Новый Орлеан, а не заставлять грустить о прошлом.

Он встал и протянул ей руку.

– Идём. Есть ещё много мест, которые ты должна увидеть, прежде чем солнце сядет и город покажет свою истинную, тёмную сторону.

Энни приняла его руку, чувствуя странную смесь грусти и предвкушения. Возможно, переезд в Новый Орлеан был правильным решением. Возможно, здесь, среди тех, кто тоже потерял Кола, она наконец сможет исцелиться.