Тик. Тик. Решение.

— Ну что, голубок — хрипло спросила Вильда, намазывая мазью своё колено, — увидел что-нибудь в котле? Ронан вздрогнул от неожиданности, совершенно позабыв о просьбе старушки. В этот момент от ладоней отлетели яркие искорки, реагируя на испуг. Вцепившись в край котла дрожащими пальцами, он вгляделся в успокоившуюся массу. Вместо больших пузырей, гладь оставалась ровной и неподвижной. В ней было видно только его напряжённое отражение с радостным блеском в глазах, упорно не желающим скрыться внутри. У него теперь есть способность. Хоть и не до конца понятно, что она делает, восторга от этой незначительности меньше не становилось. Спрятав руки в карманы джисов и повернувшись к присутствующим, постарался сохранять спокойное выражение лица, но накрывшаяся расползтись улыбка, заставила прикусить нижнюю губу. — Ничего… такого… — Ронан запнулся, чувствуя, как пальцы снова начинают покалывать. Он поглубже засунул их в джинсовую ткань. — Не заметил ничего интересного. Вильда подняла бровь, но промолчала. Барни, напротив, подался вперёд: — Точно? А то выглядело так, будто там что‑то было! — Просто пузырьки, — отрезал Ронан. — Обычные пузырьки. Во взгляде пожилой женщины на мгновение промелькнуло сомнение, тут же погаснувшее и сменившееся одобрительным кивком. Мальчик продолжавший поглаживать бабушку по спине, подозрительно сощурился. Ронан на негнущихся ногах направился обратно к столу, где Ларри, оказывается, доедал вторую тарелку овощного супа. Гремя ложкой, он отставил посуду подальше. Кто бы мог подумать, что человек, который терпеть не может овощи, так быстро изменит своё мнение о них. Персик по-царски сидел на столе, нежась в солнечных лучах, проникающих сквозь тюль с цветами. Усевшись за стол, парень поспешно натянул рукава свитера на ладони, пряча их от чужих глаз. — Чувствую, я наелся этого супа надолго, — поглаживая живот произнёс Уилсон, относя тарелку в раковину. — Какой хороший у меня внук, — ласково промолвила Вильда, осторожно вставая с табуретки, не без помощи Барни. — Уважил бабушку, с самого утра у плиты стояла. Длинноволосый на это лишь хмыкнул, включая кран. Послышались журчание воды и звяканье посуды. Под рёбрами что-то беспокойно заворочалось. По венам словно побежали тонкие солнечные лучи. Пальцы начали покалывать, а свет под свитером пульсировал в такт сердцу. Хотелось поскорее избавиться от одежды, но был велик шанс раскрыть свою способность перед всеми. Такие щепетильные темы, касающиеся семьи были для него крайне тяжёлыми. Обсуждать подобное с мало знакомыми желания не появлялось. Свет никак не хотел успокаиваться. Под свитером что-то мягко пульсировало в такт сердцу. Кот обернулся, зелёными глазами заинтересовано взирая на хозяина. Выгнув спинку, зверёк прямо по столу вразвалку отправился к нему. Персик спрыгнул ему на колени. Их худоба не помешала коту устроиться с царственным комфортом. Лапы мягко вдавились в джинсы, когти остались втянутыми, но Ронан всё равно дёрнулся, пытаясь спихнуть пушистого наглеца. У того, похоже, были свои странные планы на него. Пушистый хвост легко провёл по подбородку. Словно загипнотизированный, он мордочкой обтёрся об плечо, громко урча. — Мррр, хозяин, от тебя пахнет солнцем. — промурлыкал Персик, продолжая делать своеобразный массаж. — Бесстыдный котяра, ты что творишь?! — зашипел на него стремительно краснеющий парень, только теперь не жара была в этом виновата. — Мне нравится тепло исходящее от тебя, — улыбнулся кот, в блаженстве закрыв глаза. — Ты раньше никогда так себя не вёл, — отплёвываясь от шерсти, шикнул Ронан, — даже кошачья мята не действовала подобным образом. Барни, усадивший Вильду за стол, захихикал при виде такой романтичной картины. Хозяин напоминающий помидор, оперся локтями об твёрдую поверхность деревянного стола, спрятал лицо в укутанные свитером руки, а его питомец мурчит, как трактор, показывая всю свою преданность к нему. Ворчливый и самовлюблённый кот неожиданно стал таким ласковым. Вот так чудеса. — Персик, с каких пор ты полюбил ненавистного человека, который по собственным словам плохо тебя кормит? — с усмешкой спросил Ларри, закончивший мыть посуду. — Неужели это правда происходит.. — сквозь ладони простонал парень, ощущая, как покраснели его уши, от мочки до самых кончиков. Кот не обращая внимания ни на кого, продолжал довольно урчать. Вдруг от переизбытка чувств он выпустил свои острые клыки и впился ими в руку юноши. Тот подскочил на стуле, пронзительно закричав. От места укуса по руке пробежала колючая волна, и на кончиках пальцев замерцали первые искры. Огонёк в груди вспыхнул так резко, словно в него подбросили сухих дров. Золотистый свет вырвался из Ронана, обволакивая кухню тёплым сиянием. Растрепавшиеся кудри блестели так, словно на них высыпали банку блёсток. И без того яркие очи сейчас горели, как два прожектора. Барни в ужасе отшатнулся, смотря на него большими, словна два блюдца глазами. — Это… это магия? — прошептал он, сжимая край стола. Ларри застыл с полотенцем в руках. Его усмешка сменилась напряжённым взглядом. — Пожалуйста, скажите мне, что это просто сон, — Уилсон старался сохранять спокойное выражение лица, но его голос дрогнул. Желание потешаться мгновенно остыло, что нельзя было сказать о Ронане, который не выдержав, снял колючий свитер. Вильда прищурилась, взгляд стал холодным. Янтарные глаза впились, словно пытаясь прочесть мысли. Её пальцы сжались на расписной чашке. — Так вот оно что… — пробормотала она «Она всё знает», — пронеслось в голове у Ронана. Он сжал кулаки, пытаясь унять дрожь. Свет начал угасать, оставляя после себя лишь лёгкое мерцание на пальцах. — Ого, хозяин, ты теперь как новогодняя гирлянда! — радостно воскликнул Персик. — Тебе даже не придётся ходить в магазин за украшениями к новому году! Парень опустил взгляд на ладони. Бледное свечение ещё цеплялось за кончики пальцев, словно не желало исчезать. Ронан медленно вдохнул и так же медленно выдохнул. «Спокойно». Сердце всё ещё колотилось, но постепенно замедлялось. Вместе с ним тускнел и свет. Искры погасли одна за другой, пока на коже не осталось ничего необычного. Только после этого он рискнул поднять глаза. Глаза женщины внимательно скользнули по лицу с россыпью веснушек. Цепляясь за кудрявые рыжие волосы, бледную кожу и острые скулы, они остановились на сиреневых глазах, которые сейчас вопросительно и немного испуганно взирали на неё. Этот необычный цвет неожиданно всплыл в памяти, вызывая смутные воспоминания. Где-то ей уже приходилось видеть подобные пронзительные очи. — У тебя знакомые глаза, мальчик мой, — задумчиво промолвила Вильда. — Что вы имеете ввиду? — дрожащим голосом спросил он. Взгляд старушки стал отстранённым, будто она была ясновидящей, которая смотрит в прошлое с помощью своего магического шара. Худощавой рукой, дама поманила к себе парня, лицо которого с каждой секундой приобретало всё новые и новые оттенки. Тот на ватных ногах подошёл к ней, руками цепляясь за край стола. Коснувшись его щеки морщинистыми пальцами, Вильда Туманная сощурилась: — Точно такие же, как у неё… — прошептала она. — Бабуля, ты говоришь каким-то загадками, — возмутился Ларри, подходя поближе и беря кота на руки. Та хрипло рассмеялась, потрепав внука по длинным волосам, на что услышала недовольное бурчание. — Много лет тому назад я пересекалась с молодой девушкой, живя в то время ещё в вечнозелёном лесу. — Так скучаю по тем временам, когда мы жили за городом, где свежий воздух и природа, — расстроенно протянул Барни, поглаживая Персика. — А вы переехали сюда совсем недавно? — подал чуть охрипший голос Ронан. — Будете меня перебивать, — пальцем пригрозила она, — я возьму поварёшку и.. — Мы всё поняли, бабушка, — Уилсон примирительно выставил руку вперёд, — продолжай, пожалуйста, нам очень интересно. — Так вот, та особа судя по всему любила рано утром гулять среди густых деревьев, босыми ногами ходить по свежему мху. Её голубое платье с вышитыми на нём подсолнухами, изо дня в день мелькало в лёгком утреннем тумане. — Вильда параллельно осторожно начала перебирать упругие пряди рыжих волос, — Меня поражало даже не то, что молодая девушка гуляет в лесу совершенно одна, а.. — Может она просто напросто любила одиночество? — предположил кот, спрыгнув на пол и блаженно потянувшись. — У кое-кого, наверное, запасные усы имеются, — с хитринкой посмотрела на него женщина, — раз ты ни капельки не боишься их лишиться. Питомец округлил свои зелёные глаза, с опаской поглядывая на неё. Возможно, эта ведьма и пошутила, но проверять собственные догадки Персик желанием не горел. Поэтому тут же замолк, демонстративно отвернувшись и направился к входной двери, держа хвост трубой. Ларри понимающе кивнул, открывая тому выход на улицу. Зверёк виляя пятой точкой вышел наружу, где уже не понемногу начало садится оранжевое солнце. Туманная махнула головой, призывая Ронана присесть рядом. Тот устроился на стуле, ожидая продолжения рассказа. Вильда вздохнула, закрыла глаза на мгновение, а затем медленно подняла руку. Пальцы задвигались, словно перебирая невидимые нити. Металлический чайник тихонько звякнул, оторвавшись от плиты. Он взлетел не резко, а плавно поднялся в воздух, покачиваясь, будто лодка на волнах. Чайник неспешно поплыл к деревянной доске на столешнице, аккуратно опустился на неё с тихим стуком. Затем носик его повернулся к чашкам, и из него потекла тонкая струйка ароматного травяного чая. Ронан наблюдал за этим, затаив дыхание. Магия Вильды была другой, спокойной и уверенной. Его собственная сила, наоборот, бубуйной и не управляемой, словно не прирученое животное. — Красиво, — тихо сказал он. Вильда открыла глаза и улыбнулась. — Опыт, мой мальчик. Много лет опыта. — В то злополучное утро, — вновь продолжила она, маленькой ложечкой добавляя сахар в чай, — я шла за волшебной травой для отвара и издалека заметила свечение, которое было таким ярким, словно могло ослепить. Солнечные лучи вели себя так странно. Они разлетались в разные стороны, будто падающие звёзды с неба. Подкравшись поближе и затаившись в кустах, я обомлела. Девушка кружилась в танце по опушке, радостно посмеиваясь. Босые ноги ловко подпрыгивали, то и дело ныряя в высокую траву. Лёгкое платье, казалось плыло по воздуху. Хрупкие ладони подхватывали лучи, проникающие сквозь густую листву деревьев и игрались с ними, подбрасывая в воздух, отчего те выглядели, как живые. — А вдруг и правда были живыми? Бабуль, мне кажется, ты встретила волшебницу, — вставил восхищённый Барни. — Наивный братец, неужели мама всё ещё читает тебе сказки перед сном? — по-доброму рассмеялся Уилсон, похлопывая младшего по плечу. — Как можно не верить в волшебство живя в волшебном городе? — насупился мальчик, теребя шнурки от своей толстовки. — Подождите, вы сказали, что у той девушки было голубое платье с подсолнухами? — чуть не подавился чаем Ронан от услышанного. — Ну да, — охотно кивнула бабушка, поправляя сползающую с худых плеч кружевную шаль, — она напоминала принцессу сбежавшую из королевского замка. Длинные коричневые волосы, веснушки сияли на её бледной коже, похожие на целые созвездия. Я так ей залюбовалась, что не заметила под ногой сухую ветку, которая предательски захрустела, выдавая подглядывающую меня. — Мама, так вот куда ты ходила, оставляя меня играть с папой. — еле слышно прошептал парень. — Наверняка «принцесса» оказалась не очень уж доброй, — хлюпая чаем, произнёс Ларри. — Молодая особа тут же обернулась, смотря на куст, где сидела я. Её фиолетовые глаза, совсем, как у тебя, впились в покачивающиеся ветви, а уши, похоже, прислушивались к окружающим звукам. Мне стало так страшно и я стараясь быть тише, побежала в сторону своей хижины, не веря в то, что увидела, — с громким стуком Вильда поставила пустую кружку на стол. Ронан сидел, будто громом поражённый. Ладони вспыхнули золотистым светом не яростно, как при вспышке, а мягко, пульсируя в такт сердцебиению. Сердце дрогнуло, отзываясь на каждое слово. Перед глазами всплыла картина из детства, как мама завилисто смеётся, а папа кружит её на руках. Поставив жену на землю, мужчина радостно улыбается. Женщина подходит к сыну, берёт его за руку, и от ладони исходит тепло. То самое, что сейчас пульсирует в собственных пальцах Ронана. «Сколько счастливых солнечных дней отобрала эта сила у невинного человека», — подумал он. Может, стоит вернуться домой? Тётя Маша напечёт любимых булочек с корицей, дядя Коля расскажет очередную историю про своих озорных сыновей, а он будет сидеть у камина, слушать треск дров и притворяться, что никакой магии не существует. Никакого говорящего питомца, кукурузных гномов, узелковых троллей. Но тут же перед глазами встала другая картина, как перед ним стоит мама с бледным лицом, её фиолетовые очи потеряли привычный блеск и покраснели от слёз. Дрожащими пальцами она заправила прядь кудрявых волос за ухо сыну. — Зак Вейн не остановится, лисёнок... Огонёк в груди вспыхнул ярче, затем снова утих. Ронан сжал кулаки. — Нет, — прошептал парень одними губами. — Я должен покончить с этим. — Ты ведь не из Свитерграда, я права? — морщинистая рука старушки, обвила его светящуюся ладонь, которая с интересом рассматривала её. — Я сам напросился с ними, — начал оправдываться юноша, — мне было так интересно увидеть волшебный мир, о котором можно узнать лишь из книжки. Знаю, что людям сюда нельзя, но у меня ведь не было никаких плохих. — Раз прекрасно знаешь о запрете, тогда почему всё равно наперекор правилам переместился в незнакомое место? — перебила ведьма, сильнее сжав его руку в своей. — Я был не один, вряд ли кто-то смог бы напасть, — нервно сглотнул Ронан от воспоминания о жуткой версии своей мамы, — Ларри всего лишь согласился показать мне город и накормить вечно голодного Персика, моего питомца. Рыжий повернул голову к Уилсону, поймав его взгляд. Он молча молил о поддержке. Но Ларри, как ни в чём не бывало, продолжал пить чай, закинув ногу на ногу. Его пальцы лениво постукивали по краю кружки, а взгляд был устремлён куда‑то в окно, будто Ронана здесь и не было. Внутри у того всё закипело. Разочарование смешалось с обидой, а следом пришла злость. — Ларри, — голос прозвучал резче, чем он ожидал. — Ты ведь был там. Скажи ей. Длинноволосый наконец посмотрел на него. В глазах не было ни вины, ни сочувствия, только холодная отстранённость. — А что я должен сказать? — спокойно спросил парень. — Что ты напросился в Свитерград, наплевав на все правила? Это правда. — Может, не надо так строго? Он ведь не знал, что его ждёт, — робко вставил Барни, наблюдавший за этой сценой. Ларри лишь пожал плечами. — Правда есть правда, братец. Сказав это, он тут же отвёл взгляд к окну, словно сам пожалел о сказанном. Ронан сжал край стола так сильно, что пальцы заболели. Где-то глубоко внутри тревожно вспыхнул свет. На мгновение захотелось ответить резко. Высказать всё, что он думает. Но парень лишь медленно вдохнул. Свет нехотя отступил обратно под рёбра. Сейчас нельзя было позволить эмоциям взять верх. Вильда отпустила вспотевшую от волнения ладонь юноши. Напряжённое лицо стало задумчивым. Глаза, которые были готовы стрелять огнём, смягчились. Изо рта вырвался усталый вздох. Коснувшись своего лба, зажала кожу между бровей. Худые плечи ссутулились, будто женщина хотела уменьшиться и скрыться от всего того, что свалилось на её седую голову. С одной, стороны, ей было жаль новообращенного Солнечника, не умеющего управлять солнечным светом и контролировать силу так, чтобы та никого не поранила. А с другой, мальчик ещё слишком юный для волшебства. Рано ему получать такое серьёзное наследство матери. Если бы кто-то спросил у неё, думала ли она, что в таком предпенсионном возрасте будет обучать мальчишку из человеческого мира, неожиданно получившего дар от родительницы, ведьма ни минуты не задумываясь ответила бы отрицательно. Подняв взгляд на парнишку, неловко рассматривающего рисунок на деревянном столе, бабушка вдруг тепло улыбнулась. Внутри всё также бурлило возмущение по поводу того, что он отправился с незнакомцем в полное опасностей место, но его сменяло желание взять под крыло, как собственного внука и помочь разобраться с непривычной способностью. Давящую тишину разбавляло только тиканье настенных часов, которые показывали приближающийся вечер в Свитерграде. Как же сейчас не хватало Персика с глупыми шутками в совершенно неподходящий момент. Подозрительно надолго ушёл этот котяра по своим делам. Неужели снова попал в передрягу с вязаными носками? А может того уже нарядили в целый свитер? — Та девушка, о которой вы рассказывали... — начал Ронан, стараясь смотреть куда угодно, но не на Туманную, — она была моей мамой. Именно от неё у меня солнечный свет течёт по жилам. — Твоя мама волшебница! — восхищённо воскликнул Барни, хлопая в ладоши. — Позволь узнать, не будут ли искать тебя родители? Мне кажется, что они должны были спохватиться давным-давно, — скептически поднял бровь Ларри, явно прибывающий не в восторге от такой новости. В груди словно образовалась тяжёлая пустота. Ронан отвёл взгляд. Хотелось ответить сразу, но слова застряли где-то в горле. Свет внутри беспокойно шевельнулся, откликаясь на воспоминания, которые он предпочёл бы никогда не трогать. — Сомневаюсь, — тихо сказал он. Вильда приподнялась со своего места, голос её смягчился: — Может, вы просто повздорили и не успели помириться? Мама наверняка хотела бы… Он резко мотнул головой. — Нет. — Голос дрогнул. — Дело совсем в другом. В кухне повисла тишина. Барни, сидевший рядом, замер, пальцы его судорожно сжались на чашке. Ронан зажмурил глаза, пытаясь унять подступающие слёзы. Сглотнул. — Ссора… — парень хрипло рассмеялся, — сейчас это кажется такой мелочью. Только вот… — он снял очки и провёл ладонью по влажным глазам, — ссориться уже не с кем. Барни неловко попытался поставить чашку на стол, но та выскользнула из рук и с громким звоном разлетелась по полу. — Ой… — прошептал мальчик, глядя то на осколки, то на Ронана. Ларри резко выпрямился, впервые за весь разговор по-настоящему встревоженный. — Прости, — выдохнул он. — Я не знал об этом. Ларри неловко подвинул к Ронану тарелку с печеньем. — Бери. — Я не хочу. — А я не спрашивал. Вильда медленно опустилась обратно на стул. Её лицо стало бледным, глаза наполнились сочувствием. Она протянула руку и осторожно накрыла ею ладонь юноши. — Ох, мальчик мой… — тихо сказала старушка. — Прости меня. Я не должна была… Женщина не отводя взгляда от парня, махнула свободной рукой в воздухе, отчего веник стоящий в углу воспарил над полом и неспеша полетел к хозяйке. Остановившись перед осколками от посуды, он спустился вниз и принялся осторожно подметать их. Единственным желанием было обнять этого Солнечника, как родного. Страшно представить, сколько лет тот провёл в одиночестве. Без возможности утешиться под размеренные поглаживания или спокойный голос, который напомнит о том, что он не один и с ним всегда будут рядом его близкие. На душе стало так тяжело, будто кто-то свалил на неё неимоверного размера камень. А ведь Туманная видела ту девушку ещё до несчастного случая. Помнила до мельчайших подробностей излучающие радость фиолетовые глаза. Такие же, как у её сына. Но тогда она и подумать не могла, что увидит молодую особу со звонким смехом в последний раз. — А как же твой отец? — хрипло спросила ведьма, ощущая неестественно горячую руку под своей. — К сожалению, — шмыгнул носом Ронан, — папа не пережил утраты. Он несколько месяцев ходил сам не свой, а в один день я надолгое время переехал жить к хорошим друзьям родителей. — Они смогли заменить тебе маму с папой? — подал голос Уилсон, теребящий длинную прядь волос. Парень активно закивал, чувствуя, как постепенно начинает расслабляться тело, а за ним и свет, становящийся чуть мягче. — Да. Эти люди взяли меня под своё крыло. Подарили крышу над головой. Запас бесчисленной выпечки. — из груди вырвался смешок от воспоминания о тёте Маше, которая была готова угостить булочками даже инопланетян в космосе. Вильда не улыбнулась. Она смотрела на парня так внимательно, словно впервые видела его по-настоящему. Фиолетовые глаза, рыжие волосы, веснушки и солнечный свет, вспыхивающий под кожей. Слишком много совпадений. Перед мысленным взором вновь возникла молодая девушка в голубом платье с подсолнухами. Та кружилась среди высокой травы, ловила солнечные лучи ладонями и смеялась так звонко, будто впереди её ждала долгая и счастливая жизнь. Не дождалась. Погибла. А теперь перед Вильдой сидел её сын. Совсем ещё мальчишка. Если мальчик действительно сын Дарьи, значит... Сердце неприятно кольнуло. Старые враги редко забывают о таких вещах. — Зак Вейн знает о тебе? Ронан вздрогнул. — Не знаю. — Это не ответ. Юноша отвёл взгляд. — Если честно... думаю, скоро узнает. В комнате стало тихо. Даже Ларри перестал постукивать пальцами по кружке. Вильда прикрыла глаза. Именно этого она и боялась. Солнечники редко оставались незамеченными. Особенно такие сильные. Особенно после стольких лет. — Бабушка... — неуверенно начал Барни. — Подожди, солнечный мой ребёнок. Мальчик послушно замолчал. Вильда тяжело вздохнула. Ей хотелось рассердиться. Отчитать его. Спросить, почему он полез в мир, о котором ничего не знает. Почему пошёл за практически незнакомым человеком. Почему оказался в самом центре беды. Но вместо этого она видела перед собой ребёнка, потерявшего мать. Потом отца. Ребёнка, который сейчас изо всех сил старался выглядеть взрослее, чем был на самом деле. Морщинистые пальцы медленно накрыли его ладонь. Под кожей едва заметно мерцал золотистый свет. Тёплый. Совсем как тогда. — Ты очень похож на неё, — тихо сказала ведьма. Ронан поднял глаза. — Правда? — Дарья тоже сначала бросалась в опасность, а думала уже потом. Ларри тихо фыркнул. — Тогда сходство действительно есть. Впервые за долгое время Ронан улыбнулся. Совсем чуть-чуть. Вильда почувствовала, как что-то внутри окончательно смягчилось. И это её не обрадовало. На мгновение ей захотелось отдёрнуть руку. Сказать себе, что это ошибка. Что она не должна вмешиваться. Не сейчас. Не снова. Пальцы всё ещё лежали на его ладони, но теперь они будто стали тяжелее, чем раньше. Она не сразу подняла взгляд. Несколько секунд просто сидела, слушая тиканье часов. Каждый удар отдавался в висках. Тик. Слишком поздно. Тик. Слишком опасно. Тик. Но уже началось. Она тихо выдохнула. И только после этого медленно, будто принимая решение, которое уже невозможно отменить, поднялась из-за стола. Она задержала взгляд на Ронане ещё на мгновение. Слишком долгую секунду. — Иди сюда, мальчик мой. Ронан замер. Будто не поверил. Потом осторожно поднялся со стула. Женщина заключила его в объятия. Тёплые. Надёжные. Такие, которых ему не хватало долгие годы. — Ты не один, — прошептала Вильда. — И больше не будешь один. Ронан зажмурился. В груди что-то болезненно сжалось, а затем стало легче. Словно часть тяжёлого груза наконец сняли с его плеч. Ведьма крепче обняла его и едва заметно улыбнулась. — Поживёшь пока у нас. Раз уж судьба привела тебя в этот дом, значит, так тому и быть. Барни радостно просиял. Даже Ларри не стал спорить. А Ронан впервые за очень долгое время почувствовал себя не гостем и не чужаком. Просто человеком, которому наконец позволили остаться.