9. Близость

Вырывающееся за пределы разнообразие чувств, обжигающих ласк и поцелуев, закончилось, словно перегорев, за один презрительный взгляд. За одну проклятую фразу. Она не давала спать по ночам, преследовала и душила.

Изуми омерзительный.

Женатая пара, совершенно незнающая друг друга. Полнейшие антагонисты, что разочаровываются и тонут в непонятном для самих себя дерьме, состоящем из личных страхов, принципов и ран, наставленных с взаимной злобой.

Изуми мучался и задыхался совсем не от физической боли, а от умершей надежды на счастливый брак после открытого унижения. Он думал, что Тай-Лунг возьмёт его, как последнюю шлюху или накинется, наровясь убить. Ничего подобного. Мальчишку мгновенно оставили, будто бы он смертельно болен, и малейшее прикосновение обязательно передаст заразу. Изуми хотелось взвыть от собственного безнадёжного состояния. Тай-Лунг в свою очередь ушёл в полное игнорирование, будто юнца не существовало. За всю неделю они не перекинулись и словом.

Порой юноша был рад своему одиночеству, ведь давящая опасность отступила на некоторое время. Между тем, его самобичевание усиливалось с каждым днём, Изуми чувствовал себя брошенным и никому не нужным. Тем более под прессом страха, практически разрушающего изнутри, омега допускал возможность своих ошибок.

Разве такого исхода он хотел? Напротив, Тай-Лунгу хотелось угодить, чтобы он не переставал ворковать и дарить ласку. Не причинял боль, не злился. Мальчишка понимал, что становится заложником его состояния, раболепно обязанного делать все, чтобы этот хороший Тай-Лунг задержался с ним подольше.

Впрочем, Изуми видел, как позорно проигрывает своей обиде на мужчину, пытаясь кидать мелкие взгляды с гнетущим непониманием происходящего. Ибо терпеть игнорирование в такой степени он не представлял возможным.

От течки, что ожидалась с дикой тревогой, Изуми спас болезненно накопившийся стресс. Если сначала он лишь тешил себя грёзами, ибо без них не выносил правды о своём замужестве, то теперь перед парнем стоял вопрос о выживании в гнетущей брачной среде. Минуты одиночества тянулись бесконечно долго, заставив принимать решения, обдумывать свою жизнь как нечто должное.

Либо Изуми повзрослеет, переступая через страх, найдёт лазейки для комфортного существования с Тай-Лунгом, либо продолжит себя жалеть, пребывая в привычной роли мальчика для битья. Это действительно изнуряет, разрушая зону комфорта.

Тай-Лунг будет распят, будет умирать но – останется таким же хладнокровным. Так было всегда, потому что его травмированная личность меркла, доходя до края сочувственной стороны, которую он так старался не погубить. Альфа не желал, чтобы Изуми был его спасательным кругом или даже игрушкой для отмщения. Такую пустоту в его душе уже ничем не заполнишь.

Тай-Лунг не знал на кого злился больше, на себя или на юнца. Из-за чего решил взять паузу, всё осмыслить. Игнор становился лучшим решением.

Иначе, видит Бог, он бы нехотя навредил Изуми.

Тай-Лунг наблюдал за ним, выжидал реакции, хоть чего-нибудь. Малец, который первые дни после случившегося только и делал, что дулся да сидел в спальне, уже постоянно маячил перед глазами. Альфа не надеялся услышать хоть слово от омеги и был искренне удивлён поступку мальчишки.

— Выпьешь со мной? – Изуми, не особо любивший алкоголь, сейчас стоял перед мужчиной, держа под руку вино. И как только такое взбрело в голову мелкому негоднику?

Тай-Лунг свёл брови. Вечер, вино, соблазнительный Изуми, больше напоминающий куртизанку в тонком, коротком халате. Малыш решил прикончить его?

— Наливай. – прекрасно, Тай-Лунг с удовольствием поиграет в его игру.

Изуми вернулся в зал с двумя бокалами, он тысячу раз прокрутил задуманное в голове. Тем не менее волнение нарастало до того, что руки тряслись и потели, наливая тёмно-красную жидкость. Страшно играть того, кем не являешься, а проституткой юнец точно не был.

В принципе, Изуми нечего стыдиться, альфа его муж, а в войне все методы хороши.

Парень аккуратно сел на диван рядом с Тай-Лунгом, стараясь держаться на расстоянии вытянутой руки. При этом, робея, он поджал к себе одну ногу ещё больше оголяя бедро. Мужчина не оставил данный жест без внимания, одаривая голодным взглядом. Какая прелесть. Слишком сладко, настолько, что начинает выворачивать от приторного вранья. Не верил, Тай-Лунг вообще ему не верил. Довольно сильно раздражает, мальчишка не учится на своих ошибках. Чего он добивается? Неужели мелкая дрянь решила проверить его нервы на прочность. Так хочется кинуться в гнилую пропасть, через которую Тай-Лунг прокладывал путь, лишь бы всё окончательно не разрушить в их и без того хрупком браке?

Что ж, не всемирная трагедия.

Если не придавать этому большого значения, секс - тоже неплохо. Тай-Лунг хотел Изуми. Назвал его омерзительным, да, но всё же хотел. Это неправильно. И что? В их браке неправильно многое, если не всё. Да и сам малец не настолько тупой и наивный, чтобы не понимать очевидных вещей. Тай-Лунг физически абсолютно здоровый мужчина, естественно, с появлением Изуми регулярная половая жизнь прекратилась, а это конкретно жгло нервы. Нельзя сказать, что альфа не думал об альтернативе своему строптивому муженьку, вокруг крутились сотни омег желающих хотя бы постоять рядом с Тай-Лунгом. Прежние любовники до сих пор тешили себя надеждами, время от времени названивая и плача о том, как им плохо без его члена, специально забывая при этом упомянуть про деньги, ушедшие вместе с мужчиной.

— Я..знаешь..после того...

— Конкретнее, малыш.

— Я понял, что мы не знаем друг друга.. – в его глазах неясная решимость, будто бы что-то задумал

Смешок.

— Серьёзно? Не перестаёшь удивлять. – мужчина закинул ногу на ногу и развернулся к нему в пол оборота.

— Иногда ты мне совсем непонятен, но раз уж мы женаты.. Можешь рассказать о себе? О своей жизни до меня? – Осторожно спросил юнец, и с лица альфы сошел интерес.

— Очаровательно. Но мне нечего рассказать. Всё как у большинства, серо и скучно. – Тай-Лунг что, на допросе? А этот миленький халатик – жалкая обманка?

Слитый вопрос сделал Изуми ещё более жалким. Нет. Ему нельзя отступать.

— Тогда...Я задам три вопроса, а ты..

— А я три действия, согласен малыш? – для Тай-Лунга, интересна будет только подобная игра.

Мальчишка другого и не ожидал, альфа не упустит лишней возможности подёргать его за слабые места.

— Да.

— И на член сядешь, если скажу? – томная усмешка.

Изуми тяжело кивнул. Терять уже нечего. Информация это ключ ко всему, а если он спасует, то проиграет, придя к очередному провалу. Малец знал, что Тай-Лунг всё анализирует, он действительно страшный противник.

Ставки высоки, и Изуми готов за это платить.

— Отвечай только правду. Кто начнёт?

— Вперёд, малыш. – что бы то ни было, Тай-Лунг не даст знать юнцу больше дозволенного. Пусть развлечётся, если надеется выиграть.

— Почему твоя детская фотография оборвана? – он скривился, вино оказалось слишком уж кислым.

Тай-Лунг слегка задумался.

Ах. Ну конечно, Изу шарился в спальне, рассматривая старые фотографии. Надо было давно избавиться от бесполезного дерьма.

— Отец вырезал, не хотел видеть мужа, даже на фотографиях. Как бы сказать, человек, который меня родил, был непутёвым. – безразлично ответил альфа.

Что это значит? У Тай-Лунга были плохие отношения со вторым родителем?Юнец сделал несколько больших глотков, сдерживаясь, чтобы не вывернуть кислый алкоголь обратно. Он остерегался задавать следующий вопрос, мало ли что ударит в голову альфе?Ещё глоток, и он ощутил, как тепло начало расходится по телу.

— Будем по очереди ходить, так интереснее. – перебил его мысли мужчина.

— Ладно. – его лицо заалело, парень понимал, что начинает немного тормозить из-за алкоголя.

— Снимай халат, малыш.

— Что? – Изуми застыл, не в силах осознать приказ.

— Хочешь играть? Тогда снимай халат. – темно-голубые радужки опасно заблестели, потянув за собой интерес.

Омега немного пошатнулся, привстав с дивана. Не время отчаиваться, это пустяки. Тай-Лунг тоже имеет слабые стороны, тем более он пьёт больше алкоголя, и ему скоро явно развяжет язык. А юлить малец сможет в любом случае, главное немного потерпеть, дожидаясь подходящего момента.

Альфа оскалился от удовольствия, когда перед его взором оказалась прямая, хрупкая спина с проступающими сквозь нежную, атласную кожу позвонками. Ну разве не эротично?Красивые спины встречаются довольно редко. Гораздо реже, чем красивые лица. Ещё со спины Изуми напоминал высокую девушку, очень нежный.

Юнец осторожно скинул халат, и, вернувшись на диван, прижал к себе ноги. На нём оставалось только бельё.

Как жаль.

— Что на той флешке? – прошептал малец, момент истины.

Запретная тема, мальчик боялся реакции Тай-Лунга. Однако, всё по правилам, условий насчёт тем не было. Без сомнения, на нём потом отыграются, но главное дойти до истины. Тайное должно стать явным. Малец поджал губы ожидая ответа.— Помни, отвечай только правду.

Почти смешно. Что стоит Тай-Лунгу напиздеть?

Конечно, альфа черств, жесток и частенько самое трудное для него вспоминать прошлое. Но сейчас, когда Изу так старается, врать полностью было бы совсем не по-мужски.

— Человек, которого я когда-то любил.

Изуми слегка приоткрыл рот, вот оно что. Он всмотрелся в чужие глаза, будто бы ища подвох в их мрачной глубине, но мужчина не спешил переводить свои слова в шутку.Твою мать. Парень хотел бы обдумать полученную информацию, но для осмысления и построения хоть каких-то теорий понадобилось бы минут пять тишины. Вот только Тай-Лунг не давал ему и пары минут.

— Поцелуй меня, – мужчина зарылся пальцами в черные пряди юноши. — только нормально, малыш, а не как парализованный инвалид. Не сделаешь нормально, заставлю повторить.

Изуми стыдливо опустил глаза. Откуда ему знать как правильно целоваться? Его никто не учил. И задание явно с подвохом, вот же, продуманный гад.

Малец неловко приблизился, положив одну руку на спину дивана, а второй цепляясь за плечо альфы. Кровь шумела в дикой пульсации, глаза жутко слезились, вместе с тем лицо обдавало горячим дыханием Тай-Лунга.

Изуми прикрыл глаза, попытавшись успокоиться.

Именно так на него действует алкоголь?

Тай-Лунг уже заскучал смотря на юнца перед собой, могло показаться, что тот сдерживает рвотные позывы. Даже этого не может? Надоело. Мужчина вцепился в чужой затылок и, насильно приблизив, смял губы жадным поцелуем. Руки его обвились вокруг Изуми уверенно и крепко. Тай-Лунг захватил своими губами его верхнюю губу и несколько раз слегка прикусил её зубами, целуя. В глазах у юнца потемнело, голова закружилась, он сжался в объятиях, а затем, как змея, скользнул между руками, но мужчина уже оторвался от него.

— Ты! Так не честно! Сам нарушил своё задание! – возмущённо пискнул Изуми.

Тай-Лунг глухо рассмеялся. Однако, спорить не стал, терпение подвело, вот он и осёк мальчишку.

Омега нервно отдышался, попытался отодвинуться, но рука альфы всё ещё оставалась на его затылке.

— Если на флешке твой бывший, зачем её прятать? – Изу нахмурился.

Тай-Лунг сильнее сжал затылок, словно получая удовольствие от терпящего боль мальца. Какой упёртый. Мужчина поменял руку, и свободной взял бутылку с оставшимся вином.

Сделал легкий вдох, затем осушил содержимое.

Зачем? А тебя это ебать не должно. Лучше подумай, как будешь отрабатывать вопрос, малыш.

Он ухмыльнулся своим мыслям, но всё же ответил прошептав:

— Чтобы скрыть.. содержание.. двух убийств...

Что?

Мальчишка замер, побледнев на два тона. Что несёт этот ненормальный? Убийства?Сердце бешено заколотилось. Нет, его просто пугают. Осознание услышанного казалось куда аморальнее, чем восприятие самой информации. Извращённо уродливое осмысление металось в голове, лучше бы он не лез в это. Лучше бы дальше жил в неведении.

— Но зачем тебе это?! Что произошло?! – глаза юнца округлились от собственной догадки. — Ты...ты..уб...

— Спокойно. – какие мы мнительные. Тай-Лунг ещё раз убедился в том, что держать мальца за затылок было правильным решением, когда тот начал дёргаться и вырываться, словно и его убьют.

— Ответь! Отпусти! Отвечай сейчас же! – почти заскулил, хватаясь за чужое запястье. — Ты врёшь! Зачем ты это хранишь?!

Видимо Изуми нравилось подбешивать мужчину. По-другому объяснить эти вопли нельзя. Ей богу, либо Тай-Лунг настолько повредил его психику, либо его стрессоустойчивость осталась далеко в пределах детского сада. Пора бы уже усвоить границы своего поведения. Не беда. Даже если юнец и забыл об этом, Тай-Лунг с радостью вправит мозг в нужное русло.

— Твои вопросы закончились. – альфа хотел было что-то добавить, но мальчишка с силой вырвал бутылку из расслабленной руки.

— Почему ты не можешь ответить? Тебе так сложно оправдаться? Просто скажи мне, что никого не убивал, умоляю. Пожалуйста.. – Изуми хотел услышать любую версию кроме той, что была у него в голове. Пусть даст хоть какое-то объяснение, тогда малец закроет глаза и поверит.

— Вопрос закрыт. – оправдаться? Зачем, а главное перед кем? Мужчине это не нужно, тем более свои условия он выполнил. — Опусти бутылку, пока я тебе шею не свернул.

Этого юнец и боялся. Остаться застрявшим между правдой и ложью. Нет, не может быть всё настолько плохо. Тай-Лунг ведь не столь ужасен, чтобы убивать возлюбленного? Чёрт. Даже мозг Изуми, всеми силами пытавшийся оправдать мужчину, кипел и взрывался, указывая на очевидные факты. Альфа хранит запись убийства со своим бывшим партнером, прячет её много лет и не оправдывается! Это просто безумие!

Мандраж усиливался, видя перед собой потенциального убийцу. Изуми не хотел закончить так же, как предыдущая пассия мужчины.

— Отвали! – прокричал малец и, крепко зажмурившись, замахнулся.

— Идиот блять! Я сказал успокойся! – для Тай-Лунга скорость чужого движения казалась настолько медленной, что будь стеклянное донышко возле его лица, он бы всё-равно увернулся. Вырвав бутылку, мужчина без сомнения откинул её прочь.

Изуми пришел в себя только, когда услышал треск стекла от его бывшего орудия.

Печально.

&