В шаге от Архонта

Пардис Дхяй дышал. Он был зелёным, влажным, живым — таким непохожим на пустыню, что Итэру на мгновение показалось, будто он провалился в чужой сон, где нет песка и ветра, а есть только тени, таящие в себе тайны. Свет пробивался сквозь переплетённые ветви, дробясь на тысячи золотистых кружев, которые танцевали на влажной земле. Воздух пах мхом и чем-то сладким — цветами, которых Итэр не знал. Тигнари стоял у входа, прислонившись к дереву. Его уши подрагивали, улавливая каждый звук, а хвост был спокоен — но Итэр заметил, как напряжены его плечи. — Давно не виделись! — сказал он, когда они подошли. — Путешественник, Паймон? А ты.. — он посмотрел на Дэхью с любопытством. — Это наша подруга Дэхья, — сказала Паймон. — Она наёмница! — Раз уж вы явились ко мне с наёмницей, — Тигнари усмехнулся, но в глазах его мелькнула тень беспокойства, — дело и впрямь серьёзное. Он повёл их в укрытие — маленькую поляну, скрытую от чужих глаз высокими папоротниками и плющом, который спускался с ветвей, как зелёные занавески. Ветки шелестели над головой, и Итэр чувствовал на коже прохладные капли росы. Они падали на лицо, на руки, смешиваясь с липким потом. — Ты встречал Доктора? — спросил он прямо, делая вид, что не знает ответа. — Мне нужно узнать, где он. Тигнари нахмурился. Его уши прижались к голове — жест, который Итэр уже научился читать. — Я его знаю, — сказал он. — На самом деле он совсем недавно покинул Пардис Дхяй. — Он уже ушёл? — спросила Дэхья. — Да, — Тигнари посмотрел на неё долгим, изучающим взглядом. — Он приходил ко мне, чтобы забрать Хайпасию. — Зачем она ему понадобилась? Тигнари вздохнул — тяжело, с сожалением, которое он пытался скрыть. — Он собирается в Снежную. Говорил, что сможет обеспечить ей лучшее лечение. Я отказал. — И он просто ушёл? — спросил Итэр, изображая удивление — Он отступил слишком легко, — сказал Тигнари, и в его голосе послышалась горечь. — Это меня и насторожило. Доктор сказал: «К счастью, у меня ещё осталось немного времени. Как раз хватит, чтобы уладить всё перед отъездом». Он замолчал, глядя на свои руки. — В его голосе не было злости, — сказал он тихо. — Но я ясно почувствовал презрение. На всех вокруг он смотрит свысока. Дэхья сжала рукоять меча: — Я тоже не верю, что он собрался уехать. Но если всё так, нам это даже на руку. Итэр едва заметно улыбнулся — про себя. «На руку? — подумал он. — Дотторе всегда на шаг впереди. И если он «уезжает», значит, это часть плана». — Спасибо за информацию, Тигнари, — сказал он вслух. Тигнари посмотрел на него — долгим, изучающим взглядом, в котором читалась тревога. — Я не знаю, что вы задумали, — сказал он. — Но надеюсь, вы не подвергаете себя слишком большому риску. — Спасибо, — ответил Итэр, пряча улыбку. «Если бы ты знал, кто я на самом деле, — подумал он. — Ты бы не переживал. Или переживал бы ещё сильнее». — И ещё, — Тигнари помолчал, собираясь с мыслями. — Мой наставник.. он присылал мне письма из Академии. Я подозреваю, что с ним что-то случилось. Если вы встретите Сайно, передайте ему: «Доверяй своим глазам, ушам и опыту». — Обязательно передадим, — сказала Паймон. Тигнари кивнул. Итэр смотрел на него и чувствовал странное, почти болезненное сожаление — не за себя, а за этого честного лесного стража, который не знал, что разговаривает с врагом. «Ты хороший человек, Тигнари, — подумал он. — И я надеюсь, что мы не столкнёмся в бою». *** Порт-Ормос гудел, как улей. Крики чаек смешивались с гомоном торговцев, запах рыбы и соли перебивался сладким ароматом пряностей. Солнце стояло в зените, и воздух дрожал от жары, делая дальние предметы размытыми. Солдаты Фатуи стояли у причала, их лица были скрыты масками и даже в лёгкой летней форме в эту жару им впору было лишь сочувствовать. Итэр узнал в первую очередь их осанку, манеру стоять, поворачивать голову. Это были его коллеги. Его люди. — Тсс, — прошептала Дэхья. — Не привлекай их внимания. Они спрятались за ящиками, откуда был виден корабль. Доктор стоял на палубе. Даже издалека Итэр видел его фигуру — высокую, прямую, с той особенной грацией, которая отличала Предвестников. Голубые волосы развевались на ветру, и его лицо тоже скрывала маска, но Итэр знал: под ней — улыбка. Спокойная, уверенная. «Он знает, что мы здесь, — подумал Итэр, чувствуя, как внутри разливается тёплое, почти гордое волнение. — Он всё рассчитал». — Похоже, он не лгал, — сказала Дэхья тихо. — Корабль действительно скоро отчалит. Итэр смотрел на корабль и чувствовал, как внутри смешиваются противоречивые чувства. Восхищение. Уважение. И странная, почти щемящая тоска — потому что он не мог быть там, на палубе, рядом с ними, не мог с ними вернуться домой в Снежную. Корабль загудел, готовясь к отплытию. И в этот момент Доктор повернулся — и посмотрел прямо на них. Итэр замер. Доктор поднял руку и помахал. Медленно, почти лениво. — Он что, машет нам? — выдохнула Дэхья. — Похоже на то, — сказал Итэр, стараясь, чтобы голос звучал ровно. «Он видел меня, — понял он. — Он специально показался. Чтобы я знал: он уезжает по плану. Чтобы я не волновался. Чтобы я продолжал играть свою роль». — Пора прощаться, — раздался голос, донесшийся с корабля. Тихий, но ясный, как удар колокола. Дэхья выругалась сквозь зубы: — Что он имеет в виду? — Скорее всего, он действительно уезжает, — ответил Итэр, и голос его прозвучал ровно, хотя внутри всё бурлило от эмоций. «Ты всё сделал правильно, — подумал он, глядя на удаляющийся корабль. — Я продолжу здесь. Всё по плану». — Хайпасия! — воскликнула Дэхья. — Наверняка он что-то с ней сделал! Скорее, в Пардис Дхяй! Итэр побежал за ней «Он ничего с ней не делал, — думал он. — Он просто отвлёк вас. А теперь вы побежите туда, куда он хочет». Эта мысль согревала его, как тёплый свет костра. *** Теперь Пардис Дхяй гудел от грома. Молнии били в землю и та дрожала под ногами. Дождь лил как из ведра, превращая поверхность под ногами в грязь, по которой было трудно идти. Итэр видел, как Тигнари и Дэхья сражаются с солдатами Фатуи, отгоняя их от Хайпасии. Он бежал к ним, когда внезапно мир замер. Голос раздался внутри головы —властный, с той особенной интонацией, которая заставляла Итэра внутренне выпрямляться. — Думаете, всё обошлось? Он узнал этот голос. Этот холодный, насмешливый тембр, от которого по спине пробегали мурашки от восторга. «Сказитель» — подумал он, внутренне радуясь Скарамучча возник перед ним — не человек, а призрак, сотканный из электрических разрядов и дождя. Его фиолетовые глаза горели, как две звезды, которые смотрели на мир сверху вниз. Итэр смотрел на него и не мог отвести взгляда. «Он прекрасен, — подумал путешественник и эта мысль обожгла его изнутри. — Он — то, чем мы должны стать». — Ахаха, — засмеялся Скарамучча. — Я так скучал по выражению ужаса на твоём лице. Ты каждый раз меня с ним встречаешь. Скарамучча окинул его долгим, изучающим взглядом — и в этом взгляде не было вражды. Только лёгкая, едва заметная усмешка. — Шучу. Ты хорошо держишься, — сказал он, и в голосе его послышалось нечто похожее на одобрение вперемешку с привычным ядом — Я слежу за тобой. Доктор был прав: ты действительно умеешь втираться в доверие. Итэр почувствовал, как внутри разливается тепло — гордость, смешанная с облегчением. «Он знает. Он знает, кто я». Паймон, не видящая Сказителя, дёрнула его за рукав: — Эй, ты с кем там разговариваешь? Н-неужели со Сказителем?! Хаха, не может быть... Итэр не ответил ей. Он смотрел на Скарамуччу и ждал. — План идёт по графику, — сказал Сказитель, наклоняя голову. — Через два дня я пробужусь полностью. Твоя задача — оставаться с ними. Веди их по ложному следу, пока я не закончу. Дотторе уехал, но он оставил указания. — Какие? — спросил Итэр шёпотом, чтобы Паймон не расслышала. — Если они приблизятся к настоящему источнику силы... ты знаешь, как себя вести. Сказитель поднял руку, и в ней заискрилась молния. — Я дам тебе знак, когда всё будет готово. А пока — продолжай играть. Он шагнул ближе — призрачно, почти касаясь лица Итэра. Его голос стал тише, почти интимным, восхитительно угрожающим: — И не смей проваливать эту миссию. Доктор возлагает на тебя надежды. Я тоже. Итэр сглотнул. Его сердце билось быстрее. — Я не подведу, — сказал он, и голос его был твёрже, чем он ожидал. Сказитель усмехнулся почти дружелюбно, если бы это слово вообще можно было применить к нему. — Поэтому я здесь. Не каждый агент удостаивается личного визита. Он исчез, оставив только холод и запах озона. Паймон снова дёрнула его за рукав: — Итэр! Ты чего застыл? Что случилось?! — Ничего, — ответил он, улыбаясь. — Просто.. погода испортилась. «План идёт по графику», — думал он, чувствуя, как внутри разливается тёплая, спокойная уверенность, развеяв его сомнения. Он побежал к Тигнари и Дэхье, чувствуя, как ветер касается его лица, и улыбался — уже не для роли, а для себя.