Глава 10

Весенние каникулы пролетели как один миг.

Снег растаял. Почки на деревьях набухли. Солнце светило ярче, и даже серое небо над городом стало выше.

Тайлер и Мэдисон провели эти дни вместе. Гуляли по парку, смотрели фильмы, сидели в зале. Много молчали. Много разговаривали. Иногда — просто держались за руки.

— Ты готова к финалу? — спросил Тайлер за неделю до отбора.

— Боюсь.

— Чего?

— Упасть.

— Ты не падаешь. Ты летаешь.

— А если я упаду перед всеми? Судьями, зрителями, мамой...

— Тогда я подниму тебя.

— А если я сломаю ногу?

— Починю.

— А если я заплачу?

— Я вытру слёзы.

Она посмотрела на него.

— Ты всегда знаешь, что сказать?

— Нет. Но ради тебя — учусь.

Она поцеловала его.

Солнце светило. Было тепло.

---

Зал «Вертикаль» был полон до отказа.

Зрители заполнили все скамейки. Судьи сидели за отдельным столом. Тренеры перешёптывались. Кто-то снимал на телефон.

Мэдисон стояла за кулисами и сжимала руки.

— Ты как? — спросила Рина, стоящая рядом.

— Руки трясутся.

— Это адреналин. Используй его.

— А если я упаду?

— Упадёшь — встанешь. Ты Мэдисон.

Делия подошла, поправила ей пучок:

— Ты готова. Мы готовы. Всё будет хорошо.

Молли подняла блокнот. На нём был рисунок — Мэдисон на пилоне, летящая вверх.

— Это тебе. На удачу.

Мэдисон улыбнулась.

— Спасибо.

— Не за что.

Объявили по микрофону:

— Следующий номер — Мэдисон Миллер.

Она выдохнула. Выход на сцену.

Свет. Музыка. Пилон.

Она взлетела.

Тело само крутилось, замирало, тянулось вверх. Каждое движение было отточено. Каждый мускул работал. Она не думала о судьях. Не думала о баллах. Она думала о нём.

Тайлер сидел в первом ряду. Рядом — Логан с круглыми глазами. Доминик, Кристиан, Паркер. Рина, Делия, Молли. Лорен с Эбби. Мама.

Она летала.

Музыка стихла. Она замерла в финальной позе — на пилоне, вверх ногами, одна рука в сторону, вторая — вверх.

Тишина.

Потом — взрыв аплодисментов.

Судьи перешёптывались. Главный судья поднял табличку: «9.9».

— Первое место, — сказал он. — Поздравляю.

Мэдисон не поверила.

— Первое? — переспросила она.

— Ты чемпионка, девочка.

Она закрыла лицо руками.

Рина выбежала на сцену:

— Ты сделала это!

Они обнялись. Делия подбежала следом. Молли — третьей.

Лорен стояла в зале и улыбалась. Эбби кричала: «Мэдисон! Мэдисон!» Мама плакала. Тихо. Счастливо.

Тайлер подошёл к сцене. Мэдисон спрыгнула к нему.

— Ты видел?

— Видел.

— Я не упала.

— Ты летала. Я же говорил.

Он поцеловал её. При всех.

Логан захлопал в ладоши.

— Целуются!

— Заткнись, — сказал Тайлер, но улыбался.

---

Экзамены приближались.

Мэдисон сидела в библиотеке с учебником по биологии. Рядом — Рина с конспектами. Делия с кипой бумаг.

— Я ничего не помню, — сказала Мэдисон.

— Помнишь, — сказала Делия. — Ты просто паникуешь.

— А если я завалю?

— Не завалишь. Ты чемпионка.

— Это другое.

— Это то же самое. Ты умеешь побеждать.

Мэдисон вздохнула.

Паркер принёс кофе. Молли — печенье.

— Мы все сдадим, — сказал Паркер. — Или не сдадим. Но вместе.

— Оптимист, — усмехнулась Рина.

— Реалист.

— Пессимист сказал бы, что мы провалимся.

— А оптимист — что мы сдадим. Я — реалист. Я говорю: мы сделаем всё, что можем. А остальное — как будет.

Молли посмотрела на него.

— Это умно, — сказала она.

— Ты удивлена?

— Да.

Он улыбнулся.

Она не отвернулась.

Тайлер сидел над математикой. Рядом — Кристиан.

— Я не понимаю, — сказал Тайлер.

— Понимаешь. Ты просто устал.

— Я всегда устал.

— Тогда отдохни.

— Не могу. Экзамены.

— Экзамены не конец мира.

— Для меня — конец. Если я не сдам, отец...

— Отец тебя любит. Он не выгонит тебя.

— Откуда ты знаешь?

— Потому что он приходил на твои бои. Смотрел. Переживал.

Тайлер замолчал.

— Ты прав, — сказал он.

— Я всегда прав.

— Скромно.

— Я учусь у тебя.

Они засмеялись.

---

Это случилось вечером после учёбы.

Делия сидела на скамейке в парке, смотрела на закат. Рядом — пустая скамейка. И Кристиан.

— Ты одна? — спросил он.

— Жду, когда уйдёшь.

— Я не уйду.

— Наглый.

— Честный.

Она усмехнулась.

— Садись.

Он сел.

Они молчали. Смотрели на небо.

— Кристиан?

— М?

— Почему ты не говоришь о своих чувствах?

— Боюсь.

— Чего?

— Что меня не поймут. Или осудят. Или уйдут.

— Я не уйду.

— Откуда знаешь?

— Потому что я здесь. Сижу рядом. Слушаю.

Он посмотрел на неё.

— Ты красивая, — сказал он.

— Я знаю.

— И скромная.

— Это другое.

Она улыбнулась.

— Делия?

— М?

— Ты мне нравишься. Давно. Я просто не знал, как сказать.

— Сказал.

— Сказал.

— И что теперь?

— Не знаю. Что ты хочешь?

— Чтобы ты не уходила

— Не уйду.

Она положила голову ему на плечо.

— Тогда молчи. Просто будь рядом.

Он кивнул.

Они сидели так до темноты.

— Делия?

— М?

— Я хочу тебе кое-что обещать.

— Что?

— Я не буду торопить тебя. Не буду давить. Не буду просить того, к чему ты не готова.

— А что ты будешь делать?

— Ждать.

— Долго?

— Сколько понадобится.

Она повернулась к нему.

— Ты странный, — сказала она.

— Это плохо?

— Это хорошо.

Она поцеловала его в щёку. Легко. Невесомо.

Он не двинулся. Не схватил. Не сжал.

Просто улыбнулся.

— Спасибо, — сказал он.

— За что?

— За то, что не боишься.

— Я боюсь. Но с тобой — меньше.

Он взял её за руку.

— Пойдём, — сказал он. — Провожу тебя домой.

— А потом ты — меня?

— Вечность.

Она улыбнулась.

Они пошли по залитой закатом улице. Молча. Но не холодно.

---

Это случилось через неделю после финала отбора.

Они сидели на кровати в комнате Тайлера. Логан спал. Отец был на работе.

— Мэдисон, — сказал Тайлер. — Я хочу тебя спросить кое о чём.

— О чём?

Он помолчал.

— Ты готова?

Она поняла.

— К чему?

— К нам. Дальше.

Она посмотрела на него.

— Ты боишься?

— Да.

— Чего?

— Сделать тебе больно. Не так. Слишком рано.

— А что ты хочешь?

— Тебя. Всю. Не только сейчас. Всегда.

Она взяла его за руку.

— Тайлер, я люблю тебя. Я доверяю тебе. Я не боюсь.

— А если я сделаю что-то не так?

— Ты не сделаешь. Потому что ты — это ты.

— Мэдисон...

— Я хочу этого. С тобой. Только с тобой.

Он выдохнул.

— Ты уверена?

— Да. А ты?

— Я никогда не был так уверен.

Она улыбнулась.

— Тогда не бойся.

Было тихо.

Свет от уличного фонаря падал на пол. За окном шумел ветер. Где-то вдалеке лаяла собака.

Он целовал её медленно.

Она гладила его по спине. Шептала:

— Всё хорошо. Я здесь. Я с тобой.

Он сжимал её руки. Боялся сделать больно.

— Ты уверена? — спросил он в последний раз.

— Да, — ответила она.

И он поверил.

Было неловко. Было больно. Но было правильно.

Потому что он не торопился. Потому что она не плакала. Потому что после — они лежали обнявшись и молчали.

Не нужно было слов.

— Ты как? — спросил он.

— Хорошо, — ответила она.

— Не больно?

— Немного. Но это пройдёт.

— Прости.

— Не извиняйся. Я хотела этого.

— Я люблю тебя, — сказал он.

— Я тебя тоже, — ответила она.

Она положила голову ему на грудь. Он обнял её.

— Спи, — сказал он.

— А ты?

— Я посмотрю на тебя.

Она улыбнулась.

Уснула.

Он смотрел на неё долго. Считал ресницы. Слушал дыхание.

Потом написал в телефон, в заметки: «Сегодня. С ней. Никогда не забуду».

И уснул рядом.

Она проснулась от того, что он гладил её по волосам.

— Доброе утро, — сказал он.

— Доброе.

— Ты спала?

— Да. А ты?

— Нет. Смотрел на тебя.

— Ты говорил, что не будешь.

— Я соврал.

Она улыбнулась.

— Тайлер?

— М?

— Вчера... это было правильно?

— Да.

— Ты не жалеешь?

— Нет. А ты?

— Нет.

Он поцеловал её в лоб.

— Я люблю тебя, Мэдисон.

— Я люблю тебя, Тайлер.

Они лежали обнявшись. За окном вставало солнце.

Никто не знал. Но им не нужно было, чтобы кто-то знал.

Им было достаточно друг друга.

---

Она ушла, когда Логан проснулся.

— Ты уже уходишь? — спросил он.

— Да, — сказала она. — У меня тренировка.

— А когда придёшь снова?

— Скоро.

— Приходи. Мы будем смотреть мультики.

— Договорились.

Она поцеловала его в макушку.

Тайлер стоял в дверях. Смотрел на неё.

— Провожу? — спросил он.

— Нет. Иди спать.

— Не хочу.

— Тогда иди завтракать.

— Не хочу есть.

— Тогда иди ко мне.

Он подошёл. Обнял.

— Спасибо, — сказал он.

— За что?

— За вчера. За сегодня. За то, что ты есть.

— Не за что. Я люблю тебя.

— Я тебя тоже.

Она ушла.

Он стоял на пороге, смотрел ей вслед.

Солнце светило.

Весна наступила.

---

Конец десятой главы

---