Глава 13: Паломники

Первые пришли через три часа после того, как Лина повесила табличку. Молодая женщина с ребёнком на руках. Мальчику было года два, он сосал палец и смотрел на дом огромными глазами. — Я слышала, — сказала женщина. Голос её дрожал. — Соседка рассказала. Что здесь... что стены лечат. Мой сын... он не спит по ночам. Всё время плачет. Врачи говорят — колики, нервы, всё что угодно. А я знаю — ему страшно. Ему холодно в нашей квартире. Можно... можно мы просто постоим? У стены? Лина смотрела на неё и видела себя пятилетней давности. Такую же растерянную, отчаявшуюся, готовую на всё. — Заходите, — сказала она. — Сейчас позову Соню, она проводит. Соня появилась через минуту — будто ждала за дверью. Взяла женщину за руку, повела в подъезд. — Не бойтесь, — услышала Лина её голос. — Стены добрые. Они вас погладят. Через час женщина вышла. Глаза красные, опухшие — плакала. Но на лице — улыбка. Впервые за долгое время. — Он заснул, — сказала она. — Прислонился к стене и заснул. Впервые за три месяца. Я... я не знаю, как благодарить. — Просто приходите ещё, — ответила Лина. — И расскажите другим. Женщина кивнула и ушла, прижимая спящего ребёнка к груди. А Лина осталась стоять на пороге. Первый паломник. Первая победа. --- К вечеру пришли ещё. Семья из соседнего дома — мать, отец, двое детей-подростков. Дети смотрели на стены с восторгом, родители — с опаской. — Мы слышали, здесь можно... поговорить? — неуверенно спросил отец. — Можно, — кивнула Лина. — Соня проводит. Соня за этот день превратилась в официального гида. Она водила людей по подъезду, показывала пульсирующие стены, объясняла, как дышит дом. Иногда заходила в подвал — с теми, кто был готов. К полуночи через дом прошло больше сорока человек. Кто-то уходил просветлённым. Кто-то — испуганным до дрожи. Кто-то обещал вернуться с друзьями. Кто-то — с попами и святой водой. Последние были самыми опасными. Они пришли под утро. Трое мужчин. Крепкие, злые, с перегаром. В руках — топоры и бейсбольные биты. — Где тут чертовщина? — заорал первый, размахивая топором. — Где сатанинское отродье? Лина вышла на порог. Спокойно, хотя сердце колотилось где-то в горле. — Вам помочь? — спросила она. — Ты та самая ведьма? Которая с домами разговаривает? — Я та самая. А вы кто? — Мы — православные! — выкрикнул второй. — Мы пришли очистить это место от скверны! Он шагнул к двери, замахнулся битой. И в этот миг стены дома загудели. Низко, угрожающе, как зверь перед прыжком. Земля под ногами мужчин дрогнула. Из окон дома хлынул свет — ослепительно белый, режущий глаза. — Что за... — выдохнул третий, выронил биту. А потом заговорила Катя. Голос шёл отовсюду. Из стен, из асфальта, из воздуха. — Уходите, — сказала она. — Мы не хотим вам зла. Но если вы войдёте — мы защитим себя. Уходите. Мужчины стояли, разинув рты. — Это... это запись... — пробормотал первый. — Я не запись. Я — Катя. Мне было десять лет, когда я стала частью этого дома. Я не умерла. Я просто стала другой. Я не сатана. Я ребёнок. Уходите. Топор выпал из рук первого. Звякнул об асфальт. Мужчины попятились. Потом развернулись и побежали. Лина смотрела им вслед, и сердце понемногу успокаивалось. — Спасибо, Катя, — прошептала она. Стены дома чуть заметно дрогнули. Катя ответила. --- Утром Лина сидела на лавочке у подъезда и пила чай из термоса. Рядом устроилась Аля. — Ты вообще спала? — спросила сестра. — Немного. — Врёшь. — Немного вру. Аля вздохнула, отобрала у неё термос, сделала глоток. — Они будут приходить снова, — сказала она. — Такие. С топорами. Или хуже — с огнемётами. — Знаю. — И что мы будем делать? Лина посмотрела на дом. На его тёплые стены, на пульсирующие окна, на табличку, которую кто-то уже украсил живыми цветами — они росли прямо из фанеры. — Мы будем их принимать, — ответила она. — Всех. И добрых, и злых. И любопытных, и ненавидящих. Дом выдержит. Он сильный. — А ты? — И я выдержу. У меня теперь есть для чего. Аля взяла её за руку. — Я с тобой, — сказала она. — Что бы ни случилось. — Я знаю. Они сидели на лавочке, пили чай, смотрели на просыпающийся город. А за их спинами пели стены. Новый мир начинался. --- Конец тринадцатой главы.