Глава 8

«Ранее утро.... Как хочется спать.... Пристрелите меня кто-нибудь, я больше не встану!» — зачитала я свою утреннею мантру. 

Лежу, сплю до последнего, вставать не хочу! Если я сейчас встану, то вновь тренировки и новая пачка от Леви Аккермана! Прошло уже полмесяца как я тут, родители присылали беспощадное количество писем, а заноза капитан — новую бумажную работу. Как же достал этот капитан, что даже не мой начальник! Вечно придирается, вечно ему что-то грязно, потом что-то не нравится! Иными словами, для меня, он самый настоящий истязатель!

Я прячу голову под одеяло, ограждая себя от солнечного света. Ко мне в комнату врываются девочки: 

— Доброе утро! — с необычной энергичностью словно пропела Криста. И откуда у неё столько энергии по утрам? 

— Ты ещё в постели? Вставай! Нам пора! — спокойно проговорила Микаса. 

— Нет, нет, нет! Лучше прибейте меня, ибо я не встану... — начала проваливаться вновь в сон я. 

— Совсем уже расклеилась! — сказала Имир и резко прыгает на меня, — А ну шевели булками!

Она падает на меня верхом, знатно вдавив меня в постель. После беспощадная женщина всё так же не отступает! Она упирается спиной в стену и ногами сталкивает меня с кровати. Я падаю с грохотом, оказавшись у девочек у самых ног. Моя комната была очень маленькая, потому я её не делила ни с кем. Лёжа на полу, я высовываю свой нос из-под одеяла, смотрю на девочек с того же положения, в котором приземлилась. По спине вдруг начал идти сквозняк, я поняла, что сна мне больше не видать! Я принимаю сидячую позу и едва разодрав глаза, говорю:

 — Ваша взяла! Встаю! 

— Ты снова помогала капитану Аккерману? — поинтересовалась Криста.

— Неужели на столько видно? 

— Ты себя в зеркало видела? Ты как после войны! — сказала вновь Имир и спросила, — Чего он вообще к тебе пристал? 

— Я уже говорила! С прошлого наказания выплыло ещё одно... — монотонно начала я, но меня перебивает Микаса. 

— И тем не менее очень странно! Ты не совершала особо тяжких преступлений, и всегда следовала порядкам. Он как-то быстро договорился с капитаном Нессом об этом. К тому же, каким он вообще боком относится к этой ситуации?

Я покраснела, ведь воспоминания той ночи всегда приводило меня в стыд. Я вспоминала его плечи, спину, то, как он раздевается! Подумав об этом, я краснею ещё больше и вдруг Имир подхватила диалог: 

— Вот именно! Даже я отделалась легким испугом и лишней пробежкой! Но к тебе он присосался ни с того ни с сего!

Я поворачиваю голову к Имир и начинаю замечать, что она знатно развалилась на моей кровати, пока я всё ещё на полу! Это был мой шанс сменить тему: 

— Сударыня! Вашей наглости нет границ! Соизвольте слезть с моей постели. Меня спихнула — сама разлеглась! — сказала я и заулыбалась, при этом, шлёпнув её по ноге — Одеваюсь и бегу! Пару минут.

Крути не верти, но это была та же армия! Одевались и заправляли постели настолько быстро, насколько смогли обучиться этому в академии! За столь небольшой промежуток времени, я успела знатно сдружится с ребятами. Всё своё свободное время я проводила с бумагами от Аккермана, но вскоре я научилась знатно отлынивать и сбегать незаметно, пока капитан занят другими делами вне корпуса, хоть это и стоило мне сна.

Каждый день мы отрабатывали тактику нашей первой вылазки и обсуждали план. Тренировки с УПМ и занятие со скачками также присутствовали в наших ежедневных делах. До чего же чудная у меня теперь лошадь! Недолго думая, я сразу дала ей имя «Гёль». Я согласна, что это весьма странное имя, но означало оно «шум битвы», что в будущем сулит всем нам.

Покончив вновь со всеми делами, я лениво направляюсь в своё чистилище, где вновь капитан Аккерман оставил то, что нужно заполнить. На ходу начинаю считать ворон, придираться к мелочам, на которые ранее было плевать, и всё лишь для того, чтобы оттянуть свою участь пребывания в кабинете. 

«Кажется я начала понимать его вечное недовольство ко всему! Хитрый ход Аккерман! Кто бы подумал?» — ехидничаю я в своих мыслях.

Оттягивай или нет, но я всё равно дошла до двери и вхожу. 

— Опаздываешь Браудер! — вдруг услышала его голос и удивилась. 

— Разве вы не должны были отлучится по делам? — с изумлением, я резко задала вопрос. 

— Отлучался, закончил раньше, — равнодушно сказал он и добавил, — ещё раз будешь так плестись, то конюшни неделю драить будешь! 

— По правде говоря, я очень устала за последние дни. Я думаю, я заслужила выходной! — словно выпив храброй воды, спокойно и надменно сказала я и добавила, — Вам бы тоже не помешало бы! 

— Бесстрашная. Даю два дня на отдых, а сегодня вот! Заполни это! — сказал он, сидя за своим столом, после — протянул два листа. 

— Это всё? 

— А надо ещё? 

— Глядя на вас и то, как вы трудитесь, я бы очень хотела вам помочь! До чего же вы себя не жалеете! Такой сильный и так мало отдыхаете! — ласково с улыбкой промурлыкала я, пытаясь умаслить его. 

— Третий выходной не дам! И не проси! — отрезал он. Улыбка быстро пропала, а глаза возмущённо закатились. 

— Но мне нужно три! У моего брата день рождения! 

— Тогда бери неоплачиваемый выходной. Два дня, вот и отпразднуете. 

— До чего же вы суровы! 

— А ты нахальная и бесстыжая! — он сделал акцент на слове «бесстыжая».

 — Тот инцидент был нелепым недоразумением! Сколько можно его припоминать? — мои губки надулись, а фраза звучала словно от капризного ребёнка. 

— Ты могла подать знак, что там находишься, а вместо этого ты что делала? 

Я вдруг побагровела, словно алая роза. 

— Ничего! — выпалила своё возражение. — Ничего не видела! 

— Таки ничего! Я интуитивно чувствовал чей-то взгляд, но думал — показалось. А сейчас ты стоишь предо мной багровая и пытаешься что-то возражать. Какая нелепость. 

— Вы застали меня врасплох! — обиженно сказала я и демонстративно отвернулась, добавив, — Почему бы вам, и вправду, не взять и нормально отдохнуть от этих листов и тренировок! 

— Мои дела срочные и крайне важные, эта вылазка будет особенной! — с особой серьёзностью начал он, а после продолжил, — К тому же, как говорят: «Кошка с дома, мышки в пляс!». Да-да! Это я о тебе говорю. 

— Особо тут не поплясать, а до вылазки вы будете очень варенным. И это я говорю как наблюдающий со стороны! 

— Не уж то! Вы слишком хитро устроены, заговаривая мне зубы, дабы отложить работу, — он начинает быть недовольным. 

— У меня кучу времени до утра и тут немного! А говорю я с вами потому, что мне просто скучно и я бы хотела больше подружится с вами! 

— Я друзей стараюсь не заводить! 

— Зря вы так! Умрёте, а после что? Так и не поживёте. У нас слишком смертная работа, чтобы так в пустую пренебрегать жизнью! 

— Я делаю то, что должен. А теперь ответь мне на вопрос. Что ты от меня хочешь? — вдруг холодно спросил он. 

— Долой бумаги! Следуйте за мной, — ответила я и вышла.