My promise...

Они сбежали в заброшенную оранжерею на окраине парка. Там давно не было цветов, только битые стекла и разросшийся плющ, который скрывал их от всего мира.

​Джейк дрожащими руками достал из рюкзака влажные салфетки. Его самого трясло  то ли от адреналина после драки, то ли от страха за Хисына.

​— Сядь,  скомандовал Джейк, подталкивая его к старому деревянному ящику.

​Хисын послушно сел. Его взгляд всё еще был немного мутным. Джейк начал осторожно стирать кровь с его лица, стараясь не давить на разбитый висок.

​— Зачем ты полез? тихо спросил Хисын. — Ты же знаешь, я не люблю, когда ты дерешься.

— А я не люблю, когда они говорят про нас гадости!  огрызнулся Джейк, но тут же смягчился. — Прости. Просто... я испугался. Ты так упал, будто... будто умер на секунду.

​Хисын перехватил его руку. Пальцы Джейка были в ссадинах и пахли железом.

— Я не умру, глупый. Не от такого слабого удара.

​Джейк шмыгнул носом и прижался своим лбом к плечу Хисына.

— Обещай.— Обещаю.

​Хисын закрыл глаза. Голова всё еще гудела, и в глубине этого гула он чувствовал странную, чужую пульсацию, которая не имела отношения к драке. Но он только крепче обнял Джейка, вдыхая запах его пота и пыли.

​В этот момент за старыми стеклами оранжереи кто-то прошел мимо и громко крикнул "Эй, вы там, выходите, мы знаем, что вы там прячетесь, придурки!".​Джейк замер, вжавшись в Хисына.

— Не дыши,  прошептал Хисын ему на ухо. — Пусть думают, что здесь никого нет.

​Они сидели в полной темноте, затаив дыхание, пока шаги не стихли.                                    .......Прошел год, но ничего не наладилось. В 14 лет их мир стал еще теснее. Осуждение в школе превратилось в глухую стену, а головные боли Хисына  в его постоянную тень.

​Хисын сидел в библиотеке, уткнувшись в учебник физики. Строчки плыли, превращаясь в черных извивающихся червей. Он зажмурился до боли, сжимая ладонями виски.

​— Хён, ты уже полчаса на одной странице, Джейк присел рядом, заглядывая ему в лицо.— Опять?​— Просто не выспался,  соврал Хисын, не открывая глаз. Его голос звучал хрипло.

​Джейк не поверил. Он видел, как за последние месяцы Хисын похудел, как под глазами залегли несмываемые тени. Джейк осторожно положил ладонь на затылок Хисына, перебирая темные пряди.

— У тебя кожа горит. Может, пойдем к медсестре?​— Нет!  Хисын слишком резко отдернул голову, и от этого движения его едва не стошнило. — Не надо врачей. Само пройдет.​​Той же ночью они сбежали из дома через окно, как делали десятки раз, чтобы просто посидеть на их месте  на крыше гаражей. Но на этот раз Хисын не смог забраться сам. Его правая нога на мгновение просто отключилась, он оступился и чуть не рухнул вниз.​Джейк едва успел подхватить его за пояс.

— Хисын! Что с тобой?!​Хисын стоял, тяжело дыша, и смотрел на свою руку. Пальцы мелко дрожали, и он никак не мог сжать их в кулак.

— Нога затекла,  прошептал он, хотя сам до смерти испугался этого внезапного онемения.

​— Ты врешь мне,  в голосе Джейка задрожали слезы.— Ты постоянно врешь. С того дня в оранжерее ты сам не свой.

​Хисын притянул его к себе, обнимая так крепко, словно пытался спрятаться в самом Джейке.

— Прости. Просто... я боюсь, что если я пойду в больницу, они найдут что-то, что заберет меня у тебя. А я не хочу уходить.​Джейк уткнулся носом в его шею.

— Никто тебя не заберет. Я не отдам.

​Они сидели на холодном бетоне под огромной луной. Хисын смотрел на звезды и впервые подумал, что они выглядят не как огни, а как дыры в черном саване. Где-то там, внутри его головы, маленькая опухоль продолжала расти, по капле забирая его будущее, а он только крепче сжимал в руках свою единственную любовь, надеясь, что этого хватит, чтобы выжить.