24. Инициатива всегда наказуема

«Её тонкие пальцы, как молнии, сверкают перед глазами, Когда падаю в обморок, обгаженный веществами...»

Оля следила за временем. Уже прошло полтора часа. Девушки договорились, что когда Юля выполнит всё, она отзвонится Оле. Но ничего не происходило. Телефон усиленно молчал, и вдруг зазвонил. Оля подбежала к нему.

— Ольга Евгеньевна Белова?

— Да, я. Кто звонит?

— Вас беспокоит генеральный директор «ОРТ». Уведомляю  о том, что Юлии стало плохо, по предварительным данным у неё произошёл микроинсульт. Просто ваш телефон Юля дала на случай экстренных ситуаций.

Олю удивило, почему Юля выбрала именно её, а не Витю, например. Даже приятно стало, хотя страх за Юлю взял верх.

— Она сейчас в больнице, врачи делают всё возможное, чтобы устранить последствия произошедшего.

— Какие прогнозы?

— Хорошие. Доктора приехали быстро, да и помощь оказывается профессиональная.

— Спасибо за уведомление. Позвоните мне, когда к Юле можно будет прийти.

***

— Юля, Юленька, ты где... — Пчёлкин обрывал весь телефон возлюбленной. Пчёла чувствовал нутром, что что-то произошло. У них с Юлей была связь, благодаря которой оба знали, когда друг другу плохо или хорошо. Сейчас интуиция говорила, что не всё в порядке.

Его метания закончились из-за звонка. Пчёла посмотрел в глазок, и, увидев Шмидта, открыл дверь.

— Саша тебя ждёт.

Пчёла понимал, что прятаться уже бесполезно: так он вызовет больше подозрений. Лучше предстать перед друзьями во всей красе, а там как Бог даст. Пчёла молча отправился за Шмидтом, параллельно бомбя телефон Юли. Подумать только: Пчёлкин, возможно, живёт свои последние минуты, и даже сейчас его мысли о Юле, целиком и полностью.

Наконец Пчёлу привезли в кабинет Белова. Космос стоял рядом с Белым, не скрывая своей злости к Пчёле. Белый до последнего колебался и не знал, как поступить. Пчёла сделал несколько шагов навстречу друзьям, ощущая себя как на эшафоте. Хотя, возможно так и было в тот момент. Он даже не знал, что говорить и как убедить всех в своей невиновности.

— Ребят, ну... Ребят, надо... — Пчёла закашлялся. — Сань, Кос, надо же разобраться... Братья... — С надеждой обратился он. Белый выгнал всех своих людей, и когда в кабинете не осталось никого кроме Пчёлы, Космоса и Белого, он сложил руки вместе, показывая пистолет.

— Ну чё скажешь, Пчёлкин?

Страх окутал Пчёлу с макушки до пяток, мысли никак не желали распутываться. Ничего сказать не получалось. Пчёла лишь сел на колени, ожидая своего смертного часа... Который отложился по воле случая.

За дверьми раздавались громкие голоса, врачи несколько раз употребили в речи фамилию «Филатов». Белый крикнул:

— Шмидт, что там?!

В кабинет зашла медсестра и сообщила:

— Извините, я тут... Ребят, у нас осложнения... Филатову срочно нужна кровь, группа крови очень редкая. Кто-нибудь есть с третьей группой, резус отрицательный...

Космос с Белым переглянулись, и Александр, поняв, что это шанс потянуть время, кивнул на Пчёлу:

— Есть.

***

«Вокруг необычайно светло. Вместо земли — облака. Я иду по ним, как по траве, а на душе с каждой минутой всё легче и легче. Где-то вдали я слышу чудесное пение. Я умерла. И кажется, я попала в рай. Я поворачиваю голову и вижу свою маму. Наконец-то мы встретились.. Бегу к ней, как в детстве после долгого дня, и крепко обнимаю, начиная почему-то плакать, но не стыдясь своих слёз.

— Мама... — Единственное слово срывается с моих уст. Она гладит меня по голове, как маленькую.

— Юля, мы гордимся тобой. Ты смогла отомстить за нас.

Я начинаю рыдать ещё сильнее. Почему-то тёплые слова родителей действуют на меня, как слёзовыжималка. Видимо, потому что чтобы их услышать, я вынуждена была отдать свою жизнь.

— Мама, я хочу к вам, я так устала, мамочка... — Прижимаюсь ещё крепче. — Я боюсь, я не справляюсь.

— Тебе ещё рано к нам. У тебя впереди много чего интересного. Ты сильная девочка. Терпи, сжав зубы. Ты можешь, потому что ты Фролова. А мы не слабые, поверь мне.

Рядом, как по велению волшебной палочки, я вижу отца. Я не знаю, как реагировать: боль за то, что он скрывал от меня своё бандитское настоящее, ещё жива. Хотя, мой избранник поступил точно также, и я могу понять папу, немного, но могу.

— Ты очень мужественная. Я всегда знал, что ты храбрая. Прости меня за то, что у тебя такой отец непутёвый оказался. Так бывает, жизнь — непредсказуемая штука.

— Поверь мне, я знаю, — с грустью отвечаю я, намекая на роман с Витей. Почему-то здесь мама огорчается. Вижу Веронику, мы обнимаемся, как раньше.

— Ты у меня такая крутая.

— Ты слышала мои слова, которые я сказала тебе на кладбище? — спрашиваю я.

— Конечно. Я тебя всегда слышу и вижу. Все мы живы, пока ты хранишь нас в своём сердце, — она положила руку мне на грудь. Я хочу с ними ещё поговорить, но слышу сзади голос Пчёлы:

— Милая, идём!

Рядом с ним ещё Белый, Оля, Космос, Валера... Они олицетворяют собой жизнь.  Значит, Валера жив!

Я оборачиваюсь. Мой взгляд выдаёт замешательство. Я делаю шаг к ним. Отец одобрительно кивает. Набираюсь смелости и бегу к ним, стараясь как можно быстрее преодолеть расстояние между нами.»

Юля проснулась. Она была в больнице. В глаза противно ударил луч солнца. Вокруг стоял запах лекарств. В висках разливалась тупая боль. К Фроловой подошла медсестра.

— Юлия, как Вы себя чувствуете?

— Что со мной? — Юлю это беспокоило больше всего, поэтому она не захотела делиться информацией о своём самочувствии.

— Юля, у вас произошёл микроинсульт. Вы только не пугайтесь, я сейчас всё объясню...

Юля окаменела. Она не услышала приставки «микро» и подумала, что её жизнь изменится в корне.

— Что?! — Крикнула Юля, отстраняясь от медсестры.

— Юля, успокойтесь. У вас не ишемический инсульт, а микро. Но это не значит, что игнорировать его нельзя.

Юля замолчала, давая медсестре продолжить объяснения.

— Основные отличия микроинсульта от обычного, который мы все знаем — в том, что его последствия не остаются с человеком навсегда, в большинстве случаев они сами исчезают через сутки. Сейчас вы должны следить за работой своего сердца, наблюдаться у специалистов и выполнять все рекомендации.

— Почему это произошло? Мне двадцать шесть лет, какой инсульт?

— Распространённое заблуждение. У сердечных заболеваний нет возраста. У людей от 20-30 лет такое может произойти. Вы испытывали стрессы?

Юля подумала о Белове, о ситуации с Пчёлой и вопросы отпали. Юлия жила в ожидании, когда ей позвонят и сообщат, что Витю убили. Панические атаки стали постоянными спутниками на работе. И стоит ли говорить про военную кампанию, которая наложила соответствующий отпечаток? А убийство родителей? Суд, угрозы Орла. Все эти страшные события происходили одно за другим, не давая отдышаться и перевести дух. Юля не жила — она боролась каждый день на боксёрском ринге. А микроинсульт стал ничем иным, как нокаутом.

— Испытывали, — за Юлю ответила медсестра. — У меня подруга журналист, это очень сложная профессия. А Вы ещё и военкором были. То, что случилось — последнее предупреждение вашего организма. Прислушайтесь к нему, отдохните и поменьше стрессов, пожалуйста. Будет лучше, если Вы возьмёте отпуск. Я уверена, что при представлении документации редакция пойдёт вам навстречу. Чуть позже будет ЭКГ, потом вам объяснят, какие лекарства нужны и как их принимать.

— То есть если я сейчас не займусь этим вопросом... — Юля исподлобья взглянула на медсестру, шумно сглатывая.

— Произойдёт уже полноценный инсульт, и последствия будут пожизненными.

— Благодарю за разъяснения, — Юлия попыталась улыбнуться. — У Вас тут можно поговорить по телефону без лишних ушей?

— В туалете, на улице. Вас проводить?

Юля помотала головой, вставая с койки. Ходьба давалась тяжело, всё плыло перед глазами. Юля дошла до угла коридора и набрала Белова. Этого человека она ненавидела больше всех на свете. Она сжимала кулаки, еле сдерживая крик отчаяния. Из-за его действий Юлина жизнь подверглась большой опасности.

— Да?

— Слушай сюда, белый лебедь, — Юля говорила с пренебрежением, злобой. — Ты прямо сейчас едешь в больницу ко мне, без лишних разговоров. Отказы не принимаются.

— Почему ты там?!

— Без разговоров. Это касается Пчёлы, — Фролова повесила трубку, чтобы не послать Белова и вернулась обратно в палату. Было невероятно скучно. Юля разглядела каждый узор на потолке, каждую плитку на стене, полностью изучила пейзаж за окном.

Белый подорвался моментально. Через полчаса он был на месте и влетел в палату Юли.

— Юля, что происходит?!

Юля села на койку, обняв коленки руками. Она молчала, не в силах подобрать слова. Она хотела казаться сильной, чтобы не расклеиться при Белове.

— Я одного понять не могу, — начала Юля, широко улыбаясь, чтобы не заплакать. — Ты говоришь, что Пчёла тебе брат, что вы с первого класса вместе, но не разобравшись, ставишь человека под стволы, — Юля хорошо выучила бандитский жаргон за четыре года любви к Пчёле. — Я тебя считала справедливым, человеком чести, можно сказать. Но ты позволил себе суждения без доказательств, возможности оправдаться. Это неблагородно, низко и подло.

— Юля... — Саша попытался вставить слово. Разве может Саша Белый переговорить журналистку?

— Посмотри на меня. Ты не доволен этим? Сегодня днём я перенесла микроинсульт. Мне двадцать шесть лет. Очевидно, что это следствие нервов. Саша, скажи, ты даровал мне жизнь в 1995 году, чтобы ломать её? Разве тебе невдомёк, что убив Витю, ты убил бы меня тоже? Мы одно целое.

— Юль, ты не так всё поняла. Я не знаю, как тебе преподнёс информацию Пчёлкин, но... Всё указывало на него. И то, что в автомобиль не сел, и наши взаимоотношения в криминале...

— Блять, он был с тобой с первого класса, и ты реально считаешь, что он кинул взрывчатку в машину?! — Крикнула Юля, прыгнув с кровати. Белый, помня про диагноз, быстрее перешёл к сути.

— Я тебе клянусь своим здоровьем: я до последнего не верил в то, что Пчёлкин предатель. Я знал его, как никто другой. Вот кто считал его таковым, так это Кос. Он мне сразу заявил об этом. Я же хотел разобраться, как ты говоришь. Поэтому я вызвал его к себе. Все ждут от меня, что я накажу его, как... — Белый не мог даже сказать это слово по отношению к Вите. — А я не могу. Я оттягивал время и отправил Витю в качестве донора для Валеры. Хорошо, Юль, ты говоришь, что нужно аргументированно высказывать свою позицию по этому вопросу. А у тебя есть доказательства, что Витя не предатель?

Эта фраза равносильна выстрелу в воздух. Саша уверен, что Юля скажет «нет». Его изумлению не было предела, когда Юля достала из сумки камеру.

— Я жалею, что я буду в больнице как минимум неделю, и не смогу увидеть твою рожу, когда ты всё поймёшь. Доказательство красноречивое. Изучи материал внимательно.

— Ты знаешь, кто это сделал? — Белый забрал камеру. Юля, конечно, знала имя преступника, но не назвала его. Хотела, чтобы Саша увидел всё сам.

— Саша, что ты не смотришь на меня? — От Юлиного внимания не скрылось, что Белов смотрел куда угодно, но не на Юльку.

— Прости меня за всё, — коротко сказал Белов. Твёрдость быстро вернулась в его голос. — Мы такие, какие мы есть. Свернуть с этой дороги мы не можем. Чем скорее ты поймёшь, тем будет лучше для тебя.

— Я понимаю, Белов. Я четыре года с Витей вместе, — решительно перебила его Юля.

— Не понимаешь, раз ты предъявляешь мне за свою болезнь. Если ты так всё воспринимаешь, то ты уедешь вперёд ногами. Поэтому воспользуйся этим моментом и одумайся, пока не поздно, Фролова, — Белый вышел из палаты, не давая Юле ответить. Хладнокровность и, в какой-то степени, грубость задели Юлю, и она выдохнула с облегчением, когда Саша ушёл.

***

Белый не стал долго тянуть и сразу же вместе с Космосом и Максом начал смотреть видео на камере. Сначала шли рабочие записи, которые Макс перемотал. И вот, на одном из кадров было отчётливо видно, как взрывное устройство подложил...Кордон!

Секунда, ушедшая на осознание...

— Твою мать! — Заорал Белый, хлопнув по столу ладонью. Космос начал биться головой об стену. Он корил себя за свою неправоту. Один только Макс оставался невозмутимым.

— А из-за чего он?!

— Он Филу с прошлой картины около ста штук должен, — объяснил Космос, держась за голову. Они вылетели в коридор, где уже на каталке вывозили Пчёлу, который был только с донации. Космос упал на колени перед другом и будто в припадке кричал:

— Прости меня! Стреляй в меня, стреляй! Я виноват, я! — Он взял Пчёлу за руку и его ладонью бил себя по голове. Белый наклонился к Пчёлкину и шепнул:

— Прости, брат.

***

Прошло пару недель. Врачи боролись за жизнь Валеры, надежда ещё теплилась во всех причастных к этой истории. Тома каждый день плакала, её с трудом успокаивал Белый. Юля сама сдерживала истерику. В стрессовой ситуации должен быть человек с холодной головой, который своим спокойствием спасает других.

Юля купила себе свою собственную машину: теперь под окнами каждое утро её ждал тёмно-красный «BMW 525i». Об автомобиле Юля грезила ещё с подростковых лет, права были получены совсем недавно. Машину чаще всего водила Фролова, чтобы полностью насладиться процессом вождения.

В «Бригаде» возникла ещё одна проблема. Вернее, она была давно, просто обострилась. Космос никак себе не мог простить своих обвинений в адрес Вити, хотя тот быстро забыл об этом. Каждую ночь Космос просыпался, вспоминая, как горячо и пламенно он уверял Белова в том, что нужно лишить Витю жизни. Он мучался угрызениями совести. Также Юля отвернулась от него, в их с Космосом общении чувствовался холод. Это было хуже для Коса, чем ножевое. Видеть, как твоя любовь тебя ненавидит — чертовски тяжело.

В ту ночь ничего не предвещало беды. Все уже спали, Юля заканчивала дела. На рабочий телефон Фроловой поступил звонок, и та без раздумий ответила. На том конце провода раздавались хрипы, затрудненное дыхание, кашель.

— Помоги мне... — Это единственное, что разобрала Юля из замедленной, путаной речи. Она поняла, что у Космоса произошла передозировка, и в любую минуту он отправится в мир иной. Юля плюнула на все прошлые обиды, потому что дело касалось здоровья.

— Кос, я еду! — Она кинула трубку, отпросилась у редакции и помчалась на такси до его дома. Юля так боялась не успеть... Она не знала, удалось ли Космосу связаться с друзьями, но очень сомневалась в этом и потому понимала, что в её руках — жизнь Коса. Юля подёргала за ручку, и дверь в квартиру Холмогоровых легко поддалась. Юля побежала в комнату и обнаружила Космоса, лежавшего на полу. Его конечности дрожали. Вокруг валялись пакетики и шприцы.

— Юля... Ты приехала...

Юля игнорировала Космоса, листая свою огромную записную книжку. Наконец она нашла нужный номер нарколога — подарок, перепавший после репортажа о закрытой наркологической клинике. В те времена богатенькие ребята часто баловались с запрещёнными препаратами, и специалисты, оказывавшие анонимную первую помощь, хорошо жили. Юля продиктовала адрес и стала ждать. Космос начал заваливаться на бок, глаза закрывались, но Юля знала, что при передозировке нельзя давать людям засыпать. Она осторожно растирала мочки ушей и шею. Юля расстегнула рубашку Космоса и ремень, чтобы устранить трудности с дыханием. Никто из друзей не появился, значит, Космос набрал только Юле.

Через пятнадцать минут приехали специалисты с нужными препаратами и начали процесс детоксикации Детоксикация — процесс разрушения и обезвреживания различных токсических веществ химическими, физическими или биологическими методами. Юля внимательно следила за процессом, руководила. В теме наркотических веществ она разбиралась хорошо из-за ряда материалов, которые она выпускала. К счастью, Космоса успели спасти. Он пришёл в себя, продукты распада от наркотиков были удалены.

— Пожалуйста, никуда не сообщайте об этом, — попросила Юля, протягивая купюры.

— Без проблем. Но вы должны понять одно. То, что произошло с Космосом — признак того, что обычная дозировка уже на него не действует, и он будет её увеличивать. Следующий приступ — очень скоро. Космос должен пройти лечение и побороть зависимость. Иначе летальный исход гарантирован.

— Я поняла, — Юля кивнула. — Сейчас с ним всё хорошо?

— Да, опасность миновала. Вы можете ехать домой.

Юля посмотрела на Космоса, который крепко спал. Она села на корточки и пощупала пульс. Он был ровным, спокойным. Космос пробудился, нормализуя дыхание.

— Пиздец, — изрёк он, пока Юля помогала ему сесть на диван. Юля хотела задавать заранее заготовленные вопросы, но решила повременить с этим: состояние Космоса оставляло желать лучшего. Юля зачем-то посмотрела на белые от недостатка гемоглобина губы белые губы говорят о низком содержании гемоглобина, вызванным регулярным употреблением наркотиков и отшатнулась. Настроение Коса резко изменилось с дружелюбного на агрессивное.

— Уходи, — прошипел Космос. — Вали отсюда!

Юля была готова к такому исходу, не заставила повторять дважды. Ей самой хотелось быстрее уехать домой, тем более Пчёлкин сто процентов заметил отсутствие девушки. Действительно: не успела Юля переступить через порог квартиры, как увидела Пчёлу, который с балкона следил за входящими в подъезд людьми.

— Ты чего не спишь? — Юля обняла Пчёлу сзади, уткнувшись носом в макушку.

— Где была? — Пчёла ответил вопросом. В голову закрались не самые лучшие подозрения. Юля ответила честно:

— У Космоса передоз. Я его спасала.

— Фролова, ты ебнулась? — Пчёлкин схватился за голову. — Человек в наркотическом опьянении, может быть всё что угодно! Он мог пырнуть тебя ножом, убить! Зачем ты лезешь в это? Сказала бы мне! Я бы сам решил вопрос!

— Вить, он позвонил мне одной. Значит, не хотел, чтобы вы видели его в подобном состоянии. Пожалуйста, прости меня, я  не смогла пройти мимо. Тем более, у меня отец от этого умер. Я не понимаю, почему вы так спокойно реагируете на это? У вас лучший друг гаснет на глазах, вы ему даже не пытаетесь помочь! Вам совсем плевать?!  Тогда грош цена вашей дружбе.

Тогда произошло то, чего Юля не ожидала. Пчёла со всей силы дал пощёчину Юле. Она была обусловлена тем, что Юля задела самое главное в жизни Вити — его «братьев». Юля отошла от Пчёлы, уходя в спальню.

Вообще, в отношениях Юли и Вити перешли в стадию зимы. Пережитые ужасы сказались на Пчёле негативно, и он уже не так ярко проявлял свои чувства. Пчёлкин стал более агрессивным, жестоким, и, что самое плохое — холодным.

— Юля, прости меня.

— Я тебя спасла от Белого, а ты вот такой монетой платишь? — Юля приложила ладонь к горящей щеке. — Ты даже не отблагодарил ни меня, ни Олю.

— За что благодарить? Если я сдохну, ты без меня не протянешь и дня. Ты меня любишь, и это факт. Ты сделала то, что должна была. Мне за что спасибо сказать? За то, что я выжил?

— Я пока нервничала из-за тебя, доигралась до микроинсульта. Ты даже в больницу ни разу не приехал. Ты знаешь рекомендации врачей? — Юля говорила и плакала. Душа разрывалась на части, и Юле хотелось упасть на колени и выть волчицей. Витя изменился за эти два года. Трудности заставили его ожесточиться.

— Какой микроинсульт?

— Витя, не прикидывайся идиотом! Ты не можешь не знать, потому что Белый приезжал ко мне за камерой!

— Я бы не успел к тебе прийти: сначала кровь Валере нужна была, пока с Белым разбирались, пока то, сё...

— Не было желания, вот и всё, — Юля легла на диван, забирая своё одеяло. Разговоры на сегодня она сочла оконченным. — Если я тебе не нужна, то так и скажи. Давай расставим все точки над... — Юля не договорила, потому что Витя не нашёл ничего лучше, чем заткнуть её, накрыв своими губами её. Таким же методом пользовался Скворцов. Юля захотела оттолкнуть Пчёлу, но почему-то не хватило сил и отваги. Она хотела этого, хотела плюнуть на обиды и насладиться этой ночью. Поэтому она снова оказалась  в его власти, а простыни вновь смялись.

***

— Дай мне слово, что не будешь разбираться в зависимости Космоса, — попросил Пчёла по окончании следующего дня. Юля энергично кивала и три раза пообещала, что тема наркоты для неё закрыта на железный замок. Но когда Витя уснул, Юля мазала руки кремом и размышляла. Перед глазами стояло лицо Космоса, который был под дозой, в ушах звучали слова врача о том, что следующий приступ не за горами. Юля думала об отце, который умер от передозировки.

«Боженька, дай знак...» — Юля металась между двух огней. Она хотела спасти человека из бездны. У неё были связи, деньги, опыт. Она могла вытащить Коса. А ещё, самое главное преимущество — Космос любил Юлю. Сложнее признаться в срыве той, которую любишь. И в конце концов, Юля не выдержала.

«Я не могу так оставить это.»

За окном началась драка. Юля подошла и взглянула на улицы: парни дрались из-за долгов на почве доз. Видимо, Юлию услышали, и это было предзнаменование.

— Витя, — позвала Пчёлу Юля, чтобы убедиться, что тот крепко спит. Он не отозвался. Юля тихонько надела платье, туфли и вышла из квартиры, набирая Карельского. Всё-таки красивая девушка идёт по улице в три часа ночи — кто знает, чем может закончиться.

— Да.

— Макс, подвези меня до Космоса. Я тебе всё объясню по дороге.

— Угу.

Максим действительно приехал через пятнадцать минут. Юля села в машину, проверяя в сумочке всё необходимое: препараты, деньги... Юлия видела, что Макс еле держался, чтобы не поддаться объятиям сна. На вождении это не отражалось благодаря богатому водительскому опыту.

— Макс, спасибо, что ты принял мою просьбу. Извини, что выдернула, но дело срочное. О нём никто не должен знать. Для Вити, если что, я задержалась на работе.

Макс резко повернул голову в сторону Юли. Эти фразы звучали как исповедь любовницы, что не вязалось с образом Юлии.

— Юль, что происходит? Ты ночью едешь к Космосу и врёшь Пчёле. Я хочу просто понять, частью какого обмана я стану.

— Это во благо, не бойся. Я не изменять еду.

— Я и не сомневался в этом. Ты очень верная девушка. Я просто сужу по словам ребят, мы же с тобой мало пересекались. Ты не способна на измену.

— Мне приятно, что у тебя такое мнение. Я еду лечить Космоса от наркозависимости. Я считаю своим моральным долгом... Хотя бы попытаться. Может, ничего не выйдет, но я больше не могу смотреть на его мучения, — о передозе Юля умолчала.

— Затея хорошая, однако вероятность удачи очень маленькая, ты должна это понимать.

— Макс, ты не знаешь, сколько он употребляет вещества?

— Я не сразу вписался в эту компанию, но на момент моего прихода он уже нюхал. Вроде были попытки завязать, ничем хорошим это не закончилось.

— А где отец Космоса? Юрий... — Юля замялась, так как забыла отчество родителя.

— Ростиславович, — подсказал Макс. — Он уехал на научные конференции в Рио-де-Жанейро. Он же астрофизик.

— Когда вернётся, не известно? — уточнила Юля, нервно дёргая ногой.

— Через неделю.

«Космосу сейчас очень потребуется поддержка папы. Друзья понятно, будут рядом, но отец здесь нужен не меньше...»

— Приехали, — Макс аккуратно припарковался и помог Юле выйти, доводя её прямо до квартиры. — Хочешь, я буду с тобой? Просто тут речь идёт о наркомане, если ты с ним будешь говорить о зависимости, он может агрессию выплеснуть.

— Не стоит, я справлюсь с этим инопланетным чудовищем, — Юля улыбнулась, и Макс поймал себя на мысли, что её улыбка заразительна. — Я тебе позвоню, когда мы закончим.

— Жду звонка, — Макс похлопал Юлю по плечу и пошёл к машине. Юля поднялась по лестнице и позвонила в дверь.

Было волнительно. Юля так надеялась на успех... Кос открыл не сразу. Вид у него был, конечно, так себе — трусы и халат.

— Ты так всех встречаешь? — Юля даже не вздумала отворачиваться, смотря на Коса без стеснения. Внутри ничего не ёкнуло.

«Витя лучше в тысячу раз».

— Я думал, это Белый, — Космос убежал в комнату. Юля поймала себя на мысли, что если Пчёлкин узнал бы, что она видела его друга практически голым, то было бы два трупа. Кос вернулся в рубашке и штанах.

— Ну молодец, уже лучше, — Юля ухмыльнулась. — Можно зайти?

— Тебе всё можно.

Космос хлопнул себя по лбу за переход грани и поправил себя:

— Ну тип... Ну ты же... Ты поняла.

«Ничего не поняла».

Юля шагнула в квартиру. Она обратила внимание на высокие потолки и большое количество учебников и чертежей. Юля рассмотрела один из них и поморщилась. Юля в науке о звёздах была нулем с хвостиком. Хорошо, что ей никогда не приходилось брать интервью у астрономов.

— Я понимаю, что ты не спать со мной приехала.

— Молодец, пять с плюсом, — Юля развалилась на кресле закинув ногу на ногу. — Разговор будет серьёзный, ты должен выслушать меня внимательно и отвечать на мои вопросы по чесноку... Кос, ты можешь не пялиться на мои ноги?

Космос постарался выполнить эту трудную задачу и отвернулся к окну.

— Великолепно. Значит, так. Я приехала сюда не лекции тебе читать. С этим замечательно справляется Белый, я думаю. Я не Минздрав, и рассказывать о том, что такое наркотики, я не буду.

— И ты туда же?! — Взвился Холмогоров, подбегая к Юле. Юля схватила его за запястья и гипнотической интонацией успокоила его:

— Тихо, тихо. Ты послушай, для начала. Я тебе скажу честно: ты скатываешься на самое дно. То, как ты выглядишь сейчас, гораздо хуже, чем в 1993 году. Тебе рассказать, от чего умер мой отец?

Космос еле заметно кивнул. Юлина речь произвела на него впечатление, и он был готов внимать, хотя для него это было пыткой. Правда всегда колет глаза, а Космосу она сейчас резала.

— Он умер, потому что доигрался. Потому что как ты, думал, что авось пронесёт. Не пронесло. 43 года мужику было. Ты хочешь с ним увидеться? Увидишься, я тебе гарантирую. Я даже точные сроки назову. Год тире два. У тебя уже случился передоз, и неизвестно, какой он по счёту.

— Третий, — признался Космос, пряча глаза. Он теребил дрожащими пальцами край штанов. Юля показывала его пугающее будущее. Кос в этом нуждался, хотя этого не осознавал сам.

— Да ты поцелованный Богом... Ладно, суть не в этом. Какие наркотики ты употребляешь?

— Ну кокс... И морфий. Всё, больше ничего. Ну раньше покуривал индику.  От неё эффекта особого не было...

— Всё, меня не интересует эта тема, — прервала его Юля. Сейчас она более мягким тоном говорила с Космосом, видя, что он готов с ней говорить об этом. — Сколько употребляешь?

— Плотно подсел в 93. Но я пытался бросить, отец меня таскал по клиникам. Месяц я был чистым, потом опять... Я не мог больше вынести просто.

— Долги за дозы есть?

Здесь была минута славы Космоса: он с такой гордостью и радостью ответил:

— Нет, я плачу всё исправно. Какие у меня могут быть долги...

— Сомнительный повод для гордости, Холмогоров. СПИД, ВИЧ есть?

— Ты чё, охренела?! — Кос аж побледнел от такого вопроса. — Нет у меня ничего!

—  У многих наркоманов он есть. А теперь давай с тобой подумаем, что тебя привело на эту белую дорожку? Я тебя выслушаю, обещаю, и мы вместе разберёмся, — Юля поглаживала Космоса по широкой ладони в знак поддержки. Космосу было тяжело начать говорить, он всё собирался с мыслями... После доз всё путалось, в голове был один туман.

— Чтобы забыться, — сказал Кос два слова. Юля склонила голову набок, с такой нежностью смотря на Космоса... Она сидела перед ним на корточках, ожидая, когда он начнёт говорить дальше.

— Я не знаю, как это вышло. Сначала мне стало интересно, любопытно, а потом как началось всё это... С Чечнёй... Ты думаешь, мне насрать было? Я же понимал, что мы поставляем оружие тем, кто убивает наших пацанов. А ещё когда ты рванула туда... Потом тебя чуть не убили. А Пчёлкину всё по барабану было, между прочим, он в шоколаде был. Лаве капали, довольный был. Но я ему, сука, открыл глаза на происходящее... Сказал, что тебя убьют, и в твою смерть он внесёт свой вклад... Ничего кроме зелёных купюр он не любит.

Меня тяготит, что я Беловский прихвостень, на уровне «подай-принеси». Я хочу начать собственное движение, я могу быть полезен, но меня вечно задвигают в задний ящик. Я там никто, и звать меня никак. Но это ещё не самое паршивое.

Одиночество. Такое отвратительное чувство... Отец всё по конференциям катается, своей мачехе я не сдался. Она лишь журналы модные листает, тупая, как пробка.

С личной жизнью всё ваще херово. Были отношения, романы, но это заканчивалось быстро. Ты думаешь, я не хочу жениться? Не хочу любви? Даже лютая мразь хочет, чтобы её любили и говорили, какая она молодец. А самое интересное, что если я попытаюсь что-то с кем-то выстроить, нихера не получится, — Космос засмеялся, пользуясь защитной реакцией. Слова лились, как капли дождя. Кос увидел в Юле заинтересованного слушателя и поплыл на этот маяк надежды.

— Почему не получится? Если ты бросишь наркоту, то...

— А потому что тебя одну хочу.

— Кос, я думаю, что любая другая девушка с радостью будет готова... Провести ночь, и...

— Да дело не только в сексе! Я тебя люблю, искренне, как ты не понимаешь этого! Люблю, не могу! Уже с января 1994, когда мы частушки пели! Неужели я три года бегаю за тобой, пылинки сдуваю, чтобы сунуть, плюнуть и пойти?

Юля настолько была ошарашена этим признанием, что приоткрыла рот. Она действительно думала, что Кос просто хочет с ней поиграться и всё. Юля слабо представляла Космоса пылким возлюбленным. Она не видела его заинтересованных взглядов, томных вздохов, не уделяла значения случайным касаниям.

— Кос, но... — Юля пыталась подобрать слова, чтобы не обидеть Космоса, не сделать ему больно, но в то же время дать понять, что она занята. — Я польщена, конечно...

— Я всё знаю. Ты с Пчёлкиным, но зачем?! Он же кроме денег ничего не любит! Я не понимаю, как ты с ним! Он тебя погубит, пойми! Он мне лично сказал, что если бы не твоя работа по ящику, он бы тебя кинул уже давно!

— Это бред, — Юля помотала головой. Сознание отказывалось принимать эти слова. Ноги стали ватными. Юля перестала чувствовать себя в своём теле. Резко стало холодно. — Кос, я не верю.

— Можешь не верить, Юль, но я говорю по факту. Вы разойдетесь, потому что он никого кроме себя не видит, он не ценит твоей любви, а воспринимает, как должное...

— Кос, отойдём от темы личной жизни. Вернёмся к моему вопросу, — Юлин громкий голос прозвучал резко.

— Я ещё из-за Валеры гружусь. И перед Пчёлкиным стыдно. Да, он подонок, но я Белому внушал мысль о том, что он предатель. Я не могу себе этого простить. Хотя он вроде понял всё. Вот поэтому у меня передоз и случился.

— Но ведь Чечня уже давно в прошлом. Ничего уже не изменить. Тем более, как я поняла, вы не могли поступить по-другому: на вас давили, причём конкретно. По поводу движения... Космос, а ты не подумал, что чем выше ты поднимаешься, тем больше вероятность умереть с пулей в виске? Может, Бог тебя отводит? — Юля специально упомянула Бога, зная отношение Коса к религии. — Про любовь ко мне... Я...

«Господи, как тяжело отказывать», — хотелось вскричать Юле. Она слышала треск сердца Коса, который только что потерял надежду на счастье.

— Я не единственная женщина в России. Я знаю, тебе тяжело это сейчас понять, но... Если ты оглянешься вокруг, ты найдёшь своё счастье. Я уверена в этом. В тебе есть много положительных черт. Ты весёлый, добрый, порядочный. Снаружи это не очень видно, но я верю, что в тебе есть человечность и доброе начало. С тобой не скучно, есть о чём поговорить, да и внешность привлекательная...

«Слышал бы это Витя, вырвал бы язык.»

— ... Правда, если ты не слезешь с кокаина, то это отразится на твоём лице. Тебе просто нужно взять себя в руки, собрать всю волю в кулак.

— Ты думаешь, это так просто? Ты такая наивная... — Космос грустно вздохнул. — Бросить сладкое — можно. Бросить сигареты — тяжело, но можно. А наркотики — нереально... Бывших наркоманов не бывает.

— Булгаков же бросил морфий в 1918 году.

— Бред.

— Кос, по статистике 20-30% наркоманов завязали. Это не пять процентов. Почему ты не можешь войти в их число? Ты не понимаешь самого главного: я буду рядом с тобой на протяжении всего лечения. Врачи, лекарства, моральная поддержка — я тебе это дам. Тебе есть ради чего бороться. Попытайся ради друзей, отца...

— Ради тебя, — Космос накрыл ладонями руку Юли. — Только ради тебя я попробую.

— Просто не препятствуй мне, вот и всё. Я тебе обеспечу все условия, чтобы процесс был безболезненным, — Юля провела ладонью по его щеке. Непонятный прилив нежности и жалости произошёл в её душе. В Космосе она видела бездомного котёнка, который нуждался в заботе и внимании. И Юля была готова защищать его.

— Юль, а если бы Белый не вмешался, и мы бы переспали, что было бы дальше? Мы бы были вместе? — вдруг спросил Кос. Юля глубоко вздохнула, подняла указательный палец и начала растолковывать:

— Первое — мы бы не переспали. Я не была готова к этому в тот момент. Второе — ничего бы не было, пойми. Никаких отношений. Я бы начала встречаться с Витей и всё бы вернулось на круги своя. Так что наоборот скажи Белому, что ошибки не произошло.

— Понял.

— Ладно, я завтра утром перед работой заеду, вместе с психиатром. Он поймёт объем работы, и потом уже перейдём к процессу детоксикации, — Юля поднялась с кресла и подошла к двери. Космос завороженно смотрел на неё. Её походка невольно приковывала к себе его внимание.

— До встречи, Юль.

Юля приподнялась на носочках и поцеловала Космоса в щёку, в знак поддержки. Тот застыл на месте. От счастья он улетел в космос, на Плутон или Уран. Юля ушла, и Космос забегал по квартире, визжа от восторга, ежеминутно касаясь щеки. Он был в забытье, но на этот раз не от наркотиков.

«Любовь круче кокса», — решил Космос, лёжа на спине и смотря в потолок.

***

Юля тихонечко прошмыгнула в квартиру, надеясь, что Пчёлкин ещё видит красочные сны. Но стоило ей скрипнуть кроватью, как Пчёла проснулся и сразу же спросил:

— Где была?

— Каталась, — Юля подготовилась к этому вопросу. С момента покупки собственного транспорта у Юли появилось ещё одно хобби: она любила брать машину и кататься на ней по Москве, слушая музыку. Это её расслабляло и помогало привести мысли в порядок. Пчёла успокоился, поверил в эту отмазку и лёг обратно на бочок. Юля устроилась рядом.

Проспала Юля где-то шесть часов. В половину седьмого утра Юля оделась и поехала к Космосу, для Пчёлкина — «на работу пораньше, дел много накопилось». Юле хотелось дать себе несколько пощёчин за эту ложь, которая неизвестно сколько продлится. Лечение Космоса займёт год-полтора. Каждый раз, когда Юля обманывала Витю, на душе становилось паршиво, такое мерзкое чувство появлялось. Юлино чистое сердце маралось грязью.

Космос был на ногах, помня о предстоящем визите Юли. Он прихорашивался, надел лучшую рубашку, джинсы, прыскнул на себя духами несколько раз. Он видимо не слышал, что ему отказали.

Юля вошла в квартиру в компании психиатра и нарколога. Первый специалист разговаривал с Космосом, подбирая подходящие слова, чтобы внушить пациенту веру в победу над зависимостью. Нарколог ставил капельницы, которые выводили из организма следы наркотиков и выписал обезболивающие для момента ломки. Юля с ужасом ожидала этого мгновения. Начало — самый рисковый период. Юля понимала, что из-за работы она не сможет контролировать Космоса двадцать четыре часа в сутки. Поэтому она вышла на улицу и набрала Юрия Ростиславовича. Когда на том конце подняли трубку, Юля уточнила, туда ли позвонила.

— Юля? Что случилось?

— Юрий Ростиславович, у меня к Вам очень важная просьба. Послушайте меня сейчас внимательно. Ваш сын, Космос, — зачем уточнила, не ясно: Космос — единственный ребёнок в семье. — Сейчас начинает лечиться от наркомании. Начальный этап — самый тяжёлый — на нём сорваться — нефиг делать.

— Юля, но это невозможно...

— Это станет возможным, если Вы будете рядом с ним. Вам срочно нужно наладить с ним контакт, найти точки соприкосновения. Космос в вас очень нуждается. Без вашей поддержки ему будет невыносимо больно. Я понимаю, у вас активная научная деятельность, но хотя бы месяц можно быть с ним рядом. Это будет лучшей помощью.

Юрий Ростиславович был настроен благосклонно. На самом деле, он испытывал муки совести, что потерял сына. Юля ему на многое открыла глаза.

— Юль, я так понимаю, ты этим занимаешься?

— Неважно, кто. Пожалуйста, приезжайте, как можно скорее, ладно?

— Хорошо, я приеду.

Юля закончила разговор. Она подумала о том, сообщать ли эту информацию Космосу, однако решила держать факт приезда отца в секрете. Жизнь — невероятная штука, мы думаем, что всё получится, а потом раз! — какие-то обстоятельства меняют ход событий. Мы предполагаем, а Бог располагает.

Космос настроится, будет жить надеждами, а потом что-то случится, и приезд отменится. Тогда ему будет очень плохо, и он сорвётся сто процентов.

***

По пути на работу Юля набрала Белого и предупредила о том, что тема наркотиков не должна звучать в их разговорах. Даже малейшая фраза может стать красной тряпкой для быка. Юля старалась устранить все возможные препятствия на пути к оздоровлению и восстановлению. Вроде всё должно было сработать.

Сегодня у Юли был очень загруженный день. Большая работа с документацией, написание подводок для вечернего эфира, съёмки в репортажах. Также нужно было отснять несколько выпусков программы «Расскажи Юле» за сутки, чтобы забить сетку вещания. Юля бегала, как белка в колесе. Делами она отвлекалась от негативных мыслей и страхов. На работе Юля переносилась в другой мир, оставляя все проблемы за дверьми телецентра.

Вечером к Юле приехал Витя на машине и забрал её. Всё было хорошо: Юля чувствовала лёгкую усталость в ногах и гудение в голове, а Пчёла просто восполнял тоску по любимой. Они обнялись, и после этого настроение Пчёлы резко изменилось, как по щелчку пальца.

— Вить, что-то произошло?

— От тебя пахнет духами Космоса.

Пчёлкин уже давно терзался сомнениями относительно верности Юли. Сначала он гнал прочь мысли, так как верил этим влюблённым глазам. Но доказательств измене становилось всё больше. Нечто дикое и ужасное пробуждалось из глубин подсознания, угрожая сжечь адским огнём всё, что окажется в радиусе нескольких миль, убить всё живое.

Юля принюхалась к рукаву пальто и с ужасом поняла, что Витя не ошибся. Запах парфюма, стойкого, дорогого, отпечатался на Юлиной одежде. Юля попыталась выкрутиться из ситуации, начала думать, и не придумала ничего лучше, чем сказать:

— Я просто увиделась с ним, чтобы поддержать после передозировки! Что ещё ты хочешь услышать? Твои придирки меня достали! — Юля шумно выдохнула, накручивая прядь волос на палец. Меньше всего ей хотелось разборок и скандалов: для этого она была истощена.

— Допустим, — Витя сделал вид, что поверил, но подозрения застряли в его голове прочно. И вскоре эти подозрения вылились в нечто ужасное, то, что разрушило тот хрупкий мирок любви Вити и Юли.

***

День начался по давно выученной схеме. Юля оделась и поехала на пресс-конференцию, где были затронуты проблемы в экологической, социальной и экономической сфере. Пчёлкин зашёл к Белому и обсудил деловые вопросы. Потом он был предоставлен самому себе.

Юля ещё две недели назад позвонила организаторам пресс-конференции и предупредила о своём приходе от телеканала «ОРТ», тем самым аккредитовавшись. Юля очень боялась забыть об этом этапе работы, потому что без этого её бы не пустили на мероприятие. Далее несколько дней Юля собирала информацию, проводя двойной поиск — непосредственно материалы по теме конференции и по новостям о ключевых фигурах. Записав интересные вопросы, Юля расслабилась. Подготовка была закончена.

На саму пресс-конференцию Юля приехала за час до начала. Таким образом она заняла места на втором ряду, с которых её диктофон мог лучше уловить речь говоривших. Также она взяла пару эксклюзивных комментариев от участников пресс-конференции и записала тех, кто не был заявлен в повестке мероприятия.

Обсуждение началось. Юля с первых минут едва не засыпала. Периодически она бегала и поправляла диктофон по мере смен говоривших лиц. В то же время она записывала важные фразы в блокнот, делая пометки по тематике цитат. Юля подпёрла голову ладонью, чтобы не уснуть. Она ждала подходящих моментов и задавала свои вопросы, не стесняясь провокационных. Юля никогда не была «удобной» работницей СМИ, поэтому её вопросы нередко злили и пугали.

Юля поглядывала на часы, ожидая конца. Почему-то именно сейчас стрелки двигались так медленно... Юля невольно вспомнила школьные годы.

По окончании конференции Юля записала контактные номера всех высокопоставленных лиц. Она не сомневалась: это ей ещё пригодится. Потом она побеседовала с несколькими экспертами и получила интересные прогнозы.

Юля отзвонилась Карельскому, чтобы он отвёз её домой. Юля была очень запаренной и уставшей, поэтому всю дорогу она молчала, изредка делая пометки в блокноте.

— Как Космос?

Юля дернулась. Вопрос Макса в ночной тишине звучал неожиданно.

— Хорошо. Пока слежу за тем, чтобы не сорвался. Как думаешь, он справится? — С волнением спросила Юля.

— Думаю, да. Я бы тоже справился с такой подмогой, — Макс кивнул на Юлю. — Ты с ним так возишься... Это из-за отца?

— Можно и так сказать.

Автомобиль остановился у дома Пчёлы. Юля зашла в подъезд, оглядываясь по сторонам, поднялась на пятый этаж. Лифт, как обычно, сломан. Юля открыла дверь. Пчёлкин сидел за столом, сжимая в руках бутылку коньяка, которая была выпита наполовину. Юлю подобное зрелище взбесило, ураган злости пробудился в ней. Она решительными шагами подошла к Пчёле и крикнула:

— Опять бухаешь?!

— Я не бухаю, малыш. Просто выпил немного.

Трезвый голос Пчёлкина затушил гнев Юли, и она успокоилась. И вновь прозвучал вопрос, ставший традицией:

— Где была?

— На пресс-конференции, — на этот раз Юля говорила чистую правду. Она сняла пальто, аккуратно вешая его на крючок. Пчёла хихикнул. Лимит доверия был исчерпан в самый неподходящий момент. Юля отправилась в спальню, так как она хотела поесть мороженого и перечитать «Анну Каренину». Русская классика отвлекала и расслабляла после тяжёлого дня.

— А ты чё такая уставшая? — Пчёлкин следом зашёл за Юлей, закрывая дверь на замок.

— Да затянулась эта встреча... Обсуждают решение проблем народа, хотя мне понятно, что никаких шагов не будет...

Юля замерла на полуслове, потому что Пчёла запустил руку ей под юбку, поглаживая бедро.

— Вить, я устала, давай завтра. Бошка болит ещё, от погоды, наверное, — громко сказала Юля, перелистнув страницу. Пчёлкин ударил Юлю по запястью, и книга упала на пол. Когда внимание Юли было вновь обращено к нему, Пчёла навис сверху, заползая руками под лифчик.

— Вить, нет, отстань, — повторила она громко. — У меня нет настроения.

— Я сейчас его тебе создам, не переживай, — его действия стали грубее из-за непослушания девушки. Голосовые связки Юли  мучительно ныли, моля о пощаде. Единственный, кого ей нужно было бояться сейчас — её некогда близкий человек. Пчёла буквально порвал рубашку Юли, и пуговицы отлетели с грохотом на пол. Когда Юля поняла, что криками делу не поможешь, она сдалась. Силы предательски покинули её, и она отвернула голову, закрывая глаза. Слабина вылезла наружу, и из глаз пробежала слеза. Юля молчала, и это молчание было таким отчаянным... Пчёла остановился, увидев слёзы Юли. Юля была спасена. Она подняла с пола свои вещи и крикнула:

— Я напишу заявление в полицию, слышишь меня?! Я тебя ненавижу! Ты просто чудовище! Пускай тебя упекут за решётку, мне плевать! — Юля оскалилась, как волчонок, глаза стали красными от лопнувших капилляров. Пчёла ударил Юлю по лицу кулаком, вызывая фингал. Юля упала на коленки.

— Что, с двумя не получается?! Сил не хватает?! — Пчёла с каким-то наслаждением смотрел на страдания Юли. — Понимаю, тяжело наверное!

— Ты на что намекаешь?! — Юля оделась в порванную рубашку. Юлия смутно понимала, что имел в виду Витя, просто не могла поверить.

— Я в курсе, что ты к Космосу таскаешься постоянно! Что, думала меня обмануть?! Не выйдет! Я всё знаю!

— Ты считаешь, что я тебе изменяю?.. — Внутри всё рухнуло. Смысл что-либо говорить и оправдываться, если Витя убеждён в предательстве Юли?

— Не думаю, а знаю. Я не первый год на земле живу. Мне не пять лет.

Юля быстро одевалась, набирая самую близкую подругу — Олю. Сейчас она хотела выговориться, ничего большего. Юля не слышала, что говорил Пчёла, она закрыла уши, выбегая на улицу.

Юля сама вела машину, и это было чудо, что Фролова не попала в ДТП. Перед глазами — солёная пелена, и дворники-ресницы плохо справлялись с задачей. Руки тряслись, еле держа руль. Всё тело в оцепенении из-за дичайшего страха.

— Юля, что произошло?

Юля ничего не могла ответить. Её душили рыдания. Оля не на шутку перепугалась.

— Оль, я тебе объясню лично, при встрече. Ваня заснул?

— Да, он крепко спит, так что приезжай. Саши дома нет, не волнуйся, — без мужей жёны всегда могут говорить свободнее. Юля продолжала рыдать в трубку, а потом сбросила.