Последние приготовления

Прошёл уже месяц пребывания в академии для Ники и её брата. Девушка последнее время сильно преуспела, изучая культуру её нового дома. Да и Генри не отставал. Правда он, помимо стандартных предметов, изучал ещё и культуру местной любви. Последнюю неделю Ива находила у себя на тумбочке то стихи, то конфеты, то цветы в вазе. Волшебница не реагировала, последние конверты даже не вскрывала. Ника настоятельно попросила Иву поговорить с братом, чтобы её больше не заставляли таскать всё это в комнату. Свою сестру Генри слушать не желал.

Ника же сама порой не могла отбиться от навязчивого внимания Арона. Парень пытался понравиться ей изо всех сил. Однако, Нике это было не интересно, она просто пыталась поддерживать дружеские отношения и твёрдо решила: никаких подарков не принимать, чтобы не давать ложных надежд.

Сара, в последнее время, общалась с Ивой нехотя, постоянно припоминая ей слова о том, что обычный человек просто не достоин разговаривать с великими волшебниками. София, смотря на это всё лишь закатывала глаза. Её сильнее волновали эксперименты дедушки, к которому она всё-таки успела наведаться. Иву тоже интересовали его исследования. Волшебница постоянно расспрашивала Софию о том, как идут дела. Подруга пообещала как-нибудь свозить всех в гости и всё показать.

Ника продолжала заниматься с капитаном отдельно. Хоть у неё уже были определённые успехи, она понимала, что до всех остальных, по уровню физической подготовки, просто не дотягивает. Однако, желания продолжать заниматься с капитаном не было совсем. После происшествия в бане, Ника ещё неделю боялась поднять на него глаза. После того, как её память перестала рисовать образы полураздетого мужчины каждый раз, когда она не него смотрит, стало легче.

Теперь её мысли были полностью поглощены раздумьями об инциденте, произошедшем в их первую тренировку. И всё это началось потому, что Ника начала замечать отстраненность мужчины. Он приходил на занятия в перчатках, старался не прикасаться к ней, и вообще держался подальше, насколько мог. В один из дней она упала, подвернув ногу. Мужчина лишь поднял её за шкирку, касаясь только одежды, и позвал одного из старших, чтобы её отвели в лазарет. На расстоянии почувствовать то же, что она ощутила в тот первый день, не получалось.

Близился день рождения Ники. Генри встретил её в гостиной, приобнял.

- Завтра твой праздник, сестрёнка. Но подарок я приготовил для тебя уже сегодня. 

Она удивленно вскинула брови.

- Так. Подарки раньше времени не дарят.

- А у нас, просто не будет другого шанса. Я готовил его не один. Мы сделали это вместе.

- С кем? – на лице её играла довольная улыбка.

- Дениф и Дин ждут нас пятерых на кухне.

- Пятерых?

- Да. Сару и Софи я уже встретил в коридоре и направил туда. Поэтому, хватаем Иву и мчимся на праздник в честь тебя.

- Хорошо.

Как оказалось, парни дежурили по кухне в этот день, и именно сегодня можно было вдоволь повеселиться там, после ужина. Повара покинули помещение и оставили дежурных перемывать гору посуды, с которой они справились достаточно быстро и уже успели накрыть на стол.

Ника лучезарно улыбнулась, заметив на столе муку.

- Итак, - начал Генри, - я знаю, как ты скучаешь по готовке. Особенно по выпечке. Ну а мы совсем не умеем готовить торты и пироги. Первую часть нашего подарка, к сожалению, нужно сделать самостоятельно.

Ника бросилась брату на шею.

- Задушишь его, - усмехнулась Ива. – Ну, командуй нами, как своими помощниками. И давай сделаем самый вкусный торт для завтрашнего дня рождения.

- И пирог, - протянула Ника, - его съедим сегодня.

- Точно, у меня и чай под твой пирог найдётся, - Генри достал из ящика бутылку вина, - тут их ещё парочка, для хорошего времяпрепровождения.

Ребята радостно прокричали «Ура!». Все, кроме Сары. Она была рада помогать Нике, но пить даже не собиралась.

Сара, в этот день, даже чуть смягчилась в отношении Ивы. Работа на кухне их объединила. Волшебница совершенно не умела готовить и постоянно спрашивала совета, на что Сара хихикала и бросалась на помощь. Генри тоже получил свою порцию внимания, как человек, который чуть не испортил начинку.

В конце концов, и торт, и яблочный пирог были готовы. Ребята веселились, пили вино и ели приготовленные блюда. Торт было решено спрятать до завтра.

- Ника, убери его в холодильный шкаф.

- Куда? – Она непонимающе окинула взглядом помещение.

Дин взял торт и понёс его к одному из висячих шкафчиков.

- Смотри, - парень открыл дверцу и оттуда повеяло холодом.

Ника заглянула внутрь, увидев место, где хранились остальные продукты, туда же отправился и торт.

- Это тоже магия? Внутри прохладно, – она осмотрела содержимое шкафчика, ничего подозрительного, кроме лежащей на чем-то тряпки.

- Прохладно, но не сильно, потому что морозная сфера завернута в ткань, чтобы температура была не такой низкой, - пояснил Дин. – Хочешь увидеть её – нужно заглянуть в морозилку.

В этот раз он подошел к большому длинному напольному ящику, уложенному горизонтально. Когда парень открыл его, Ника заметила, что помимо дерева снаружи, внутри всё отделано железными пластами, а между этими слоями есть ещё один, с каким-то мягким материалом.

В ящике было полно замороженного мяса, овощей. А посередине расположилась сверкающая сфера. Ника протянула руку к ней, пытаясь прикоснуться. Дин резко одёрнул девушку.

- С ума сошла? Её нельзя трогать голыми руками, - он закрыл дверцу.

- Вы и правда стараетесь все свои проблемы решить магией. Потрясающая вещь, заморозила весь шкафчик.

Дин приобнял Нику и повёл обратно к друзьям. Компания старалась вести себя достаточно тихо, но это не помогло. Внезапно послышались шаги из коридора. Ребята быстро принялись прятать атрибуты веселья и только Дениф не успел избавиться от кружки с вином.

На кухне появился капитан Коган. Ника снова опустила глаза, не желая оправдываться. Но мужчина выглядел вполне доброжелательным, даже после того, как выслушал причину сбора ребят.

- И кто вам разрешил тратить продукты на это? – спокойно поинтересовался он.

- Мы не тратили, - возмутился Дин, - всё это мы попросили купить старших, на собственные деньги, и спрятать до дня нашего дежурства.

Капитан, на удивление, не стал ругаться, а только попросил попробовать кусок пирога, за молчание.

- И кто это готовил? – проговорил мужчина, после того как отправил первый кусочек в рот.

Ника поднял на него глаза, заметила на лице капитана удивление, и коротко ответила:

- Я.

- Вы заставили именинницу печь пирог самостоятельно?

- Я очень люблю готовить, - пояснила она, - и не только пирог. Там ещё есть торт. Это, собственно, и был главный подарок. Возможность снова приготовить что-нибудь вкусное.

Ника заметила, как губы капитана дрогнули в легкой улыбке. Он кивнул и уже собирался уходить, как вдруг принюхался. Ребята сразу поняли, к чему идёт дело, и заведомо склонили головы. Только Сара осталась стоять как раньше, закатив глаза.

Дейв Коган развернулся, осматривая место праздника, подошёл к той самой наполненной кружке и спросил:

- Что в ней?

- Компот, - выпалил Дениф.

Брови мужчины поползли вверх.

- Забродивший, кажется. А дай попробую.

- Не надо, - вмешался Дин, - там вино. Я принёс его ребятам, чтобы они выпили в честь дня рождения.

Он попытался сместить вектор злобы декана на себя, потому что знал, что его больше всего огорчает вранье, но не вышло. Капитан поджал губы и кивнул.

- И всё-таки придётся наказывать, - он посмотрел в абсолютно трезвые глаза Сары. – Ты наказана простым бегом, за то, что не попыталась огородить товарищей от ошибки. За то, что вы все пили, дежурите завтра по кухне. Кроме вас двоих, - он обратился сначала к Денифу: – За вранье будешь мыть ванные комнаты. А ты, - он заглянул в испуганные глаза Ники и тихо произнёс: - Просто принеси мне завтра кусок торта. Если он такой же вкусный, как этот пирог – считай, наказания избежала.

На лице Ники появилась едва заметная улыбка. Каким бы холодным и отстранённым не был этот человек, он всегда находил способ удивить её своей мягкостью.

Ребята возвращались в свои комнаты ничуть не расстроенными случившимся, наоборот, каждый воспринял это как небольшое приключение. Приятный вечер, созданный специально для поднятия настроения Нике, прошёл успешно. Завтрашний день рождения должен был стать не менее красочным.

Ника ложилась спать не заметив, как Ива выскочила из комнаты.

Волшебница встала в темном коридоре, рассматривая двери в мужские спальни. Генри вышел к ней, заметив собственный конверт в её руках.

- Так ты все-таки решила прийти? – парень уверенно подошёл к ней и дотронулся ладонью до её щеки, - я рад.

Генри быстро приблизился к её лицу, целуя, но Ива не оценила такого порыва. Она резко оттолкнула его от себя, залепила пощечину. Благодаря одинаковому росту, она с легкостью схватила его за шею и рывком впечатала парня в стену.

- Это как понимать? Я тебе, разве, разрешение давала? Или, может, повод какой?

Он попытался убрать её руку, сдавившую горло и отдышаться.

- Прости. Я просто подумал, что тебе понравиться, если я буду вести себя так.

Ива приложила палец к губам, осмотрев закрытые двери.

- Поговорим не здесь, а то разбудим кого.

Они молча прошли в пустую гостиную и уселись на диван друг напротив друга.

- Объяснись. С чего это мне должно было такое понравиться? – хоть они теперь были дальше от лишних ушей, Ива всё равно старалась говорить тише.

- Не знаю, подумал, вдруг тебе нравятся плохие парни, которые не спрашивают разрешения. Ты и сама такая… Сильная и властная, вот я и…

- Вот ты и дурак, Генри, - заключила она. – Какая разница, что мне может нравиться. Кстати, как раз потому, что я такая властная – я люблю, когда спрашивают разрешение.

- Понял. Ну, мы можем это забыть и…

- Генри, не можем. Попробуй уже забыть меня.

- Что?

Парень застыл, смотря на неё хмурым взглядом, который потом сменился разочарованием.

- Прости, я не уверена, что у нас что-нибудь получится. Смирись. И перестань, пожалуйста, передавать мне открытки, - она положила ему на колени конверт, - стихи очень красивые.

- Я сам написал их, для тебя…

Волшебница скрыла лицо в ладонях, а потом резко протянула руки, в потухшем камине заструилось пламя.

-Знаешь, почему моя магия – огонь? Я всегда говорила, что мне плевать на предрасположенность, но это не отменяет того, что она есть. Толи из-за врожденного характера, толи из-за определённых событий в жизни, магия обычно связана с личностью человека, который ей обладает. Бывают, конечно, исключения, но не в моем случае, – она обращалась к парню, но не отрываясь наблюдала за языками пламени, пляшущими в камине.

- К чему ты клонишь?

- Генри, ты хороший, ты очень добрый парень, как бы не старалась делать вид, что плохой. Я… другая, я не подхожу тебе, - Ива горько усмехнулась, - я разрушаю, уничтожаю всё на своём пути, без шуток, - она слегка коснулась его щеки, - я уничтожу и тебя. Если я плохо повлияю на тебя мне Ника не простит. Я и сама себе не прощу, что изменила характер такого… милого и наивного парня. Ну не выдержишь ты моей гадкой натуры, страдать будешь.

- Она не гадкая.

- Ты меня всего месяц знаешь. Не идеализируй людей, - Ива взяла его за подбородок и чуть дёрнула вверх, - к тому же, я не вижу в тебе задатки лидера. А мой будущий муж должен иметь хорошую должность.

Глаза Генри удивленно округлились.

- Это всё, что тебя волнует? А если это будет какой-нибудь старый хрыч, но вхожий в военный совет?

- Смотря насколько старый. Мой дедушка и в свои немолодые годы неплохо сохранился.

- Ужас, - он отбросил от себя её руку.

- Я же сказала, прекращай страдать сейчас, чтобы не делать это потом. Ну не такой я человек, которым ты меня себе представляешь, - Ива встала с дивана и направилась к двери, - Я спать. И еще, - она повернулась и посмотрела на него с сожалением в глазах, - ты мне очень дорог, но как друг, как брат моей подруги. Я правда тебя ценю, но нам не по пути, как паре. Прости.

Ива открыла дверь и двинулась в коридор, столкнувшись лбом с входящей в гостиную Сарой.

- Ауч! А смотреть, куда идёшь? – Сара потерла ушибленный лоб.

- И ты меня прости.

Ива быстро убежала в свою комнату, оставив соседку и Генри непонимающе смотреть друг на друга.

Парень растёр ладонями лицо, не желая сейчас ещё с кем-либо разговаривать.

- Что-то случилось? – осторожно поинтересовалась Сара.

- Ни-че-го, - медленно отчеканил он, выбрасывая оставленный на коленях конверт в камин.

Сара улыбнулась и присела рядом с ним, всматриваясь в огонь.

- Не надо быть семи пядей во лбу, чтобы понять, что тебя только что отшили. Надеюсь, она хотя бы сделала это деликатно, а не как умеет.

Он закатил глаза, рассказал ей обо всём, что здесь произошло.

- Поверить не могу, что ты решился состроить из себя кого-то другого. Зачем притворяться тем, кем не являешься? Если ты будешь делать это всю жизнь – проживёшь несчастливо и не с тем человеком, который по достоинству оценил бы тебя настоящего. Хорошо, что вовремя отвергли.

Генри помассировал виски, сейчас ему совсем не хотелось слушать подобные речи, поэтому он решил переключить внимание девушки на неё саму.

- Ты вообще когда-нибудь влюблялась? Если тебя не опрокидывали вот так никогда – ты меня не поймёшь.

Она усмехнулась.

- Если тебе станет легче – влюблялась. Хотя… Это просто симпатия, но я испытываю её и сейчас. Но меня не опрокидывали. Это просто невозможно.

Генри заинтересованно склонил голову вбок.

- В смысле, невозможно?

- Нельзя отвергнуть человека, если даже не знаешь о его чувствах.

- Я-ясно. Так в чем проблема? Расскажи ему всё. Ты не выглядишь как та, кто долго будет горевать об отказе.

Сара саркастически усмехнулась.

- Судишь по человеку, даже не узнав его полностью. Понятно теперь, почему ты на Иву запал.

- Ну да, - Генри закатил глаза, - скажите мне ещё сто раз об этом. Ника и так замучила, хотя она дружит с ней.

- И поэтому может посмотреть на неё без пелены влюблённости. Ива может быть хорошим товарищем и соратницей. Она, конечно, стерва ещё та, но принципы у неё есть, пусть и свои – странные. Но как девушка… Она не оценит такого, как ты.

- Какого?

- Такого правильного, хорошего, милого и слегка простоватого.

- Слушай, а не в меня ли ты влюбилась?

Сара злобно сощурилась и стукнула парня по плечу.

- Не неси бред. Я… Мне не должен нравиться этот человек. Это неправильно, он… кажется, влюблён в другую.

- Иногда ты слишком правильная, - неожиданно, брови его взлетели вверх, а сам он открыл рот от абсурдности своих догадок. – А может, всё-таки, это я? Я тоже влюблён в другую.

- Да иди ты, я спать.

Сара попыталась подняться, но Генри потянул её за руку, усаживая обратно.

- Нет, стой. Я тебе душу вывернул наизнанку, твой черед.

Она возмущенно открыла рот.

- В каком это месте ты мне её вывернул?

Генри показал немую сцену, как именно он представляет себе выворачивание души, это выглядело нелепо и очень смешно. Сара не сдержала улыбки.

- Никому не скажешь? – дождавшись кивка, она продолжила: - Если я узнаю, что хоть слово пикнул – прибью.

- Да никому не скажу, даже Нике не ляпну, клянусь.

- Ей точно не надо знать... Это Арон.

- Ого, - он игриво заулыбался, - точно, вы же постоянно варите что-то по алхимии вместе, остаётесь вдвоем.

- И каждый раз меня расспрашивают о том, что же любит твоя сестра. Пытаются передать подарки, которые Ника просила не приносить.

- А ты скажи ему, что она не любит, когда к ней клеятся, - он скрестил руки на груди, - не нравится мне он. Прилип, как банный лист.

Сара многозначительно подняла бровь и устало бросила:

- Давай не будем об этом. Не важно, что чувствует к нему Ника, главное – что он чувствует к ней. Для меня этого достаточно, чтобы даже не смотреть в его сторону.

- Вот хоть убей, а он мне неприятным кажется. Мутный какой-то.

- Ревнуешь? Думаешь, когда она мужчину себе найдет, забудет про то, что у неё есть брат?

- Конечно нет, - Генри нахмурился, - нашла бы только нормального, чтоб я не волновался лишний раз.

- Смотри, выберет себе в этом месте вояку какого-нибудь. Тоже так себе партия.

- Угу или старикана.

Сара засмеялась.

- Ладно тебе. Для настоящей любви, возраст играет роль? Тебя так волнует её выбор?

- Нет, - Генри вернулся к разглядыванию увядающего пламени, - хочу, чтобы она просто была счастлива.

- И ты будь, - Сара осторожно коснулась его ладони, - найди себе девушку, которая полюбит тебя по-настоящему. А не… вот это вот всё… ну ты понял.

- Ага, - усмехнулся он.

- Тебе стало легче?

- Вообще да. Я даже удивлён.

- Чему?

- Ты… Не такая строгая и бесчувственная, как я себе представлял.

- Ой, спасибо, - она закатила глаза, поднимаясь с дивана.

Он снова задержал её руку.

- Нет, правда. Спасибо за разговор. Я действительно чувствую себя намного лучше, благодаря тебе.

Она смущенно кивнула и отправилась спать. А Генри остался сидеть, смотря на то, как дотлевают угли в почти полностью потухшем камине.