Глава 1: Чистый лист

С восходом пришел новый день. Несмотря на то, что я была в запертой комнате, в принципе в безопасности, всё равно не смогла долго спать. Это словно тебя кто-то толкает в бок. Вставай и иди! Да ещё и этот кашель. Голова раскалывалась на части и была горячее асфальта на шоссе в летний зной.

Неохотно поднявшись, я потянулась к своим вещам, как не странно сухим. После того как я надела майку, по верх неё рубашку и мою не совсем то и теплую куртку. С джинсами возникли проблемы. Синяя ткань была вымазана в крови и порвана в нескольких местах. Да и те, что были на мне, теперь намертво присохли к коленке.

- Чёрт вас дери!

Правая нога ещё ничего, а вот левая. Когда мне всё же удалось отодрать штаны от своих ног мне открылся прекрасный вид на изрубленные кожные покровы. Будто я в капкан попала.

- Меньше будешь падать, Ника! – гневно прошептала я.

Выглядело всё это по меньшей мере отвратительно. Я даже немного обрадовалась, что вчера ничего не ела. Недолго думая я оторвала длинную полосу ткани от простыни в надежде, что простой перевязкой спасу себе жизнь. Но через секунду стало ясно, что это мясо надо как минимум промыть.

Я осторожно вернула джинсы на место и обулась в свои мокрые кроссовки. Ведь в случаи опасности мне придёте уносить ноги. И лучше делать это с прикрытой задницей.

Осторожно открыв дверь, заранее сдвинув стол, который вчера мне показался пушинкой, я медленно зашагала по ледяным коридорам больнице, которой сейчас самой не помешает скорая помощь.

В каждое помещение куда бы я не заглянула был бардак. Перевёрнутая мебель, разбитая аппаратура, стекло и таблетки под ногами. Я сотни раз была в заброшках, но в заброшенной больнице я впервые. Кругом веяло старостью и смертью. Хаоса что царил здесь, когда это место решили оставить, застрял во времени. В некоторых местах рассыпались полы, и плитка со стен откололась. Чуть дальше я почувствовала запах копоти и очень скоро нашла причину. Я находилась на втором этаже, когда, свернув за угол чуть не упала в пропасть. Был это военный снаряд или метеорит, я не знаю. Четыре этажа были пробиты насквозь, а внизу красовалась гигантская воронка, дна которой не было видно.

Это явно произошло давно. Стены уже успели немного отмыться от копоти под бесконечными дождями. Но от этого не становилось легче.

Направилась дальше, и пусть я пака не решила останусь ли здесь ещё на одну ночь или нет, я хотела вернуться в тот кабинет поскорее. Нашла пару дверей что были заперты и решила попытать удачу, к моему счастью двери были пронумерованы, как и ключи в моей связке. И мне вновь повезло, поскольку к одной из этих тайных комнат у меня был ключ. Дверь была железной, поэтому всё ещё стояла на месте.

Внутри был склад медикаментов. Большая часть уже были негодны, второй частью я не знала, как пользоваться. Бинт, перекись, вата и спирт всё что нужно. Жаропонижающее и какие-то таблетки от простуды. Радости моей не было предела.

Приспустив джинсы, я уселась на кушетку и вытянула ногу. Сразу стало ясно, что этот фарш придётся зашивать.

Вот клянусь себе, что больше не буду бегать по ночам, при этом собирая все кочки. Тем более если имеешь привычку падать.

- Идиотка!

Нужно поискать операционную, там наверняка найдётся то, что мне надо.

Нужное мне помещение нашлось удивительно быстро. Операционная была буквально за углом. Я шла не слишком шустро, но стала ещё сильнее замедляться, когда мой нос уловил чудесный аромат мертвечины. Этот запах я узнаю из тысячи мерзких запахов.

И чем ближе я к дверям, тем ужаснее эта ароматерапия. Первая мысль что меня посетила была такой: «Война, судя по всему, застала хирургов врасплох, что они оставили своего больного умирать, не зашив после удалённого аппендицита. И вот он лежит там и разлагается». Я зажала рот и нос рукой и осторожно стала открывать дверь. О, Боже! Всё ещё хуже, чем я предполагала.

На операционном столе лежал солдат, без правой ступни. По телу бегали крысы и насколько я могла судить по его внешнему виду, они уже давным-давно прогрызли ход к внутренностям этого бедняги. Хвала небесам, что я не ела. Я прошла в соседнюю операционную где лежали приготовленные, но ещё нетронутые инструментам. Взяв всё необходимое, осторожно вышла из этого помещения и быстро зашагала как можно дальше от этого запаха. И как только я потеряла этот невероятный шлейф аромата, сразу завернула в первую же дверь.

Аккуратно пододвинув кушетку к окну и стараясь не думать о том парне. Постаралась морально подготовить себя к предстоящей процедуре. Это не в первый раз, но мне всегда не по себе, от чувства, когда насаживаешь свою кожу на иглу как шашлык на шампур. Я смотрела прямо на шкаф у стены напротив и заметила, что среди непонятной макулатуры, что-то поблёскивает от лучей восходящего солнца.

Я опять поднялась и подошла к шкафу. Обработав все инструменты в спирте, я дала себе минуту чтобы морально подготовиться к этой процедуре. Управилась меньше чем за пятнадцать минут. Вылив половину пузырька на рану, промокнув ватой остатки жидкости и замотала ногу бинтом.

Радует лишь одно. Я почти не чувствую эту ногу, аж до середины бедра. А во всём виновата война. Самые активные действие происходили семь лет назад, но последних воинов, что уже сражались не друг с другом, а с новым миром, истребили около двух лет назад. Тогда и пали последние страны. Пали от новой заразы, что с невероятной силой унесла на тот свет огромную массу людей.

Годы истребления требовали срочных мер. Но учёные вместо лекарства, которое должно было исцелять, изобрели что-то типа совершенно иное. Вакцину назвали вирусом. Этот вирус в самом его начале должен был вызывать быстрою регенерацию, но не сложно догадаться, что ничего не вышло.

Планета земля разбита и изувечена. Ямы, дыры, новые моря, реки, горы ну и дальше, по списку. И остатков людей на земле где-то одна четвёртая часть подвергшихся обработке этим вирусом. Ходячие мертвецы, зомби. Они могут быть достаточно разумными и иногда даже безобидны, но это случается крайне редко.

Я так же отношусь к этой четверти. Вакцину испробовали и на мне, в малой дозе около двух лет назад, когда при аварии в бункере, в котором меня держали всё это время, мне раздробило левую ногу. Все кость моей ноги заменили на метало-косные ткани, в плоть да коленного сустава, так же и мышечную и кожную ткань восстановили искусственно. Внешне моя нога выглядит даже лучше, чем до этой аварии. Но почти сразу мой организм стал отторгать инородное тело. Тогда и было принято решение о том, чтобы вакцинировать меня. К счастью, я не стала зомби. Но с тех пор, нога как-бы есть, но она как-бы не моя. Нервные ткани слабо работают и поэтому, если в ногу гвоздь всадить, я не сразу замечу. Не жизнь, а сплошное веселье.

Я посидела ещё немного на кушетке, бессмысленно пялясь в окно как вдруг мою тишину сломал тихий, равномерный шуршание. Шаги! А вот и приключения!

Бесшумно поднявшись на ноги, я попробовала себя в ходьбе. Скажем так, мой шанс выжить, в случае если меня заметят, где-то минус три! Я оптимист. Захватив скальпель в правую руку, ключи убрала в карман.

Прислушавшись, я дала оценку моему гостю, он был в соседнем коридоре. Так-так, шанс увеличился да минус одного! И до пяти, если не буду шуметь. Осторожно, как тихая мышка, забравшаяся в кошачий приют, я вышла за дверь и так же осторожно стала пробираться в комнату, где оставались мои вещи. Я шла, вслушиваясь в шаги моего соседа и стараясь наступать в такт. Когда я уже была в паре шагов от своего триумфа, чёрная жирная крыса напугала меня, вылетев из-за двери, какого-то кабинета, и я слегка пискнула, тут же зажав себе ладонью рот. Моему соседу этого было достаточно, я чётко услышала, как ускорились шаги в моём направлении.

«Я поздравляю вас, Доминика! Вы выиграли путёвку в один конец на самый быстрый экспресс до станции «Мир иной», счастливого пути!»

На одной ноге я бегу быстрее, чем вчера на двух. Моей целью было, добежать до комнаты и запереться там. А что дальше, мой фантастический разум ещё не решил. Факт в том, что я долго так бежать не смогу и поэтому, запертая дверь - мой единственный шанс. Я уже чувствую, как меня нагоняют.

- Подожди! Стой! - раздался позади меня мужской голос.

«Ага, сейчас, так и встала! Может мне ещё стоит извиниться, за то, что вам приходится бежать за мной этим ранним утром.»

Испытывая жуткое любопытство, но не оборачиваюсь, потому что инстинкт самосохранения говорит мне: «Вот, ты сейчас обернешься и упадёшь, а потом поползёшь к своей двери, как во всех фильмах ужасов. А он тебя жрать начнёт, пока ты ползти будешь».

Вот она моя заветная дверь. Я буквально, залетаю в комнату и захлопываю её. Достаю ключи из кармана и засовываю их в замок, как вдруг дверь от резкого толчка открывается, но я не растерялась. Со всей дури, что во мне есть, хлопаю её назад и прибиваю пальцы этому маньяку. Он с криком убирает руку с дверного косяка, и я захлопнула и закрыла дверь на ключ.

- Твою же мать! Дура, ты, больная! Ты мне все пальцы переломала!

Словами не передать как я была горда собой в этот момент. А потом меня чуть ли не сбил с ног приступ кашля. Легкая пробежка давала о себе знать. Легкие горели огнем. На пару секунд мир закружился и померк. Нужно было время, чтобы прийти в себя.

Пока мужчина за дверью матерился, вспоминая всех праотцов, я уже думала, как мне сбежать из этой комнаты. Пока из-за двери не раздался уже спокойный голос моего соседа.

- Я же помочь тебе хочу.

- Конечно, хочешь. Все только и горят желанием спасти мою задницу.

- Дура. Я иду за тобой уже третий день.

- Что? Зачем?

- Говорю же, помочь хотел.

Достав из куртки пистолет, который был давно пуст, я возвращаюсь к двери им даю себе ровно секунду, чтобы решиться и открыть её.

На вид ему было около тридцати может чуть старше. Он был весьма симпатичен. Русые кудрявые волосы слегка отливали мёдом и были немного длинные. Он был небритый, и ему это шло, хотя я и не фанат бородатых дядек. Серо голубые глаза вытянутый овал лица, а с ним и нос.

Он стоял, опираясь на соседнюю стену. Я не смело, направила на него оружие. Он тут же выпрямился. Ого, да в нём метра два. Прижимаясь левым плечом к стене, он периодически зажмуривался. Похоже, ему было больно.

- Зачем ты шел за мной? У меня ничего нет.

- Я увидел, как ты отбивалась от зомби на мосту. Как ты ловко избавилась от них и решил проследить за тобой, тем более мы шли в одном направлении. Ночью потерял тебя из виду и честно признаться думал, что тебя уже убили.

- Всё это замечательно, но совсем не объясняет то, почему ты преследовал меня.

- Хотел предложить тебе пойти со мной.

Он снова зажмурился, сжимая слегка посиневшие пальцы. Наверное, это очень больно. На секунду мне стало даже немного стыдно.

- Мне очень жаль!

- Правда? - он улыбался.

Эта самая ужасная улыбка. Ужасна на столько, что от моего стыда не осталось и следа, а на смену ему пришло желание ещё раз приложить его дверью.

- Да, правда. Ведь я думала, что ты решил просто перерезать мне горло чтобы забрать мои вещи, – с этими словами я опустила оружие.

- Вот это неожиданность, не правда ли?

- Я всё ещё думаю, что ты хочешь меня убить. Но хочу тебя огорчить, как я уже говорила ранее, у меня ничего нет.

Мужчина улыбнулся уголком рта, в этот раз более приятной улыбкой.

- Разрешишь войти?

Я молча отступила из прохода пропуская здоровяка в комнату. Он оторвался от стены и прошёл в кабинет, я зашла следом и закрыла дверь. Он рассматривал комнату. Потом присел на кушетку и расстегнул рыжую кожаную куртку, стал шарить по карманам жилета под ней.

- Ты не поможешь мне? Мне неудобно немного, а нужно достать бинт. Перетянуть пальцы!

Я молча взяла стул и, пододвинув его ближе к кушетке, села прямо перед моим соседом. Извлекла бинт из упаковки и протянула ему свободную руку, предлагая помощь. Он в ответ протянул мне свою руку. Пальцы посинели и распухли, и это всё сделала я. Мне вновь стало стыдно. Ведь если он не соврал мне на счет помощи, то я просто безжалостно переломала ему пальцы.

- Мне кажется, что они все же не сломаны, - вдруг сказал он.

- Возможно, но на всякий случай, надо обездвижить их.

Я побегала глазами по комнате, и мой взгляд наткнулся на деревянную линейку, что валялась на полу. Я подняла её и разломила на два части, а потом примотала куски линеек к его пальцам. Он немного жмурился, когда я это делала, но не издавал ни звука.

- Как тебя зовут?

- Доминика, но лучше просто Ника.

- А меня Джон.

- Что случилось? - он взглядом указал на мою окровавленную коленку.

- Упала и разрезала, наверное, точно не знаю. Но пришлось зашивать.

- Наверное? – заинтересовано уточнил он.

Я застыла. «Дура!», - выругалась я про себя. Всему миру известно про то, что если ты заражен, то нервным окончаниям конец. На первых этапах заражения все происходит именно так. Сперва погибают все нервные клетки, и в последнюю очередь клетки мозга. Вирус превращает человека в ходячий мешок гниющих костей с мясом.

Этот человек, мой единственный шанс, правда, я не знаю шанс на что, но я чувствую, что он может мне помочь. Надо сейчас раскрыть все карты, а то он очень удивиться, если я вдруг не замечу, гвоздя в своем ботинке.

- Джон, дело в том, что я не чувствую эту ногу до середины бедра. Я не так давно на свободе, всего лишь с мая, а до этого я всю войну пробыла в бункере. Нас там было много, но этой весной бункер разбомбили. Я три дня лежала под бетонной плитой. Потом меня оттуда достали...

Джон смотрел на меня с нескрываемым интересом и насторожённостью. Он внимательно слушал и даже не собирался перебивать меня. Я поняла, что говорю слишком много и пора бы уже ближе к сути.

- Извини, начала не с того. В общем, где-то два года назад, там была авария, мою правую ногу раздробило, в щепки. Мне сделали операцию, и теперь это не совсем моя нога. Для лучшего заживления мне ввели малую дозу вакцины.

- Два года назад? – тихо уточнил он.

- Да.

- Я понял, если хочешь, можешь не продолжать!

Он поразил меня своим спокойствием. Поднявшись с кушетки, Джон задал ещё один вопрос:

- Я правильно понял, ты не опасна. Верно?

- Я не кусаю людей.

- Что ж, отлично. В таком случае, ты готова пойти со мной домой.

- Да, – коротко ответила я.

Мы молча обменялись любезными улыбками. Он ещё раз оглянулся, взъерошив волос здоровой рукой.

- Мне нужно найти здесь кое-какие медикаменты. Если тебе нужно собрат вещи, то...

- Я налегке. И кажется я знаю где находится то, что тебе нужно.

Он опустил свой взгляд на мою ногу. Но я ответила, прежде чем он спросил.

- Я могу ходить, мне не больно просто слегка неудобно. Ну и есть вероятность, что швы разойдутся, а так всё очень скоро заживет.

- Сколько ты весишь? - спросил Джон, задумчиво потирая пальцами нижнюю губы здоровыми пальцами.

Удивление было написано на моем лице настолько ярко, что мужчина с улыбкой пояснил.

- Не хочу, чтобы нас догнали и сожрали. Ты не против, если я подниму тебя?

Я лишь качнула головой давая понять, что я не против. Он осторожно обхватил меня за бёдра и взвалил на своё плечо. Боже мой, как же страшно! Я так высоко над полом. Мгновение спустя он поставил меня на ноги.

После всех неловкостей, я привела Джона к той самой двери. Мужчина не скрывал свое удивления и радости. Кажеться что я ему ну очень помогла.

- Я был здесь ещё утром, тут все было под замками. Не буду спрашивать, как ты это сделала, но ты слишком не простая, для простой девушки.

Джон выдал мне сумки и сказал какие препараты мне искать. После того как мы собрали все необходимое мы зашли ещё в парочку помещений, где была спецодежда персонала в том числе и куртки. Я выбрала более-менее чистую и надела её на себя. В этот момент мною овладел очередной приступ кашля. Джон оказался рядом и протянул мне бутылку с водой.

- Спасибо.

Мужчина молча коснулся моего лба своей ледяной рукой.

- Ты точно можешь идти.

- Да.

Я все ещё с трудом осознавала, что у меня будет новая жизнь, и что все теперь будет иначе. И я настолько сильно желала оказаться в теплом и безопасном месте, что была готова перенести на своих ногах, что угодно лишь бы всё это поскорее закончилось.

Прошлая моя двухдневная бессонница была не без причины. Я была не одна и поэтому чувствовала себя более-менее, защищённой! У неё было имя – Вайолет, но я чаще звала её - рыжик. Её рыжая кучерявая солома, не давала мне покоя. Так и хотелось в ней зарыться. Вайолет не помнила ничего, из-за травмы головы.

Мы познакомились, когда мое убежище разбомбили. Она сильно получила по голове именно тогда и не могла вспомнить абсолютно ничего. Именно она, вытащила меня тогда из-под бетонной плиты. Она спасла меня, и я пообещала, что мы выкрутимся и обязательно найдем безопасное место в этом новом небезопасном мире. И мы это делали. Бесконечно попадали в неприятности. Иногда было лучше иногда хуже. Повидали кучу людей и хороших, и плохих. Но придерживались одного правила - быть вместе.

Так вот, всё случилось шесть дней назад, когда ветер нашептал нам, что недалеко есть такое место. Шепчущий ветер — это довольно редкая звуковая аномалия. Он несёт на многие километры то, что услышал на другом конце планеты. В тот день, мы услышали звонкий детский смех. Это было необыкновенно. Мы сидели в чистом поле, и тут нас оглушает детский смех! Я помню, что Вайолет тогда сразу же вскочила и, встав против ветра шепнула: «Нам надо туда!». Вот мы и шли, туда...

Переночевав на складе утром отправились в путь, после обеда начался настоящий ливень и, мы забежали в какую-то школу. Мы сидели в одном из классов, она всё размышляла о том, как было бы круто найти то место, а я смотрела в окно. Улицы этого города были пусты, но, несмотря на это, они были живыми. Асфальт давно скрыла густая зелёная трава. Она так колыхалась на ветру, как зелёное море, но тут нарисовались те, кто охотился за такими как я.

Их было трое. Все в чёрном. Это были люди, не заражённые, а просто люди. Со звериными душами. Люди из другого бункера, называющие себя как «Миротворцами». Они ходили с тестером, и все, кто имел хоть капельку вируса в себе, они забирали к себе на базу или убивали. Мир они так создавали!

Когда мы с рыжиком занервничали, и пока думали, как быть, этих акул кто-то подстерёг на улице. И устроил им бойню, мы же с Вайолет бежали по каким-то непонятным коридорам. Вот и всё! Тупик. Белая плитка на стенах школьной душевой слепила глаза. А в конце стояли они. Ни живые, не мертвые. Мертвецы медленно обернулись на шум. Мы были готовы бежать назад, но и сзади нас уже ждали. Первый, что стоял в дверях кинулся на меня, а мой рыжик закрыла меня собой. Она оттолкнула меня в сторону. Мертвец быстро вонзился ей в шею, затем и остальные. Она даже не закричала. Ни сделала ничего. Только её зелёные глаза медленно потухли.

Я уже и не вспомню как тогда выбралась из школы. Помню лишь что дальше, я только бежала, бежала и бежала, пока вчера ночью окончательно не выбилась из сил.

Мы шли по больничному коридору, он совсем не торопил меня. А может и сам хотел идти более спокойно. И тут он заводит меня, в какой-то кабинет. В этой комнате были его вещи. Хорошо, что я не наткнулась на него ночью.

- Ты меня разбудила, – признался он с улыбкой на лице.

- Извини.

Вот оно что! Если бы я не заметила рану на своем колено, мы бы так и не встретились. И его пальцы, кстати, были бы целы. Он молча собирал что-то, распихивая, по карманам жилетки и рюкзака. Взяв, со стола пистолет, он спросил.

- Ты ведь умеешь пользоваться оружием?

- Честно признаться не очень, на курок нажать смогу, но не больше. Я не плохо метаю ножи, это да, а вот стрелять.

Это было для меня непостижимой наукой. Когда я находилась в бункере, в игровой комнате была доска для дартс, во только дротики все растеряли, и мы бросали что-то похожее на заточки. Я естественно знаю, что стрелять быстрее, но факт в том, что стрелять, в общем-то, не из чего было. А пистолет я подобрала где-то два дня назад уже пустым.

- Удивительно, что ты с такими навыками ещё жива?

- Как видишь, спасают двери, - посмеялась я над своим косяком.

- Хорошо, я запомню это.

Он собрал свои вещи идаже угостил меня каким-то питательным батончиком. Это была восхитительная еда.Мы вышли из больницы, где-то в половине десятого утра. И Джон повёл меня в томсамом направлении, откуда я когда-то поймала ветер. Неужели он приведёт меня вто самое место? Это было бы просто чудесно! Мне кажется, что там бы я смогланормально пожить. Боже, я не видела этой жизни с пятнадцати лет. Войнапостучалась в двери каждого и то, что я жива в свои не полные двадцать четыре, по-моему - это знак свыше, я нужна Богу здесь, на земле. Если ли, конечно он непотерял веру в людей. Но сильно я не радуюсь, потому что я живу каждый день какпоследний с пятнадцати лет. И привыкла думать о том, что этот будет мой последним день.

Спасибо за поддержку ⭐⭐⭐