2. Облик Бога

  Прошла уже неделя с того момента, как попали девушки в Карточный мир.

   Они поселились в Зонтопии и сменили человеческие имена на имена "карточные".

   Сменился и их внешний вид. На смену школьной одежде, в которой они и были на момент попадения в Карточный мир, пришла другая.

   Астрея отдала предпочтения светлым тонам голубого. Потому что, как выяснилось этот цвет считается культовый цветом Зонтопии, а ещё потому что одежды других цветов здесь просто нет.

   Однако её волосы и её глаза не столько всех удивляли, сколько заставляли опасаться.

   Астрея часто замечала, как странно окружающие смотрят на её левую щёку, где и был знак её боевой ценности и масти. Они смотрели на неё, кто с отвращением, а кто - с неподдельным страхом. Даже её работодательнице в цветочном магазине пришлось привыкать, что Астрея - не зонтопийка, но она никогда не рассказывала, почему стоит Астрее показаться на улице, как любой, кто шёл по дороге ей навстречу, тут же стремился перейти на другую сторону улицы, чтоб не сталкиваться с ней.

   Одно было очевидно, как ясный день. Этот город её не любит. Вернее даже не её, а её масть.

   Но что Астрея и Пандора точно заметили. Это факт, что у всех жителей на каждой руке только по четыре пальца!

   У них не было мизинцев! Причём не было, будто изначально. Словно и не должно быть. Рука вполне себе хорошо функционировала и без него. И, похоже, о такой потере они были не в курсе.

   Обыденное для Астреи и Пандоры было для жителей города аномальным, а их обыденно - аномальным для них, но Пандора, примкнувшая к церкви Зонтика, заметила, что на витражах и мозаиках в церкви Зонтик явно обладает пятью пальцами на каждой руке. Этому даже уделялось особое внимание.

   Так одна мозаика заинтересовала её особенно.

  После молитвы, вместо того, чтобы с потоком покинуть церковь, она снова подошла к мозаике.

   Она всегда ходила сюда после молитвы, но в церковь надевала только пасмурно-синюю рясу с капюшоном.

   Проповедник заметил её и незаметно подошёл со словами:—Снова вижу тебя здесь, сестра, около этой мозаики. Тебя что-то беспокоит?

   Пандора чуть вздрогнула и обернулась на него. —А? Да. Можно задать вам вопрос? — спросила она.

   Тот кивнул в ответ:—Задавай, конечно, я всегда рад поговорить с прилежными прихожанами нашей церкви.—Что значит эта мозаика?

   Проповедник улыбнулся с видом доброго учителя и наставника. Он сказал, аккуратно прикасаясь к мозаике:—Эта мозаика?

   На относительно небольшой мозаике была изображена ладонь с пятью пальцами на фоне чего-то, напоминающего лучи солнца. Позади этой ладони было что-то вроде венца.

—Эта мозаика… — прервался на секунду проповедник, как бы раздумывая, что ей ответить, — она создана ещё до того, как эта церковь обзавелась крышей.

   И по ней было видно. Она была чуть более блеклой, чем остальные, а между деталями мозаики виднелись следы сырости из-за постоянных дождей в Зонтопии. Возможно, она омывалась дождём.

—Эта мозаика связана с ещё двумя мозаиками в ещё двух церквях. Они сделаны по мотивам предания о создании Светлейшей Зонтопии. По преданию, в отличие от нас с тобой, сестра, Великий Зонтик, создатель наш (да славится имя его) имеет пять пальцев на каждой руке. Это один из трёх признаков божества.

   Пандора забыла, как дышать от удивления. Она и Астрея имели по пять пальцев и для людей Реальности это абсолютно нормально. Но здесь это признак бога? Пандора соединила руки и прикрыла длинными рукавами рясы, чтобы он не увидел, что у неё пять пальцев.

—Если желаешь, можешь сходить в те две церкви, — сказал проповедник, к счастью Пандоры, удаляясь.

  Она не услышала, как он сказал:

  "Вероятно, кое-что тебя разочарует".

   Он был прав, желание было. Ведь она помнила, что когда они встретились с тем парнем, он держал генератор и всего на мгновение, она видела, что у него пять пальцев на руке.

—Первый признак совпал…

  Покинув церковь, она двинулась в другую. Судя из карты Зонтопии, три главные и самые большие церкви располагались по кругу от за́мка, составляя вершины идеального равностороннего треугольника.

   Вторая церковь выглядела точно так же, как и первая. Возможно, это было сделано специально.

   Пройдя внутрь, она снова плотнее закутала руки в рукава рясы. И действительно, на том же месте, на котором в первой церкви находится первая мозаика, а именно сбоку от входа, в углу.

   И она изображала глаз. Один глаз, который висел в небе, судя по всему. И его "свет" озарял фигуры, явно схематично и силуэтами изображающие город.

—"…глаз озирает окраины мира", — сказала она, — Зонтик явно имеет третий глаз по их представлениям. Но у того парня не было третьего глаза, — заметила она с некоторой досадой. —Может Астрея права? И никакой это не Зонтик?

  По словам проповедника, в этой церкви, третий глаз - второй признак бога.

   Он располагается на лбу и являет собой всеведение и просветление.

   Он поведал, что Зонтик знает обо всех поступках зонтопийцев и сам решает, кто заслуживает милости. Пандора выслушав его, двинулась в последнюю церковь.

   Она располагалась на юго-восточной части. И она отметила, что в отличие от других двух эта выглядит довольно таки "свежей". Она выглядела новее. Либо в ней делали ремонт.

   Пандора зашла в церковь. Там, как и ожидалось, никого не было. Все на работе. Она вошла и молчаливым кивком головы поприветствовав священника, сразу прошла на уже известное место, но там ничего не было. Ничего. Никакой мозаики.

   Только осыпавшаяся стена. Проповедник, человек близкий к пожилому возрасту, явно заметил её скрываемое смятение.

   Он не подходил к ней. Он со своего места сказал:—Там ничего нет. Когда-то там располагалась замечательная мозаика.

   Пандора ответила, стараясь сделать свой голос менее удивлённым:—Да? Третий признак бога. Какой третий признак бога? — спросила Пандора как-то даже слишком настойчиво.

   Проповедник сказал:—Хм, похоже, что ты из двух других церквей, сестра. Я тебя здесь раньше не видел.

   Пандора отвечала подтверждающим молчанием.

—Прости меня, сестра. Увы, я не смогу утолить твоё любопытство, — отвечал он ей, сидя к ней спиной, а лицом к кафедре, — ведь никто не знает последний облик бога. Всё из-за фиолетовых захватчиков с юга, — сказал он. —Фиолетовых захватчиков с юга? — спросила Пандора.

   Не развеивая ореол тайны, "отец" продолжал:—Да, великая война. Страшная война. Она закончилась всего около года назад, — ответил он.

   Пандора почувствовала, как по её телу прошли мурашки:

   "Сейчас послевоенное время".

—А кто и с кем воевал? — спросила она.

   Он вдруг поднялся и подозрительно ответил:—Хм, странно, что ты ничего не знаешь. Будто вчера родилась… Эта страшная война тронула каждое королевство Карточного Мира.

   Он обернулся на неё. И она увидела, что половина лица этого священника была украшена шрамом наискось.

   Его левый глаз был незрячим. —О мой бог… — вырвалась у Пандоры.

   Священник вышел из-за лавочки и двинулся ей на встречу:—Возможно, было бы лучше, чтоб ты не знала об этом, но я поведаю тебе об Великой Зонтопийской Осаде, — проповедник застыл.

   Пандора не была уверена, желает ли она услышать это? —Это произошло днём 20 апреля весны черви во втором году, — начал свой рассказ проповедник.

   Пандора и не заметила, как уже шла рядом с ним к хранилищу библиотеки. В её голове пронеслось:

   "Во втором году? Я не ослышалась? Это летоисчисление такое?"

—Я помню шум и грохот. Они явились в грозу, фиолетовые всадники бури! Пиковая Империя. Я и мои два брата стояли на обороне Зонтопии, по приказу Первого Министра Алебарда, но к тому, что мы увидели, мы не были готовы. Даже когда я пытался с ними говорить в ходе нашего боя, я ничего не добился. У меня складывалось ощущение, что сражение - всё, что они умеют и о чём думают. Они отвечали мне только ударами. Я пытался вразумить хоть кого-нибудь. Говорил, что в городе есть старики, женщины и дети, но в итоге поплатился левым глазом. Они были чудовищами. Бились, как бешеные звери, готовые рвать врага голыми руками.

   Пандора шла рядом и просто не могла поверить. Насколько всё было плохо, что он так говорит?

—В тот день, я как будто краем глаза увидел Ад, — сказал он и повернувшись, спросил:—Понимаешь, о чём я? — он повернулся так, чтобы его раненный глаз был виден. —Купол был поднят усилиями церкви. Я увидел силу и могущество нашего бога. Их страшный натиск, чудовищная ярость и жажда убивать, были ни по чём Великому. Он защитил нас с помощью барьера. И тогда я понял, что нет ничего и никого сильнее Великого, которому я вечно поклялся служить, заняв место среди трёх столпов Единой Зонтопийской Церкви. Меня зовут брат Ноа, если что, — Пандора ответила:—А меня - Пандора…

   Пандора так и не выведала у Ноа подробностей. Но то, как он говорил дальше показалось ей неправдоподобным. Что-то было не так. Что-то смущало её.

—Барьер Великого выдержал осаду и враг отступил. В очередной раз Великий доказал нам своё всесилие.

   Пандора сама того не заметив, спросила:—Вот просто взяли и ушли? После того, как желали разорвать всех? — спросила она.

   Ноа кивнул:—Они поняли, что защиту Великого им не пробить, нет у них такой мощи, сестра.

   Пандора незаметно нахмурились:

   "Чтож, возможно, всё так и было. Но каков шанс? И почему у меня странное чувство, будто этот человек врёт мне?"

   Внутри Пандоры что-то тихо заговорило о тревоге. Какое-то странное чувство в грудной клетке, что поднималось к горлу горчащим комом. Отвратительное чувство, которые трудно передать словами. Они шли по коридору уже как-то слишком долго. Подозрительно долго.

—Брат Ноа, — позвала она, и тот отозвался.

   Пандора спросила:—Куда по-настоящему мы идём? — собравшись с силами, спросила она.

   Ноа молчал. Пандора повторила вопрос уже настойчивее:—Куда мы идём?

   И на сей раз она остановилась, не желая больше идти за ним.

   Этот коридор был не так хорошо освещён.

   Уже поздний вечер, вечерняя молитва и посетителей у церкви больше не будет.

  Время вечерней молитвы. Снаружи раздался еле-слышный призыв, но Ноа будто и не торопился идти на него.

   Ноа и Пандора оказались друг напротив друга в холодном подземном коридоре, что не блистал роскошью.

   От голых каменных стен вокруг несло сыростью, а где-то капала вода.

   Ноа посмотрел на неё и прищурился живым глазом. В его глазах она прочитала странное смешение настороженности и пассивной агрессии.

   "Что это за странное чувство? Отвратительное чувство, будто горчит в горле", — спросила она в своей голове.

   Вдруг знак масти и цифры 6 на левой щеке Ноа засветился, как и его работающий глаз, но он как-то коротко мигал, будто лампочка, готовящаяся перегореть.

   Внезапно мужчина вытащил руки из карманов своей рясы и взмахнул рукой в сторону Пандоры.

   Поднялся странный ветер.

   "Откуда? Здесь даже окон нет!", — успела подумать она.

   Она обернулась за спину на свой страх и риск и увидела, что её от лестницы сюда отделяет пасмурно-голубой светящийся барьер.

—Что это?! Магия?! Как это возможно?! Мне некуда отступать!

   Пандора зря отвлеклась.

   Ноа во мгновение ока оказался перед ней и схватив её за запястье, заставил разъединить руки. Он поднял её руку и ему стало видно, что у неё пять пальцев на одной руке.

   Пусть его руки и выглядели сухими и немощными, это впечатление оказалось обманчиво.

   Старик явно пусть и служил в церкви проповедником, но былых рефлексов из королевской гвардии не забыл.

—Агрх! Отпустите меня! Что вам от меня нужно?! — воскликнула Пандора, медленно осознавая тяжесть своего положения.

   "Кто же такие эти люди? Нет. Существа! Они только похожи на людей, но у них… — подумала Пандора, — у них есть магия!"

—Эти руки… — только проговорил он в ответ.

   Кажется, только что подтвердилась его теория.

   Пандора дёргалась, пытаясь вырваться и продолжала звать на помощь, но никто не пришёл.

   Он встряхнул её за запястье, чтоб она перестала барахтаться:—Хоть на мгновение замолкни! — рявкнул он.

   Как сильно изменился его голос в тот момент. Из доброго старичка-священника он вдруг показался ей монстром.

   Он сдавил её запястье, и Пандора захрипела и захныкала. Она знала, что не сможет освободиться.

   "Я всегда была беспомощной. Я никогда не могла дать достойного отпора… Никогда…"

—Само твоё существование оскорбительно для нас! — сказал Ноа.

   Тут раздался хруст. Эхом в коридоре раздался крик и плач.

—Лживое божество! — сказал Ноа, швырнув её на землю, — явно не такое достойное, как Великий Зонтик. На что ты надеялась? Явить первый признак бога и объявить себя божеством во плоти?! Делаешь обмануть нас?!

   В его руке появилось что-то похожее на скальпель. Пандора плакала:—Я ничего такого не думала. Я…

   Она подняла взгляд и увидела, будто в голубом свете барьера что-то происходило с его глазами.

—Я… — но она не могла договорить. 

   Глаза Ноа изменились. Белок глаз стало, как будто по краям захватывать что-то чёрное. Но, похоже, он этого не замечал.

   Рука Пандоры гулко ныла. В её ушах звенела кровь от страха. Она чуть отползла назад и поднялась на ноги, но Ноа выставил на неё руку снова:—Не вставай! Или я убью тебя прямо сейчас! Мне ничего не стоит!

    Голубая волна ударила её лоб в лоб и она отлетела назад к барьеру.

   Капюшон слетел с её головы. Она, кряхтя и кашляя, снова поднялась. Но стоило ему увидеть её, как он потерял дар речи.

   Тьма в его глазах отступила, уступая место удивлению и ужасу.—Серые волосы… У тебя серые волосы! Совсем как у грязных прихвостней колдуна-чернокнижника! — сказал он, указав на неё.

   Пандора сидела на коленях. Она не слышала, что он говорил. В её ушах звонко стучала кровь в перемешку с роем мыслей:

  "За что? За что? За что? За что? За что? Что я ему сделала? Чем я заслужила такую жестокость? Он что, убьёт меня? Неужели, так всё и закончится?! Астрея…"

   Она чувствовала, что мыслей становится постепенно слишком много. Она уже не могла различить что-то конкретное.

   Заставляя себя глубоко дышать, она продолжала плакать и немо звать Астрею, но никто не идёт на помощь.

—Хотя нет, постой, твои волосы странные. Они имеют, — его как будто пронзило, — три цвета! — но теперь, похоже, на его вопросы никто не собирался отвечать.

   Медленно Пандора поднялась на ноги, небрежно сжав повреждённую руку в кулак.

   Слёзы всё ещё текли по её щекам, но она больше не хныкала:

   "Я не хочу умирать… Не хочу!"

—Что? — спросил Ноа. Он что-то почувствовал.

   Ноа отшатнулся назад и подумал:

   "Что вообще не так с этой девушкой? Что-то мгновенно изменилось в ней. Я чувствую опасность. Может, я и давно священник, но я также воин! И я чувствую что-то. Нет. То же самое я чувствовал, когда рядом был он!"

   Священник нахмурился:

   "Почему я испытываю этот страх? И что это за взгляд? Он больше не наполнен ужасом".

   Пандора сжала кулаки и глубоко вздохнула, превозмогая судороги от рыданий. Вряд-ли сейчас она понимает, что происходит. Её тело двигалось как-то само.

   Всё её тело вдруг напряглось, как пружина. Каждая мышца в теле. Пандора чуть раскрыла рот и сделав полный выдох, стала вдыхать полные лёгкие воздуха. Она делает отчаянный рывок вперёд. У неё и нет выбора.

   Если сдаться сейчас, если отдаться страху, смерть будет неизбежна.

—Что?! Что на тебя нашло?!

   Она подбирается ближе, но Ноа перехватывает рукой её удар. —Глупое создание! Думаешь, что…

   Она замахнулась второй рукой и этот удар был перехвачен. —Это не сработает! — рявкнул он, но Пандора оскалилась и взревела, начиная наступать на него.

   Он упёрся ногами в пол, но под этой силой стал медленно отъезжать назад. Камень и бетон шуршал под его ногами.

   Ноа посмотрел вниз и напряг всё тело, но Пандора была беспощадна.

   Ноа поднял на неё взгляд, и она сделала то же самое. Но в её глазах он не увидел ничего, кроме бездонного океана в шторм. Сине-чёрная бездна, в которой Ноа чувствовал, как тонет. Её кожа приобрела цвет белого мрамора и будто стала твёрдой и холодной, как камень.

—Нет! Нет!

   Пандора резко сделала выпад. Её правая нога оторвалась от пола и она нанесла удар точно в грудную клетку Ноа.

   Тот желтоватыми ногтями вцепился в её кулаки, но даже поцарапав их до крови, он не смог удержаться на месте. Она оттолкнула с такой силой, что он отлетел до стены.

  Неожиданный хлопок, который явно не был бы вызван гулким ударом, и Ноа упал на пол и не подавал признаков жизни. Возможно, он был просто без сознания.

   Барьер за Пандорой исчез. Она только шмыгнула носом и длинным рукавом рясы вытерла слёзы и кровь из носа, но больше ничего не сказав, она медленно пошла к выходу, ковыляя на свинцовых ногах. Она старалась идти быстрее, но тело внезапно так ослабло.

   Её рука стала болеть ещё сильнее. На сей раз уже невыносимо.

   Пандора покинула церковь и медленно, еле перебирая ногами, побрела домой. Единственное о чём она могла сейчас думать - дом.

—Астрея…

   Но дойти до дома было уже выше её сил. Откуда такая усталость. А ещё Пандора не могла точно вспомнить, что таки произошло. Она зашла за поворот и там упала без сознания.

—Мама, прости, я помню, — глаза тяжелели, силы её покидали, — ты предупреждала меня…

"—Элен, — раздался голос где-то из воспоминаний.

   Она тогда ещё жила дома. Это был голос её мамы, женщины хрупкой и практически миниатюрной. Она была очень красивой и не только по мнению самой Элен. Чем-то она походила на изящную фарфоровую куклу. Хрупкая, нежная, но в отличие от той же куклы, мама Элен была тёплой и живой.

   В её глазах цвета крепкого кофе всегда на памяти Элен были теплота, нежность и понимание. Голос у этой женщины был тоже нежный и ласковый.

   Именно от неё у Элен было хрупкое, лёгкое тело, но так же проблемы с набором веса. Из-за своих генов Элен не могла набрать нормальный для своего возраста и роста вес, сколько бы не ела или не спала, какие бы таблетки или витамины не принимала.

   Её вес даже при временном наборе, потом эффективно исчезал, казалось бы, в никуда.

   Из-за чего всегда она была болезненной и слабой. Мама её прекрасно понимала, каково оно быть такой и потому с пониманием относилась к ней, поддерживала её.

   А вот отец - нет. Он не собирался с этим мириться. Отец Элен - бывший военный.

   Он был крепкого телосложения и из-за этого выглядел чуть моложе, чем было на самом деле. В душе этого человека жил настоящий воин.

   Но тренировки Элен, чтобы хоть как-то её "исправить" были почти бессмысленны.

   Старший брат Элен - Фил был в отца. И на тот момент уже мог драться со своим стариком на равных.

   Их тренировки были очень зрелищными. Отец относился к Элен очень строго. Возможно, он всё же хотел сына, а не дочь, а тем более такую слабую и хрупкую.

   В воспоминании, которое посетило Элен, мама заботливо обрабатывала мазью её синяк. Она получила его случайно во время тренировки с отцом.

—Элен, тебе не стоит так напрягаться. У тебя очень хрупкое тело, — говорила её мама, намазывая холодную мазь на ушибленное плечо.—Знаю, мам, — вяло отозвалась Элен.

   Она слышала это уже слишком много раз. Но что она могла поделать? Отец, хоть убейте, не желал "ставить на ней крест".

   Он не желал переставать верить в свою дочь, хоть она уже и не скрывала, что сама не верит в себя.

—И отцу так передай. Он не может продолжать вот так мучить тебя.—Но он же хочет как лучше. Он хочет сделать меня сильнее, — отозвалась Элен.

   Она говорила, хоть и сама не верила в это.—О Эля, солнышко, девушке не обязательно быть сильной. Для этого и есть мужчины, — сказала мама.—Я знаю…—Ну, так почему не скажешь отцу?—Я не хочу разочаровать его…"

  Астрея сидела дома. Она давно вернулась домой и от чего-то её грызло скверное предчувствие.

   Уже давно стемнело, а Пандоры всё нет и нет. Строго говоря, молитва давно закончилась, но тут в дверь кто-то постучал.

—Ох, ну наконец-то! Я надеюсь, у неё есть хорошие новости, — сказала она. Астрея подошла к двери, но тут же замерла, остановив руку на пол пути к ручке с мыслью:

   "Погодите. У Пандоры есть ключи от дома. Ей не нужно стучать, чтобы открыть дверь".

   Она на секунду отшатнулась назад и спросила: —Кто там? — за дверью раздался мужской, но нежный, знакомый голос:—Открой, пожалуйста. Это срочно.

   Астрея упорствовала:—Кто это? — но просьба тоже повторилась с большей мольбой.

   Потому Астрея на свой страх и риск открыла дверь незнакомцу.

   Астрея, доверяясь своему внутреннему чутью, откуда-то знала, что опасности нет. И оказалась права.

   За дверью стоял высокий человек в синей накидке. Он поддерживал за плечо Пандору, которая была на половину без сознания.

—О боже! Дора! — воскликнула она.

   Пандора вошла в дом и опустилась на небольшой диван у стены.

   Астрея обратила внимание на приведшего её парня. Она тут же его признала, и глаза Астреи расширились от изумления.

—Ты… — она пропустила его в дом и тот не отказался.

   Когда он закрыл за собой дверь, он снял с себя капюшон. Это был парень с длинными пышными волосами голубо-бирюзового цвета и того же цвета глаз. Второй был перевязан, ведь относительно недавно в церкви он получил фингал. Также у этого парня была бедная кожа, а на левой щеке оказался знак треф и В.

—Трефовый валет! — воскликнула она.

   Парень смущённо улыбнулся и сказал:—Э, да. Мы не знакомы, но мне очень жаль, что я не пожелал выслушать вас тогда. Моё имя Блю Зонт, а для друзей просто Зонтик, шестой клон эмоции печали и трефовый валет.