Последний день в лагере

Дурашка❣: Привет, Химеко... 

Дурашка❣: Знаю, произошло много чего, много случилось между нами... 

Дурашка❣: Понимаю, что сейчас ты, скорее всего, не очень хочешь меня видеть, слышать и общаться со мной, но я хотел бы с тобой встретиться обговорить всё, что между нами случилось, чтобы наконец всё разрешить. 

Дурашка❣: Надеюсь, ты ответишь... 

Дурашка❣: Мы можем договориться о встрече?

Сказать честно — девушка была в шоке. В таком шоке, что её рот поцеловался бы с полом, будь он огромен. Шокирована на столько, что даже самая глупая мысль не посетила её в этот момент. Тряхнув головой, она всё же привела своё мышление в норму.

«Неужели он решил мне написать? И... такое?» — первое, что промелькнуло в её голове.

И правда. Неужели Ойкава Тоору, тот самый, который был больше всего обижен на неё, который был больше всех зол на неё, решил вдруг написать, так ещё и для того, чтобы назначить встречу? Чтобы обговорить и разрешить? Вот так дела! Чего-чего, а такого она от него точно не ожидала. Нет, девушка сама хотела с ним поговорит и всё рассудить, объяснить и выслушать объяснения. Хотела. И собиралась ему после лагеря написать и сама назначить встречу, так как была уверена в том, что этот «Дурашка❣», как значилось в её записной книжке, ни за что сам ей не напишет, так как был в этом слаб и просто напросто боялся. Но, видимо, мальчик вырос и смог найти силы написать ей, хоть и глупое, но всё же сообщение.

Невольно она улыбнулась, думая, что он растёт не только в сфере волейбола, но и в жизни тоже. Растёт и набирается сил не только для того, чтобы подавать и отдавать пасы., но и для таких вот мелочей, как написать сообщение своей бывшей, чтобы поговорить. Я сказал мелочи, но такие, как раз-таки, мелочи и решают многие проблемы в жизни людей. И сейчас она тоже приняла свою немалую роль во своей этой ситуации.

Но что же ответить? Идей совсем нет... Мысли совсем запутаны. Не понятно, чего хочет девушка — ответить или проигнорировать до завтра, показав тем самым, что она не убивается по их расставанию и совсем не скучает по нему самому? Второе будет не в её стиле — уж слишком по-бабски. Тем более, по-бабски в этому случае — это когда девушка самовлюблённая истеричка, которая крутит парнем направо и налево. А Химе не такая. Нет. Она, может, и высокого о себе мнения, но чтобы использовать людей — стыд и срам!

Вы: Я сейчас в летнем тренировочном лагере, в Токио, поэтому не могу с тобой встретиться. 

Вы: Разве Хаджиме тебе не сказал? 

Вы: Приеду только послезавтра с утра или где-то в обед. Можем в этот или на следующий день. Как тебе удобно.

Она немного повела глазами по второму сообщению парня, нахмурилась, о чём-то яро подумала, затем перевернулась на спину и начала писать.

Вы: И да, ты прав, тебя я видеть не хочу. Сейчас так — точно. 

 Но, не успев нажать на бумажный самолётик, чтобы отправить сообщение, она его быстренько стёрла и закатила глаза, сильно их зажмурив. Вместо этого девушка написала вот что: 

 Вы: Напиши время и место, я приду.

...а после поставила телефон на зарядку, вновь улеглась на свой футон, укрылась одеялом и перед тем, как начать засыпать, она услышала вибрацию телефона, но вставать уже не решалась, поэтому просто закрыла глаза и уснула. Точнее, заснула она не быстро. Совсем не быстро. Её взгляд был прикован к потолку ещё тогда, когда все жители этой комнаты пришли спать. Юу удивился тому, что его сестра до сих пор не спит, а лежит и рассматривает потолок, не обращая ни на кого внимание; но придираться к этому парень не стал, лишь лёг рядом и подался чарам Морфея. Позже уснула и сама Химеко.

Утром её разбудил, как и каждый день, Кейшин. Только на этот раз парень решил обойтись без водки и огурчиков, а, войдя в положение сестры, которое он сам и создал, Укай разбудил её так, как обычно её будят — погладил по голове, сладко произнося её имя.

Девушка лениво разлепила глаза и удивилась тому, как и кто её будит, но особо на это не обратила внимание. Она присела на футоне и огляделась — никого уже, кроме неё, не был. В комнате была только она и её старший двоюродный брат.

— Где все? — сонно спросила Нишиноя, зевая.

— На завтраке, — спокойно ответил мужчина. — Я тут подумал...

— Что? — девушка заправила постель и начала переодеваться в тренировочную форму: шорты, майка, высокие носки и кроссовки, а так же прихватила с собой бинты.

— Да нет, ничего... — неуверенно произнёс Укай. — Я потом скажу, — я после вышел из комнаты.

Химе пожала плечами, завязала слабоватый хвост и вышла вслед за братом, направляясь в столовую. Там все с огромным аппетитом поедали свои завтраки — какая-то каша, что-то сладкое и чай с кофе. Подойдя к столу раздачи, она взяла себе небольшую порцию каши и кофе, сладкого ей не хотелось.

Позавтракав в компании своей команды, слушая, как в очередной раз первогодки спорят и ругаются меж собой, правда, в шутку, она невольно улыбнулась, делая первый глоток своего слегка остывшего кофе. Это заметил Король и пристально на неё уставился. Девушка ответила ему таким же взглядом, но говорить ничего не стала, лишь встала из-за стола, взяла кружку с кофе с собой и направилась в сторону площадок, где проходили тренировочные матчи, предварительно захватив бинты, которые она взяла с собой на всякий случай.

Этот «всякий случай» и правда настал. То, что хотел сказать Кейшин с утра, когда разбудил сестру, было новостью, которая содержала себе то, что девушка будет играть сегодня последнюю игру против «Фукуродани». Услышав это, настроение её немного приподнялось, но такого энтузиазма, который присутствовал с ней все эти дни, не было. Он не появился и тогда, когда перед самой игрой команда узнала о том, что тренера готовят барбекю для команд. Она не удивилась тому, что парни стали странно танцевать, громко произнося «Мяско, мяско, мяско! Мяско — это бог!», девушку не зацепило то, что мяско, тем более приготовленное на барбекю, она обожает, а не просто любит. У неё просто нет настроения.

— Всё хорошо, Химеко? — задал вопрос её брат-близнец, усаживаясь рядом на скамью; его взгляд прикован к её левой руке, которая плавно и профессионально перебинтовывает правую руку, закрывая её бинтов от середины пальцев до середины плеча.

— А почему должно быть всё плохо? — вопросом на вопрос ответила она, начав перебинтовывать правую ногу в области стопы и икры.

— У тебя нет настроения, ты никого и ничего не замечаешь, ты даже мясу не обрадовалась! — парень и правда сильно волновался за сестру — это слышно по его тону. — И эти бинты...

— Просто потянула, — резко ответила она, хотя в душе прекрасно понимала, что брат поймёт её враньё.

— Почему ты не хочешь обратиться к врачу? — задал он вопрос в лоб.

— Ты сам прекрасно знаешь ответ, — девушка тяжело выдохнула, закончив перебинтовываться. — А по поводу настроения... кхм... — она обдумала, говорить ему или нет, и всё же решилась; как никак, а он её любимый брат. — Вчера вечером мне написал Тоору. Он хочет встретиться и поговорить.

— И что ты ответила?! — тут же задал вопрос Юу, подскочив со скамьи.

— Я ответила да, — Химе встала и вышла на поле, чтобы размять свои косточки.

Начался матч. Первыми подают «Фукуродани». Их мяч принял Азумане. Шарообразный предмет летит прямо в руки связующему. Он глазами пробегает по своим союзникам и ловит один тёмно-карий взгляд, в котором нет ничего, даже желания бить. Вроде бы, надо отдать пас асу, либо бритоголовому, если судить по настрою девушки, но... он отдаёт пас именно ей. И в этот миг в её глазах что-то сверкнула. Она, как сапсана, самая быстрая из птиц, пролетает к сетке, прыгает так высоко, как не прыгала за эти дни никогда, делает взмах своим крылом и ударяет по мячу с такой силой, что он, отскочив от паркета, полетел высоко вверх, чем и завладел внимание не только играющих на этой площадке остальных. Этот удар пятого номера заставил прийти многих из «Некомы» наблюдать за игрой.

— Химе...? — связующий обеспокоенно смотрел на свою напарницу, которая странно разглядывала правую ладонь. — Всё...

— Ещё! — воодушевлённо произнесла девушка, поворачиваясь к нему.

Яростный взгляд вороны, наполненный стремлением и диким желанием, вонзился в сердце Кагеямы. Что это было за чувство — не понятно. Страх? Радость за неё? Не понятно... Но он не стал зацикливать на этом своё внимание. И, когда его рот раскрылся, чтобы что-то сказать, его схватили за ворот футболки. Это была девушка. Она приблизила своё лицо так, что между их носами были какие-то жалкие миллиметры.

— Ещё... — просила она его. — Пасуй мне ещё! Я забью все, слышишь? Главное — пасуй!

Но тут она отпустила его, потупила взгляд вниз и издала кроткое «Прости...», вернулась на свою позицию и приготовилась играть дальше.

Парень лишь усмехнулся и бросил взгляд на каждого, стоящего на поле с его стороны. Все остальные кивнули, понимая, что девушку нужно разыграть. А разыграть её можно одним способом — давать бить, бить и ещё раз бить. А что самое главное — надо вывести её на подачу. Именно там она испытает все возможные ощущения, именно там она выложит всю силу, которую имеют.

Так они и поступили. Как только они овладевали мячом, то сразу отдавали его связующему, а тот, являясь создателем этой идеи, отправлял мяч туда, куда следовало, а девушка, в свою очередь, молниеносно оказывалась с той стороны, куда летел мяч, взлетала так, словно вместо рук у неё были крылья, и била с такой силой, что каждый из играющих, каждый из смотрящих из раза в раз удивлялись всё больше и больше.

— Я ведь тебе говорил, Кейшин, — подойдя к тренеру «Карасуно», сказал Некомата. — Нельзя ей не давать играть, иначе она превращается в монстра не только в игре, но и в жизни. Поэтому...

— Поэтому-то я и не давал ей играть все эти дни, — усмехнулся Укай. — Именно поэтому, что она становится в игре монстром, я и не давал ей играть. Я хотел, чтобы она почувствовала, что она — наша главная козырная карта, и что несмотря ни на что её будут выпускать на поле, даже если я запретил. Сейчас она разыграется, а дальше будет играть с ещё более сильным энтузиазмом, у неё будет желание побеждать и «убивать» своих противников ещё больше, чем было, а самое главное... теперь-то она точно ни за что не остановится!

Тренер кошачьей команды улыбнулся и присел рядом, наблюдая за игрой; его же команда присела на пол между скамьями тренеров и так же внимательно блюдили за каждым движением игроков.

Напряжение между командами растёт. Они идут ноздря в ноздрю. Счёт 18:18. Кто победит? Сказать сложно. Мяч редко падает на пол. «Карасуно» уже исчерпали часть своих новых приёмов, которыми можно было бы удивить: Азумане выполнил подачу в прыжке, Нишиноя старший провёл пас, как связующий, в прыжке. Надежда лишь на блок и на атаки пятого и девятого.

И вот... четвёртый, ас «Фукуродани», проводит свою сильную атаку, но её вновь блокирует. Или же...

— Он попал по сетке, — неожиданно выпалила Нишиноя младшая. — Сейчас начнётся...

Она прекрасно знала о режиме нытика у этого юноши. И когда он включался... да, играть против них становилось легче, но это на время, ведь ей прекрасно известен тот факт, что в самый последний момент, когда решается их судьба в игре, Акааши отдаст пас асу, который так желает ударить. И он ударит. И забьёт. А его энтузиазм и вся бодрость вернётся на свои места.

Девушка попросила тайм-аут.

— Что случилось? — как-то довольно спросил тренер.

— Не лыбься здесь только из-за того, что смог меня обхитрить — я тебе потом ещё припомню это! — огрызнулась она, хмуря брови. — Сейчас надо внимательно следить за Акааши и Бокуто.

— Но почему? — спросил Цукишима. — Их ас сдулся, и...

— Этого они и хотят! — грозно погрозив пальцем, сказала девушка. — Да, поначалу Акааши будет раздавать пасы всем, кроме аса. Но когда настанет решающий момент — он отдаст пас Коте. Почему? Потому что Котаро — столб «Фукуродани», который держит плиту с остальными игроками. Поэтому внимательно следите за пасами и, чуть что... — она замолчала, обдумывая. —

— Химе? — до её плеча дотронулся Юу.

— Всё нормально, — она коварно улыбнулась, как улыбается всегда, когда жаждет победы. — Атаку Коты я возьму на себя.

На этом и решили.

Игра продолжилась. Команды вновь шли ноздря в ноздрю, только счёт был уже 23:23. Сначала академия вырвалась вперёд, но девушка смогла нагнать счёт своими адскими подачами, и лишь на двадцать четвёртом очке она попала в аут, причём далековато за линию аута, из-за чего счёт стал 24:23 в пользу академии.

— Воронёнок, будь осторожен, — крикнул ей капитан «Некомы» в знак поддержки. — Заклюй сов до смерти и победи!

Она усмехнулась ему и встала на поле. Подачу противников «Карасуно» приняла легко. Им бы провести свою сильную атаку, или же «Секрет чёрного крыла», но, увы, связующий решил иначе и отдал пас асу, атаку которого легко приняли. Мяч полетел в руки Акааши.

Вот он. Этот момент. Момент, когда мяч полетит к их капитану.

Трое блокирующих спереди, а именно Кагеяма, Азумане и Цукишима, вспомнили наставления Принцессы и подбежали к той стороне, где стоял ас «Фукуродани». На это движение Акааши лишь усмехнулся, со спокойной душой отдавая пас своему асу. Бокуто прыгает у сетки и со всей силы бьёт, пробивая блок. И вот он, конец для «Карасуно», ведь сантиметры — и мяч соприкоснётся с полом.

— Это не конец! — проорала во всю глотку девушка, падая вниз.

Сама не понимая как, она сделала кувырок в сторону, как делает её брат, называя это «Раскатами грома», приняла мяч, но не смогла остановиться, поэтому перевернулась ещё раз и врезалась прямо в скамью. Только удар в спину её не остановил. Ей взгляд устремился на мяч в воздухе, который вот-вот попадёт в руки Кагеяме.

— Пасуй мне! — так же громко крикнула она.

И вот она та самая атака, которой её научил капитан «Фукуродани». Диагональная. Да, Бокуто совершил ошибку, научив её этому. Но то, что произошло, уже не вернуть обратно.

Она прыгает у сетки, заводит правильно руку и бьёт; мяч пролетает с невероятно быстрой скоростью и силой прямо перед носом Котары.

«Карасуно» забивают. Счёт вновь сравнялся — 24:24.

— Тц! — громко и эмоционально цыкнул тот, кто научил её этому. — Ты...

— Со мной опасно иметь дело, — усмехнулась девушка, смотря прямо в золотые глаза. — Но ты не переживай, совушка, — она мило улыбнулась, — выключи свой режим нытика, мне он не нравится.

И что-то ёкнуло в сердце парня. Он слегка покраснел, потом нахмурился и широко улыбнулся. Режим нытика выключился. Бокуто вернулся в норму.

«Только она может его вывести из этого режим одними лишь словами... — подумал про себя связующий этого самого «нытика». — Удивительный ты человек, Химеко...» — и он слабо улыбнулся, а девушка это заметила и ответила ему очаровательной улыбкой и таким же пристальным взглядом.

Игра закончилась победой «Карасуно», что удивило всех, абсолютно всех. Никто не мог понять, как это «Карасуно» обыграло сильнейшую команду летнего лагеря. Хотя ответ был прямо перед глазами, шок всё равно присутствовал у всех. Даже у самих Карасуновцев.

Ну, а после этой игры, как и обещалось, тренера устроили им хороший такой перекус — барбекю!

Девушка, уже повеселевшая и вернувшаяся в свою колею, с удовольствием поедала жаренное мясо и разговаривала со связующими «Некомы» и «Фукуродани» о прошедшей недели и о том, как было бы хорошо поскорее вновь встретиться. Капитаны этих команд пытались ухаживать за девушкой, но она отказывалась от всего, что они предлагали, а по итогу и вообще стала игнорировать, так как они мешали беседе.

Все провели время хорошо. Даже замечательно. Но вот настал момент, когда «Карасуно» надо уезжать. Поэтому сейчас Химеко сидела в комнате, уже одна, так как все остальные сожители ушли на улицу, и спокойно одевалась. Одеться она решила в белую короткую толстовку с чёрными крыльями на спине, оголяющий её плоский животик; чёрная юбка полу-солнце открывала вид на стройные и слегка накаченные ноги; высокие белые носочки, не натянутые до конца, и высокие чёрные кроссовки дополняли образ. Волосы она решила оставить распущенными. И вот, забросив рюкзак на спину, девушка вышла на улицу и подошла к автобусу, где её ожидала вся команда.

— Почему ты оделась именно так? — спросил Кейшин, глядя на неё.

— У меня встреча по прибытию из Токио, — ответила она, улыбаясь.

— С кем же?

— Тебя это не касается, — пропела девушка, смотря на то, как у капитанов её близких команд начинают течь слёзки, а их связующие вновь тяжело вздыхают.

Она и не заметила как по её правой щеке скатилась одинокая солёная слеза. Нишиноя тоже не хотела с ними прощаться. Ой как не хотела. Но должна была.

Девушка всех крепко обняла, потом все крепко обняли её. Команды попрощались, и автобус тронулся в путь.

— Он назначил встречу завтра утром? А то, что тебе надо отдохнуть после поездки — нет? — спросил её старший брат, укладывая свою голову ей на плечо.

— Чем быстрее поговорим, тем лучше, поверь, — она погладила его по волосам. — Я поговорю с ним и сразу приеду домой отдыхать, хорошо? А послезавтра тогда пойдём на тренировку, — тут, неожиданно для себя, она зевнула. — И будем готовиться к отборочным к Весеннему, — девушка прильнула к брату и погрузилась в сон.

Хорошо ли пройдёт разговор между Принцессой и Императором? Как он начнётся и чем закончится? Всё завтра, всё завтра. А сейчас — спать...