Глава 4, часть 7

Да, ему многое предстояло рассказать, но первое, на чём все сошлись – это желание поскорее убраться с проклятой поляны. Всё тело казалось ватным, тяжёлым; Тэтсуо подозревал, что не он один так себя чувствовал. Но несмотря ни на что, они нашли в себе силы и поплелись дальше на восток.

Поляна мха закончилась, а за ней показались совершенно новые деревья, совершенно новая тропа, струящаяся вперёд отчего-то жёлтой травой. По обочине она сопровождалась крупными черными камнями, опутанными тёмно-зелёными растениями, покрывающими булыжник сеткой. Здесь пели голосистые птицы. Журчал где-то неподалёку ручей. Не было той ужасающей тишины.

Шли они в основном молча. Даже Лилла мирно дремала у него на плечах. Все, вероятно, ждали, когда Тэтсуо соберётся с мыслями, но он хотел пройти как можно дальше, пока были на то силы, а уже потом остановиться, развести костёр и всё обсудить. После нескольких бессонных ночей он наконец ощущал спокойствие и ясность ума – особенно сейчас, когда удостоверился, что опасность миновала. Беспокоила лишь правая рука, которая отчего-то была покрыта едва заметными розовыми пятнами. Тэтсуо пришёл к выводу, что это последствия его недавнего ночного обморожения.

Судить об остальных было сложно. Сора, по ощущениям, восстановилась лучше и быстрее всех. Отчего-то она была так расположена ко всему вокруг, что, казалось, не существует вещи, способной испортить ей настроение. И это было удивительно, ведь и раньше Тэтсуо ни разу не видел её в подобном расположении духа. Её счастливый взгляд искренне радовал его.

Чего нельзя было сказать о Нео. Хмурый, немногословный, задумчивый, и что особенно странно – он совершенно неумело скрывал всё это. Слишком искусственно ухмылялся в ответ на чьи-то слова. Пропускал всё мимо ушей. Шагал, глядя себе под ноги.

Тропа привела их к ручью и Тэтсуо всё-таки остановился. Они кинули вещи, Нео вызвался найти хворост. Тэтсуо опустился на колени и обдал лицо холодной водой. Пожалуй, последнее, чего ему не хватало, чтобы наконец проснуться.

Рассказ всё-таки пришлось начать, и начать издалека. Первым делом они удостоверились, что всё, произошедшее за последние несколько дней, они ясно помнят, и помнят без расхождений и противоречий. Помнят и лес из гигантских деревьев, и странные сны, и петлю, из которой они не могли выбраться – а главное, помнят голос, зовущий их из недр леса, и то существо, которое его издавало. Выходит, что всё произошедшее либо состоялось в реальности, что пугало... либо было одной продолжительной, наполненной галлюцинацией, что пугало ещё больше.

– Но зачем фениксам всё это? – перебила его Сора, – И откуда ты вообще знал, что делать?

– Ты думаешь, я знал? – переспросил Тэтсуо немного погодя, – Джеро давал мне на прочтение пару книг, но не более того...

– Он их видел? – спросил Нео.

– Джеро? Нет, он никогда не бывал в такой глуши. Но общался с... – Тэтсуо задумался на секунду, и добавил, – Теми немногими, которые остались в живых.

– Фениксы настолько опасные? – Сора недоверчиво покосилась на него.

– Дело не в этом... В первую очередь фениксы – это существа-провидцы. И, как я уже говорил, их сила не в магии огня, однако они всё же называются магическими существами. – Тэтсуо искоса взглянул на Лиллу, – Их сила во всезнании. Можно сказать, они живут вне времени, а потому знают настоящее, прошлое и будущее любого человека. Иногда они считают нужным что-то подсказать людям... По крайней мере, так мне рассказывали.

– Разве может какое-то живое существо быть "вне времени"? – вопрос Соры повис в воздухе.

– И всё, что с нами происходило... Их работа? – уточнил Нео, Тэтсуо кивнул, – Но если ты знал, на что они способны, знал что они живут в этом лесу... Почему ты нам об этом не сказал?

– Я не знал, что они способны на такое. – пожал он плечами, – До сих пор, если честно, не уверен, что всё правильно понимаю. Не укладывается в голове, что их сила может быть настолько безгранична. – Тэтсуо опустил глаза на Лиллу, которая будто почувствовала, что тот на неё смотрит, и громко выдохнула.

– Да знаю я, Тэтсуо, знаю.

– Что знаешь? – Тэтсуо не стал отказываться от этого легкого чувства внутреннего торжества. Он увидел краем глаза, как Сора смотрит на них обоих и изо всех сил старается не улыбаться. Лилла лениво подняла на него взгляд.

– Я признаю, что ты был прав. Хорошо услышал? Потому что повторять не собираюсь.

Тэтсуо охотно в это верил.

– Тебе ведь ничего не снилось эти дни.

– А мне никогда ничего не снится. Драконам чужды переживания в часы покоя, не слыхал?

– И с фениксом ты не встретилась.

– Именно поэтому и не встретилась. Но вы все хором твердите, что видели большую белую птицу, значит, так тому и быть.

– Разрешите я вас перебью... – встрял Нео, сохраняя необычную для него серьёзность, – Тэтсуо, скажи вот что. Я правильно понимаю, что сны, которые мы видели, это попытка фениксов открыть нам на что-то глаза? – Тэтсуо с промедлением кивнул, – Раз так, значит у них не было цели запутать нас, правильно?

"Так вот, что его беспокоит." – мелькнуло у Тэтсуо в мыслях, – "Боится, что все эти видения окажутся правдой."

– То, что фениксы хотят открыть нам глаза на правду, совершенно не значит, что они не пытаются запутать. – осторожно сказал он.

Нео в ответ лишь мрачно нахмурился.

– Они способны создавать с нами мысленную связь, возбуждать эмоции, управлять воспоминаниями и... К сожалению, в конечном счете, люди не способны познать истину таким способом.

– В каком смысле? – спросила Сора.

– После подобного вмешательства в человеческий разум почти все со временем сходят с ума.

– Но мы же ушли от них вполне вменяемыми?

– Я попросил его отпустить нас. – на Тэтсуо уставились все трое, – Те, с кем общался Джеро, говорили, что достаточно просто отказаться от знаний, которые предлагает феникс. Он посчитает тебя недостойным и больше никогда не покажется на твои глаза. – он глянул на всех по очереди, – Простите, мне пришлось решать за всех, но иначе...

– Не бери в голову. – сказала Сора, улыбнувшись, – Но если всё так просто, странно, что выживших после встречи с фениксами – единицы.

– Зачастую соблазн поддаться их зову слишком велик, мы на себе это прочувствовали. – Тэтсуо продолжал смотреть на Сору, собираясь с духом, – И, к слову, Сора... Я думаю, что должен перед тобой извиниться.

Улыбка сползла с её лица, она перестала крутить в руках цепочку от часов.

– Ты была права, когда говорила, что лес хочет что-то нам сказать. Если бы я воспринял твои слова всерьёз, мы бы, возможно, выбрались из этой передряги намного раньше.

Сора смотрела на него широко раскрытыми глазами и хотела вроде что-то ответить, но Тэтсуо продолжил.

– А ещё должен признать, что последние несколько дней вёл себя отвратительно, особенно по отношению к тебе. Ты этого не заслужила. Мне очень жаль.

– Тебе было плохо, Тэтсуо. – осторожно сказала Сора, – Мог бы и не говорить этого, я ведь всё понимаю.

– Это не...

– Ты всего пару раз повысил голос. – перебил его Нео, усмехнувшись, – Я вот вообще каждый день веду себя отвратительно. И кстати об этом. – он посмотрел на Сору, и та с небольшой задержкой встретила его взгляд. – Вообще-то я извиняться не умею, но... Сора, вот что я хотел тебе сказать. – Тэтсуо никогда не видел на её лице такого злорадного спокойствия – Обычно я не думаю о том, что несу. Это привычка, среди моих знакомых давно не было тех, о чьих чувствах я бы беспокоился. Но сейчас я понял, что не хотел бы тебя обидеть. Вообще никого из вас. Так что, если я опять буду перегибать палку, можешь смело треснуть мне подзатыльник, ладно?

Сора не смогла долго сохранять серьёзное выражение лица и рассмеялась.

– Договорились. На самом деле, я тоже виновата. Я была слишком раздражительна в последнее время, так что, скорее всего, многое мне просто почудилось. Мне много чего чудилось. – добавила она, вздохнув.

Все замолчали, словно задумавшись, причём, как предполагал Тэтсуо, у каждого на уме было что-то своё.

– Вы так и не рассказали, что вам снилось. – заметила Лилла, нарушив молчание и подняв голову, – Не то чтобы я сгорала от любопытства, но...

– Не знаю, как остальным... – заговорила Сора, – Мне снился один эпизод из детства. Причём во сне я была совсем маленьким ребёнком.

"Маленьким ребёнком?" Тэтсуо невольно занервничал. Уже одно это было крупным совпадением, но он всё ещё остерегался делиться своим сновидением. Слишком уж оно было... Странным, необъяснимым и, почему-то, глубоко личным. Но Тэтсуо не решился остановить Сору.

– Я тайком наблюдала за отцом, пока он работал в своем кабинете. И он был сильно чем-то встревожен. То бродил по комнате, то что-то икал, и всё время шептал себе под нос, но я никак не могла разобрать слов. А стоило мне подойти ближе, чтобы расслышать получше, отец меня замечал, и я просыпалась. Причем... Знаете, последнее, что я слышала перед пробуждением, это то, как он зовет меня по имени, таким тоном, словно я совершила какое-то ужасное преступление. – Сора поджала губы, – Именно этот голос я слышала вчера в лесу.

Нео понимающе закивал.

– Но если он звал тебя с упрёком, зачем же было идти на этот зов? – спросила Лилла, косясь на Сору так, будто сомневалась в её вменяемости.

– Потому что... на самом деле, с каждым сном его голос казался всё более испуганным. – Сора отвела взгляд и, судя по выражению лица, глубоко задумалась, – Настолько, что, кажется, в жизни я такого у него никогда не слышала.

– Лилла, думаю, ты не до конца понимаешь, что из себя представлял этот голос. – проговорил Тэтсуо, – Дело даже не в словах или интонации. Он почти гипнотизировал. Ему невозможно было воспротивиться.

Лилла в ответ лишь фыркнула.

– Как я уже сказала, с каждой ночью сон немного менялся... – продолжила Сора, – Например, уже во втором сне отец, пока судорожно копался в книгах, уронил одну на пол. С таким жутким грохотом, что я вскрикнула и выдала себя. И когда книга упала, я заметила краем глаза, что из неё что-то выпало... – Сора резко вздохнула так, словно у неё сперло дыхание. Она уставилась широко открытыми глазами на Тэтсуо, а рука её инстинктивно потянулась к цепочке часов на шее, – Тэтсуо... Как же до меня сразу не дошло...

– О чем ты?

Она открыла часы и достала из-под крышки листик пергамента. И только тогда Тэтсуо вспомнил.

– Благодаря этому сну я вспомнила, что это была за книга. Не понимаю, как я могла про неё забыть, я ведь часто её перечитывала.

– Вы сейчас о чём?.. – спросил Нео, переводя взгляд с Тэтсуо на Сору и обратно.

– Она называлась "Источники магии", как сейчас помню бордовую обложку с серебристыми элементами и переплетом, обтянутым темной кожей, автор, кажется...

– Адриан Моран – продолжил за неё Тэтсуо, – Не самая известная его работа, оттого и редкая.

– Ты читал её?

– Нет, в Драгбэне едва ли можно отыскать "Источники жизни", а уж эту... А ты, значит, читала?

– Да, несколько раз. – воодушевление в её голосе усилилось, – Если хочешь, я могла бы...

– Прошу прощения. – прервала их Лилла скучающим тоном, – Может, о книгах потом поговорим? – Сора застыла, а после неловко убрала локон волос за уши.

– Да, точно... О чем я говорила?.. Ах, да... – она поспешно убрала пергамент на прежнее место, – Да... Сон менялся... Даже не так. Я бы сказала, что с каждым разом замечала всё больше и больше деталей. Будто вспоминала на ходу подробности. Поэтому мне и кажется, что этот сон – это какое-то давно забытое воспоминание.

– А фениксы могут специально изменить детали воспоминания? – спросил Нео, обращаясь к Тэтсуо, но он, задумавшись, молчал.

– А тебе тоже снилось что-то такое? – спросила Сора, пытаясь заполнить пустоту в разговоре.

– Да... – протянул Нео, как-то нехотя, – Мне... снилось кое-что связанное с моей сестрой.

– Сестрой? – отчего-то удивилась Сора.

– Младшей. – улыбнулся он, – Её зва... зовут Литиция. Славная девчонка, одна из немногих существ в нашем доме, которая относилась ко мне не как к мусору. Возможно, она была слишком мала, чтобы возненавидеть меня. – тон Нео показался Тэтсуо каким-то чересчур приподнятым, хотя не было похоже, чтобы он врал, – С ней в детстве произошла некоторая... неприятная история, в которой мой отец повел себя как настоящая свинья. В конце концов, он никогда не был человеком высокой чести.

– И ты слышал голос сестры? – поинтересовалась Сора, Нео задумчиво кивнул.

Выходит, им всем слышался голос кого-то знакомого, близкого... У Тэтсуо не шёл из головы вопрос: "Раз так, то кому мог принадлежать этот голос?.."

– Если честно, не представляю, что фениксы хотели от меня... Никаких откровений я не получил. – вот теперь в его голосе промелькнуло что-то похожее на ложь, – Ты мне так и не ответил, Тэтсуо. – заметил Нео, подняв брови, – Они могут менять воспоминания?

– Не знаю. – Тэтсуо подтянул к себе колени, положив на них руки, – Наверное да, могут. Мои сны были очень далеки от реальности.

– Это ты что имеешь ввиду?

Тэтсуо перевел на него взгляд и смотрел на протяжении нескольких секунд.

– Не знаю. – повторил он и продолжил смотреть на Нео, будто это могло помочь разобраться в собственных мыслях. Как Тэтсуо мог описать им этот сон, похожий на бред? И соврать что-то у него не хватило бы воображения.

– Тебе тоже... снилось что-то из прошлого? – спросила Сора. Тэтсуо повернул голову в её сторону, и снова замер. Каждый раз вместо затяжного молчания он хотел ответить что-то осмысленное, но никак не выходило.

– Скажу в третий раз подряд – я не знаю. Я уже ни в чем не уверен... – он решил посмотреть на свои руки, те по крайней мере не буравили его взглядом в ответ, – Я не помню ничего такого. Всё это слишком странно... Но я не могу отделаться от чувства, что этот сон мне знаком, будто когда-то я его уже видел.

– Так?.. – не унимался Нео, явно терявший терпение, на что Тэтсуо глубоко вздохнул.

– Насколько я понял, всё происходило какой-то очень морозной Драгбэновской зимой. – перед его внутренним взглядом вновь встали бледные очертания гор, при виде которых он всегда испытывал необъяснимую тревогу, – Мы с отцом поднимались на холм, Драаг знает зачем. Мы просто шли. Я уверен, у нас была какая-то цель... но хоть убейте, не помню. Кажется, что на вершине холма нас кто-то ждал.

– И что в этом странного? – усмехнулся Нео.

– Как бы это объяснить... Странно, что нас кто-то ждал. – эта мысль пришла к Тэтсуо в голову буквально в это самое мгновение, – Мы с отцом скитались. Кочевали из деревни в деревню, города, даже маленькие, мой отец не любил, а в каждой деревне мы оставались не больше месяца. Отец был ужасно нелюдим. Он видел во всём подвох, а потому никогда никому не открывался. У него не было ни друзей, ни знакомых... Только я.

– Звучит ужасно. – призналась Сора недовольно хмурясь. Тэтсуо не стал с ней спорить и просто пожал плечами.

– Значит... ты слышал голос отца? – спросила Лилла, серьёзно покосившись на него. Тэтсуо покачал головой, – Нет? А чей же тогда?

– Того, к кому мы с ним шли. – кажется, своими словами он окончательно их всех запутал, – И я не представляю, кто это может быть.

– А... как он выглядел? – Сора, видимо надеялась, что этим вопросом поможет ему вспомнить.

– В том то и проблема. Никак. – во взглядах Соры и Нео совершенно пропали хоть малейшие отблески понимания, – Словно... кто-то специально вычеркнул этого человека из моей памяти. Вместо него было лишь темное пятно. Как... Когда долго смотришь на солнце, а потом закрываешь глаза. Темный круг маячит перед глазами, но ты не можешь на него посмотреть. Вот так же.... О голосе я просто промолчу. – Тэтсуо показалось, что его на мгновение бросило в озноб, – Я не смогу его описать. Он не похож на человеческий. – все замолчали по меньшей мере на полминуты.

– Бред какой-то. – сказал Нео, – Ты уж прости, я просто не знаю, как ещё это назвать. – Тэтсуо согласно дернул плечами. – А... Что же всё-таки с тобой случилось вчерашней ночью? Когда я разбудил тебя. – Тэтсуо застыл.

– А что случилось? – настороженно спросила Сора. Нео, кажется, сам не понял, для чего поднял эту тему прямо сейчас, и бросил на Тэтсуо виноватый взгляд.

–Эм... У него во сне отчего-то едва пальцы не окоченели.

Тэтсуо был благодарен ему, что остальные весьма красочные подробности он решил опустить.

– Честно, я не знаю из-за чего так получилось. Но события во сне происходили именно зимой, так что у меня есть ощущение, будто этот холод... пробрался оттуда.

– Ты хочешь сказать, что фениксы настолько могущественны, что могут заставить тебя чувствовать то же, что ты чувствуешь во сне? – уточнила Сора, – А если бы тебя... Я не знаю, убили во сне? Ты бы...

– Да, вероятно так...

Тэтсуо не стал вдаваться в подробности того, что, по воспоминаниям Лиллы, подобное с ним случается не впервые и, вероятно, фениксы не имеют к этому отношения. Сама Лилла не проронила за это время ни слова. Но она покосилась на Тэтсуо тем самым неприятным, удушающе-озабоченным взглядом, каким смотрела на него в первую бессонную ночь.

~

Через пару дней о произошедшем уже никто не вспоминал. Странные сны больше не возвращались. Их взорам вновь начали открываться всё новые и новые ипостаси Брэндвудского леса. Отношения между Сорой и Нео наладились, Лилла перестала прожигать Тэтсуо обеспокоенным взглядом.

И вроде бы, всё было нормально. Но кое о чём Тэтсуо молчал, и дал себе слово, что никому не расскажет без крайней необходимости.

Фигура не покинула его.

Она являлась ему во снах, хотя бы раз за ночь. Но теперь не пряталась. Она смотрела на него глазами, которых у неё не было. Смотрела осуждающе, но на все просьбы сказать, что же она хочет, фигура лишь однообразно повторяла одно и тоже. Тем же самым ломким, скрипучим, громким и тихим, мягким и жестким, чужим и до боли знакомым голосом.

– Ну что, Тэтсуо... Готов ты в первый раз увидеть снег?