Глава 3. Кровавая мойхва

Сумерки в горах сгущались рано. Солнце здесь светило ярко, но коротко, в отличие от Вальдоры, где световой день длился дольше, но тучи почти всегда скрывали небосвод. За ужином с дядей мы обсудили Совет и будущие планы. Следом Александера ожидало еще одно закрытое совещание, намного более значимое, где Теодор Рохан с приближенными обсудят принесенные мной сведения. Поэтому отужинав, мы распрощались, и я отправилась в город.

Ночью, укрытая снегом и украшенная огнями, Хорса выглядела, словно ее возводили по моим самым сокровенным мечтам. Мириады звезд тускло мерцали на черном небосводе, под ногами хрустел снег, и мое сердце ликовало от морозного воздуха. Из окон домов лился теплый свет, и люди наслаждались окончанием дня, пока за окном медленно кружились снежинки, искрясь в свете горящих под крышами факелов. Моя душа одновременно ликовала и скорбила: я была так рада снова оказаться в месте, которое считала домом, но не забывала, что скоро мне придется уйти. 

Кайран и Аластор уже ждали меня в оживленной таверне под названием «Кровавая мойхва». В большом помещении было тепло и уютно: в нескольких каминах горел огонь, в левой части расположилась широкая стойка, за которой разливали напитки, слева от нее стояла небольшая сцена, где играли музыканты, а весь остальной зал был заставлен столами. Войдя, я сразу заметила светлые волосы Аластора и направилась к большому круглому столу, благодаря богов, что они выбрали место подальше от оживленной толпы. Кроме Аластора и Кайрана, за столом сидел Руаан и Ливия, красивая девушка с длинными русыми волосами. Я счастливо улыбнулась, увидев своих близких друзей вместе, как много зим назад.

— Мор! – радостно воскликнула Ливия, увидев меня, - я думала, они меня обманывают!

Я заняла свободное место между Ливи и Аластором, оказавшись спиной к залу. Тонкий голосок внутри меня моментально забил тревогу, и мне захотелось пересесть, чтобы иметь возможность видеть происходящее за спиной, но я постаралась расслабиться, напомнив себе, что сейчас мне ничего не угрожает. Однако, как бы мне ни хотелось ослабить контроль, за последние годы осторожность стала частью меня, и, несмотря на расслабленную позу, внутри я была напряжена и постоянно прислушивалась к окружающим звукам.

«Кровавая мойхва» славилась своими настойками на горных ягодах, такими насыщенными и пряными, что нередко обманутые сладким вкусом посетители теряли здравость, не рассчитав меру. Не только гости из разных городов, но и представители других народов приезжая в Хорсу желали испробовать знаменитые напитки. Помещение было заполнено эльфами, людьми, дварфами и даже парочка великанов, для которых вынесли стулья в три раза больше обычных, наслаждались музыкой и танцами. Для особых гостей, к числу которых мы относились благодаря Аластору, напитки подавались в небольших рюмках из редкого горного хрусталя, ярче раскрывающего вкус. В центре стола уже стояла трех-ярусная деревянная конструкция в виде пирамиды, на которой располагалось более десяти разных настоек для каждого.

— За возвращение Ледяной королевы! – улыбаясь, поднял вверх рюмку Руаан.

Я усмехнулась, услышав давно забытое прозвище, которым он меня называл. Насыщенный вкус темного шоколада и кровавой мойхвы пробудил во мне воспоминания о теплых зимних вечерах, когда мы еще были учениками академии. В желудке разлилось жгучее тепло, напоминая о том, как обманчива терпкая сладость на языке.

Время вокруг замерло, пока мы вспоминали истории давно минувших дней, многие из которых сейчас казались дикими, но такова была наша юность.

— ...И тогда профессор спрашивает, почему отсутствует Николас, и мы, конечно, говорим одну из стандартных отговорок про неотложный королевский долг, - сквозь смех вспоминает Руаан одно из утренних занятий в академии, на которое мы пришли после бессонной веселой ночи, - но кто же мог знать, что профессор утром нашла его в своем коровнике, спящем верхом на кобыле?

Выпив еще рюмку, Кайран широко улыбнулся от воспоминаний:

— Мы думали он уехал в Хельстру. В ту ночь ему понравилась девушка, помните? Он был жутко пьян, а она только устроилась сюда и не знала, что он принц. И когда Аластор уже еле стоял на ногах, она придумала какую-то отговорку про отца, не позволяющего ей общаться с мужчинами до свадьбы. Конечно, вместо того, чтобы остановить, это только разогрело Аластора и он решил немедленно выехать к нему в Хельстру просить ее руки и сердца.

— И мы, как верные друзья, даже помогли ему забраться в чужой загон за лошадью и пошли прикрывать его на занятии. Вот только наш доблестный жених нашел другую любовь на ночь, - смеясь закончила Ливия.

Это была одна из моих любимых историй, и каждый раз от смеха у меня слезились глаза. Я вспомнила выражение лица профессора, от которого мы трое протрезвели за считанные секунды.

— Думаю, смешнее тот день мог закончиться только если бы он все-таки доехал до Хельстры, - предположила я, выпивая пряную настойку из дикой тьяны, и добавила, глядя на принца, - но я рада, что ты остался холост в ту ночь.

— А я-то как рад. Согласен, немного перегнул, но с кем не бывает? - подмигнул мне Аластор.

— Да ни с кем такое не бывает, - ухмыльнулся Руаан.

— Посмотрите, кого принесло, - внезапно сказал Кайран, мрачно глядя в зал за нашими спинами, и я ощутила тяжелый взгляд на своем затылке.

— Сюрприз-сюрприз, - усмехнулся Руаан, - я думал, наш несравненный Хранитель терпеть не может «эту дыру», - на последних словах он сделал «аристократичное» выражение лица.

Хранитель? В замешательстве я хотела обернуться, но почувствовав знакомую энергию, застыла на месте. Не может быть. «Он стал Хранителем?» - безмолвно спросила я, взглянув на Аластора. Его напряженный взгляд подтвердил мои опасения. Я сжала его руку под столом, и он едва заметно расслабился, будто с него свалился тяжелый груз: Аластор привык все хранить в себе и никогда ничем не делился. Теперь я поняла, почему он показался мне таким подавленным в раздевалке – Хранителем стал не он, а его старший брат. Алакай Рохан, средний наследник, с которым Аластор всегда и во всем соревновался, занял желанное братьями место.

— А где невесту потерял? – насмешливо спросил Руаан.

Эти слова обрушились на меня будто кипяток. В тот момент я была благодарна за то, что сижу спиной к залу и не вижу Алакая. Стараясь контролировать эмоции, я услышала голос Ливии:

— Странно, после помолвки его редко встретишь в подобных местах. Мор, ты уже видела невесту Алакая?

Аластор никак не участвовал в разговоре, лишь поудобнее устроился на узком сидении, закинув руку на спинку моего стула. С непроницаемым лицом я произнесла скучающим голосом:

— Не-а.

— Значит, вы еще не виделись? – спросил Аластор, обращаясь ко мне.

Я слегка нахмурилась:

— Ты так спрашиваешь, будто должны были. Последний раз, когда я проверяла, он не был в списке моих близких людей.

— Это точно, - проворчал Кайран.

Из-за вражды между двумя братьями никто за нашим столом никогда не питал нежных чувств к старшему брату Аластора. С одним исключением в моем лице, но о нашей с ним личной истории никто не знал. Или...? Шанс, что Аластор узнал о том, что было между мной и Алакаем, был мизерным, но все же был.

— Давайте закончим этот раунд, - Руаан поднял свою последнюю рюмку. Выпив, я посмотрела на опустевшую подставку и почувствовала, какой легкой становилась моя голова.

— Я ненадолго отлучусь, - Ливия поднялась.

— Тогда я пока закажу еще выпивки. Кайран, мне нужен твой толстый кошелек, я забыл свой, - Руаан похлопал Кайрана по плечу.

— Ни за что, в прошлый раз ты вернул его пустым, угощая половину таверны. Я сам схожу, - Кайран поднялся и Руаан отправился с ним к барной стойке, уговаривая угостить пару хорошеньких девушек.

Провожая их взглядом, я слегка повернулась и оглядела таверну. Высокий парень в ярко-зеленом жилете пел на сцене под задорную музыку, около дюжины человек танцевали, остальные посетители выпивали и болтали. Мне понадобилось меньше секунды, чтобы заметить его на другом конце зала – Алакай сидел на широком диване и разговаривал со своим приятелем. С такого расстояния я не могла рассмотреть его лица, но в глаза бросились отросшие по плечи русые волосы. Отвернувшись, я прислушалась к своим ощущениям – это был первый раз, когда я увидела его с той ночи, а теперь он был помолвлен.

— Знаешь, я не могу понять, как так получилось, - оторвал меня от размышлений голос Аластора. Я взглянула на него и приподняла бровь, побуждая продолжать.

— Как ему так повезло тогда.

Неприятное чувство проползло под кожей от этих слов. Я догадалась, что он имел в виду, но, прежде чем я успела что-либо ответить, он добавил:

— И как он посмел так поступить с тобой, - Аластор с силой сжал челюсть.

Вот это уже плохо. Боги, почему, как только я понадеялась, что все закончено, вы посылаете мне новое испытание?

— Аластор...

— Почему ты не рассказала? Поэтому ты так внезапно уехала? – почти шепотом спросил он, и я поморщилась от обиды и злости, бушевавших в нем. Именно в этом и была причина, по которой никто не знал — это ничего не изменит, и я не нуждалась в помощи или в жалости.

— Я не знаю, что ты слышал, но ничего...

— Не надо, Мор. Я знаю, что ты делаешь, но ты не убедишь меня, что ничего не произошло: он сам рассказал мне после того, как я разбил ему лицо. И знаешь – тогда он победил, потому что мне было больнее.

Я сокрушенно покачала головой. Даже ожидая, что Алакай может так поступить, мне просто не верилось, что он предал меня дважды, раскрыв то сокровенное, что было между нами и ту грязь, которой он растоптал меня в конце. Оказалось, для Алакая это было не больше, чем способ позлить своего младшего брата, зная как мы близки. Злость и обида сплелись в уставшей душе, и меньше всего мне хотелось продолжать этот разговор, но я понимала: даже если я это уже прожила и отпустила, Аластор готов был разорвать брата на части. Он всегда старался защитить меня от всего мира. Безусловно, его также сильно обижало, что я не доверилась ему в тот момент, когда нуждалась в поддержке, сбежав вместо этого в Вальдору.

— Ты должен понять меня. Если бы я рассказала – это бы все усложнило.

— Потому что он мой брат? – насмешливо спросил он. В ответ я лишь сжала губы, потому что это было правдой. Алакай – наследник Хорсы и родной брат Аластора. И в том, что произошло, я была виновата отчасти потому, что позволила себе забыть об этом.

— Мориен, о чем ты думала? Мне плевать, что он мой брат, ты всегда стояла выше него. Как ты могла хоть на долю секунды подумать, что я приму не твою сторону?

— Я ни разу в этом не сомневалась, просто... Мне было очень тяжело и все чего я хотела – на время убраться подальше и забыть обо всем. Но уходя я не рассчитывала, что все так затянется, - мой голос предательски дрогнул от нахлынувших эмоций.

Аластор потянулся ко мне и провел избитыми после боя костяшками по щеке:

— Я не хочу ворошить прошлое и ранить тебя, просто видя его каждый день... - его рука за моей спиной напряглась.

— Кайран знает? – спросила я.

— Нет.

— Хорошо, - надеюсь так все и останется.

Внезапно Аластор наклонился ко мне, и от того, что он произнес у меня появилось плохое предчувствие:

— Алакай пришел сюда, потому что я сделал так, чтобы он узнал, что мы будем здесь. Что ты будешь здесь.

— Не думаю, что ему есть до этого дело. То, что между нами произошло, было очень давно, - я действительно так считала.

— О, поверь, ему есть дело... Он и сейчас наблюдает, - от близости Аластора меня обожгло острым желанием мести, которое он испытывал. Пытаясь откинуть эти эмоции, я сосредоточилась на окружающем пространстве и действительно ощутила тот же тяжелый взгляд, что и раньше.

— С твоего позволения, я бы хотел, чтобы он насладился этим видом. Он заслужил, - насмешливо сказал Аластор.

И тогда я поняла, зачем он положил руку на мою спинку, когда вошел Алакай, и зачем наклонился ближе, когда мы остались одни. Сейчас его губы были в нескольких сантиметрах от моей щеки и со стороны казалось, будто мы целовались. По моему телу разлился жар, и я не могла различить: это мои эмоции или Аластора? Его близость, аромат корицы и настоек, алкоголь, бушующий в моей крови... все это дурманило разум.

Честно говоря, мне было неважно, что там испытывает Алакай и точно не хотелось бы впутывать сюда Аластора. Несмотря на это я сидела как парализованная, захваченная яркими эмоциями, бурлящими в груди. Взгляд блуждал по лицу, находящемуся в паре сантиметрах от моего: по ссадине на острых скулах и разбитой после боя губе. Кровоподтеки делали его благородную красоту еще более манящей... Наши глаза встретились, и меня окатило такой сильной волной чувств, с которыми мой опьяневший разум даже не попытался справиться. Голова была легкой как перышко, губы пересохли, и я провела по ним языком.

Потемневший взгляд Аластора проследил за этим движением, и в следующее мгновение его губы накрыли мои, и я жадно ответила ему, потерявшись в тумане ощущений. Моя рука зарылась в непослушных светлых волосах, когда Аластор обхватил мое лицо, углубляя поцелуй. Терпкий вкус темного шоколада...

— Святые Боги.

От низкого голоса Руаана меня словно окатило водой, и я отстранилась, учащенно дыша. Аластор все еще смотрел на мои губы, и мне стоило больших усилий закрыться от бури его эмоций. Надо признать – настойки в очередной раз оправдали свою славу.

— Не останавливайтесь, прошу. Еще немного и я бы...

— Руаан... - предупреждающе бросила я, надеясь, что он не будет продолжать. Аластор лишь откинулся на свой стул и нагло улыбнулся, глядя на друга, будто говоря «мечтай, парень».

— Я что-то пропустил? –Кайран подошел и окинул нас взглядом. Заметив взъерошенные волосы Аластора и мои покрасневшие губы, он удивленно приподнял брови:

— Черт, можете не отвечать.

— Если бы я знал, что настойки сегодня настолько хороши, то отправил бы Аластора за напитками, - проворчал Руаан, доставая рюмку из пирамиды.

— Без шансов, - в унисон сказали Кайран и Аластор, и Руаан театрально вздохнул, выпивая настойку.

Я рассмеялась:

— Вообще-то я сижу здесь. 

— Калирия всемогущая, - ахнула подошедшая Ливия, увидев новую подставку с настойками, - мы собираемся повторить одну из тех безумных ночей времен Академии?

— Повторить? Мы сделаем лучше, - усмехнулся Руаан.

Боги, не покидайте нас этой ночью.