Глава 35

        Меня трясло. Впервые отчаянье достигло таких вершин, что не было сил бороться. Неестественное для меня состояние, ведь даже в самых жестоких условиях рабства я пыталась выжить, чем злила и восхищала своих врагов. Оберус говорил, что это особый стержень ивери, который наполнял уверенностью не только меня, но и встречавшихся мне на пути людей. И сейчас я его не чувствовала. Внутри царила пустота и тоска. Я окружена монстрами, кем бы они ни были, и единственный в кого я верила, меня не помнил. Он просто ушёл хлопнув дверью, оставляя наедине с призраками прошлого. Впервые не хотелось даже дышать, и я тихо опустилась на исцарапанную предшественниками скамейку, подложив холодные ладони под голову, чтобы хоть как-то прийти в себя после пережитого ужаса – Элай дор Аранаш вновь привёл меня к клетке рабыни. Клетки на холме подле жертвенного алтаря чёрного клана выглядели как норы зарешеченные толстыми прутьями, которые невозможно было сломать, но сквозь которые прибывающие паломники на ежегодный ритуал слияния могли видеть будущих жертв, дарующих им непрожитые годы. Я видела их лишь однажды, в день восхождения к алтарю чёрного клана ради спасения Чира и гибели Фазиса. Только в тот раз я шла по собственной воле, а сейчас о моём желании никто не спрашивал.

        Я вновь на Фазисе. Стоило только увидеть Элая и жизнь промелькнула перед глазами под жуткий довольный смех моего мучителя, душа заметалась в поисках выхода, отправляя меня в темноту бессознания, но разум ещё держал оборону заставляя подняться. Во мне не осталось ни грамма магии для отпора, страх сковывал и шептал «это конец, сдавайся», но я старалась изо всех сил смотреть прямо в обожженное лицо демона. Что может быть хуже? Я только начала ощущать себя в безопасности от его притязаний и вот судьба вновь кидает меня в руки безумца.

         Колючий ветер проник сквозь прутья, заставляя поёжиться. Веки наливались тяжестью. Слишком сильный стресс медленно перетекал в апатию, глаза с застывшими слезами наливались тяжестью, заставляя хоть на мгновение забыться. Чир появился неожиданно и выдернул меня из влажных лап Элая, хоть и сам не понимал зачем. Его оморун откликнулся, но звериный инстинкт не пробился к памяти Чира. Он вновь ушёл, бросив меня в клетке.

       Тяжёлый хлюпающий вздох после долгой задержки заставил очнуться и с трудом приоткрыть глаза. Не знаю сколько времени я так лежала, но чувствовала себя намного комфортнее чем вначале. Прыгающие тени на стене спросонья казались продолжением дрёмы, но всё было реально, как и толстый огарок свечи, от пламени которой эта нора наполнилась тусклым светом. Я подтянула плед прикрывая плечи и замерла. Плед? Чёрная ткань оказалась плащом, под головой лежал ещё один тканевый свёрток. Я осмотрелась вокруг и увидела Чира. Он сидел на земле рядом с дверью, подтянув одно колено. Голова чуть закинута назад, глаза прикрыты. Сердце встрепенулось словно птичка – вернулся. Либо вспомнил, либо подсознание подсказало, что не люблю оставаться в темноте и вернулся. Я тихо встала, разминая затекшие конечности, и аккуратно приблизилась к любимому мужчине. Непреодолимое желание коснуться его измученного сомнениями лица кололо ладони. Чир вздрогнул, ощутив прохладу, и открыл глаза, застав меня врасплох. Глаза в глаза, не говоря ни слова. Время остановилось...

        Первые рассветные лучи вынырнули из-за горизонта и разрушили очарование момента. Чир вздрогнул и нахмурился.

– Кто ты такая? – тихо прошептал он.

– Скажи сам, – как хотелось всё ему рассказать, но это лишь запутало бы его сознание ещё больше, он должен был вспомнить сам.

– Тайа говорит, что ты мой враг, но оморун так не считает.

– И кому ты веришь больше?

       Казалось, этот вопрос озадачил демона.

– Между нами связь, но ты пыталась убить меня, – голос Чира прозвучал неуверенно.

– Это говорит Тайа или оморун? – я не отрывала взгляда от его тёмных глаз ожидая ответа.

– Так говорит моя семья, – жёстко ответил Чир.

        Прозвучало обидно, ведь его семьёй была именно я, а не Сантар и ему подобные. Я попыталась встать, чтобы отойти на безопасное расстояние от мужчины, не доверяя своим чувствам, но он схватил меня за руку не давая сделать шаг.

– Мне больно, – мне действительно было больно, но не физически.

        Чир ослабил хватку, но ладонь не отпустил. Провёл пальцами по тыльной стороне к изгибу кисти и вернулся к кончикам пальцев по открытой ладони, попутно прорисовывая сдвоенную линию жизни. Знакомая ласка отозвалась внизу живота и я инстинктивно дёрнула руку. Чир прикрыл глаза и принюхался, а затем прильнул к ладони щекой.

– Почему меня так к тебе тянет? – простонал он не открывая глаз, и я не удержалась – провела свободной рукой по его густым волосам путаясь пальцами в жёстких прядях.

       Одним рывком Чир поднялся на ноги, стиснув меня в объятиях и зарываясь лицом в взлохмоченные каштановые локоны. Дыхание спёрло в груди. Страха совсем не было, я легко расслаблялась в его руках. Мои руки в ответ поползли по его спине возвращая объятия. Я соскучилась по нему смертельно и не скрывала этого.

– Я не могу тебя им отдать? – Чир заглянул мне в глаза ища ответ.

– Это тебе решать.

– Ты совсем мне не помогаешь, – ухмыльнулся мой демон, – но ты спасение для моего брата.

– Возможно, – совсем не хотелось говорить сейчас, тем более об Элае.

– Скажи мне, – прошептал он коснувшись губами щеки, – Убеди сделать выбор в твою пользу.

– Я не буду тебя убеждать, – мой голос стал хриплым от близости Чира, – Если ты сомневаешься, значит всё не имеет смысла.

        Губы обожгло от поцелуя. Яростного, сметающего мысли, до боли, до крови, но одновременно такого чувственного, выворачивающего душу наизнанку. Я отвечала, впитывая через него новые силы оморуна и одновременно возвращая эти силы демонической сущности Чира. Магия пробуждалась в нём, поставленные барьеры рушились... Внезапно Чир захрипел, выпустил меня из рук и схватился за горло, расцарапывая его в поисках невидимой петли.

– Нет! – я качнулась назад увидев за спиной демона в открытом дверном проёме искажённое ненавистью лицо Тайи и ухмыляющегося Элая.

        Тайа зашипела и дёрнула поводок к себе, но не рассчитывала на то, что силы демона стали пробуждаться – Чир сделал магический пас рукой назад, сбивая напавшего на него с ног воздушной волной. Тайа отлетела к противоположной стене узкого коридора перед входом в клетку, неожидая такой силы от своей марионетки. Элай среагировал мгновенно: не применяя магии, сорвал с петель дверь и разбил её об голову не успевшего отдышаться после удушья Чира. Глаза демона округлились, он сделал шаг ко мне и рухнул у самых ног как подкошенный.

– А я говорил, что он сломается раньше, – Элай перешагнул через бессознательное тело Чира и подошёл ко мне, но говорил он с Тай, – Всё под контролем... Это демоны, детка. С нами глаз да глаз, когда появляется ивери.

        Надменный демон резко обернулся назад, где мрачная Тайа присела возле Чира проверяя его состояние.

– Жив?

– Церемонию не пропустит, – женщина бросила на меня холодный ненавидящий взгляд, – Осталось недолго.

        Тайа подала сигнал и к Чиру приблизились радигары, которые потащили его по коридору прочь от меня. Затем она, крутанув высоко собранным хвостом, подмигнула Элаю:

– Не сильно резвись. Жертва должна быть живой.

       Я смотрела вслед удаляющейся богине, а душа уже покрывалась инеем – никто не спасёт меня от Элая.

– Не дрожи, – демон встал на моём пути к выходу, – Не трону. Пока... Ты провоняла этим недозверем. Почему он? На моих руках гораздо меньше жертвенной крови, чем у этого адепта смерти.

– Он изменился, – страх возвращался, холодными струями пробегая по венам.

– И всё? Мне просто нужно притвориться хорошим?

– Он не притворяется.

– Уверена? – Элай сделал плавный шаг вперёд, – Ещё недавно он говорил о любви к Тайе, даже не вспомнив о тебе. А я ни разу не смог о тебе забыть. Моя любовь намного сильнее.

– Не надо путать любовь с больной зависимостью, – я не знала чего ожидать от Элая и это пугало намного больше.

– Любовь и есть болезнь, – Элай остановился слишком близко и я нервно присмотрелась к открытому проёму за его спиной, – Самая неизлечимая болезнь для всех разумных существ.

– Странное отношение к любви, – спокойствие давалось мне с трудом.

– Это у неё странное отношение ко мне. – Элай приблизился ещё на шаг, как удав загоняя кролика в ловушку, – Женские особи так падки на лесть. Почему так? Ты готова вздыхать по убийце, зверю по своей сути, грязной полукровке и игноришь демона чистейшей крови? Хочешь я тоже тебя спасу?

– Себя спаси вначале, – огрызнулась я отступая назад.

– Не беги, – устрашающий шепот ломал так тяжело выстроенные от страха барьеры, вызывая сильную дрожь, – Теперь моё лицо не так прекрасно, как раньше.

– Не дави на жалость, всё не так плохо, как ты это преподносишь, – голос мой дрожал, – люди и не с такими увечьями живут счастливо.

        Его шрам тянулся слева от уха и до груди, затрагивая часть шеи, плечо и лишь самый край щеки. Этот избалованный судьбой и вниманием женщин демон ныл при этом словно остался без лица.

– Тебе для меня даже жалости нет? – Улыбка Элая стала зловещей, – Не получается у нас с тобой по-хорошему. Я ведь и в первую нашу встречу просил быть просто чуточку покорнее.

– Так это была с твоей стороны просьба? – из глубины души выплеснулась ярость, – В нашем мире подобное отношение называется подавлением личности. Просят иначе.

– Ну, как умею, – демон медленно прижимал меня к решётке, чтобы я не могла отступить, – Демоны на вершине эволюционной цепи. Мы прямые потомки Тьмы, а вы все лишь остаточное смешение ингредиентов. Мы не должны унижаться перед более низкими расами, но я просил. Даже когда ты не могла мне отказывать, будучи товаром в шакесте Тир Оракеса, я просил твоего внимания... Я и сейчас прошу... Ты ещё можешь выжить...

       Ком подкатил к горлу, когда рука Элая потянулась к моей шее. Его ладонь медленно скользнула от скулы до ключицы обрисовывая чуть выпирающие вперёд части. Тугая кнопка на одежде поддалась не сразу и сейчас рваным лоскутом повисла в нескольких сантиметрах от ворота. Я не выдержала и со всей силы коленом ударила Элая, как мне казалось, в самую болезненную точку мужчины, одновременно отталкивая его в сторону. Пара шагов отделяла меня от порога, за которым я даже не знала, что меня может ждать дальше, но мой удар не возымел нужного действия – демон успел перехватить меня, со всей силы дёрнув за распущенные волосы назад, а затем наотмашь нанёс удар по лицу. Я пушинкой отлетела назад, ударяясь при приземлении затылком об скамью. Ещё не свыкнувшись с болью и мерцанием перед глазами, я получила ещё один удар по рёбрам огромным жёстким сапогом. Я инстинктивно прикрыла живот, оберегая самое ценное, что у меня на данный момент было.

– Я же просил! – взревел Элай, – Пытался быть хорошим! И даже попытаюсь ещё раз – дам тебе возможность выбора. Фазис не может остаться без демона, ты должна выбрать, чью сущность оставить в замен... Чира или его отродья...

        Я задохнулась от ужаса – он знал? Откуда? Знает ли Тайа?

– Не понимаю тебя, – бросила я демону забиваясь в угол и утирая кровь.

– Может я и сумасшедший злодей в твоих глазах, но не дурак. Совет Миров направлял меня в запретные миры не из-за родственных связей. Я добывал информацию. Неужели ты думала я не пойму, почему от тебя так тянет долбаным Хортом? Выбирай. Я смогу спасти тебя даже назло Тайе... На каких условиях ты и сама понимаешь.

        Элай ушёл не оглядываясь, а на зияющей дыре вместо разбитой двери замерцало удерживающее заклинание.

– Я не могу выбирать, – прошептала я сама себе, – Я не могу.

Голова гудела от удара, губа распухла, на скуле ожидался синяк. Сейчас я очень жалела, что не смогла оставить себе хоть немного магии Чира, когда пробуждала его демоническую сущность. Я надеялась, что мой брат и друзья выбрались и смогут найти нас с Чиром вовремя, ведь Тайа его в любом случае не отпустит. Уже наступал день, неумолимо продвигающий нас к моменту слияния светил, но вопрос «что делать» так и оставался без ответа. Боль в боку грозила оказаться сломанным ребром, перед глазами бликовали тени...

– Отдай сына мне, – пронёсся шелест по камере, – всё равно он обречён.

– Кто здесь? – я встрепенулась, не понимая кто со мной говорит.

– Я, – ответил голос, но в клетке было пусто.

– Знатно приложилась об стену, – я мотнула головой, сгоняя галлюцинации, но голос не исчез.

– Мне здесь совсем не место, – продолжал ворчать он, – на подобное не подписывался. Одно дело человеческие души, но за демона Тьма и покарать может.

– Кто здесь?! – Я испуганно озиралась по сторонам в поиске невидимки.

– Не крутись, тошнит прямо, – раздалось в голове, – я демон-подселенец Абику.

– Господи... – вырвался у меня стон, – этого ещё не хватало.

– Господи здесь совсем не причём, – огрызнулся называющий себя Абику, – У меня контракт на душу ребёнка, либо его матери, если она пойдёт в мир духов вместо него.

– Издеваетесь?! Здесь что все охотятся за душами?

– Это-то меня и беспокоит. Что это за игры в «выбор»? Душа ребёнка моя, ты не можешь отдать её другому демону!

        Смысл сказанного не сразу до меня дошёл. Элай знал о ребёнке и при этом дал мне возможность выбора, предполагая, что я не смогу отказаться от сына. Тогда он заточит сущность Чира обратно в ядро Фазиса, оставляя во мне раскаяние за сделанный выбор. Затем я соглашусь во имя спасения следовать за Элаем, но Абику всё равно отберёт у меня сына или мне придётся оставить его в руках Элая после рождения и умереть вместо него. При любом раскладе я лишаюсь дорогих мне людей и обрекаю себя на мучения. Смех вырвался неожиданно – всё бесполезно!

– Эй, ты чего? Не выношу сумасшедших! – от крика Абику зазвенело в ушах.

       Я не могла остановиться. Моим переживаниям и эмоциям нужен был выход и истеричный смех стал спасением. Боль отошла на дальний план, зубы отбивали ритм, слёзы стекали по щекам, пока смех не перешёл в кашель. Хорошо. Дышать. Ровнее. Взять себя в руки. Выход есть всегда.

– Абику? – меня ещё немного знобило и я потянулась к брошенному на лавке плащу, – Ты ещё здесь?

– Никуда пока не собираюсь. У меня контракт, – напомнил вредный демон.

– Ты только что говорил, что Тьма может наказать за душу демона, – я ещё сама не понимала, чего хочу от этого духа.

– Есть такая вероятность, – после небольшой паузы ответил Абику, – но твой ребёнок не чистой крови.

– Но его отец из правящей ветви и Тьма ему благоволит.

– Видел я как она ему «благоволит», – хмыкнул Абику, – Не хотел бы я такого расположения.

– И всё же. – Настаивала я, – Разве с тобой нельзя договориться?

– Нет! – грубо отрезал демон, но через несколько минут вернулся, – Ты пыталась меня уничтожить.

– Ты пытался уничтожить моего сына. Квиты?

– Что ты можешь предложить взамен? У тебя здесь ничего нет, и никаких шаманов на сей раз, которые могут мне помешать. Так почему я должен с тобой договариваться?

– Тебя подставили перед Великой Тьмой, а сейчас пытаются отобрать и обещанную душу. Представь, я выберу жизнь мужа, и ты окажешься привязанным к этому миру вместе с сущностью моего сына. Как тебе перспектива?

– Не выберешь, – неуверенно произнёс Абику.

– Я давала повод думать обо мне хорошо? – слишком надменно произнесла я.

– Я хорошо разбираюсь в людях, – уверенность в голосе стремительно таяла.

– А я ивери...

        Абику затих, и я испугалась, что сказала лишнее, но минут через десять в голове прозвучало:

– Так что ты предлагаешь?