Глава 26

   Варвара прилетела на вокзал. Иеру оставила возле леса, сама пересекла освещённую фонарями площадь, вошла в здание вокзала. Она не удержалась и задрала голову к сводчатому потолку. Замешана ли здесь магия, а если да, то чья? Велизары? Или быть может того самого чародея, что подарил бабушке горгулий?    Варвара прошла по мраморному полу вдоль касс. В одной из них стояла очередь из трёх человек и одного лилипута. Все с любопытством и страхом проводили девушку взглядом. Велизара сказала, что последняя касса и есть почтовое отделение Снежного. Варвара нашла нужное окно, сняла с плеч рюкзак, достала посылку и письмо. Она поздоровалась с женщиной в синей форме принимавшей письма и, передав ей посылку, поставила подпись в протянутом работницей почты бланке, изобразив большую «В».   Направляясь к выходу, Варвара подошла к «оживающей» стене. Она нашла все четыре жилых района, в которых уже успела побывать. Задерживая взгляд больше чем на секунду, стена «оживала», по дорогам районов проезжали машины, в окнах домов зажигался свет. Стоило Варваре прищуриться, как масштаб карты волшебного городка  увеличивался, и девушка различала фигуры людей или существ.   Если с потолком и оставались вопросы, и можно было предположить, что при его создании использовалась техника 3D рисунка, то «живые» стены точно не обошлись без магии.   Варвара вспомнила бабушкины слова о чародее из соседнего королевства. Сколько на этой планете таких королевств? И что это за королевство такое, где живут горгульи? Какие там ещё есть существа? Вампиры? Вурдалаки? Если так, то там вероятнее всего круглые сутки царит ночь. И название такому королевству подошло бы «Тёмное» или «Мрачное». Оттуда ли прибыл Горай? Что если все жители Мрачного королевства со смуглой кожей, чёрными волосами и голубыми глазами? Жаль, что парень родился уже здесь и не помнит своего королевства. А с чего, собственно говоря, она решила, что он его не помнит? Что мешает его матери навещать родину? Варвару вдруг заинтересовала тема соседних королевств. У Горайя спрашивать нет смысла, он вообще какой-то скрытный, хоть и изображает из себя рубаху-парня, открытую книгу. А вот у бабушки спросить стоит. За свою долгую жизнь она многое повидала, если все сто пятьдесят лет не просидела в доме.   Варвара дошла до изображённой на стене резиденции короля.    Белоснежные стены замка подсвечивались галогеновыми лампами, из-за чего дворец напоминал скульптуру изо льда. Фигуры топиарного сада благодаря скрытым гирляндам светились изнутри, создавая впечатление прятавшихся под листочками светлячков. Весь периметр дворца освещался фонарями с мягким жёлтым светом.   Варвара с замиранием сердца смотрела на фантастическую красоту. Вот бы пролететь над замком прямо сейчас. Увидеть его как говорится в «живую»! Но Варвара помнила рассказ бабушки о заключении с королём негласного договора и наставлении не приближаться к резиденции короля. Девушка не сводила глаз с четырехэтажного замка с пятью башнями. Но ведь она может прошмыгнуть мимо, как мышка. Вряд ли в темноте её кто-то заметит. Правила для того и нужны, чтобы их нарушать.   Варвара чуть было не отвела глаз, когда заметила какое-то движение у парадного входа во дворец. Девушка прищурилась, тем самым приблизив и увеличив картинку. У распахнутой двустворчатой двери стоял исхудавший мужчина с серыми всклоченными волосами. Даже на расстоянии Варвара заметила нездоровую бледность лица и тёмные круги, обрамляющие глаза незнакомца. Бирюзовая рубашка с закатанными рукавами и поднятым воротничком вылезла из брюк. Мужчина огляделся по сторонам и побежал к топиарному саду. Варвара следила за ним словно коршун за мышонком. Сердце девушки ускорило ритм. Артерии на шее пульсировали в такт шагам незнакомца.   Мужчина тем временем обогнул фигуру пегаса запряжённого в колесницу и спрятался за сидящим на пеньке орком. Упав на колени, он вцепился зубами в запястье левой руки. Варвара вздрогнула, но глаз не отвела. Она ожидала, что вот-вот брызнет горячий фонтан крови, однако запястье мужчины каким-то непонятным образом оставалось чистым, целым. С каким бы ожесточением сумасшедший не вгрызался в собственные руки, они оказывались невредимыми, будто были резиновыми протезами.   Истязающий себя мужчина оторвался от оголённых рук и, поняв безнадежность ситуации, вскинув голову, взвыл. Картинка не передавала звук, но Варвара слышала пронзительный полный страха и безысходности вопль. Он звучал в голове девушки, готовый в любой момент разорвать барабанные перепонки.   «Хватит! Тише, прошу!», — мысленно взмолилась Варвара. Она прищуром глаз приблизилась к мужчине так, что лицо бедняги находилось в нескольких сантиметрах от её лица.   Мужчина умолк. Огромные светло-карие глаза уставились на Варвару. Не менее напуганная она открыла от удивления рот, «он её видит! И он её слышал». Но как такое возможно? Они находятся в разных концах города. Их разделяет как минимум одна стена, на которую смотрит Варвара.   «Вар-ва-ра», — одними губами произнёс мужчина.   Девушка отпрянула от стены. Теперь она видела лишь маленькое изображение замка. Оглядевшись по сторонам, поймав на себе вопросительные взгляды редких посетителей, Варвара, срываясь на бег, направилась к выходу.    Выскочив на улицу она, пошла к продовольственному ларьку, где с помощью карты Велизары купила бутылку воды. Дрожащими руками она с третьего раза открыла крышку и присосалась к горлышку. Сердце заходилось в груди, тело бил озноб, а она продолжала убеждать себя, что увиденное — игра воображения, не более.   Немного успокоившись, Варвара убрала бутылку в рюкзак, вернулась к киоску и купила два шоколадных батончика. Она знала, кто её мог утешить и успокоить. Ей необходимы его крепкие объятия.   Она пересекла площадь и влезла на Иеру, которая всё это время ждала хозяйку, так и не сдвинувшись с места. Они поднялись в воздух, и Варвара велела Иере лететь к реке. Она не знала точного местонахождения Снежного медведя, но надеялась, что узнает его по валунам и пологому берегу усыпанному галькой.   Пролетая над рекой Варвара, изучала берега. Блестящая поверхность отражала серебряный свет убывающей луны и искорки звезд, пронзающие плотную синеву неба. Ночная прогулка на пегасе успокаивала, но не могла прогнать образ измученного худого мужчины. Варвара догадалась, кого ей довелось увидеть. Это был принц, которого любила мама и которого постигла страшная участь родового проклятия ведьм.    Варвара не осознавая, блуждая в мыслях, крепче уцепилась за гриву пегаса. Она не могла прогнать образ молодого мужчины с диким рвением вгрызающегося в собственные запястья. Пытался ли он покончить с собой? Или его одолели галлюцинации? Может ему виделось как черви или что-то подобное ползает под его кожей, вот он и силился себя освободить? Что бы это ни было, зрелище неприятное, даже страшное. Ужасно осознавать, что нечто подобное произошло по вине твоей матери. Ещё страшнее знать, что уже по твоей вине на другой планете так же мучается один молодой мужчина.   Варвара узнала берег, но ей этого и не требовалось. На берегу у самой реки сидел Горай. Подогнув колени, он брал камни с берега, кидал в воду. Рядом с ним сидел голубой медведь занятый облизыванием обёртки от шоколадного батончика. Неподалёку прогуливался Арес, тычась мордой в редкие пучки травы.    Варвара хотела побыть одна. В объятиях Малыша. Разговоры с Горайем не входили в планы. Она прильнула к шее Иеры, желая приказать пегасу лететь домой, но Горай, заметил упавшую на него крылатую тень, задрал голову, обнаружив присутствие девушки. Варваре ничего не оставалось, как спуститься на берег.   Она предупредила Иеру держаться от медведя подальше, и когда Варвара спешилась, а радостный Малыш бросился на неё, стиснув в объятиях, Иера поспешила к Аресу.   Когда Малыш немного поутих и рухнул на попу, усадив возле себя Варвару, ходивший возле медведя Горай, чьё напряжённое лицо выдавало смятение, устроился рядом.   — Не ожидал тебя здесь увидеть, — сказал он.   — Я была на вокзале. Отвозила письмо отцу, — прильнув к мохнатой груди медведя, сказала Варвара.   — Значит, ты останешься у нас? — глядя на профиль девушки, спросил Горай. Она выглядела напуганной, расстроенной. Или ему показалось?   — Да.   — И как надолго?   — Пока на неделю или две, — ответила Варвара. Перед глазами всплыло искажённое ужасом лицо принца. В мгновение оно расплылось и превратилось в лицо Артёма. Варвара закрыла глаза, прижалась к медведю, утопая лицом в шерсти.   Сомнения Горайя рассеялись, девушка не просто напугана, её что-то мучает, тревожит. Как бы ему хотелось утешить её. Оказаться на месте Малыша. Пусть бы она льнула к нему, а он бы обнял её, закрыл от всех проблем терзающих изнутри, от всего мира. Близость с ведьмой чревата последствиями. Кому как не Грайю это знать. По дворцу бегает живой пример подобной любви. Плевать! Горай готов рискнуть, пусть в будущем и составит брату компанию.   — Ты не знаешь, кто строил здание вокзала? — Варвара оторвала голову от груди медведя, выпрямилась. Малыш обхватил девушку за талию, опасаясь, что та решила покинуть его.   — Точно не знаю, но, наверное, как и все здания: орки возводили стены, а эльфы и лилипуты занимались внутренним убранством, — ответил Горай, завидуя медведю, который запустил нос в волосы Варвары.   — А рисунки на стенах? — Варвара впервые с момента прибытия на берег посмотрела Горайю в глаза. Лунный свет купался в них словно в двух озёрах.   — Наверное, эльфы. Лилипутам бы не хватило терпения.   — Но как они сделали их «живыми»? — недоумевала Варвара.   — Что значит «живыми»? — не понял Горай.   — Ну, когда на каком-либо объекте задерживаешь взгляд больше чем на секунду, видишь передвижение людей и существ. А если прищуришься, картинка увеличивается в размерах и тогда можно во всех подробностях рассмотреть фонари, деревья, существ.   Горай округлил глаза, уставился на Варвару, будто пытался разобрать, в каком месте нужно посмеяться и воскликнуть «Крутая шутка!».   — Только не говори, что ты ни разу не присматривался к тем стенам, — Варвара облокотилась на обнимающую её медвежью лапу, подалась вперёд.   — Почему не рассматривал. Рассматривал. Картинка завораживает, только она не оживает, — в голосе Горайя слышалась тревога.   «Он считает, что я спятила», — подумала Варвара. Взволнованный взгляд Горайя вызвал беспокойство.   — Когда я впервые оказалась у стен, я видела, как к зданию вокзала приехала красная машина и из неё вышла дама в чёрном платье. Я видела это на стене, — убеждала Горайя, а за одно и себя Варвара. — Эта дама прошла в двери. А когда я оторвала взгляд от стены, я увидела эту даму идущую прямо к кассе.   Речь Варвары была осознанной, серьёзной. Она не пыталась разыграть Горайя. И если бы его волосы не были заплетены в тугие косички, они все до единого волоска встали бы дыбом.   — Я могу тебя заверить, что никто никогда не вглядывался в стены здания вокзала с намереньем оживить их, — сказал Горай. — Иначе волшебные стены собирали бы у себя сотни зевак, а заядлые сплетники вообще бы переехали туда жить. Как удобно глядя на стены видеть и знать, что творится с любым из жителей. Я правильно тебя понял? Ты можешь увидеть любого жителя Снежного?   — Вроде бы да, — одними губами прошептала Варвара. Неужели она может оживлять стены, а точнее картинку, что изображена на них? Если это так, то ответ она получит только от Велизары.   — Круто, — отозвался Горай. Он нащупал возле себя камень и запустил его в воду.   — Урроу,— прокомментировал Малыш действия парня.   Горай взял новый камень, запустил следом. Вот почему Варвара выглядит напуганной. Ожившая картинка привела её в состояние лёгкого шока. Это не удивительно. Обычная реакция мозга на что-то сверхъестественное. Хотя откройся Горайю такого рода тайна, он бы плясал от восторга.    Грай взглянул в лицо Варвары выражающее беспокойство. Он бы плясал, если бы не стал свидетелем чужого секрета. Страшного секрета несущего в себе угрозу. Но в Снежном королевстве нет таких дел, свидетелей, которых бы оберегала полиция. В снежном королевстве даже тюрем нет. За простые правонарушения дают до десяти суток и их отбывают в подвале полицейского участка. А за убийства, которые бывают крайне редко, наказывают через повешенье. Да и убийства в основном на руках ведьмы, а её попробуй, накажи! Сама кого хочешь, изведёт за два дня.   Горай ещё раз взглянул на Варвару. Что такого могла увидеть девушка?   — Я видела дворец, — глядя перед собой, заговорила Варвара, отвечая на мысленный вопрос Горайя. Горай напрягся. — В подсветке он как ледяная скульптура. Или хрустальная. Очень красиво. — Девушка замолчала. Она достала из кармана куртки шоколадный батончик. — Можно я его побалую? — спросила она у Горайя.   — Думаю с двух батончиков, ему плохо не будет, — сказал Горай.   — Арр, — отозвался медведь. Он заёрзал на попе, предвкушая лакомую трапезу, выпустил из объятий Варвару.   Едва девушка разорвала упаковку, как медведь вытянул лапу подушечками вверх. Варвара поднялась на ноги и, улыбнувшись, положила шоколадку Малышу в лапу. Медведь принялся за сладость.   — И что дальше? — поднялся на ноги Горай.   — Что? — переспросила Варвара.   — Во дворце. Что ты видела? — возбуждённым голосом спросил Горай. Она видела Горима. Да. Она видела принца, с которым её мать связывали далеко не дружеские отношения. Она видела его тёмную сторону. Состояние, когда психика брата бунтует, распространяясь на всё вокруг.   — Топиарный сад, — ответила Варвара. Она зашагала к фыркающим друг на друга пегасам. — Он тоже светится.   — И вёс? — не унимался Горай. Он догнал Варвару. Хотелось схватить девушку за плечи и, развернув к себе спросить: «А его? Ты видела его?».   — И всё, — повторила Варвара.   Она подошла к Иере, забралась на пегаса. Не смотря на короткий срок обучения и практики верховой езды, действия девушки стали лёгкими и профессиональными.   — Кстати, хотела спросить, — обратилась она к Горайю. — Мне нужны рабочие, сантехник и садовник. Не знаешь где воспользоваться подобными услугами, кого нанять?   — Это к оркам, — ответил Горай, но вспомнив, как на Варвару смотрела Живка, он добавил: — Я могу договориться.   — Правда? — обрадовалась Варвара.   — Конечно.   — А они смогут прийти завтра?   — Да хоть прямо сейчас! — желая угодить девушке, выпалил Горай.   — Нет, сейчас не надо. А вот завтра часам к десяти…   — Договорились. В десять они уже будут у тебя.   Варвара засмеялась, смутив Горайя.   — Спасибо тебе большое, — сказала она. — Спокойной ночи.   Иера поднялась в воздух и направилась к дому ведьмы. Горай проводил Варвару тоскливым взглядом, побрёл к Аресу. Да, завтра придётся попотеть, уговаривая орков не только приблизиться к дому ведьмы, а переступить его порог. Одно успокаивает, он принц, а принцу не так-то просто отказать.