Пробуждение древнего

Солнце медленно поднималось над островом, окрашивая небо в нежно-розовые тона. Елена стояла на берегу, вглядываясь в густой лес, простирающийся перед ними. Ветер трепал её волосы, принося с собой запах соли и неизвестности.

– Значит, где-то там находится лекарство, – произнесла она тихо, обращаясь больше к себе, чем к остальным.

Стефан подошёл и встал рядом, положив руку ей на плечо.

– Мы найдём его, Елена. Обещаю.

Деймон, наблюдавший за ними со стороны, саркастично хмыкнул.

– Очень трогательно, брат. Только вот остров размером с небольшой город, а у нас нет даже чёткого представления, что именно мы ищем.

– У нас есть карта, – вмешался Джереми, доставая из рюкзака помятый лист бумаги. – И описание места, где должен находиться тайник.

Бонни, стоявшая рядом с Шейном, выглядела обеспокоенной. Что-то в этом месте заставляло её чувствовать странное беспокойство, словно сам воздух был пропитан древней магией.

– Здесь что-то не так, – прошептала она. – Я чувствую... присутствие.

Шейн положил руку ей на плечо, слишком интимно для простого профессора.

– Ты чувствуешь силу этого места, Бонни. Здесь сходятся линии энергии, делая его особенным. Именно поэтому лекарство хранится здесь.

Деймон закатил глаза.

– Давайте оставим мистические разговоры на потом. Скоро стемнеет, и нам нужно найти место для лагеря.

***

В то же время в особняке Майклсонов Ребекка сидела на диване, бездумно листая страницы старинной книги. Её мысли были далеки от текста – образ Кола не покидал её сознание с момента его смерти.

Звук открывающейся двери заставил её вздрогнуть. В дверном проёме стояла Энни Гилберт.

– Что ты здесь делаешь? – холодно спросила Ребекка, захлопнув книгу.

Энни не двинулась с места, продолжая рассматривать Первородную с нескрываемым интересом.

– Пришла к единственному человеку, который может понять, что я чувствую, – ответила она наконец.

– И почему ты думаешь, что я захочу с тобой разговаривать? Твоя сестра и её друзья убили моего брата.

Глаза Энни на мгновение наполнились слезами, но она быстро совладала с собой.

– Я не Елена. И я тоже потеряла близкого человека. Кол... он был мне дорог.

Ребекка усмехнулась, но в её усмешке не было обычной злобы.

– Он рассказывал мне о тебе, – сказала Энни, делая несколько шагов вперёд. – О том, как вы были близки, когда были людьми. Как защищали друг друга.

В глазах Ребекки промелькнуло что-то похожее на боль.

– Зачем ты пришла, Энни? Действительно хочешь поплакаться о моём брате?

– Я пришла, потому что со мной происходит что-то странное, – Энни опустилась в кресло напротив Ребекки. – С моими способностями банши. Я... я могу слышать Кола.

***

Лес на острове становился всё гуще по мере продвижения группы вглубь. Бонни шла рядом с Шейном, который не переставал рассказывать о древней магии этого места.

– Представь, Бонни, какую силу ты могла бы обрести здесь, – говорил он, не замечая, как его слова действуют на молодую ведьму. – Есть заклинания, о которых твоя бабушка даже не слышала.

– И откуда вы так много знаете о магии? – спросил Джереми, недоверчиво глядя на профессора.

Шейн улыбнулся, но улыбка не коснулась его глаз.

– Академическое любопытство и много, очень много исследований.

Стефан, шедший впереди вместе с Еленой, внезапно остановился.

– Деймон, слышишь?

Старший Сальваторе напрягся, вслушиваясь в звуки леса.

– За нами следят, – произнёс он наконец. – И их не меньше трёх.

– Кто это может быть? – шёпотом спросила Елена, инстинктивно делая шаг ближе к Стефану.

– Понятия не имею, но оставаться здесь я не намерен, – Деймон повернулся к остальным. – Нужно двигаться быстрее.

***

– Ты хочешь сказать, что можешь общаться с мёртвыми? – Ребекка смотрела на Энни с недоверием.

– Не совсем так, – покачала головой Энни. – Это больше похоже на... временный мост. Я чувствую, когда смерть близко, это часть моей природы. Но после смерти Кола что-то изменилось. Я стала слышать шёпот с Другой Стороны. А сегодня утром...

Она замолчала, неуверенно глядя на Ребекку.

– Что произошло утром? – нетерпеливо спросила та.

– Сегодня утром я увидела его. Кола. Он стоял прямо передо мной, такой же реальный, как ты сейчас. Но только на несколько секунд.

Ребекка резко встала, её лицо исказилось от боли и надежды одновременно.

– Ты можешь сделать это снова? Вызвать его?

Энни медленно кивнула.

– Я думаю, да. Но мне нужна твоя помощь. Связь крови может усилить мост.

Ребекка без колебаний протянула руку.

– Что нужно делать?

***

Клаус стоял у окна своей мастерской, наблюдая за Кэролайн, которая сидела на скамейке в саду. Её золотистые волосы переливались в лучах солнца, делая её похожей на ангела. Клаус улыбнулся – даже ангелы падают, рано или поздно.

– Любуешься видом? – голос Тайлера из дверного проёма был полон едва сдерживаемой ярости.

Клаус даже не обернулся.

– А, блудный гибрид вернулся. Надеюсь, твоё путешествие было... познавательным?

Тайлер сделал несколько шагов вперёд, но благоразумно остановился на безопасном расстоянии.

– Я вернулся за Кэролайн. И на этот раз я не уйду без неё.

Теперь Клаус повернулся, его глаза опасно блеснули.

– А что если у неё другие планы? Что если она предпочтёт остаться со мной?

Тайлер усмехнулся, но в его усмешке чувствовалась неуверенность.

– Она любит меня, Клаус. Всегда любила и будет любить.

– Любовь, – задумчиво произнёс Клаус, снова глядя в окно на Кэролайн. – Такое хрупкое чувство. Особенно когда между любящими столько лжи.

– О чём ты говоришь?

– О твоём маленьком приключении в горах с оборотнями. И о девушке по имени Хейли. Интересно, что скажет Кэролайн, когда узнает, как именно вы... сближались во время ваших тренировок по разрыву связи?

Лицо Тайлера побледнело.

– Ты блефуешь.

Клаус только улыбнулся, доставая телефон.

– Проверим?

***

Энни и Ребекка сидели друг напротив друга на полу гостиной. Между ними горели свечи, образуя идеальный круг. Воздух в комнате казался густым, наполненным напряжением и ожиданием.

– Дай мне руку, – произнесла Энни, закрывая глаза.

Ребекка протянула руку через круг свечей, и Энни крепко сжала её.

– Теперь мне нужна его вещь. Что-то, что имело для него значение.

Ребекка на мгновение задумалась, затем достала из кармана старинный кинжал.

– Это принадлежало ему, когда мы были людьми. Он всегда носил его с собой.

Энни кивнула и взяла кинжал. Как только металл коснулся её кожи, свечи вокруг них вспыхнули ярче, а затем почти погасли, оставив лишь тлеющие угольки.

– Кол Майклсон, – произнесла Энни низким, вибрирующим голосом, не похожим на её обычный. – Я призываю тебя с Другой Стороны. Услышь мой голос через завесу миров.

Ничего не происходило. Ребекка начала нервничать, её пальцы сжимали руку Энни всё сильнее.

– Кол, – снова произнесла Энни, но уже своим обычным голосом, с нотками отчаяния. – Пожалуйста. Я знаю, ты здесь. Я чувствую тебя.

Внезапно свечи вспыхнули так ярко, что обеим девушкам пришлось зажмуриться. Когда они открыли глаза, перед ними стоял Кол – полупрозрачный, но узнаваемый.

– Энни, – произнёс он с улыбкой, которую приберегал только для неё. – Ребекка.

– Кол! – Ребекка дёрнулась вперёд, но остановилась, боясь разрушить связь. – Это действительно ты?

– В некотором роде, – ответил он, оглядываясь по сторонам. – У нас мало времени. Мост, который создала Энни, нестабилен.

– Почему ты пришёл? – спросила Энни, не отрывая от него взгляда. – Что ты хотел нам сказать?

Лицо Кола стало серьёзным.

– Сайлас. Он опасен. Гораздо опаснее, чем кто-либо из вас может представить. Если он проснётся, это будет концом для всех – живых и мёртвых.

– Сайлас? – переспросила Ребекка. – Тот самый, о котором говорил Шейн? Но это просто легенда...

– Нет, – перебил её Кол. – Он реален. И Шейн ведёт их прямо к нему. Лекарство и Сайлас связаны. Одно невозможно получить без освобождения другого.

Энни почувствовала, как холодок пробежал по её спине.

– Елена и остальные в опасности.

– Все в опасности, – сказал Кол, его образ начал мерцать. – Мост слабеет. Слушайте внимательно: найдите белый дуб. Это единственное, что может остановить Сайласа, если он проснётся.

– Белый дуб? – Ребекка выглядела потрясённой. – Но он уничтожен. Мы сожгли всё, что осталось.

Кол покачал головой, его фигура становилась всё более прозрачной.

– Не всё. Есть ещё один... Поторопитесь.

И с этими словами он исчез, оставив после себя лишь лёгкий запах озона и погасшие свечи.

Энни и Ребекка смотрели друг на друга в полумраке, осознавая масштаб угрозы.

– Нам нужно поторопиться, – наконец произнесла Энни.

Ребекка кивнула, её лицо было решительным.

***

На острове экспедиция продолжала свой путь, не подозревая о надвигающейся опасности. Бонни всё больше времени проводила с Шейном, внимая его рассказам о древней магии и силе, которая ждёт своего часа.

– Ты особенная, Бонни, – говорил он, пока они шли немного позади остальных. – У тебя есть дар, который нужно лишь правильно направить.

Джереми наблюдал за ними с растущим беспокойством. Что-то в профессоре вызывало у него инстинктивное недоверие, но Бонни, казалось, находилась под его чарами.

– Не нравится мне это, – сказал он Елене, когда они остановились у небольшого ручья. – Бонни словно не своя рядом с ним.

Елена посмотрела на подругу, которая с восхищением слушала очередную историю Шейна.

– Я знаю. Но мы не можем заставить её держаться от него подальше. Он единственный, кто знает, где находится лекарство.

– А если всё не так? – вмешался Стефан, подходя ближе. – Что если Энни была права и у него свои планы на это лекарство?

Деймон, наполнявший флягу водой из ручья, обернулся.

– Тогда нам просто придётся убедиться, что наши планы важнее.

И никто из них не заметил, как тень улыбки скользнула по лицу Шейна, который краем уха слышал их разговор.

– Скоро, – прошептал он, глядя на Бонни. – Совсем скоро.

***

Ночь опустилась на остров внезапно, словно кто-то накинул на небо тёмное покрывало. Звезды мерцали холодным светом, не давая утонуть в абсолютной темноте. Экспедиция расположилась на небольшой поляне, разведя костёр, который отбрасывал причудливые тени на окружающие деревья.

Джереми сидел у огня, задумчиво вглядываясь в пламя. Что-то не давало ему покоя с того момента, как они ступили на этот остров. Охотничьи инстинкты, которые развились в нём после активации метки, непрерывно сигнализировали об опасности.

– Что-то не так? – Елена опустилась рядом с братом, заметив его напряжённое выражение лица.

– Не знаю, – честно ответил Джереми. – Просто ощущение... как будто за нами наблюдают. И не только люди.

Елена положила руку ему на плечо.

– Мы найдём лекарство и вернёмся домой. Обещаю.

На другой стороне поляны Бонни и Шейн тихо разговаривали, погружённые в изучение древней карты.

– Завтра мы будем там, – говорил Шейн, указывая на небольшой круг на карте. – В гробнице, где спит Сайлас и где хранится лекарство.

– А если Деймон прав, и это всё – ловушка? – спросила Бонни, всё ещё сохраняя частицу недоверия.

Шейн улыбнулся.

– Тогда ты сможешь нас защитить. Твоя сила растёт, Бонни. Я чувствую это. Скоро ты сможешь делать вещи, о которых другие ведьмы только мечтают.

Бонни отвела взгляд, неожиданно смутившись от его слов. Что-то в его тоне заставляло её верить ему, даже когда логика кричала об обратном.

***

Утро наступило слишком быстро. Экспедиция собралась и продолжила путь, ведомая Шейном к загадочной гробнице. Лес становился всё плотнее, а воздух – тяжелее. Деймон шёл впереди, расчищая путь и внимательно прислушиваясь к любым звукам опасности.

– Мы почти на месте, – объявил Шейн, когда они вышли к небольшому скалистому выступу. – Вход в пещеру должен быть прямо за этим поворотом.

Они обогнули скалу и оказались перед тёмным проёмом, ведущим в недра острова. Холодный воздух струился из пещеры, принося с собой запах сырости и чего-то древнего, давно забытого.

– Итак, нам нужно войти в жуткую тёмную пещеру. Как оригинально, – саркастично заметил Деймон.

– Лекарство внутри, – напомнил Стефан, переглянувшись с Еленой. – Нам нужно идти.

Они зажгли факелы и один за другим вошли в тоннель. Бонни шла рядом с Шейном, её лицо было напряжённым, словно она прислушивалась к чему-то, что только она могла слышать.

– Ты чувствуешь это? – шепнул ей Шейн. – Энергию этого места?

Бонни молча кивнула. Каждая клеточка её тела звенела от магии, пронизывающей воздух вокруг них.

Тоннель расширился, и они оказались в огромной подземной пещере. В центре возвышался каменный алтарь, а на нём лежала фигура, закованная в камень – словно статуя человека, пытающегося вырваться из каменного плена.

– Сайлас, – благоговейно прошептал Шейн, подходя ближе.

– А где лекарство? – спросила Елена, оглядываясь вокруг.

– Оно внутри, – ответил Шейн, не отрывая взгляда от каменной фигуры. – Зажато в руках Сайласа. Единственный способ получить его – разбудить его.

– Что? – возмутился Деймон. – Ни о каком пробуждении речи не шло. Мы пришли за лекарством, а не за тем, чтобы будить древнее зло.

Шейн резко повернулся к ним, и в его глазах мелькнуло что-то нечеловеческое.

– Он не зло. Он – ключ. Ключ к воссоединению с мёртвыми, к стиранию границы между жизнью и смертью.

Джереми инстинктивно шагнул вперёд, заслоняя собой Елену.

– Мы не будем его будить. Найдём другой способ.

Шейн улыбнулся, и эта улыбка заставила всех замереть.

– Уже слишком поздно. Пробуждение началось в тот момент, когда мы вошли в пещеру.

Он повернулся к Бонни, протянув руку.

– Помоги мне, Бонни. Вместе мы можем завершить ритуал. Представь, что ты снова увидишь свою бабушку, своих предков. Все, кого мы потеряли, вернутся.

Бонни замерла, её глаза расширились от понимания.

– Вы использовали меня.

– Я направлял тебя, – поправил её Шейн. – К твоему истинному предназначению.

Прежде чем кто-либо успел среагировать, Шейн выхватил нож и с молниеносной скоростью бросился к Джереми. Лезвие вошло точно в сердце, и глаза Джереми расширились от шока и боли.

– Нет! – крик Елены эхом разлетелся по пещере.

Шейн вырвал нож и поднял его, глядя на стекающую кровь.

– Кровь охотника, – произнёс он с триумфом. – Последний ингредиент.

Он подошёл к статуе и позволил крови капнуть на каменное лицо Сайласа. Камень начал трескаться, словно ледяная корка на весеннем озере.

Деймон бросился к умирающему Джереми, пытаясь дать ему свою кровь, но было поздно – глаза юноши уже остекленели.

– Он мёртв, – прошептал Стефан, обнимая рыдающую Елену.

Бонни стояла неподвижно, её взгляд был прикован к разрушающейся статуе. Внезапно ей показалось, что пространство вокруг искривляется, словно тонкая ткань реальности натянулась до предела.

– Завеса, – прошептала она. – Она истончается.

Внезапно статуя раскололась, и из неё поднялась фигура – настолько древняя и мощная, что её присутствие физически давило на всех присутствующих.

Сайлас проснулся.

***

В тысячах километров от острова Энни Гилберт резко почувствовала боль. Боль пронзила её сердце, словно кто-то вонзил в неё нож. Она уже хорошо знала это ощущение – смерть.

– Джереми, – прошептала она, задыхаясь от ужаса понимания. – Нет, нет, нет...

Она схватила телефон, дрожащими пальцами набирая номер Елены, но в ответ слышала лишь гудки. Отчаяние накрыло её волной.

Дверь распахнулась, и в комнату вбежала Ребекка.

– Что случилось? – спросила она, оглядываясь в поисках опасности.

– Джереми, – всхлипнула Энни. – Он мёртв. Я чувствую это. Как тогда, с Колом, но... сильнее.

Глаза Первородной расширились от понимания.

– Сайлас, – прошептала она. – Они разбудили его.

Энни резко поднялась, вытирая слёзы.

– Мне нужно связаться с Колом. Сейчас же.

***

На острове воцарился хаос. Сайлас, приняв облик Шейна (настоящий профессор лежал безжизненной куклой в углу пещеры – инструмент, который больше не нужен), держал в руках маленький бутылёк – лекарство, за которым они пришли.

– Так долго ждать, – произнёс он голосом, который звучал одновременно как один и как множество. – Так долго быть запертым в камне, ощущая каждую секунду вечности.

Елена не слышала его слов. Всё её существо было сосредоточено на безжизненном теле брата, которое Деймон бережно держал на руках.

– Нужно вернуть его домой, – сказал Стефан, пытаясь вывести Елену из ступора. – Елена, слышишь меня? Мы должны уходить.

Но Елена не двигалась. Что-то внутри неё сломалось – словно выключатель щёлкнул, погружая мир во тьму. Её глаза, полные слёз минуту назад, теперь были сухими и пустыми.

– Елена? – Стефан с тревогой вглядывался в её лицо.

– Я в порядке, – ответила она механически. – Нам нужно уходить.

Деймон и Стефан обменялись встревоженными взглядами, но времени на разговоры не было – Сайлас, казалось, только начинал осознавать свою новую свободу, и оставаться рядом с ним было смертельно опасно.

Бонни словно в трансе смотрела на древнее существо. В её голове звучали голоса – тысячи голосов с Другой Стороны, взывающих, кричащих, требующих.

– Бонни, – позвал её Стефан. – Нам нужно идти. Сейчас же.

Но она не слышала. Её разум был заполнен видениями – Завеса между мирами истончалась, и она могла видеть сквозь неё. Там, по другую сторону, стояла её бабушка, улыбаясь и протягивая руки.

– Я могу вернуть их всех, – прошептала она. – Всех, кого мы потеряли.

Сайлас повернулся к ней, и его губы изогнулись в улыбке, которая не предвещала ничего хорошего.

– Да, Бонни. Ты можешь. Ты избранная – та, кто опустит Завесу. Навсегда.

***

Ребекка помогла Энни подготовить всё для ритуала. На этот раз свечи были расставлены в форме пентаграммы, а в центре лежал кинжал Кола, смоченный кровью Энни.

– Ты уверена, что это сработает? – спросила Ребекка, наблюдая за тем, как Энни закрывает глаза, концентрируясь.

– Должно, – ответила Энни. – Связь между близнецами сильнее всего. Если Елена рядом с Джереми... я смогу почувствовать их обоих.

Она начала произносить слова на латыни – древние слова, которые она откуда-то знала, словно они всегда были частью её сущности банши. Пламя свечей затрепетало, а затем стало тёмно-синим, отбрасывая странные тени на стены.

Внезапно воздух в центре комнаты сгустился, и появился Кол – более чёткий, чем в прошлый раз, почти материальный.

– Энни, – произнёс он, и его голос звучал обеспокоенно. – Ты не должна так часто открывать мост. Это опасно.

– Джереми мёртв, – сразу сказала Энни, её глаза были полны слёз. – Скажи мне, что ты его видел. Скажи, что он не один там.

Кол на мгновение замолчал, его взгляд стал отстранённым, словно он смотрел через другое измерение.

– Он здесь, на Другой Стороне. Но что-то... не так. Завеса истончается, Энни. Сайлас пробудился, и он начал свою работу.

Ребекка шагнула вперёд.

– Что нам делать? Как остановить его?

Кол перевёл взгляд на сестру.

– Белый дуб – это только начало. Нужно нечто большее, чтобы остановить его сейчас, когда он свободен.

Его взгляд вернулся к Энни.

– Твоя кровь. – Сказал Кол, его взгляд становился всё более серьёзным.

Энни нахмурилась, припоминая недавние эксперименты с Колом.

– Почему это сработает на Сайласа?

– Потому что Сайлас не просто вампир, он намного древнее и опаснее, чем кто-либо из нас. Твоя кровь... она нарушит его бессмертие.

– Что я должна сделать?

Кол прижал ладонь к виску, как будто пытаясь понять, как объяснить.

– Сначала нужно будет использовать твою кровь, смешанную с магией, чтобы ослабить его силу. Это откроет его уязвимость, но, это не будет вечным. Тебе нужно будет найти его до того, как он восстановит свою силу, и уничтожить его, пока он не вернётся к своему бессмертию.

Энни почувствовала, как холодок пробежал по её спине.

– Но что если этого будет недостаточно?

Кол молчал несколько секунд.

– Это не простое решение, Энни. Но оно единственное, которое может сработать. Ты – единственный шанс, чтобы остановить Сайласа.

Прежде чем она успела задать ещё вопросы, Кол снова начал исчезать, оставляя за собой только холодное ощущение.

– Торопитесь, – произнес он, его образ исчезая. – Сайлас уже в пути.

***

В особняке Майклсонов Клаус наблюдал за Кэролайн, которая нервно ходила по комнате, сжимая в руках телефон.

– Они должны были уже связаться с нами, – сказала она, впервые обращаясь напрямую к Клаусу после их последнего разговора. – Что-то случилось.

Клаус хотел ответить, но внезапно застыл, прислушиваясь.

– Что такое? – спросила Кэролайн, заметив его реакцию.

– Кто-то здесь, – медленно произнёс он, принюхиваясь. – Кто-то... знакомый.

Из тени коридора вышла фигура, которая заставила их обоих замереть.

– Здравствуй, брат, – произнесла Хенрик, младший брат Клауса, погибший тысячу лет назад. – Скучал по мне?

Кэролайн в ужасе смотрела на незнакомого мальчика, от которого исходила аура древности, несмотря на юный возраст.

– Это невозможно, – прошептал Клаус, впервые на её памяти выглядя по-настоящему шокированным. – Ты мёртв.

Хенрик улыбнулся, но его улыбка не коснулась глаз.

– Разве? А может, ты просто бросил меня там, в лесу, истекающего кровью? Может, на самом деле я выжил, Никлаус?

Клаус сделал шаг назад, его лицо исказилось от внезапной боли и вины.

– Клаус, – осторожно позвала Кэролайн. – Что происходит? Кто это?

Но Клаус не слышал её. Всё его внимание было приковано к брату, которого он потерял тысячу лет назад – потеря, которая привела их семью к бессмертию и проклятию.

– Ты не настоящий, – наконец произнёс он, собравшись с силами. – Ты – нечто другое.

Улыбка Хенрика стала шире и неестественнее.

– Ты прав, брат. Я не твой брат. Я – нечто большее.

Фигура Хенрика начала меняться, растворяясь и вновь формируясь, пока перед ними не предстал мужчина средних лет с каштановыми волосами и глазами, в которых отражалась вечность.

– Меня зовут Сайлас. И я пришёл выполнить обещание, данное тысячи лет назад.

***

Елена, Деймон и Стефан наконец выбрались с острова. Тело Джереми было бережно завёрнуто и уложено в лодку. Бонни осталась в пещере, несмотря на все их попытки увести её оттуда. Что-то изменилось в ней после смерти Джереми и пробуждения Сайласа – словно часть её осталась на Другой Стороне.

Елена сидела неподвижно, глядя на воду. Её лицо было пустым, как маска, а глаза – безжизненными.

– Елена, – осторожно позвал Стефан, присаживаясь рядом. – Поговори со мной. Пожалуйста.

– О чём говорить? – её голос звучал механически. – Джереми мёртв. Все, кого я любила, умирают. Родители, Джон, Дженна, теперь Джереми. Может, это я – проклятие.

– Не говори так, – Стефан попытался взять её за руку, но она отдёрнулась.

– Почему нет? Это правда. И знаешь что? Я устала чувствовать эту боль. Просто устала.

Деймон, сидевший на носу лодки, повернулся к ним.

– Елена, послушай. То, что ты чувствуешь сейчас – это нормально. Это горе. Но оно пройдёт.

– Я не хочу ждать, пока оно пройдёт, – ответила Елена, и что-то в её тоне заставило братьев напрячься. – Я хочу, чтобы оно прекратилось. Сейчас.

– Что ты имеешь в виду? – осторожно спросил Стефан.

Елена посмотрела ему прямо в глаза, и в её взгляде читалось решение, от которого Стефана бросило в холод.

– Я выключаю это. Всё. Человечность. Боль. Любовь. Всё.

– Елена, нет! – Стефан попытался схватить её за плечи, но было поздно.

Как по щелчку выключателя, всё выражение лица Елены изменилось. Боль и отчаяние исчезли, сменившись холодным равнодушием. Она улыбнулась – но это была не улыбка Елены, которую они знали. Это была улыбка хищника, освобождённого от цепей морали и эмоций.

– Так-то лучше, – произнесла она, откидываясь на борт лодки. – Намного лучше.

***

Бонни стояла в центре пещеры, её руки были подняты, а с губ срывались слова древнего заклинания. Вокруг неё мерцали призрачные фигуры – тени тех, кто застрял на Другой Стороне.

Сайлас, или то, что когда-то было Шейном, наблюдал за ней с удовлетворённой улыбкой.

– Продолжай, Бонни, – подбадривал он. – Ты чувствуешь силу. Чувствуешь, как истончается Завеса. Ещё немного – и мы сможем вернуть всех, кого потеряли.

Бонни не отвечала. Её разум был далеко, в месте между мирами, где голоса мёртвых звучали громче голосов живых. Среди этих голосов был голос её бабушки, призывающий её остановиться, но Бонни больше не слушала. Её переполняла сила – древняя, тёмная сила, которая текла через неё, словно река.

Завеса между мирами начала распадаться, и первые тени мёртвых просочились в мир живых, принося с собой холод и пустоту Другой Стороны.