Пролог

Том 1. Возвращение былой славы

Пролог

Священная гора Вань.

Ветер раздувал песок и гнал камни, заслоняя небо и закрывая солнце. Огромный циклон вырвался из бездонной бездны, открыв свою кровавую пасть, чтобы поглотить все вокруг. Чтобы устоять, всем присутствующим пришлось использовать духовную силу или божественное оружие. Тех, кто был слабее, сразу же унесло порывом воющего ветра, а выжившие отчаянно пытались хоть что-то разглядеть в этом хаосе.

Даже буря, накрывшая небеса и землю пылью, не могла скрыть черный туман, бурлящий фонтаном и вырывающийся со дна бездонной бездны. Но этот свирепый черный туман, словно загнанный в клетку зверь, мог лишь только биться о ее прутья.

Множество точек и линий сформировали красные кольца вокруг черного тумана, не давая ему прорваться сквозь эти преграды. По сравнению с ним, красный свет был мягким и мерцающим, то становясь ярче, то тусклея. Но все же он так и не угас окончательно.

Шестеро людей разделили красный круг на шесть частей. Кто-то сложил из обеих рук печать, кто-то использовал оружие, чтобы их тела окутал бушующий белый свет, удерживающий черный туман.

Эти шестеро были сильнейшими в мире мастерами, лучшими из лучших. Обычные люди могли только восхищаться ими, но они никогда не смогли бы достичь таких же высот. Все эти мастера могли стать бессмертными и вознестись, но сейчас некоторые из них хмурили брови, а у кого-то на лбу выступил пот. Свет перед ними также колебался и мерцал.

Люди, поддерживающие построение извне красного круга, тоже волновались.

— С этим построением Люхэ Чжутянь [1] ничего ведь не случится? Почему свет на юго-востоке такой слабый?

[1] Люхэ Чжутянь (六合烛天 Liùhé zhú tiān) — шесть знаковых небесных вершин.

— Я думаю, ничего не случится. Это же Жэнь Хайшань, глава ордена Куньлунь Цзянь [2]. Если он не сможет продержаться, то мы тем более!

[2] Куньлунь (昆仑山脉 Kūnlún shānmài) — одна из крупнейших , расположена в . Священная гора на окраине земли в мифологии древних китайцев. Считалось, что высота Куньлуня — более 7000 метров, и из него берёт начало .

— Надеюсь, они смогут полностью запечатать бездну, иначе последствия будут невообразимыми...

Это была битва за весь мир. Как только барьер вокруг бездны полностью разрушится, все демоны вырвутся наружу, и мир уже никогда не будет прежним. Только построение Люхэ Чжутянь способно предотвратить это; ни у кого нет права на ошибку.

Бум!

Земля задрожала, и горы рухнули.

— Что происходит?

— Господин Жэнь! Со стороны Жэнь Хайшаня!

Все, кто боролся за поддержку барьера, увидели, как свет вокруг Жэнь Хайшаня внезапно взметнулся вверх, а затем мгновенно потух. В следующее мгновение его фигуру поглотил черный туман, похожий на стремительный ветер. Все произошло так быстро, что никто не успел среагировать. Построение Люхэ Чжутянь лишилось одного из своих узлов и оказалось на грани разрушения.

— Плохо! Глава Дугу тоже больше не может держаться!

— Господин, узел со стороны Ци Чжэньжэня тоже разрушился!

Столпы света, один за другим, гасли в шести углах, красный свет тоже становился все слабее и слабее. В конце концов, остался лишь один источник света, сильный и яркий. Красный свет внезапно тоже разгорелся.

— Это свет Бессмертного мастера [3] Цзюфана!

[3] Бессмертный мастер (尊主 Zūn zhǔ ) — буддийский титул монаха, обладающего высшей добродетелью и мудростью. Также может переводиться как «достопочтенный».

— Выдержит ли он?

— Сюда, быстрее поможем же ему!

— Держите все шесть углов!

— Слишком поздно... А!

В одно мгновение крики растворились в мощнейшем порыве ветра. Черный туман взорвался и тут же распространился вокруг, словно бесчисленные щупальца, и ничем не сдерживаемые демоны вырвались на свободу. Солнце и луна потеряли свой свет, а небо и земля — свои краски. В темном тумане дрожал слабый свет единственного оставшегося человека, на которого возлагали надежды бесчисленные люди. Этот человек в одиночку держал построение, при помощи силы своей воли превозмогая боль и давление. Это была самая длинная четверть часа на земле.

Никто не знал, как тяжело было тому, кто поддерживал построение, рассчитанное на шестерых. Никто не знал, был ли он в сознании.

Цзюфан, который считался первым в мире мастером, всегда вел себя эксцентрично, из-за чего подвергался критике и обвинениям со стороны конфуцианцев, буддистов, даосов и даже людей из демонических кланов. Он был объектом многих споров и разногласий. Но именно в этот момент никто не желал ему смерти, а даже наоборот — жизни и здравия. В построении Люхэ Чжутянь остался только он...

Внезапно и этот свет погас. Повсюду воцарилась тьма, поглощающая все вокруг, и мир погрузился в тишину, горы трупов в одно мгновение исчезли. Битва на Священной горе Вань закончилась сокрушительным поражением заклинателей.

С тех пор открылись врата в бездну. Все демоны вырвались наружу и разлетелись по миру, а Священная гора Вань стала проходом между двумя мирами. Люди назвали это место Девять Слоев Бездны.

Пятьдесят лет спустя.

Чжан Му.

Его имя и способности были столь же незначительными, как и его орден.

В возрасте десяти лет он вступил в даосский орден, и с тех пор прошло уже более двадцати лет. Он следовал установленным правилам, но, говоря честно, так ничего и не добился.

Чжан Му своим оружием выбрал длинное копье, когда начинал обучение, но его навыки остановились на пятом уровне, а до шестого он так и не смог подняться. Одаренные ученики его ордена уже смогли прорваться на восьмой уровень, сметая все преграды на своем пути при помощи копья и своей ци.

Чжан Му знал о своих недостатках, но не в его силах было что-либо изменить. Талант давался при рождении, и этот факт вызывал у него самое большое отчаяние.

Если бы его устраивало такое положение дел, то через два-три года, женившись и обзаведясь детьми, он мог бы купить несколько му [4] земли рядом с владениями ордена и возделывать ее, чтобы передать семье. А если у его сына или дочери обнаружится талант, то он смог бы воспользоваться своими привилегиями и отправить их в орден на поклон учителю.

[4] Му (亩 Mǔ) — мера площади, примерно равна 600 м²

Но где-то в глубине своей души Чжан Му знал, что этого ему будет недостаточно. Кто бы пожелал жить, как все, губя свой талант, будучи одаренным?

Пока он думал об этом, постоянно сомневаясь, прошло около трёх лет.

Когда его дашисюн [5] прорвался на девятый уровень, Чжан Му наконец-то решился. Он решил покинуть орден, попрощавшись со своим учителем и главой, и отправился к Желтым Источникам [6].

[5] Дашисюн (大师兄 Dà shīxiōng) —самый старший брат по оружию, первый ученик у одного учителя.

[6] Желтые источники (黄泉 Huángquán) — место, куда направляется душа после смерти, царство мертвых.

Два царства жизни и смерти огромны, и ночная платформа в подземном мире — это место, куда отправлялись души умерших. Желтые Источники — не последнее пристанище, но пребывание здесь пугало гораздо больше, чем сама смерть. Легенда гласила, что инь и ян в этом месте находятся в хаосе, души умерших крошечны, и нет различия между днем и ночью. У тех, кто по ошибке попал сюда, есть только два выхода: либо человек больше не возвращается, либо преодолевает свои духовные преграды на пороге между жизнью и смертью и достигает новых высот.

Если последних было ничтожно мало, и за несколько сотен лет не появилось ни одного такого героя, то первых становилось все больше и больше. Среди них были и заклинатели, и обычные люди, которые по ошибке попадали сюда, а также такие, как Чжан Му, которые запретили себе сдаваться. Большинство из них так и не выбрались из Желтых Источников.

На юго-западе мира людей протекала река Хуэй [7]. Пепел покрывал все ее русло, и никто не знал, что кроется под водой. Туман над ней никогда не рассеивался. Если путник отправлялся вверх по течению, то туман становился более густым, сбивая его с дороги и заставляя блуждать навечно. Ходили слухи, что исток этой реки находился в Желтых Источниках.

[7] Река Хуэй (灰河 Huī hé) — в буддистском вероучении река, протекающая через подземный мир.

Решив поставить на кон свою жизнь, Чжан Му последовал за течением этой реки и попал в туманный мир. Странный туман казался барьером, который затмевал солнечный свет и все живое.

О своем решении Чжан Му пожалел при первой же опасности. К счастью, инстинкт самосохранения заставил его в критический момент прорваться на шестой уровень своих навыков, и в итоге он смог выжить. Если нет дороги обратно, то остается только идти вперед.

Он не знал, как долго блуждал в мире хаоса. С самого начала он внимательно изучал маршруты и подстерегающие его опасности, чтобы раз за разом избегать смерти. Он мог рассчитывать только на свое желание выжить.

Прямо сейчас Чжан Му и его спутники спрятались за валуном для короткой передышки. Со своими компаньонами он познакомился в Желтых Источниках, а остальные принадлежали небольшим орденам и тоже проходили здесь тренировку. Кто-то погиб по пути, кто-то присоединился, и теперь их осталось около восьми человек.

Полчаса назад их преследовали бесчисленные демоны и злые духи, которые либо жаждали человеческих тел и хотели воспользоваться возможностью завладеть ими, либо давно не вкушали сладость человеческой плоти и желали хорошенько подкрепиться. Чжан Му и остальные смогли лишь немного отогнать их, приложив все свои усилия.

— Как нам быть? Эти твари скоро снова настигнут нас! Я не хочу здесь умирать! — прошептала на ухо Чжан Му одна из учениц.

Эти люди не обладали особыми талантами и не являлись самыми уважаемыми учениками старейшин, они могли лишь только принять свою судьбу, но все равно отчаянно хотели выжить.

Эта ученица была неплоха собой, и у нее даже тут нашлись поклонники, которые сразу же принялись утешать ее. Другие же вполголоса обсуждали, как им быть дальше. И только один человек всегда сохранял молчание.

Чжан Му не мог не взглянуть на этого человека еще несколько раз. Тот был одет в лохмотья и покрыт ранами, отчего сложно было определить его возраст и внешность. Остальные его избегали, поэтому ближе всех к нему оказался Чжан Му.

Чжан Му не знал его имени. Но когда они заблудились в иллюзорном лесу и чуть ли не погибли там, именно этот человек помог им миновать опасность. Но этот человек только изредка был в ясном сознании, большую часть времени проводя в забытье. Он даже не знал своего имени и происхождения, как и не имел ни малейшего понятия, что происходит вокруг. Пусть он и знал местность, он совершенно не обладал никакими навыками. Со временем окружающие так и не стали взаимодействовать с ним, за глаза называя его немым. Чжан Му был единственным, кто помогал ему залечивать раны, и иногда даже говорил ему пару слов.

— Даою [8], не знаешь, есть ли здесь обходной путь? — поинтересовался Чжан Му.

[8] Даою (道友 Dào yǒu) — собрат-даос, единоверец, друг на стезе самосовершенствования. Такое обращение подходит как мужчине, так и женщине.

Этот человек был настолько грязен и неопрятен, что Чжан Му не мог даже понять, мужчина перед ним или женщина, поэтому решил обратиться к нему «даою». Немой держал в руках резак и кусок дерева, сосредоточенно склонившись над ними, и он совсем не слышал слов Чжан Му. Тот подождал немного, но, не получив ответа, отвел взгляд и задумался о другом плане.

Бежать было некуда, их группа уже давно исчерпала все свои силы.

Сражаться тоже не выход. Прогнав тигра, привлечешь волков [9]. В конце концов, все равно все они станут пищей для злых духов.

[9] Прогнав тигра, привлечешь волков (刚拒猛虎，又引新狼 Gāng jù měnghǔ, yòu yǐn xīn láng) — сталкиваться с одной проблемой за другой

Прятаться? Где же тут спрятаться?

Пустыня в Желтых Источниках ничем не отличалась от пустыни в мире людей, но задувающий в ущелье ветер пробирал до костей, словно острое лезвие для линчи [10]. Призрачный плач и завывание зверей здесь были в сотни раз страшнее, так что даже повидавшие многое путешественники стискивали зубы, чтобы справиться со страхом.

[10] Линчи (凌迟 Língchí) — вид смертной казни в древнем Китае, казнь тысячи порезов.

Ледяной ветер доносил завывания злых духов. Они шли на запах людей, преследуя их и все больше сокращая разделяющее их расстояние.

— Может, это он привлекает злых духов? — неожиданно предположил кто-то.

Чжан Му поднял голову и остолбенел, увидев, что все взгляды устремлены на человека рядом с ним.

— Мы так долго путешествовали по Желтым Источникам и ни разу не видели таких свирепых духов и демонов. Только с его приходом начали происходить странные вещи!

— Как по мне, эти твари не станут охотиться на нас. Если он уйдет, то мы будем в безопасности!

По мнению присутствующих, судьба немого была уже предопределена. Причина, по которой никто из них не вынес окончательного решения, заключалась в том, что все ждали слова Чжан Му, так как он был самым способным среди всех. Остальные все еще сомневались без подсказки Чжан Му.

Немой как будто не слышал их и, склонив голову, вырезал свою маленькую деревяшку, царапая ее ножом.

Это должно было быть птицей. Эта мысль пронеслась у Чжан Му в голове, но он не стал зацикливаться на ней.

Этот человек встретился им случайно, и пускай он спас им жизнь, они так долго позволяли ему оставаться рядом, что можно было считать, они квиты. Более того, в Желтых Источниках все уже привыкли к смертям своих товарищей. Использовав немого в качестве приманки, они смогут оторваться. Даже если бы ничего не вышло, это дало бы им больше времени на побег. Им все равно больше нечего терять.

Но...

Все-таки это же человеческая жизнь.

Вой, доносимый ветром, становился все громче, а страх, который все испытали от столкновений со злыми духами, не мог не отразиться на лицах людей. Им пришлось отступать шаг за шагом.

Чжан Му невольно сглотнул. Его ладони мгновенно вспотели, отчего копье, что он так крепко сжимал в руке, начало выскальзывать. Чжан Му посмотрел на немого.

— Даою, ты...

Немой вдруг поднял голову.

— Я хочу пойти с вами.

Он все-таки умел говорить.

Чжан Му хотел что-то сказать, но на это не было времени, поэтому он собрал всех и ушел, прикрывая отступление. Но опасность пришла так внезапно.

Ледяной ветер со свистом пронесся мимо. Злые духи и демоны подняли серый туман и желтый песок, скаля зубы и выпуская когти. С наступлением утра солнечный свет озарил небеса, освещая их зловещие очертания. Теперь, когда все стало видно, как на ладони, они казались еще более пугающими. По счастливой случайности, их группа не могла четко видеть в тускло пробивающемся сквозь густой туман свете, так что они могли только бежать в противоположном направлении от источника демонической ци.

Внезапно туман резко увеличился в размерах, и из него вырвалась ладонь со скрюченными когтями, хватая Чжан Му за воротник. Чжан Му словно что-то почувствовал и отпрыгнул назад, чтобы атаковать в ответ. Длинное копье, вращаясь, устремилось вперед. Внезапно вспыхнул синий свет, концентрируясь в одной точке, а затем как будто расцвел в воздухе. Голубой лотос был нежен, прекрасен и притягателен, он завораживал своей красотой, но стоит только забыться в восхищении этой красотой, то он непременно может убить.

Это был седьмой уровень новой техники владения копьем Чжан Му. С ее помощью он победил многих сильных врагов в Желтых Источниках. Но, похоже, он забыл, что его противник — не живое существо и его не отвлечь прекрасным видом.

Свирепые духи с легкостью прорвались сквозь барьер, образованный цветком голубого лотоса, и набросились на Чжан Му, оскалив свои кровавые и зловонные пасти. Чжан Му мог только наблюдать, как духи пожирают его товарищей. После черной ци не оставалось ни кожи, ни плоти, только груда разбросанных костей, и от этого зрелища кровь стыла в жилах.

Он сам в любой момент мог стать одним из бесчисленных трупов в Желтых Источниках. Возможно, даже через несколько лет его неприкаянная душа не рассеется, и он никогда не сможет вознестись или переродиться. Он навсегда останется в Желтых источниках и постепенно превратится в призрака, что сейчас пожирали путников.

Нет! Он не хотел умирать!

Он и так с трудом сюда прорвался, его усилия должны были быть вознаграждены. Пусть даже если он перенесет тысячу лишений, то в конце концов сбежит и прославится! Ему нельзя оставаться здесь, иначе он может потерять все!

Чжан Му неосознанно широко раскрыл глаза и его тело начало двигаться инстинктивно. В этот момент все его сомнения превратились в эгоистичное желание выжить.

Крепко сжав запястье немого, он с силой развернул его, а сам отпрыгнул назад, используя инерцию, чтобы взлететь и приземлиться в нескольких чжанах [11] позади него.

[11] Чжан (市丈 zhàng) — мера длины, примерно равна 3,3 м.

Не вините меня. Я тоже хочу выжить!

Чувство вины захлестнуло Чжан Му, но он стиснул зубы и приготовился отступить. По своему опыту он знал, что, когда эти злые духи пожирают плоть, они предаются наслаждению ее вкусом и не обращают внимание ни на что другое. Этим преимуществом можно было воспользоваться, чтобы сбежать.

Но путникам недалеко удалось уйти. Внезапно позади они услышали громкий шум и, обернувшись, увидели в небе огонь, рассеявший туман. Черные человекоподобные фигуры катались и выли в этом пламени, но Чжан Му был точно уверен, что среди них не было немого. Эти скрюченные, странные и высокие фигуры из черного тумана были теми самыми злыми духами и призраками, которые преследовали их. А теперь они все вдруг сгорели дотла!

Нет, это был не простой огонь!

Чжан Му и его спутники остолбенели, глядя, как золотой феникс, объятый пламенем, поднимается в воздух, высоко поднимая голову и изрыгая огонь, утопив всех призраков в море пламени. Внезапно он вспыхнул ярким светом, ослепляя всех, и поглощая небо. Лучи света распространялись стремительно, охватывая не только не успевшего спрятаться Чжан Му, но и всех остальных людей позади. Все они оказались охвачены этим пламенем.

Обладающие острым зрением и ловкостью пытались защититься мечом, но стоило им только поднять его, как он превратился в пепел. Но самое странное, что, находясь в этом бушующем пламени, они не испытывали боль. Но тело с трудом поддавалось контролю, отчего люди теряли сознание, погрузившись в глубокую тьму.

Прежде чем Чжан Му потерял сознание, он смутно увидел человека, медленно выходящего из пламени. За его спиной приземлился феникс, и его крылья переливались ослепительными и невероятными цветами. Это зрелище отпечаталось на душе у каждого.

Хэ Сиюнь еще долго считала, что умерла, пока не пробудилась окончательно. Но она очень хорошо помнила ту фигуру человека, медленно выходящую из пламени, будто император или спустившееся с небес божество. Там, где вспыхивало пламя, все демоны и духи сгорали, не оставляя после себя и следа.

Жива ли я?

Хэ Сиюнь набрала горсть желтого песка в ладонь, позволяя ему утекать сквозь пальцы, устремила свой взгляд на небо и звезды и наконец-то, одолеваемая сомнениями, обратила внимание на незнакомца, что сидел неподалеку.

Последним, что она помнила, было то, как она бежала со своими спутниками от демонов и злых духов, а Чжан Му прикрывал их отход, а затем... Она потеряла сознание.

Место, где она находилась сейчас, не было странным, оно не было похоже на Желтые Источники. Похоже, она оказалась где-то в мире людей. Небеса помиловали ее, и она вновь смогла почувствовать свежий воздух этого мира.

— Даою, могу я узнать ваше имя и где мы находимся?

Под светом звезд она присмотрелась к собеседнику, и тот показался ей странно знакомым.

— Меня зовут Чанмин, — медленно произнес тот, как будто очень давно не разговаривал. — Я сам не знаю.

Знакомый голос и манера речи сразу же пробудили воспоминания Хэ Сиюнь.

— Так ты тот самый немой? — случайно произнесла она это прозвище. А оказалось, что немого зовут Чанмин.

По словам Чанмина, эти злые духи — одновременно и конец, и начало. Если бы злые духи поглотили их, их останки бы развеялись, а души так и остались скитаться в Желтых Источниках. Таков конец ждал их, но они были спасены. Злые духи были сожжены дотла. Вместе с бушующим пламенем они смогли прорваться через границу Желтых Источников, что помогло им выжить.

Девять смертей и все еще живы [12]. Они смогли воспользоваться этой возможностью.

[12] Девять смертей и все еще жив (九死一生 Jiǔsǐyīshēng) — идиома; спастись бегством.

Хэ Сиюнь и Чанмин смогли спастись и оказались на краю пустыни в мире смертных. Что же касается остальных, возможно, они успели воспользоваться шансом сбежать и оказались заброшены в абсолютно разные точки мира. А может, они упустили момент, когда барьер был опущен, и так и остались в том бесплодном мире ждать следующей возможности.

Хэ Сиюнь была ошеломлена услышанным:

— Получается, что феникс нас спас...

Чанмин достал обугленную черную деревяшку, в которой уже сложно было узнать ее первоначальную форму.

— Даою, ты действительно владеешь искусством одушевления предметов? — удивилась Хэ Сиюнь.

Чанмин ничего не сказал и небрежно отбросил в сторону обгоревшую деревянную фигурку феникса. Только после этого Хэ Сиюнь собралась с мыслями и присмотрелась к нему повнимательнее.

Тот переоделся в простые одежды, завязав волосы на затылке в свободный пучок. Он уже успел умыться и теперь выглядел неплохо, его внешность была удивительно изящной и элегантной, только морщинки между бровями были глубокими, как будто прежние дела обременяли его сердце. На душе Хэ Сиюнь тоже потяжелело.

Но взгляд его был совершенно другим. Он был таким глубоким и чистым, открытым и светлым, что, казалось, мог вместить в себя весь мир.

Хэ Сиюнь не могла удержаться от еще одного взгляда на него.

— Имя даосюна [13] Чанмина как «Всегда добивайся справедливости»? [14]

[13] Даосюн (道兄 Dào xiōng) — старший брат-даос.

[14] Всегда добивайся справедливости (常怀光明 Cháng huái guāngmíng). Первый и последний иероглифы в паре произносятся, как «Чанмин»

— Чанмин, как в «Долгие ночи под великолепной луной». [15]

— Если в долгой ночи нет ни звезд, ни луны, то откуда взяться яркому сиянию? [16]

— Это сияние[17] всегда в наших сердцах.

[15] Долгие ночи под великолепной луной (长夜辉明 Chángyè huī míng). Тут также первый и последний иероглифы вместе читаются, как «Чанмин». Фраза также может переводиться буквально «яркое сияние в долгой ночи».

[16] и [17] Яркое сияние (长明 Cháng míng) — непосредственно, значение имени самого Чанмина. Чанмин и Хэ Сиюнь здесь меряются своими литературными познаниями. Также Хэ Сиюнь таким образом пытается узнать, откуда взялся Чанмин.

Каков вопрос, таков ответ — краткий, но содержательный.

Хэ Сиюнь сначала показалось, что она что-то поняла, но затем это ощущение постепенно пропало, и она не могла больше уловить мысль. Чанмин же наоборот постепенно восстановил свою способность говорить и начал задавать вопросы.

Хэ Сиюнь осознала, что собеседник очень долгое время пробыл в Желтых Источниках, что уже потерялся в череде изменений мира смертных. Она вспомнила, что ранее она вышвырнула Чанмина ради спасения собственной жизни, и ей стало неловко.

— Мне жаль, что мы тогда были... — Различные оправдания и причины приходили ей на ум, но она не могла их вымолвить, отчего ее щеки горели в смятении.

Справившись с этими мучительными мыслями, она встала и трижды поклонилась ему.

— Даою дважды спас мне жизнь, но мне стыдно, что я отплатила добро злом!

Чанмин бросил на нее короткий взгляд и задал не относящийся к делу вопрос:

— Сейчас по-прежнему правит династия Хун?

— Хун?

Хэ Сиюнь на мгновение замерла.

— Даою имеет в виду династию Синьхун? Мир давно уже разделен на три части: государство Ю, государство Ло и династию Чжаоюэ, каждая из которых имеет свою собственную территорию и уравновешивает друг друга. В последние десятилетия демоны разбушевались, и на земле стало неспокойно, поэтому мир и сердца людей сейчас в смятении.

Чан Мин слегка нахмурился:

— Что насчет основных орденов бессмертных?

— В мире много больших и малых орденов. Такие, как Небесный Дворец Шэньсяо и Бессмертный орден Ваньцзянь, существуют уже сотни лет. Даою наверняка слышал о них, просто у некоторых недавно сменились владельцы, — ответила Хэ Сиюнь.

Чанмин утвердительно хмыкнул.

— Так же есть кланы, что образовались недавно. Например, остров Пэнлай, орден Люи, школа Цинъюнь и клан Цзяньсюэ, которые также могут считаться могущественными, — продолжила Хэ Сиюнь. — Особенно клан Цзяньсюэ, глава которого вспыльчив и убивает всех, кто попался под горячую руку. Но его способности настолько велики, что никто не может ему возразить.

Чанмин склонил голову, и на его лице было заметно недоумение.

— Много ли появилось новых мастеров?

Хэ Сиюнь на мгновение задумалась и ответила:

— За эти пару десятилетий их стало действительно много. Например, глава клана Цзянсюэ — Чжоу Кэйи, бессмертный мастер Буку из школы Цинъюнь, И Ечжоу с острова Пэнлай, Цзюнь Цзилань с Двадцати четырех Горных Склонов и владыка Девяти слоев Бездны Юнь Вэйсы. Все они — знаменитые мастера. Даою Чанмин, что с тобой?

— Те люди, о которых ты говоришь...

Похоже, что некоторые из перечисленных людей оказались его учениками. Его непокорными учениками, что восстали против него.