Карточки от «Шоколадных лягушек»

К моему великому сожалению, карточку с именем Николас Фламель мне никак не удавалось найти. Я точно помнила, как засунула её тогда, еще в поезде, себе в карман пиджака. И я нашла этот пиджак — на самом дне чердака, аккуратно сложенным вдвое. Перерыла все карманы вдоль и поперёк, проверила внутри, даже пуговицы осмотрела, чуть ли не на нитки этот несчастный пиджак разобрала — и ничего. Пусто. Абсолютно и точно пусто.

И когда я в первый раз не нашла карточку в кармане — ужас на моём лице нужно было видеть. В голову тут же полезли самые тревожные мысли: выронила в поезде? выбросила? А может, эту карточку и вовсе Короста выкрала... Так или иначе, через какое-то время разочарование стало понемногу стихать. В конце концов, это не конец света. Мы и раньше ничего не знали о Фламеле, а карточка... рано или поздно найдётся. Конечно, лучше бы раньше.

Когда я удручённым тоном сообщила новость мальчишкам, они одновременно понурили головы.

— Ты точно всё обыскала? — с напором спросил Гарри.

— Точно, — уверенно заявила я. — Хотите, могу принести вам тот пиджак!

Но, конечно, и мальчишки ничего не нашли. Мы ещё немного повздыхали и решили вновь полагаться только на свои силы — и, пожалуй, на библиотеку.

Когда же рождественские каникулы закончились, и в Хогвартс вернулась Гермиона, на бедную девочку разом свалилось столько новостей, что она ещё несколько минут не могла говорить.

Когда же Гермиона обрела дар речи, первым делом начала причитать по поводу наших с Гарри ночных вылазок. Да-а, что-что, а Гермиона Грейнджер — никогда не меняется.

— После того разговора с Дамблдором мне стали сниться кошмары, — признался Гарри утром за завтраком.

— Почему ты раньше не рассказывал?! — накинулась я на брата.

Гарри неопределённо повёл плечом.

— А я говорил, что это зеркало до добра не доведёт, — сказал Рон, осуждающе покачав головой.

Я фыркнула.

— А что конкретно тебе снится? — поинтересовалась Гермиона.

Гарри призадумался:— В основном родители... мы с тобой, Лина. И всюду эта вспышка. Зелёная, яркая вспышка...

— Странно, мне ничего такого не снилось, — произнесла я, задумчиво мешая сахар в стакане.

— Я бы на твоём месте радовался, — фыркнул Гарри.

— Я постоянно думаю о том силуэте... — полностью проигнорировав брата, сказала я. — Помимо родителей, в зеркале я видела тёмный силуэт человека. Это был мальчишка.

Рон скептически хмыкнул.— Может, это была любовь всей твоей жизни, а, Лина? — друг многозначительно поднял брови.

Я возмущённо толкнула Рона в бок, из-за чего он, посмеиваясь, едва не разлил своё кофе.

— Какая ещё любовь, Рон?! — недовольно буркнула я, краснея. — В общем, про Фламеля мы ничего не нашли. А ту карточку я так и не нашла...

— Тогда снова пойдём в библиотеку и попытаемся что-нибудь узнать из книг, — подытожила Гермиона.

— Проще уж пойти к Хагриду и силой выпытать у него про Фламеля, — я иронично хмыкнула. — Если бы в библиотеке действительно что-то было про Николаса Фламеля, мы бы это уже нашли. Но делать всё равно нечего... так что я согласна. При первом же удобном случае навестим мадам Пинс.

Но этот так называемый «удобный случай» представился далеко, далеко не скоро. На каникулах ведь расслабляешься, забываешь про нагрузку. Так сказать, теряешь ритм сложной школьной жизни. Так что в первую неделю бесконечный поток домашних заданий просто сбивал с ног. При этом на каждом уроке нужно было делать конспекты — и, пожалуй, только на Истории Магии я беззастенчиво высыпалась прямо на парте.

Помимо этого, мы с Гермионой умудрялись помогать Рону с домашним заданием и полностью выполняли всё за Гарри (ему нужно было только переписать содержимое наших тетрадей).

Брат в последнее время пропадал на тренировках — Оливер Вуд после каникул, будто с цепи сорвался. Гонял своих подопечных как мог, особенно Гарри. Их тренировки иногда длились по нескольку часов в день, и только темнота зимних вечеров немного остужала пыл Вуда.

А тут ещё и профессор Снейп со своими дополнительными занятиями! На днях он заявил, что будет проводить отдельные уроки для, как он выразился, самых талантливых учеников. Список появился уже на следующий день, и моё имя с указанием факультета стояло первым.

Суть этих уроков заключалась в более глубоком и сложном изучении материала. И большинство студентов там, конечно же, были из Слизерина — включая Драко Малфоя. Также на этих занятиях присутствовал Макс Файер, что совершенно меня не обрадовало. Мало мне терпеть этих двух балбесов на обычных уроках, так теперь мы будем видеться ещё чаще!

Разумеется, ни Гарри, ни Рон, ни (что удивительно) Гермиона не были включены в список «избранных». Последнюю это, конечно, ужасно возмутило и обидело — и на зельях с тех пор Гермиона вела себя ещё более активно. Но, видимо, это только раздражало профессора Снейпа, так что через неделю он сдался и тоже включил девочку в список.

Так что времени на Николаса Фламеля совсем не оставалось. Конечно, в субботу и воскресенье ещё были какие-то свободные часы, но и тогда в библиотеке нам ничего не удавалось найти. Мальчишки в конце концов напрочь отказались посещать библиотеку в выходные и предпочитали проводить время либо в гостиной за партией в шахматы, либо на свежем воздухе.

Я, каждый раз уходя в библиотеку, тяжело вздыхала, косясь на мальчишек. Мне ужасно хотелось присоединиться к Рону и Гарри: хотелось рисовать их смешные физиономии во время партий, сходить в гости к Хагриду, погрызть его твёрдое печенье и выпить чашку горячего чая… Даже снова попробовать полетать на метле. Но тогда меня бы просто совесть сгрызла, знай я, что Гермиона сидит в одиночестве в библиотеке и тухнет за унылыми книгами. Поэтому я тухла за ними вместе с ней. И, похоже, она была мне за это благодарна.

---

Днём в воскресенье мы с Гермионой и Роном находились в гостиной Гриффиндора. Ребята сидели за столом, сгорбившись над шахматной доской — у них шла очень серьёзная и напряжённая битва.

Я же, закинув ноги на подлокотник кресла, пыталась нарисовать натюрморт с маленькой феей, выглядывающей из красивой старинной вазы — такую картину я увидела в одном из коридоров Хогвартса.

Сегодня выдался спокойный денёк: ещё в пятницу все перья с пергаментами были заброшены в рюкзаки, а библиотеку мы с Гермионой успели посетить вчера вечером и сегодня утром. И вот, наконец, выдалась минутка отдыха.

Только Гарри, как обычно, пропадал на тренировке. Я очень переживала за брата. Всё-таки Гарри было всего одиннадцать, а работал он как тридцатилетний мужчина! Однако, несмотря на это, спорт явно шёл ему на пользу: Гарри заметно похорошел и даже вырос на добрых семь футов. Раньше мы с ним были почти одного роста, но теперь, как заметил Рон, брат стал заметно возвышаться надо мной. Гарри был безумно счастлив.

Я так задумалась, что не заметила, как рисунок пошёл куда-то не в ту сторону: ваза получилась какой-то отстойной, вся кривоватая… у феи крылья поплыли вниз. Я вздохнула и захлопнула альбом. И как раз в этот момент в шумную гостиную ввалился Гарри.

— О-о, вспомнишь лучик — вот и солнце! — ехидно отозвалась я, когда брат подошёл достаточно близко.

Гарри хмыкнул, а Рон недоумённо уставился на нас. Я отмахнулась.

— Гарри, мамочки, что с тобой? — встревоженно спросила Гермиона, выпрямляясь в кресле.

Я скосила глаза на брата: он и вправду выглядел удручённым, хоть и старался казаться бодрым.

— Неужели тебя исключили? — я прикрыла ладошкой лицо.

Гарри фыркнул.

— Да пусть только попробуют, — насмешливо отозвался он, падая в соседнее кресло. — Впрочем, может, я сам скоро уйду — с такой нагрузкой… Короче, Вуд сегодня заявил, что следующий матч будет судить Снейп.

Мы с Гермионой одновременно ахнули, переглянувшись, а у Рона отвисла челюсть.

— Нет! — воскликнула я, вскакивая с кресла.

— Точно, тебе нельзя играть! — поддержала мою реакцию Гермиона.

— А давай скажем, что ты заболел? — тут же предложил Рон.

— Сделай вид, что сломал ногу, — кивнула Гермиона.

— Или на самом деле сломай! Мы поможем! — с энтузиазмом воскликнул Рон.

— А может, сразу руку и голову в придачу? — возмущённо воскликнула я. — А вот заболеть — можно попробовать…

— Так, стоп-стоп-стоп, — замахал руками Гарри. — Я не могу никуда уйти. У нас нет запасного ловца, так что если я не выйду, то и вся команда не выйдет! И Гриффиндор опять не получит кубок.

— И всё же этот исход будет лучше, чем если ты разобьёшься в лепёшку, — с укором сказала я, получив от мальчишек взгляды, кричащие о том, что я сошла с ума. — В любом случае, Гарри, твоя жизнь намного важнее какого-то там кубка, — недовольно добавила я.

Но брат, похоже, так не считал. Он уже открыл рот, чтобы продолжить перепалку, как вдруг в гостиную ввалился Невилл. Причём буквально "ввалился": его ноги были плотно соединены, словно кто-то склеил их супер-клеем. Невилл громко всхлипнул, и все в гостиной Гриффиндора расхохотались.

Я ахнула и тут же бросилась к Невиллу. Гермиона сразу оказалась рядом и расколдовала мальчика, а я принялась его успокаивать. Наконец, когда Невилл более-менее пришёл в себя и вытер все слёзы, я аккуратно взяла его за плечи и потянула к удивлённым Гарри и Рону.

— Что с тобой произошло? Кто это сделал? — осторожно спросила я, усаживая его в своё кресло.

— Это был Малфой... Я встретил его возле библиотеки... — Невилл шмыгнул носом. — Он искал, на ком бы попрактиковать новое заклятие, и тут ему подвернулся я.

— Срочно иди к профессору МакГонагалл! — тут же посоветовала Гермиона. — Всё расскажи — и тогда Малфоя накажут.

— Нет! — веско заявил Невилл, а затем горько добавил: — Хватит с меня неприятностей...

— Но, Невилл! — негодующе воскликнул Рон. — Малфой ведь постоянно над тобой издевается! А ты таким поведением только облегчаешь ему работу.

— Не надо напоминать мне о том, что я слишком труслив для Гриффиндора! — неожиданно рассердился мальчик. Он косо глянул на меня, а затем обречённо закрыл лицо руками.

— Причём тут... — начал Рон, но я незаметно наступила ему на ногу.

— Невилл, — я аккуратно присела на соседнее кресло, — мы ни в чём тебя не обвиняем. Просто было бы лучше, если бы ты всё рассказал МакГонагалл. Малфоя обязательно накажут, и он больше к тебе не сунется, ага?

Мальчик отнял ладони от лица и посмотрел на меня с сомнением. Ситуацию спас Гарри: он вдруг извлёк из кармана упаковку «Шоколадной лягушки» и протянул её Невиллу.

Мальчик всхлипнул, но с кривой улыбкой взял сладость: распаковал коробку, и из неё на пол что-то выпало.

— Эх, снова Дамблдор попался, — с сожалением изрёк Рон, поднимая вкладыш с пола.

— А я бы забрала...

Меня прервал ошеломлённый вздох Гарри. Мальчик с широко раскрытыми глазами смотрел на карточку, будто увидел оборотня вживую. Повисла пауза, которую я, не выдержав, нарушила:— Гарри, случилось ещё что-то плохое? — я с тревогой уставилась на брата.

Гарри побледнел ещё больше. Впрочем, в следующее мгновение его губы растянулись в широкой улыбке.

— Нет, — он замотал головой, словно в бреду. — Совсем нет! Лина, Рон, Гермиона! Вы не поверите! Я вспомнил, где слышал про Фламеля! Из карточки с Дамблдором! — Гарри спешно вырвал у Рона вкладыш и стал быстро читать: — «...Профессор Дамблдор прославился, помимо всего прочего, победой над тёмным волшебником Грин-де-Вальдом в 1945 году, открытием двенадцати способов применения крови дракона и работами по алхимии, проведёнными совместно с его партнёром Николасом Фламелем...»

Гермиона вдруг вскочила. Она быстро бросила: «Сейчас приду!» — и исчезла в дверях спальни для девочек.

Про Невилла мы, естественно, напрочь забыли, поэтому мальчик осторожно встал и попятился к спальне мальчиков. Мы с Гарри и Роном тем временем возбуждённо переглянулись.Наконец-то! Спустя столько месяцев догадок и предположений у нас появилась первая ниточка. Осталось только потянуть — и мы узнаем, кто такой этот Николас Фламель! Сердце забилось с новой скоростью.

Через несколько секунд Гермиона уже вприпрыжку бежала к нам с охапкой — в руках у неё была огромная, толстая и очень старая на вид книга. С громким стуком она упала на ближайший стол, и некоторые студенты удивлённо обернулись. Впрочем, Гермионе было всё равно: она лихорадочно перелистывала страницы, тихо бормоча что-то себе под нос.

— Не может быть... не может быть... я ведь даже не думала искать его здесь... А ведь взяла эту книгу ещё несколько недель назад... — я едва различала фразы подруги.

Неожиданно Гермиона громко сказала:— В общем, я взяла эту книгу для лёгкого чтения. Отвлечься от учебников…

— Это лёгкое? — прыснул Рон. — А что же тогда для тебя сложное?

Гермиона посмотрела на него исподлобья.— Рон, лучше помолчи, — посоветовала она, и друг тут же насупился.

Мы с Гарри весело переглянулись: перепалки Рона и Гермионы всегда были забавными. Неожиданно Гермиона перестала листать страницы и хлопнула ладонью по одной из них:— Вот оно!

— Уже можно говорить? — Рон изогнул бровь, но девочка полностью его проигнорировала.

— Николас Фламель — единственный создатель Философского камня! — торжественно произнесла Гермиона, будто была актрисой в драматической постановке.

Я ахнула:— Философский камень! Не может быть! Это ведь… такая серьёзная вещь! Ответственность огромная! Неужели она вся лежит на одном только Пушке?.. Не думаю...

На мальчишек, впрочем, это не произвело никакого впечатления. Они, пооткрывав рты, недоумённо уставились на нас с Гермионой.

— Вы что, книжек вообще не читаете? — возмущённо спросила девочка и подтолкнула книгу поближе к мальчикам.

— Между прочим, это было в 24-м параграфе учебника по зельеварению, — с укором сказала я, пока Гарри и Рон, склонившись над томом, внимательно читали. — Страница… 394, кажется. А ещё Снейп говорил об этом камне на дополнительных занятиях. Помнишь, Гермиона?

Девочка кивнула.

— Какие вы у нас умные, — буркнул Рон, но тут же чему-то усмехнулся.

— Не суть, — я отмахнулась от друга. — Вы поняли, что это означает? Философский камень — это то, что охраняет Пушок на третьем этаже. То, что под люком. Только я сомневаюсь, что всё ограничивается одной собакой…

— Философский камень способен превращать всё в золото и дарит бессмертие... — прочитал ещё раз Гарри и присвистнул. — Неудивительно, что Снейп хочет его украсть...

— А ещё неудивительно, что мы не могли найти информацию о камне в библиотеке, — добавил Рон. — Помните, мы ведь читали только про более-менее современные изобретения. А Фламелю уже 665!

* * *

На следующий день, после урока Защиты от тёмных искусств (который, должна отметить, как всегда сопровождался головной болью), Гарри вдруг решительно произнёс:

— Я точно буду играть! Иначе все подумают, что я испугался Снейпа, а он мне вообще до лампочки. Я им ещё покажу… И Гриффиндор, конечно же, выиграет.

— Разумеется, — фыркнула Гермиона, заворачивая за угол коридора. — Если не придётся соскребать с поля то, что от тебя останется.

Я с укором посмотрела на подругу.— Эй, больше оптимизма! — с улыбкой толкнула я Гермиону в бок. — Гарри отлично сыграет, я уверена.

— Кажется, вчера ты была другого мнения, — заметила Гермиона.

— Да, но я поняла, что Гарри всё равно не переубедить, — пожала я плечами.

— Точно, — поддакнул брат.

— И если Снейп вдруг опять начнёт заговаривать метлу, надеюсь, в этот раз матч остановят, а Снейпа накажут… — добавила я и со значением подняла бровь. — В конце концов, можно сообщить о наших подозрениях профессору Макгонагалл.

— А можно не мелочиться и сразу к Дамблдору, — добродушно заметил Рон.

— Ага, — я кинула на Рона снисходительный взгляд — хоть он на моей стороне. — В общем, Гарри, на матче можешь рассчитывать на нашу поддержку.

---

— Слушайте, раз вам так хочется пойти на этот проклятый матч, нам стоит подготовиться, — произнесла Гермиона после обеда.

Мы втроём, как обычно, сидели в гостиной — просто молча развалившись в креслах: обед был плотный, погода стояла какая-то особенно удушающая, всех клонило в сон. Гарри (будь неладен этот Вуд!) снова ушёл на тренировку, и мы ждали именно его.

— Подготовиться? — Рон лениво поднял голову.

Я тоже бросила на подругу заинтересованный взгляд. Гермиона загадочно улыбнулась, но тут же сделалась серьёзной.

— Да. На всякий случай — выучить пару-тройку заклинаний. И если вдруг что…

Мы с Роном переглянулись. Я приободрилась и даже в кресле подскочила. Мысль о том, что Гарри будет в безопасности благодаря нашей помощи, вселяла уверенность.

— А какие заклинания? — спросила я.

— Ну… — протянула Гермиона. — Например, Обезноживание. То самое заклятие, которое Малфой применил к Невиллу на днях.

— Ни за что! — возмущённо воскликнул Рон, но тут же понурил голову: — Ладно… но только ради Гарри.

— Конечно-конечно, — заверила я. И, чтобы немного успокоить друга, добавила: — Не бойся, оно несложное.

Рон фыркнул, заслужив от Гермионы сердито-насмешливый взгляд. Он в ответ состроил ей забавную гримасу.

Я же сделала вид, что не замечаю их переглядываний, и быстро сказала:— В общем, я "за"! Но давайте ничего не рассказывать Гарри… он тут же начнёт нас отговаривать, я его знаю. Когда начнём тренировки?

---

На стадионе было шумно: ученики прибывали один за другим, трибуны были переполнены, всё пестрело яркими плакатами в руках студентов, флажки с эмблемами факультетов то и дело мелькали под носом. Мы с Гермионой и Роном уселись рядом с Невиллом, настороженно оглядываясь.

— А зачем вам волшебные палочки? — рассеяно спросил Долгопупс. Разумеется, ему никто не ответил, отчего Невилл ещё больше растерялся.

Я же самым проницательным взглядом оглядывала толпу и поле. Игроков, как и Снейпа, ещё не было видно, зато комментатор Ли уже сидел на своём месте, а профессор МакГонагалл поглядывала на него подозрительным взглядом.

В последние дни мы с Роном и Гермионой упорно тренировались в заклятии Обезноживания — Локомотор Мортис — в то время, когда Гарри пропадал на тренировках. Перед самым вечером, когда должен был пройти матч, заклинание получалось лучше всего: я сшибала Рона с ног практически за секунду!

Над ухом что-то пробубнила Гермиона про осторожность, а я заёрзала на скамье: ну когда они там уже выйдут?! А Гарри ведь, наверное, переживает ещё больше! Я не заметила, как начала нервно грызть ноготь большого пальца. Гермиона заметила это и отдёрнула меня.

Я вздохнула, ещё раз оглядела трибуны и вдруг наткнулась взглядом на преподавательскую ложу.

— О, глядите! — я счастливо улыбнулась, а сердце подпрыгнуло от волнения, радости и быстро-быстро забилось, в такт моего тяжёлого дыхания. — Дамблдор! Дамблдор на игре!

— Теперь Гарри точно ничего не угрожает! — хлопнул в ладоши Рон.

— Но не будем расслабляться, неизвестно, что ещё будет, — нравоучительным тоном предостерегла Гермиона. — Так что держите палочки покрепче.

Рон фыркнул.

— А что будет-то? — недоумевал Невилл, но ответа снова не последовало. — Зачем вам палочки? Вы мне объясните, или как?!

— Тихо, Невилл, игра начинается, — шикнула я на мальчика и поудобнее устроилась на скамье. На поле стали показываться игроки.

Я сразу заметила Гарри: его взлохмаченную шевелюру трудно было не узнать. И шагал брат преувеличенно бодро: видимо, он тоже заметил Дамблдора... да-а с таким блестящим настроем, не менее блестящего ловца, Гриффиндор просто обречён на успех!

Ещё я приметила Макса: он стоял впереди Гарри, всем своим видом копируя статую. Интересно, как он? Переживает, наверное... В следующую секунду Макс неожиданно резко обернулся и, как мне показалось, посмотрел прямо на меня и даже улыбнулся! Я фыркнула и намеренно небрежно отвернулась в сторону слизеринской команды. Файер снова включит свой новый режим "Хвастун на метле", и пялиться я на него точно не собираюсь, ага...

— Ой, посмотрите на Снейпа, кажется, он сейчас взорвётся, — Рон злорадно улыбнулся. Впрочем, в ту же секунду он ойкнул: кто-то задел его локтем по макушке. Намеренно.

— Ой, Уизли, я тебя не заметил.

Сзади стояли излюбленные Крэбб и Гойл, а впереди, как всегда, вырисовывался Малфой. Он, как обычно, выглядел на все сто: белые волосы зачесаны, мантия небрежно накинута поверх рубашки, а на бледных губах играет знакомая самодовольная улыбка. Драко заметил, что я пялюсь, и подмигнул. Я тут же отвернулась на игру. Рон и Гермиона тоже старательно игнорировали слизеринца.

— Может, кто-нибудь хочет поспорить: как долго Поттер сможет продержаться на метле? Я ставлю, что не больше пяти минут... А ты, Уизли? Хотя... — Малфой хохотнул. — Тебе ведь и спорить-то не на что!

Рон дёрнулся, но никак не отреагировал. Я же резко повернулась к Малфою, вся красная от злости, и уже хотела что-то сказать, как Гермиона повернула мою голову обратно к полю. Но Малфой, похоже, остался доволен моей реакцией: я чувствовала, как он сверлит мою спину глазами и ухмыляется.

— Кажется, я понял, по каким критериям в гриффиндорскую сборную набирают игроков, — растягивая гласные, пропел Малфой. — Жалость! Вот взять в пример Поттера — он сирота. Или близнецов Уизли — они нищие...

Мы с Гермионой и Роном не могли отвести взгляда от поля, внимательно скользя глазами за Гарри, но меня начало потряхивать от ярости.

— Странно, что в команду не взяли тебя, Долгопупс. Ты такой тупой и жалкий, что заслуживаешь место в команде, — скучающе продолжал Малфой.

Крэбб и Гойл сзади прыснули, а Невилл густо покраснел.

— Да я... я стою десятки таких, как вы, — процедил он, и я невольно испытала гордость за Невилла. Молодец!

Крэбб, Гойл и Малфой, впрочем, тут же расхохотались как последние дураки. Невилл неуверенно покосился на нас. Мы не ответили на его взгляд, ведь всё это время упорно следили за Гарри. Но, если честно, нервы уже были на пределе.

Драко что-то ещё сказал Рону и Невиллу — не менее язвительное и ехидное — и друг не выдержал: что-то гаркнул слизеринцу в ответ. Но у меня уже стало закладывать уши: крик поднялся такой, что приходилось кричать, чтобы тебя услышали. Гарри вдруг изящно спикировал вниз и вытянул руку. В свете солнца блестел золотой снитч...

Гермиона резко отдёрнула Рона и указала на Гарри.

— О, кажется, Поттер заметил маленькую монетку для тебя, Уизли! — рассмеялся Малфой, и мальчик не выдержал.

Прежде чем кто-либо успел вмешаться, Рон уже придавливал Малфоя к земле, перекрывая ему кислород. К нему тут же кинулись Крэбб и Гойл, а чуть поколебавшись — и Невилл!

Я то и дело вертела головой, не зная, куда смотреть, но, плюнув на мальчишек, вместе с Гермионой вскочила со скамьи и принялась кричать:— ДАВАЙ, ГАРРИ! ТЫ СМОЖЕШЬ!

Позади раздавались охи и ахи, вскрики, ругательства, звуки ударов. Но мы с Гермионой будто не слышали: обнявшись, кричали что-то воодушевляющее, точно черлидерши. А Гарри тем временем нёсся прямо на ошеломлённого Снейпа. Снитч пролетел прямо над ухом профессора и вдруг взмыл вверх. Гарри тоже вышел из пике и, пролетев прямо перед носом Снейпа, крепко схватил снитч.

Трибуны взорвались криками счастья и радости, Ли что-то кричал в микрофон, профессор МакГонагалл прыгала от радости. Гриффиндор завоевал кубок по квиддичу за первые семь лет поражений.

— Рон! Рон! — вопили мы с Гермионой наперебой. — Гарри выиграл! Мы выиграли! Гриффиндор выиграл!!!

Гарри тем временем опустился на землю. Даже издалека я видела, как он улыбается: золотое сияние будто окутало мальчишку. К Гарри тут же кинулись члены команды: Вуд поспел первым и теперь обнимал брата, как родного сына, и трепал ему волосы. Даже Дамблдор соизволил подойти к мальчику! А Снейп тем временем с самой мрачной гримасой на свете отошёл в тень и сплюнул на землю.

Мы же с Гермионой, переглянувшись, с улыбками пошли разнимать мальчишек. М-да... жизнь удалась.

---

После матча Фред и Джордж решили закатить шикарную вечеринку в честь победы Гриффиндора — стащили пару-тройку тортов и несколько бутылок с напитками из кухни. Сейчас наверняка уже вовсю готовят музыку с другими студентами и дожидаются Гарри — главного виновника торжества. Но он всё не появлялся.

В конце концов мы с Гермионой и Роном не выдержали и пошли выжидать Гарри у главных ворот Хогвартса. Гермиона уселась на ступеньки, подложив мантию, а я бесцеремонно развалилась на траве, задумчиво глядя в небо. Меня беспокоило то, что Малфой никак не может отвязаться от нас. Почему он постоянно пристаёт к нам? Просто хочет обратить на себя внимание? Но почему именно наше? Зачем ему это?

Рон тем временем никак не мог забыть про ту драку, что случилась на трибунах. Он всё говорил и говорил, а я умоляла Гарри побыстрее показаться.

— ...и вы видели — видели?! — как Невилл вмазал Малфою? У бедняжки, наверняка, нос теперь немного кривой... О, а вот и Гарри! — наконец воскликнул Рон.

Я тут встрепенулась: выпрямила спину и вгляделась в небо. И действительно: невдалеке виднелся силуэт мальчика с взлохмаченными волосами. Гарри изящно приземлился на землю и шумно выдохнул.

— Привет... — пыхтя и отдуваясь, проговорил он.

— Что ты так долго?! — тут же воскликнула я. — Фред и Джордж, да и остальные, уже как час ждут тебя в гостиной с кучей еды и воды... словом, вечер — не время для полётов. Да ещё и в Запретном лесу... что ты там делал?

— Во-первых: не сиди на холодном, Лина, — осадил меня брат. Я цокнула, но всё же поднялась. — А во-вторых: плевать на этот праздник! Быстрее, давайте найдём пустой кабинет. Я там объясню.

Когда мы зашли в первую попавшуюся комнату, Гарри, залезая на парту, начал свой рассказ. Я слушала, затаив дыхание: Запретный лес; бедняга Квиррелл, которого допрашивает Снейп; подтверждение наших догадок по поводу Философского камня. И если раньше я ещё немного сомневалась в том, что профессор зелий хочет украсть его, то теперь все сомнения развеялись.

— Снейп хотел узнать от Квиррелла, как пройти мимо трёхголовой собаки... — продолжал Гарри. — Но он не раскололся, не выдал. Снейп ещё что-то сказал про его фокусы и что это не конец... в общем, Квиррелл явно знает, как заполучить этот камень.

— Я вам уже в который раз повторяю: Пушок точно не единственная охрана для камня, — начала я. — Там есть ещё и заклятья какие-то... волшебные загадки, может. Ну, на соображалку. И Квиррелл явно приложил руку к каким-то — он преподаватель Защиты от Тёмных искусств, в конце концов.

— То есть сохранность Философского камня зависит только от Квиррелла? — Гермиона обречённо вздохнула.

— В таком случае камень пропадёт через неделю, если не меньше... — мрачно подытожил Рон.

Мы с Гарри уныло переглянулись. Слова Рона были чистой правдой. Квиррелл никогда не отличался храбростью — это я поняла ещё при нашей первой встрече. А с таким жёстким и суровым человеком, как Снейп, и вовсе дел лучше не иметь. Как долго продержится Квиррелл? В лучшем случае — недели две.Оставалось надеяться только на чудо...

Примечание от автора:Эту главу писала на легке, а вот про следующую пока ничего сказать не могу. Сейчас у меня небольшие проблемы со зрением: мне выписывают очки, а ещё нужно будет использовать специальные капли для глаз. При этом врачи запретили надолго и близко смотреть в экран телефона, планшета, ноутбука — в общем, любой техники.К тому же возникла проблема с моим питомцем: у него обнаружили опухоль на спине. Период выдался не слишком радостный, но я надеюсь, что к концу месяца всё стабилизируется.