Неожиданное прощание. Глава 20.

Дорогой читатель! При прочтении данной главы рекомендую к прослушиванию песню: «Пальто-Земфира»

Полина.

Стоя на пироне и ожидая нужный поезд для Марата, я вспоминала, как буквально пару дней назад я приехала в Казань. Я ведь и не думала, что мой визит принесет столько горя самому Универсаму, что я решусь на все это. Но боль в груди каждый раз напоминала об этом, и каждый раз я винила себя.

Этот внутренний конфликт не покидал меня, заставляя задумываться о том, как непростые решения иногда оказываются необходимыми. Я повернула голову на стоящего рядом брата, и его улыбка осветила мой мрачный настрой - в его глазах горело такое тепло, что я не могла удержаться от улыбки в ответ.

Хоть кто-то, наконец, стал счастливым в нашем круговороте проблем. Я протянула Марату билет, а следом записку с адресом, хоть и Евгению - который поможет в Нижем Новгороде Марату уже сообщили, я решила перестраховаться и дать адрес Айгуль и ему.

- Мы несколько недель назад с парнями в Москву ездили, - Ухмылялся он. - Тоже на поезде.

- Теперь тебе предстоит маленькое путешествие одному. - Улыбнулась слегка я, чувствуя странную тяжесть внутри.

- Марат, не знаю, когда мы с тобой теперь увидимся, но у меня к тебе просьба. Найди себе нормальных друзей не из группировок. К хорошему они не приведут. А узнаю, что вновь к кому-нибудь пришился... - Я пригрозила брату кулаком, от чего он слегка ухмыльнулся, опуская глаза на бумажку с адресом.

К счастью мне не пришлось долго уговаривать Диляру и Кирилла, что б отпустили Марата якобы ко мне в гости. Кирилл даже был рад, что несколько дней он не увидит своего сына. Да уж, избавиться от двух сыновей это очень по-отцовски.

- Когда твой поезд? - спросил Марат, поднимая на меня глаза, полные любопытства и немного волнения.

- Через пару часов. - Негромко говорила я, посмотрев на свой чемодан с вещами.

Гул подъезжающего поезда и стук колес, заставил нас обернутся. Поезд до Нижнего Новгорода был уже на первом пути.

- Ну всё... Будь осторожен там. - произнесла я, обнимая своего брата так крепко, как только могла. Я закрыла глаза и слушала его голос, словно он мог запечатлеть все мои страхи и сомнения. Он был мне так дорог, и каждое его слово отзывалось в моем сердце. Несмотря на все противоречия, что были между нами, я только сейчас понимала насколько сильно люблю его.

- Спасибо, Полин. Ты очень много для меня сделала... - Его объятия были теплыми, и я старалась как можно детальнее запомнить этот момент.

Когда он сделал шаг назад, я почувствовала, как во мне что-то оборвалось. Я засунула руку в карман и вытащила последние деньги - восемь рублей, они остались у меня от Кощея. Мне они теперь не нужны. Я протянула ему деньги и заметила лишь хмурый взгляд.

- Бери. - Негромко проговорила я.

- Нет. Откуда у тебя такие деньги? - Взгляд его был уже не таким мягким как пару минут назад, но я всунула ему деньги в ладонь

- Бери и не спрашивай. - Я вновь обняла брата, и кивнула в сторону поезда. - Беги, опоздаешь. - Он кивнул и вновь шепнул «Спасибо.»

Когда он махал мне на прощание из поезда, я почувствовала, как тяжесть на душе немного облегчилась. Да, в конце концов, не все было испорчено. Внутри меня жила надежда, что Айгуль будет рада его видеть, и это приносило мне утешение.

Через пару минут стоя на пироне, я наблюдала, как поезд уезжает, оставляя за собой лишь облака пара. Я опустила голову на чемодан, который стоял рядом, и в этот момент почувствовала, как тяжесть мира вновь накрывает меня. Как бы странно это ни звучало, это было лишь для вида.

Тяжелый вздох вырвался из груди, я крепче запахнула свое пальто, словно надеясь, что его тепло спасет меня от холодного, пронизывающего ветра. Развернувшись, я пошла вдоль улицы, не замечая, как мужчина сзади кричит, что я забыла чемодан. Но его крики едва доходили до меня, я лишь делала вид, что вовсе этого не слышу.

Теперь он мне не нужен. Больше не нужен. Все эти вещи, деньги - теперь это всего лишь мелочь, не имеющая значения для меня. Я шла по улице, ощущая, как зимний ветер обдувает мои щеки, но холод снаружи не сравним с тем, какой холод был внутри. Холод и боль.

Дорогой читатель! При продолжении прочтения данной главы рекомендую к прослушиванию песню:«Знак бесконечность - Земфира»

Вахит.

Я сидел на лавочке в изоляторе, слушая громкие возмущения мох друзей. Но я молчал, потому что понимал весь этот шум ни к чему не приведет. И всё что нас ждет это решетка и долгие года мучений. Внутри меня царила борьба; противоядие к жестокой реальности я находил лишь в образе той прекрасной девушки, которая жила в моем сердце.

Я вспоминал, как увидел ее после долгого отсутствия - момент, который навсегда остался в памяти. Она выросла на моих глазах, превратившись из задиристой девочки в настоящую красавицу, ослепительную и независимую. Ее глаза, сияющие как звезды, притягивали меня с каждым взглядом, и я испытывал трепет.

Я помнил тот последний поцелуй, которым мы обменялись, трепетный и полный обещаний, которые остались невысказанными. Навряд-ли она решится меня ждать и носить передачки.

Мы никогда не обсуждали наших чувств, и порой казалось, что страх мог оказаться сильнее, чем нежность, но мои глаза говорили за меня. Я был готов ждать ее где угодно и сколько угодно. Но...

Один из мужчин в форме подошел к изолятору и громко проговорил.

- Вахит Зималетдинов, сюда подойди. - Я обернулся и медленно подошел к решетке. Его строгий взгляд напрягал атмосферу, и в тот момент, когда он вынул из кармана несколько пачек сигарет, носки и какой-то белый конверт, сердце забилось быстрее.

Протянув мне эти вещи, он ничего не сказал и лишь ушел, оставляя за собой гнетущую тишину. Я почувствовал, как на меня обратили внимание остальные заключенные - их взгляды выражали недовольство и настороженность.

Поделившись сигаретами с парнями, я сел в дальний угол на пол и стал открывать конверт. Разговоры вокруг меня постепенно затихли, и теперь я был поглощён содержимым. Вскрыв белый конверт, я достал белый листок, и увидев красивый почерк, мгновенно понял, что это было написано рукой Полины. Мои глаза забегали, читая строку за строкой.

«Дорогой Вахит. Тяжело писать тебе эти строки, но если я уйду и не скажу тебе то, о чем так долго молчала, не смогу себе простить. Я совершила ужасные вещи и не оправдываю себя. Но для начала я хочу извиниться, что ты попал за решетку. В этом виновата только я и надеюсь ты поймёшь меня. Надеюсь простишь. Спасибо, что ты всегда был рядом, твоя поддержка была важна для меня. Ты во многом мне помог и из-за этого я виню себя еще больше, ведь тебе помочь я так и не смогла. Знаю, что будет сложно, но прошу вспоминай меня лишь хорошим словом. Я верю, что когда-то ты встретишь свою настоящую любовь, и станешь прекрасным мужем. Жаль, что уже не со мной. Прости, что так поздно поняла насколько сильно ты мне нравишься. Но ты ведь поймешь меня. Ты всегда меня понимал. Прошу после тюрьмы не возвращайся к Универсаму. А я как ты и просил обязательно буду счастлива. Но уже в другой жизни. Я буду приходить к тебе во сне лишь иногда, и буду оберегать тебя как ангел-хранитель. Оказывается, сделать шаг в бездну не так страшно, страшно выжить и продолжить мучиться. Все слишком запуталось, и я не знаю, как мне выбраться из этого. Слишком много проблем. Кажется, я оказалась слабее, чем думала о себе. Я не сумела найти выход. Знаю, что поступаю неправильно, знаю, но у меня нет больше сил. Я хочу убежать. Я бы хотела, что б в жизни давали конверты с датой нашей смерти. Моя была бы сегодняшняя. Если с Вовой все будет хорошо, и ты увидишь его через пару лет, прошу передай ему, что я безумно его люблю. Кстати люблю еще и тебя. Прощаюсь навсегда.

Зиме от Полины.»

Слезы текли с моих глаз, когда я понимал, что это не просто письмо. Прощальное письмо. Её слова резали, как лезвие ножа, обнажая страх и отчаяние, с которым я уже давно не сталкивался.

Я тут же вскочил со своего места и громко кричал, вызывая сотрудников. Волнение захлестнуло меня, и в голове пронеслась лишь одна мысль: надеяться, что она еще жива. Рядом появился тот же мужчина, что и принес мне письмо, его лицо не выражало ни капли сочувствия, только грубое недоумение.

- Чего кричишь? - Грубо возмущался он.

- Тут девушка... Это предсмертная записка. Пожалуйся, найдите ее. Может она еще живая! - вырвалось из меня с натиском отчаяния. Мужчина выхватил листок с моих рук, его глаза быстро пробежали по строкам, и в этот миг я заметил, как что-то изменилось в его взгляде.

Когда до него наконец дошло, он моментально побежал по коридору, закричав что-то другим мужчинам. Я чувствовал, как волна тревоги нарастает во мне, словно горячий прилив, обжигающий душу. Я видел, как несколько человек в форме выбегали из кабинета, подхватив его крики. По телу пошла дрожь от одной мысли, что она может сделать это. Мне хотелось вырвать чертов замок решетки и самому броситься на улицу, найти ее, спасти. Сидеть в неведенье - самое ужасное ощущение, когда вокруг все движется, а ты остаешься отрезанным от того, что действительно важно. Никакие слова не могли передать ужас, который заполнил мой разум.

Автор.

Заснеженные улицы Казани приковывали взгляд своей неприветливой красотой, будто весь город предостерегал о том, что происходит за его белоснежными границами. Серое небо свисало низко, как будто готово было обрушиться на землю и ветер, пронизывающий ледяными порывами, вечно тянулся к девушке, как будто желая забрать её с собой.

Она чувствовала, как волосы вырываются из платка, словно природа сама пыталась утащить её прочь от этого места. Она стояла на краю моста, крепко держась за перила, лед безумно манил, она смотрела вниз и в тот момент ей стало ясно, что боль, которой она так боялась, уже не имеет значения. Больно ей уже не будет.

С ее глаз медленно текли слезы, тонкая рука опустила холодные перила и ледяные пальцы развязали платок. Она приподняла руку и отпустила белый платок, который тут же полетел вниз. Она опускала глаза, впитывая холодный ветер, который пронизывал ее до костей.

Воспоминания о последних неделях толкали ее в пропасть отчаяния: череда событий, как вихрь, унесла с собой все, что она считала важным. Хочется крикнуть, разорвать тишину, но вместо этого только слезы скатывались по щекам.

Дрожащие бледные пальцы потянулись в карман, и достали оттуда билет с поезда. Билет в один конец. В Казань. Когда она приехала сюда, вовсе и не думала, что обратного билета не будет.

Полина не хотела думать о тех, кого она оставляет позади, о боли, которую принесет своим решением. В голове все крутились обрывки «что могло бы быть», но сейчас это было не важно.

Она лишь смотрела на бумажку в своей руке и следом подняв ее вверх, разжала пальцы. Билет Ростов - Казань, полетел по направлению ветра вниз. Полина тихо смеялась, но это был смех боли и смех стресса. Пыльцы, что держались за перила немели от холода, она медленно опустила их, но все еще удерживалась на краю.

Её грудь тяжело поднималась и опускалась, красные щеки обдувались пронизывающим ветром, а темные волосы, которые теперь остались без платка непослушно болтались от ветра. Она стояла на краю пропасти и боль внутри только увеличивалась. Взгляд её был устремлён в бездну, где мрак и неизвестность соединялись в нечто зловещее и манящее. Сердце колотилось в ритме воспоминаний, каждое из которых, как острый нож, разрезало её душу.

- Всё! Всё! - Громко кричала девушка смотря вдаль. - Нет больше сил! - Ее слезы не прекращая текли с глаз, вид затуманивался, а боль становилась все сильнее.

Ощущение одиночества накрывало, словно холодный ветер, проникающий в самую душу. Машины проезжали мимо, но на девушку никто не обращал внимания. Она опустила взгляд вниз, замечая, как внизу лежит ее платок, а билет кружиться от ветра по льду. Она зарыдала, смеха уже не было, она выпускала боль и плакала что слаба сделать один единственный шаг.

Позади нее остановилась машина, вышел мужчина, но девушка не оборачивалась, в её голове стоял лишь гул, и она вовсе не слышала, как кто-то подъехал.

- Стой! - Громкий крик, заставил ее резко повернуться, и в тот момент ее нога соскользнула с края моста.

Она в ужасе закричала, когда тело потеряло опору и полетело вниз, как опавший лист, уносимый ветром. Ее тело полетело вниз и Семенов, что стоял на мосту с дрожащими руками лишь слышал громкий удар. Приземлилась. Он стоял не в силах сделать шаг и посмотреть.

Его коллеги начали собираться у перил, опустив головы в жестокой тишине, в то время как страшная реальность ожила в их глазах. Кровь медленно струилась из-под ее тела, словно запоздавший ответ на финальный вопрос, который никто не успел задать. Девушка лежала внизу, бездыханная. Только билет все еще кружил вокруг её тела от ветра.

- Не успел. - прошептал Семенов, его голос пропитался горем, пока он по-прежнему стоял на дороге, не в силах сдвинуться с места.

Внутри него бушевали ощущения, которые он не мог выразить словами. Картинка перед ним была слишком сложной и ужасной, чтобы посмотреть вниз. Ему хотелось бежать, кричать, но единственным его ответом стали слезы.

Теперь Полина не мучилась, боли уже не было. Она словно погрузилась в пустоту, где не существовало ничего, кроме бескрайней тьмы. Билет, что был куплен в один конец остался с ней. Это было похоже на прощальный жест, на символ безысходности - билет не в один конец, а в конец ее жизни. Она была слабой, но считала себя сильной. Вместо решения и преодоления всех проблем, она выбрала самый ужасный способ. Решила уйти.

Семенов вернулся в отделение уже поздно ночью, его глаза были красные, руки дрожащие, и боль внутри разрывала его на части. Словно в тумане, он продвигался к группе людей, чьи громкие голоса были единственным источником звука в этом зловещем коридоре.

Каждый шаг отнимал у него силы, а сердце тяжело стучало в груди. Он знал, что сегодня ему предстоит сделать то, чего не пожелал бы и самому страшному врагу: сообщить об утрате, о которой все так боялись.

Вахит всё пытался узнать у сотрудников, которые остались на дежурстве что с Полиной. Он не понимал, почему никто не спешит ответить на его вопросы. Это была просьба Семенова - он сам хотел сообщить ужасные новости. Когда Зима увидел Алексея, он замолчал и смотрел на него глазами полными надежды. Но по глазам Семенова и вещам в его руках он все понял.

- Нет... - прошептал он, и этот звук, казалось, был полон безмолвного отчаяния.

Семенов подошёл ближе и просунул руку свозь решеток, протянув Зиме белый платок и билет. Слёзы с глаз Вахита лились ручьем, и он не мог остановить их, словно потерял контроль над собой. Ребята вокруг замерли в тишине, в их глазах отражалась общая печаль, и, кажется, в этот момент им не нужны были слова.

Турбо и Кощей, стараясь сдержать свои эмоции, отвернулись от Семенова, не желая показывать слабость, которая вскрывалась из глубины их душ. Медленным движением дрожащих рук Вахит взял платок и билет что лежал на нем, он уткнулся лицом в белую шаль и громко зарыдал, падая на колени.

Его крик разрывал душу не только ему, но и всем, кто находился рядом. Он посмотрел на билет. Воспоминаниях всплыл момент как он провожал её, когда она уезжала ещё, будучи девчонкой, полна надежд и мечтаний.

Он пообещал себе дождаться её возвращения, открыть ей сердце, высказать все те чувства, которые переполняли его. Каждый раз, когда он представлял их вместе, в его воображении расцветали яркие моменты счастья.

Но теперь все эти мечты развеялись как дым, оставив лишь горечь утраты. Он потерял её навсегда, и всё, что осталось от его любви - это лишь платок и билет.

Билет в один конец. В конец её жизни.