Вихрь секретов

Я засмеялась. Громко, заливисто. Это заставило герцога метнуться ко мне, зажимая рот ладонью, чтобы заглушить звук.

— Тише! Никто не должен услышать, что ты здесь, — прошипел, а затем многозначительно добавил, — особенно, с учетом планов Йорана на тебя. Дану устранить было легко, но...

Я вырвалась из его хватки.

— Так ты знаешь? — прошипела в тон. — Это он послал тебя, чтобы втереться ко мне в доверие, рассказывая сказки про Первых? Так вот знай, принц...

— Герцог.

— Плевать! Знай, что я не верю ни единому твоему слову. Ты, приемыш фейри, что ты можешь знать о Первых и волках? Неужто королева фей приняла бы тебя, если бы ты и правда...

Я запнулась, неверяще уставившись на него.

— Сколько тебе лет? — выпалила.

Эрик, казалось, немного смутился.

— Сто двадцать, — вздохнул и отвел взгляд, словно знал, что новый шквал негодования обрушится на него.

— Сто двадцать?! — я снова не сдержала хохота, окидывая его с ног до головы. — Ты в курсе, что волки столько не живут? Лжец.

Эрик опять вздохнул, проходя вглубь комнаты и устало падая в одно из мягких кресел у камина.

— Садись, — он жестом указал на второе. Посмотрев в окно на начавшее светлеть небо, нахмурился. — У нас совсем мало времени, а я должен рассказать тебе слишком многое.

Понимая, что выбора все равно нет, я повиновалась.

Герцог помолчал немного, словно собираясь с мыслями, а затем начал рассказ.

— Мне было двадцать, когда начался Раздор. Первые... — он замялся, будто подбирая слова. — Первые не такие, как другие волки. Наша сила дарует нам более долгую жизнь, хотя, конечно, ты права: не настолько долгую. Тем, что я прожил больше века, я обязан королеве фейри. Она подобрала меня во время последней битвы, сделав своим наследником.

Он взглянул на меня, ожидая реакции, но, очутившись в кресле, я поняла, что слишком устала, и молча слушала.

— Ты когда-нибудь слышала о последней битве Великого Раздора? Не той, что была в Прилесье, а после, на тропах Ледяного Пика.

Я покачала головой, сощурившись.

— Разве ты еще не понял, что волки Лунного леса слишком мало знают о своей истории?

Он разочарованно потер переносицу.

— Мне очень жаль. Я никогда не думал, что все настолько...

— Плохо? — подсказала я ехидно. — Скажи-ка мне, о великий Первый, отчего же ты не явился в лагерь и не заявил свои права на лидерство? Ты не можешь не знать, как Воины истребляют нас. Как каждую неделю мы хороним членов стаи. Ах, да, — яд лился с моих уст, и я не могла его остановить, — ты же живешь в их дворце, носишь дорогие костюмы, флиртуешь со служанками и спокойно спишь по ночам, пока твой народ умирает.

Несмотря на усталость, я чувствовала, как ярость дает мне энергию. Кем меня считает этот герцог? Неужели он думает, что я поверю ему? Пусть даже я сама на минуту задумалась о его происхождении и глазах, все это было слишком подозрительным. В первую же ночь в плену я встречаю наследника великих волков, который рассказывает, что я особенная. А если учесть желание принца Воинов жениться на мне, то выходила история, достойная романов, которые я воровала и прятала от Магни под матрасом.

У Эрика было такое лицо, словно я его ударила.

— Послушай... — Казалось, он пытается подобрать слова. Голос его сочился горечью. — Я понимаю, что у тебя есть все основания не доверять мне. Но как ты объяснишь это? — он указал на свои глаза.

Я небрежно дернула плечом.

— Если жители этого дворца обладают магией, способной запереть меня в человеческом теле, то почему не могут поменять твои глаза?

Он задумался.

— Справедливо, — кивнул головой, вставая с места. — То есть даже если я обернусь, ты не поверишь и этому?

Я покачала головой:

— Нет. Но я могла бы убедиться, что ты не лжешь, по запаху.

Эрик сжал губы. Моя просьба была на грани интимной, но только так я могла убедиться, что он действительно волк.

— Невозможно.

— Почему? — моя бровь победно взметнулась вверх.

— Потому что не только ты можешь это сделать, а я еще не закончил свои дела в этом дворце. — Он немного помолчал, добавив: — Как и ты.

— Но мы здесь одни, — я развела руками. — Кто может обладать столь сильным чутьем, чтобы обнаружить тебя, стоя в лучшем случае за дверью?

Эрик скрипнул зубами. Сквозь этот звук я едва расслышала имя. Йоран.

— Ты хочешь сказать, что принц имеет настолько сильный дар? — мои глаза округлились.

Эрик выразительно посмотрел на мое человеческое тело, изогнув бровь.

— Разве то, что посреди ночи ты говоришь со мной вместо того, чтобы выть на луну, не является достаточным доказательством?

— Я не вою на луну, — буркнула, как девчонка.

Эрик хмыкнул.

— Зря. Это очень помогает снять стресс.

Я пропустила шутку мимо ушей. С каждой минутой мне все больше хотелось вцепиться в глотку герцога и вытрясти у него правду.

— Ты сказал, у нас мало времени, — резко бросила. — Рассказывай. И можешь начать с того, зачем вдруг фейри, которая предала нас, помогла истребить твой род, тебя усыновлять.

Я испытующе глядела на него. С недоверием. Ожидая, что поймаю на крючок, и его ложь рассыплется, как пепел от прогоревших дров.

Лицо Эрика стало мрачнее тучи. Я попала в точку!

— Предала? — Эрик горько усмехнулся. — Возможно, тогда с нашей стороны все выглядело так. Сейчас я знаю гораздо больше и могу уверить тебя, что большинство фейри встали бы на нашу сторону, если бы не... — Он резко замолчал, запуская руку в волосы и словно раздумывая, как много может мне рассказать. И, видимо, решил, что для этой тайны время не пришло. — Впрочем, не важно. Важно то, что моя мать, их королева, теперь на нашей стороне.

Я пожала плечами.

— Откуда мне знать, что ты не лжешь и в этом? Или вместе с долгой жизнью мать-фейри даровала тебе свою неспособность ко лжи? — усмешка невольно коснулась моих губ. Возможно, я была жесткой с герцогом; возможно, он правда был последним Первым, а значит я грубила величайшему из живущих волков, но... Я не могла никому доверять в этом дворце.

Эрик опустил лицо на ладони и вздохнул, бормоча:

— Я, наследник Первых и фейри, вынужден возиться с девчонкой-параноиком, чудесно, — и добавил громче и жестче. И при этом почти отчаянно. — Мы теряем время. Встань.

Я и не подумала повиноваться.

— Герд, — в голосе Эрика послышался рык, и я резко подняла голову, встречаясь с его взглядом. Золото в его глазах засияло ярче, отражая светлеющее небо за окном. Прошло мгновение, и радужка его глаза стала похожей на светлячка. Золото будто растекалось, заполняя собой его взгляд, а затем... — Встань, — повторил повелительно, и его голос почти перешел в рычание. — Я приказываю тебе.

Что?!

Я не успела произнести вопрос вслух, ошеломленная: мои ноги, будто заколдованные, своевольно подняли меня вверх; тело налилось тяжестью и все, что я могла сейчас, — смотреть в глаза герцога фейри, не в силах отвести от них взгляда.

Едва я выпрямилась, Эрик сделал шаг вперед, беря меня за руку и резко притягивая к себе, так, что я почти стукнулась носом о его шею. Мои руки инстинктивно попытались его оттолкнуть, но герцог держал мертвой хваткой. Смущенная и разозленная тем, что так близко нахожусь к его телу, чувствуя каждый мускул, крепкие руки на спине и шее, я прорычала:

— Что это значит?!

— Чувствуй, — приказал он.

— Что?!

— Чувствуй! — снова тот же тон и полурык.

И тут я поняла. Он дает почувствовать мне свой запах!

Я нагнулась ближе к его шее, втягивая ноздрями воздух, изо всех сил стараясь уловить, чем пахнет наследник фейри и великих Первых. Однако, как и прежде, не учуяла ничего. Едва я победно собралась сообщить ему об этом, как легкие нотки донеслись до моего носа.

Эрик пах... Ветром. Морозными елями в снегу и чистой горной рекой.

Свободой.

Он словно был свободой во плоти, которая обрела аромат. И к этому запаху примешивались легкие нотки запаха шерсти.

— Ты волк, — выдохнула, шокированная.

Он оттолкнул меня. Не слишком грубо, но достаточно для того, чтобы я споткнулась о кресло, в которое снова упала.

— Если ты вдруг пропустила, именно это я пытаюсь сказать тебе уже полчаса.

Повелительные нотки в его голосе сохранились, однако золото в глазах стало тускнеть, возвращая прежний взгляд.

— Ты волк, — все еще ошеломленная повторила. — Ты правда Первый?

Я уставилась на него. Он великий наследник. Он действительно Первый... Хотя, постойте.

— Допустим, ты волк, — я приходила в себя, стараясь привести в порядок и голос. — Но откуда мне знать, что ты не лжешь про то, что Первый? Золото в глазах можно подделать с помощью магии фейри, я уверена...

Эрик застонал, вновь хватаясь за голову.

— Ты невыносима! — он опустился перед моим креслом на корточки, смотря прямо в глаза. Золото в радужке его глаз опять заблестело. — Дай мне свою руку.

Я молча повиновалась. Его пальцы обвили мою ладонь, мягко рисуя на ней круги. Мне стало не по себе.

— Скажи мне, Герд, — королевский тон вернулся к Эрику, но на этот раз в нем была и мягкость, — много ли ты знаешь волков, кроме альфы, которым подчинялась бы так, как мне?

Я сглотнула. Я никогда никому не подчинялась в стае. Даже суровому и порой жестокому Магни, который стал мне отчимом. Даже с альфой у каждого из нас был выбор: как и Колль, мы могли противостоять вожаку, бросить вызов... До сегодняшнего дня я не подчинялась никому. Кроме принца и герцога. Но если голос принца обволакивал меня магией, погружая в состояние спокойствия и умиротворения, то... Я посмотрела на свою руку, которая сама потянулась к Эрику.

— Прикажи мне еще что-нибудь, — прошептала.

Герцог расхохотался, отпуская мою ладонь и бросая на меня удивленный, веселый взгляд.

— Тебе так нравится подчиняться? — проворковал, касаясь костяшками пальцев моей щеки, и я почувствовала, что краснею. И тут же вспомнила служанку принцессы, которая, казалось, без ума была влюблена в Эрика.

Я оттолкнула его руку и прошипела, пытаясь встать:

— Идиот.

Его глаза вспыхнули, но уже не золотом: искорки веселья блеснули в них. Он, ухмыляясь, смотрел, как я встаю на ноги и направляюсь к двери.

— Далеко собралась? Я тебя еще не отпускал.

Да он насмехался надо мной!

Я потянулась к дверной ручке, когда все тот же голос заставил меня остановиться.

— Сядь, Герд. У нас есть еще несколько минут, прежде чем Дана вернется. А мне по-прежнему нужно рассказать тебе многое.

Мысль об уходе испарилась из моей головы. Прежде чем поняла, что делаю, я развернулась и направилась к креслу.

— Пожалуй, на сегодня достаточно приказаний, — произнес Эрик, наблюдая, как я сажусь. Он снова был таким... человечным.

Так каков же на самом деле герцог?

***

Рассказ Эрика был больше похож на военный доклад: быстро, четко, без лирических описаний и лишних подробностей. С одной стороны, это бесило. С другой, если у нас и правда было всего несколько минут, то за это время я предпочла бы узнать максимум информации, пусть и изложенной сухо.

Итак, вдобавок к тому, что сижу перед перед последним выжившим Первым, которого спасли фейри и усыновила их королева, я узнала то, что шокировало больше всего: Первые никогда не уходили на Ледяной Пик. Вернее, так и не дошли до него. На горных тропах произошла последняя кровопролитная битва, в которой все они умерли. Все, кроме Эрика.

— Как ты выжил? — любопытство сорвалось с губ.

Эрик нахмурился, прерываясь на полуслове. Только что он рассказывал, как на тропе, которая рассекала ущелье, Воины и фейри, объединившись напали на волков. У Первых, даже с их даром, не было шансов выстоять против физической силы людей и их магии, объединенной с чарами фейри.

Герцог открыл было рот, чтобы продолжить или ответить на вопрос, но тут в дверь постучали и из-за нее донесся знакомый голос Даны. Эрик вздохнул, с мелькнувшей глазах ненавистью глядя на дверь.

— Иди, — приказал он, вставая. — И помни, что ты никому не должна рассказывать о нашем разговоре. Я найду тебя позже. Сам. И мы продолжим.

Возможно, он снова применил свой дар вожака, но я шустро подскочила с кресла, делая пару уверенных шагов к двери. И все же на половине пути остановилась.

— Обещай мне, — повернулась к Эрику.

Герцог пристально, с грустью смотрел мне вслед.

— Обещаю, — твердо кивнул, и я открыла дверь, уходя.

***

Несмотря на то, что мне все-таки выделили комнату, выспаться совсем не удалось. Казалось, что едва я закрыла глаза, в спальню бесцеремонно ворвался Йоран, стягивая с меня одеяло и сбрасывая его на пол.

— Поднимайся! — рявкнул. — Уже полдень.

— И? — я зло вперилась в него взглядом, лихорадочно соображая, чем прикрыть подобие сорочки, которое Дана выдала мне ночью. К двум тонким лямкам была пришита полупрозрачная ткань белого цвета, которая заканчивалась в районе середины бедер.

Я сжала руки на груди, надеясь спасти хоть какие-то остатки гордости, пока принц сканировал меня своими небесно-голубыми глазами. Они гораздо дольше, чем нужно, задержались на месте, в котором белый лоскут, который кто-то издевательски назвал сорочкой, заканчивался. Лазурь небес прорезала молния, и я вскочила с кровати, отходя от гостя подальше и безуспешно пытаясь спрятаться за кроватный столб, к которому была привязана темная плотная ткань балдахина. Если сегодня ночью я все еще буду жива и окажусь здесь снова, нужно будет ей воспользоваться.

— Поднялась, — процедила, передразнивая. — Что тебе нужно?

— А я смотрю, Эрик так и не смог научить тебя вежливости, — хмыкнул принц.

Ну, конечно, ему уже доложили. Я стиснула зубы. А быть может, это все-таки было их игрой? Развлечением двух принцев, нашедших себе новую игрушку? Проверка на то, поверит ли девица из леса в то, что легенды ее народа не легенды вовсе. Ухватится ли за надежду.

— Что тебе нужно? — повторила, игнорируя.

— Поскольку ты собираешься стать моей женой, — Воин обошел кровать, приближаясь ко мне и опять окидывая взглядом с головы до ног, — тебе предстоит научиться многим вещам. Сейчас мы отправимся на обед, а после Агнета заберет тебя на урок этикета и отведет к портнихе.

— Я не собираюсь стать твоей женой, — рыкнула. — Это зачем-то нужно тебе. Но зачем?

Я с надеждой смотрела на него, ожидая честного ответа. Наивно, конечно. Принц, Йоран, напомнила я себе, подошел еще ближе, зажимая между пальцами кудрявый непослушный локон, который упал с моей растрепанной головы. Он придирчиво оглядел его, покрутил, намотал на палец и резко отпустил.

— Я также скажу, чтобы Агнета отвела тебя к каламистру перед уроком. Ты не можешь в таком виде расхаживать по замку.

— К кому? — выпалила против воли. Мне было совершенно не интересно, к кому меня поведут, если это не палач. А может...

Йоран вдруг рассмеялся. Его смех звучал, как горный ручей. Неожиданно.

— Не бойся, жить будешь, — широко ухмыляясь. Откуда он знал, о чем я думаю? — У тебя есть десять минут на сборы. После я буду ждать тебя в своей обеденной зале.

«Своей обеденной зале», — едва не передразнила я, скривившись. Но в желудке предательски заурчало.

— Так я и думал, — ухмыльнулся Йоран и направился к двери.

Я не стала останавливать его. Стоять полуголой перед принцем было унизительно. А задать свои вопросы я смогу и на обеде.

По крайней мере я очень на это надеялась.

Спустя десять минут, упакованная служанками в узкое и неудобное платье блеклого кремового цвета, я оказалась в обеденной Йорана. Стоя у большого, с покрытыми позолотой резными ножками, стола, я подавляла дикое желание почесаться. Ткань платья, хоть и была необыкновенно мягкой, раздражала кожу, привыкшую к одежде свободного кроя или к ее полному отсутствию.

Живот в очередной раз издал непристойный звук, а я сглотнула слюну, подкатившую к горлу при виде разнообразных дворцовых яств: жареные перепела, большой фаршированный овощами кабан, пахнущий грибами суп, десерты... Все это не очень подходило для завтрака, но я готова была съесть и слона. Сколько я не ела? Больше суток!

От осознания, что никто за это время даже не позаботился меня накормить, в груди опять поднялась злость.

— Я могу присесть? — прошипела, прерывая затянувшееся занятие Йорана, который сидел во главе стола, изучая меня, будто букашку под лупой.

Должно быть, принц оказался доволен увиденным, потому что махнул рукой в сторону стула на противоположном конце, приглашая присоединиться к нему.

Как только я опустилась на сидение, тут же схватилась за лежащую у тарелки вилку и потянулась за едой, жадно запихивая ее в рот.

— Я думал, волки не умеют пользоваться приборами, — процедил презрительно принц, заставив меня обратить на него внимание.

— Мы волки, а не дикари, — хотела дерзко бросить в ответ, но из-за непережеванной пищи фраза получилась сдавленной.

— О, я вижу, — издевательски заблестели глаза принца.

Я с силой протолкнула кусок мяса в горло, отложила вилку и вцепилась в него глазами.

— Почему ты хочешь жениться на мне? Почему просто не убьешь?

Я не встану из-за этого стола, пока не услышу ответ.

Йоран взял со стола золотой кубок, невозмутимо поднес его к губам, медленно отпил, промокнул рот салфеткой и лишь затем, медленно и лениво, наклонился, упираясь локтями в столешницу и складывая руки в замок.

— Ты бы предпочла смерть возможности стать королевой?

От меня не укрылось, что он назвал высочайший титул, и я невольно задумалась, что случилось с королем Воинов.

— Да, — между тем без колебаний ответила.

Издевательство на лице принца сменилось удивлением, но оно быстро исчезло. Теперь Йоран смотрел на меня с нескрываемым любопытством.

— Почему?

— Потому что я лучше умру, чем выйду замуж за того, кто истребляет мой народ.

Ни один мускул на его маске царственного величия не дрогнул.

— Я бы сказал, что восхищен твоей смелостью, если бы она не граничила с глупостью. Я ведь могу и исполнить твое желание.

— Не можешь, — прищурилась. — Я зачем-то нужна тебе, и я это выясню.

Тень пробежала по лицу принца. Столь незаметная, что я засомневалась: не почудилось ли?

— А что, если я просто хочу мира между нашими народами? — он приподнял бровь, откидываясь на спинку стула. Но взгляда не отводил.

Я не сдержала смех.

— Ты можешь считать меня кем угодно, но не считай дурой, — выдала. — Мир не заключается еженощными убийствами. Скажи, — теперь уже я наклонилась, опираясь на стол, — где вчера ночью были твои Воины? В своих постелях или в Лунном лесу?

От мысли о стае, о том, что произошло там и происходило сейчас, о новых смертях, в сердце словно вонзились десятки ножей. Изгнали ли Гуду и Магни? Что стало с остальными Дозорными, которые ушли со мной той ночью? Что предпримет Колль, который не хотел больше прятаться и терять волков?

— В лесу, — бесцветно ответил принц, опуская руки на подлокотники стула. — Они убивали волков в лесу, — жестоко продолжил.

— Так отпусти меня к ним! — вскочила, стукнув ладонями по столешнице так, что приборы зазвенели.

— К Воинам? — забавляясь, переспросил, изображая из себя дурака.

— К моей стае! — я почти кричала. — Я должна быть с ними! А не изображать из себя твою игрушку. Ты даже сам не знаешь, зачем я нужна тебе!

Я затаила дыхание. Сработает ли моя уловка?

Не сработала, конечно. Принц лишь изображал из себя дурака.

С его губ сорвалось фырканье, похожее на смешок.

— Хорошая попытка, Герд, но то, зачем ты здесь, ты узнаешь только после свадьбы. — Он помедлил. — Возможно.

Я задохнулась от недоверия.

— Это же шутка, да? — треснувшим голосом. — Розыгрыш? Тебе стало слишком скучно в твоей прекрасной дворцовой жизни, и ты решил развеяться, прогуляться в лес на убийство, схватить волчицу, помучать ее, поразвлекаться. Я читала в книгах, когда-то давно люди любили цирк, где забавлялись с животными. Но я не цирковое животное, Йоран.

Следы насмешки, презрения и высокомерия пропали с красивого фасада, окружающего черную душу принца Воинов. Он наклонил голову так, как будто и правда слушал мою короткую пышущую злобой и отчаянием речь. Как будто она имела для него значение.

Я затаила дыхание.

— Пожалуйста, отпусти меня, — взмолилась, уцепившись за надежду, которая не была даже призрачной. — Пожалуйста.

Йоран молчал, сканируя меня глазами, я чувствовала, как его магия тянется ко мне нитями через стол, успокаивая.

— Присядь, — гипнотически произнес наконец. — Тебе нужно поесть.

Конечно, я повиновалась.

И дело было не только в магии. Поняв, что не смогу вызвать в принце жалость, я признала: единственным способом спасения был побег. А значит, я должна поесть и набраться сил.

— Агнета! — позвал принц, вставая из-за стола. В залу тут же вбежала полная седовласая женщина в строгом сером платье с высоким воротом, застегнутом на все пуговицы. Она присела в реверансе, произнеся четкое «Я слушаю, милорд». — Проследи, чтобы волчица, — я стиснула зубы на слове, брошенном, как оскорбление, — поела, а затем проводи ее по делам, которые мы обсудили.

Агнета кивнула, и коршуном нависла над столом, гипнотизируя вилку в моих руках так, как если бы могла заставить ее меня накормить. Йоран, между тем, не прощаясь вышел из залы. Я же, спешно закидывая в рот куски мяса, ощущала, как меня все больше закручивает вихрь дворцовых секретов.