5 Глава

Следующие два дня прошли очень уютно и тихо. Оставшись вечером с Сонхуном, я уснула у него на плече, сидя на лавке, а проснулась у себя в постели. Все утро и день меня обхаживал Аджосси. Я не выходила на улицу, валялась полдня, дремала, ела, лежала, снова ела. Потому, такое дело мне надоело, и я выползла во двор. Обуви надевать пока я не собиралась. Аджосси привязывал тонкими тряпочками к моим ранам какие-то листья. Наверно, чтоб инфекция не попала, хотя это не точно. Но я хотя бы могла ходить по терраске около дома – она была деревянная. Потом я вытребовала себе работу – скучно ведь. И весь остаток дня помогала перебирать и раскладывать травы.

Аджосси сварил освежающий компот с земляникой, мятой и еще какими-то травами. А ближе к вечеру пришел Сонхун и принес нам немного пирожков с земляникой. Наверно, вчера, дедуля поделился с парнем нашим сбором. Мы поужинали кашей с какими-то овощными оладьями, рыбой и кимчи. Потом запили компотом с пирожками. Я настолько была в хорошем настроении оттого, что день оказался таким замечательным, что спела одну из моих любимых песен. У меня был звонкий, красивый голос – мама и бабушка всегда хвалили мои вокальные данные. Кажется, мужчинам понравилось. А мне хотелось, чтоб им понравилось – мне хотелось отплатить им чем-то, пусть это будет просто песня в моем исполнении. Эти люди столько делали для меня!

Весь следующий день я уже более осознанно помогала с обработкой трав, все также передвигаясь только по настилу. Я исправно меняла повязки и ноги мои выглядели уже значительно лучше. Думаю, если не завтра, то уже через пару дней я точно смогу ходить в обуви. Вечера я ждала сильнее, чем положено. Сонхун приходил всегда по вечерам. Аджосси ушел ловить рыбу. Вернее, уплыл на маленькой лодочке. Я осталась одна и просидела на лавке до самой ночи. Выпила кувшин компота, закусила парой каких-то фасолевых пирогов, в ожидании друга, но впервые за все время парень не пришел.

Следующие дни я также провела в ожидании Сонхуна, практикуясь в местной речи с Аджосси, все больше и больше понимая его. Наверно, у меня был талант к языкам, но прошло не так много времени, как я оказалась на этом берегу, а я без хоть каких-то знаний уже могла общаться на бытовые темы. Новые слова укладывались в моей голове и запоминались если не со второго раза, то с пятого точно. Кстати, я думала, что называя дяденьку Аджосси – обращаюсь по имени. Оказалось, что имя его Ким Хэгюн, а «Аджосси» - это что-то типа, дяденька или дедушка.

Я научилась каким-то бытовым вещам, увереннее и быстрее разбиралась с травами. Научилась даже чистить рыбу, которую Аджосси ловил. Крупную он продавал в деревне. А особенную и лучшую, насколько я поняла, вовсе продавал в какую-то богатую семью. Я уже намного лучше обрабатывала и нарезала овощи, поддерживала костер и даже научилась его разводить. Одно из моих умений прошлого тоже пригодилось – я не то, чтобы очень здорово вышивала, но мои стежки были аккуратнее дяденькиных. Так что, починкой одежды теперь стала заниматься я. Ходила я это время босиком и ноги мои зажили окончательно. Жизнь наша вошла в какое-то тихое, стабильное, мирное русло и потихоньку протекала.

Прошла неделя, может быть чуть меньше – я не вела календарь и понятия не имела, как тут исчисляют сезоны.

Солнце уже клонилось к горизонту. Мы не так давно вернулись из леса – снова ходили за травами. Я уже спокойно пережила наш поход – силы и выносливость наверстывались. После ужина мне захотелось охладиться – летние дни становились значительно жарче, и я пошла к морю.

Сняла сандалии, носочки, подвернула штанины практически до середины бедер и зашла по колено в воду. Волны нежно перекатывались одна за другой, теплая, прогретая вода расслабляла мышцы.

Я стояла на месте, смотрела на горизонт, тайно надеясь, что сейчас появится корабль с флагом моего государства. Что папа и мама приплывут за мной. Найдут меня. Картинка, где они бегут по песку ко мне навстречу, обнимают меня, и жизнь моя возвращается на свое место – всегда разбивает мне сердце. Моя нога защекоталась. Я опустила взгляд в воду – маленькие рыбки подумали, что я часть моря и бесстрашно плавали между моих ног. На мелководье была максимально теплая вода и они роились большими группками, совершенно не страшась меня. Я аккуратно наклонилась и резко опустила руки в воду. В ладонях заплескалась маленькая рыбка. Я отпустила ее и начала отвлекающую меня игру, ловя и отпуская мальков. Они хоть и уплывали в стороны, но через какое-то время снова подплывали ко мне – как будто я их заколдовала.

- Привет! – Я настолько увлеклась рыбками, что не слышала, как Сонхун подошел. От неожиданности я вздрогнула. Не веря своим ушам, подняла взгляд на парня. Сонхун стоял у кромки воды, улыбаясь во весь рот и демонстрируя свою очаровательную ямочку на левой щеке. Наряд его сегодня был какой-то невероятный. Наружный халат без рукавов цвета холодного летнего леса, погруженного в утреннюю дымку, из которого спускались длинные широкие рукава рубашки бледно-розового шелка, белые штаны выглядывали лишь ниже колена, а на ногах были белые тапочки. Парень также был своей неизменной черной шляпе-сеточке со спускающимися длинными бусами.

Как я сказала, я уже более-менее могла вести простенькую беседу, поэтому, конечно, старалась говорить на местном языке.

- Сонхун? Привет! Ты не приходил долго...

- Я уезжал.

- Мгм, – на самом деле, я так рада была его видеть! Мое сердце заколотилось, как не в себе. Но что сказать, я не знала. То ли от радости, то ли от волнения – все слова вылетели из головы.

- Что делаешь? Почему ты в воде? Все хорошо? – парень, будто был в замешательстве.

- Ловила рыбок. Вода теплая. Иди тоже! – простые предложения пока были моим всем.

- Мне? В воду? – он что, в шоке? Что тут сверхнепонятного?

- Да, иди! – я недоумевала. Может, он боится воды? Но не до такой же степени, даже если и так. – Сонхун! Ты что, не был в море?

Да, моя корявая речь звучала именно так, потому что словарный запас еще оставлял желать лучшего.

Парень встряхнулся, посмотрел куда-то вдаль, на горы, на небо... Поджал губы, поднял брови.

- Пф... Был, конечно! Конечно, я был в море!... Ты что, смеешься надо мной? Эй! – я прыснула от смеха, наблюдая за его попытками выкрутиться. Конечно, он не был! Но, что за глупости? Жить у моря и ни разу не купаться? И уж тем более, не мочить ноги? Ахах! – Хватит смеяться! Я – был!

Я уже не могла молчать и продолжила подшучивать на своем.

- Ой-ей, маленький Сонхунчик и ножки-то не мочил! Сама кисейная барышня!

Парень в это время угрожающе сузил глаза, конечно, он не знал, что я говорю, но по моему писклявому тону, наверняка мог догадаться, что я смеюсь и подшучиваю. Он снял тапочки, носки с подвязками, максимально подвернул штанины – они, в отличии от моих – широких, были сшиты достаточно узкими. Я, понимая, к чему идет дело, подзадоривая его, зачерпнув воды – брызнула в сторону парня.

Он схватил полы своих халатов-рубашек и смело зашагал к накатывающей, чарующей волне. Остановился на мгновение и аккуратно дотронулся пальцами ног до воды. Удивленно подняв взгляд на меня – он явно не ожидал именно таких ощущений – погрузил ногу глубже, следом поставил вторую. Слабые язычки волн лишь слегка покрывали его ступни. Я как завороженная смотрела на его вхождение. Парень сделал еще шаг, и еще... К сожалению, его штаны не были сильно высоко подвернуты, поэтому, Сонхун вошел с воду лишь до середины голеней. Я нарушила тишину.

- Тебе нравится? – парень поднял на меня взгляд.

- Да. Это так приятно.

- Стой и не ходи. Рыбки будут, – улыбнулась я.

- Приплывут, - на местном поправил меня Сонхун. Я повторила за ним.

- Приплывут. А ты плаваешь? – Парень удивленно поднял брови от моего вопроса.

- Я? Нет. Я не рыба. – Я засмеялась от его ответа. Да-уж, с этим не поспоришь.

- Но Аджосси плавает. И он не рыба. – Сонхун будто немного оскорбился.

- Я не рыба и не аджосси. Я не должен плавать. У меня другая жизнь.

- У меня тоже была другая жизнь, - я грустно улыбнулась, вздохнула и продолжила на своем, уставившись себе под ноги, – но, теперь я хожу в бедняцкой одежде, стираю свои носки, пришиваю воротнички, чищу рыбу и ем одну кашу с овощами дважды в день.

Да, полгода назад, живя обычной жизнью принцессы, я бы выбрала умереть, если бы узнала, что все это буду делать. А месяц назад, плывя Бог знает куда в тюремной клетке, под охраной бандитов, я бы отдала за это свой голос. Какая странная жизнь. Она так виртуозно заставляет нас переосмысливать свои желания, в зависимости от смены обстоятельств...

- Я не смог понять, что ты сказала, - я вскинула на парня печальный взгляд. - Но, когда ты научишься большему – ты мне расскажешь это снова?

Он слишком участливо и взволнованно смотрел на меня, не отрываясь. Снова меня спасли рыбки. Я быстро опустила голову вниз, останавливающим жестом выставила руку к Сонхуну и сказала шепотом.

- Стой! – парень тоже посмотрел вниз, где вокруг наших ног кружились маленькие рыбешки. Я плавно наклонилась вниз и резко погрузила руки в воду. Через секунду же протянула к парню ладошки, сложенные лодочкой, и открыла их. В удерживаемой воде плескалась маленькая серая рыбка. – Давай руки!

- Что? Нет! Я не хочу!

- Ты боишься? Это же рыбка! Давай руки! – парень сделал небольшой шаг назад.

- Нет, я не боюсь. Просто не хочу.

- Боишься! Сонхун – ты что, мышь? – я не знала, как сказать иначе, что он трусишка. Надеюсь, он умеет проводить аналогии...

- Есения, я не мышь! И не боюсь! – парень сделал еще плавный шаг в сторону. Вызов был принят. Я хитро и при этом мило сощурила глаза, невинно улыбнулась и сделала один большой шаг к парню, протягивая руки снова.

- Ах, наш маленький Сонхунчик! – конечно, я говорила уже на своем, мягко протягивая звуки. – Он у нас особенной жизни: плавать не умеет, в море не заходил, да еще и рыбочек боится... - парень пятился от меня и наверняка понимал, что я собираюсь сделать. Не успела я договорить, как он быстро развернулся и пустился бежать от меня по кромке моря.

Я аккуратно выпустила малька в воду и погналась за Сонхуном, не жалея зачерпывая ногами воду и подбрасывая сотни маленьких капель в воздух, раскидывая их повсюду.

В какой-то момент Сонхун остановился и ждал, пока я добегу до него. Конечно, его длинные ноги бежали быстрее моих. Ну и, судя по всему, он был в неплохой форме. Практически добежав до парня, я специально опустила ногу в воду и пнула ее изо всех сил. Брызги долетели до Сонхуна в большем количестве, нежели я ожидала, огрев даже его шляпу! Парень шокировано уставился, не веря, что я посмела сделать такое преступление. Пока он не очухался, я развернулась и побежала что есть сил в обратную сторону. Сердце мое колотилось – погоня Сонхуна заряжала адреналином. Конечно, я знала, что он ничего мне не сделает, но какой-то трепет и волнение наполняли меня. Увидев, слегка повернувшись, что парень меня нагоняет, я свернула с теплых волн в сторону деревьев. Понимая, что через пару шагов, Сонхун сможет схватить меня, я забежала за деревце, схватила первую попавшуюся валяющуюся ветку и выставила перед собой. Сонхун подбежал и удивился, увидев меня с веткой в качестве меча. Парень был раскрасневшийся и веселый. Полы своих халатов он отпустил, но штаны были подвернуты. Мои штаны от бега сами раскатались немного вниз, прикрыв колени, так что вид был более приемлемый.

Сонхун задорно хмыкнул на мою палку, увидел недалеко еще одну ветку, схватил ее и, мило-премило улыбаясь, начал нападение. Боже, откуда я могла знать, что он так хорош в фехтовании! Я-то умела совсем чуточку - Владимир лишь немного учил меня. И из своих успехов в фехтовании я могу смело отметить только то, что я научилась правильно держать меч и стоять в стойке. Видимо, наш счет с Сонхуном сравняется. Но не все же мне его по носу щелкать...

- Есения, ты уже пожалела, что решила сражаться со мной?

Парень слишком умело играл со мной. Видно было, что он прощупал мои умения, они же – полные неумения, и откровенно веселился, делая простые выпады, от которых я только и делала, что коряво отбивалась. Он мог гонять меня так целый вечер и даже при этом одновременно есть печенье, запивая его компотом. Меня же силы уже покидали.

- Не думала, что тот, кто боится рыб - умеет держать палку. - Что еще я могла сказать? Не просить же пощады, в конце концов...

Сонхун одним красивым разворотом ловко выбил палку из моих рук, наступая. Я снова отошла назад и вдруг уперлась спиной в дерево. Парень, и когда только успел выбросить свою палку, наступил на меня и уперся двумя руками в дерево около моей головы, взяв меня в кольцо своих рук. Время как будто замедлилось и растянулось на сотни микросекунд. От внезапности происходящего, от такой близости с Сонхуном, от его резкого дыхания и блеска карих глаз у меня не то, что сердце забилось как сумасшедшее – у меня мир перевернулся. Планета сделала целый, полный оборот и снова встала на место. Никто и никогда не был так близок ко мне. Взгляд парня перестал быть смешливым, он смотрел мне в глаза, а я в ответ неотрывно смотрела ему. Казалось, на какой-то момент я и вовсе перестала дышать. Миллион бабочек заклубились у меня в животе. Сонхун медленно перевел взгляд мне на губы. Я инстинктивно облизала их. Мир начинал кружиться или это я начинала терять сознание? Не знаю... Еще час или два назад я мечтала увидеть корабль, который увезет меня домой. Сейчас же, я больше всего на свете хотела, чтобы Сонхун прикоснулся ко мне своими губами. Парень наклонился ко мне ближе. Сейчас мы дышали одним воздухом на двоих. Может быть, он ожидал от меня действий, а я просто стояла и ничего не предпринимала? Но, через три долгие секунды, Сонхун закрыл глаза, громко сглотнул и медленно отвернулся.

Мир снова вернул себе свои краски: запели сверчки, зашумел прибой, ветер принес порцию свежего, вечернего воздуха.

Я понимала, что сегодня долго не усну – ночь раздумий и бичевания себя под названием «Почему он не поцеловал меня» мне обеспечена. Сейчас я не хотела забивать этим голову, пока он здесь, пока он рядом.

Чтобы, не идти с пустыми руками, я взяла чей-то брошенный прутик. Возможно даже Сонхуна, но я не хотела думать, что это он его держал в своих руках. И, наверняка, залившаяся краской до самых кончиков волос, вышла из-за дерева. Парень стоял в воде со снятой шляпой в руках и смотрел в сторону моря. Когда я практически подошла к нему, он повернулся, улыбнулся, и, как ни в чем не бывало, предложил пойти к дому. На небе уже во всю хозяйничали сумерки. Море было тихим и ласковым. Сонхун шел в воде по щиколотку, а я просто плелась рядом по сырому и холодному песку. После такой неловкой ситуации, как и о чем говорить – я не имела представления. Так мы и шли, молча.

Дойдя до аккуратной кучки с одеждой и обувью Сонхуна, и не очень аккуратной – моей, я молча села на песок и стала отряхивать по очереди ноги и надевать носки. Сонхун потоптался, будто не решаясь сесть просто так, без ничего, но все-же устроился рядом и начал повторять за мной.

Когда дело было сделано, но парень еще возился со своими завязками – что дитя малое, будто и не умеет, я взяла палку и начала просто писать на влажном песке свое имя. Настроение было так себе – чем еще занять себя – не знала, вот и выводила привычные завитки один за другим.

- Что тут? – парень, видимо, справился все-таки, и с интересом рассматривал слова.

- «Есения Одоевская» - вот, что тут. Мое имя, - он протянул руку, я отдала веточку. Парень написал интересные кружочки-палочки.

- Я тоже написал «Есения Одоевская».

Я показала пальцем на одну букву и сказала «Буква». Сонхун тут-же перевел это на свой язык. Я спросила.

- Это буквы? – указала на каждый знак в его надписи. Он медленно проговорил мое имя по звукам, повторно обводя нужную букву. Очень необычная у них письменность. Я протянула руку для прутика, парень вернул его, и я написала «Ли Сонхун». Потом вернула ветку обратно ему и Сонхун повторил на своем языке.

Тогда я пальцем вывела букву «А», а парень написал, как она будет у него писаться. Я улыбнулась и попросила, осмелев. В глубине души, я боялась, что парень больше не вернется, как он пропал было на несколько дней до этого, и это был некий план, как увидеться с ним хоть еще разок.

- Сонхун, научи меня твоим буквам.

Парень улыбнулся.

- Хорошо. Но взамен, - он хитро улыбнулся, а мое сердце пропустило один удар, в ожидании его условия, - Взамен, ты научишь меня твоим буквам.

Я облегченно выдохнула и улыбнулась в ответ. Слава Богу, он не попросил взамен исчезнуть из его жизни...

Я встала, Сонхун поднялся следом. Ночь уже практически захватила все небо и видимость была уже крайне слабая, пришло время расставаться. Постояв, минуту у забора, мы пожелали доброй ночи и разошлись. Понятия не имею, как далеко еще возвращаться Сонхуну домой. Если сегодняшняя история у дерева никак не повлияет на нашу дружбу – надо будет его попросить прогуляться в деревню.

Сегодняшняя история.

Я лежала в постели, слабо горел фонарик, за стеной похрапывал Аджосси и мысли мои метались вокруг этой злополучной истории. А ведь мне показалось, что я, возможно, понравилась Сонхуну. Может, не так сильно, как он мне, но все же... И чего он тогда так смотрел на меня? Чего снял шляпу и наклонился, будто для поцелуя? Наверно, я во всем виновата – стояла, как столб! Он и подумал, что я не хочу... Уиии! Я от злости на себя, задергала ногами. Ну что за такое!

Хотя, ведь сколько я общалась с моими любимыми мамой, бабушкой, тетушками – все говорят, что в женщине должна быть загадка! Что надо быть неприступной, достойной. Женщину надо добиваться, в конце концов! Вот и пусть, значит, завоевывает, если хочет поцеловать! Как это я еще вообще, так легко впадаю в ступор рядом с ним – будто мозги отшибает! Надо держать голову и спину, Есения! Соберись! Ты хоть и не имеешь тут никакого титулованного значения, но гордость и достоинство-то пока еще при тебе!

Успокоившись,я приняла мысли о том, что надо знать себе цену и сделала я все правильно – аесли ему только легкую наживу подавай – то и не нужно мне такого счастья! – сэтой установкой я и уснула.