Глава 6. Цунаяширо Токинада

После тщательного осмотра, проведённого двумя капитанами, ни у кого больше не возникало желания публично обвинять Макино в жульничестве.

Дальнейшие его поединки проходили довольно однообразно и даже скучно.

Тактика Макино была простой как палка: он изматывал противников, восстанавливая свою энергию Пилюлями восстановления духа.

Он использовал их часто, но, к счастью для баланса Вселенной, система ограничивала начисление очков.

Сколько бы раз он сам ни использовал пилюли за день, он мог получить максимум 10 очков.

Даже если Омаэда или любой другой покупатель проглотит хоть горсть пилюль за сутки, Макино всё равно получит очки лишь за первое использование. За предмет первого уровня — 1 очко, за предмет второго уровня — 10.

Это было справедливое ограничение Системы. Иначе Макино мог бы просто сидеть в углу, глотать пилюли как конфеты и фармить очки до бесконечности, пока не лопнет от переедания.

Макино вышел в финал.

Его противником стал... Омаэда Маречиё.

В полуфинале толстяку достался сильный соперник. Но благодаря чудодейственной пилюле Омаэда мгновенно восстановил реяцу и, к полному изумлению оппонента, одержал победу.

Чтобы избежать обвинений в читерстве, Омаэда заранее спрятал пилюлю за щекой и проглотил её в нужный момент.

Никто особо не удивился его внезапному «второму дыханию». В конце концов, он же отпрыск знатного и богатого рода. Наверняка у них есть какие-то тайные семейные техники или эликсиры.

Это наглядно демонстрировало силу стереотипов. Если ты богатый аристократ, тебе верят. Это как... ну, скажем, как быть белым человеком в дорогом костюме и встретить полицию — совсем не то же самое, что быть парнем с тёмной кожей в капюшоне.

Узнав, что в финале ему придётся биться с Макино, Омаэда пришёл в ярость.

Перед боем он тайком пробрался в комнату ожидания, где сидел Макино.

Оглядевшись и убедившись, что лишних ушей нет, он накинулся на своего «дилера»:

— Эй, ты! Говорил, что пилюли — редкость, что каждая стоит десять тысяч! А сам жрёшь их горстями! Признавайся, это дешёвка с рынка?!

Макино сохранял ледяное спокойствие:

— Дешёвка? Господин Омаэда, а вы пройдитесь по рынку, поищите. Найдёте хоть одну?

— Э-э... ну...

Омаэда, хоть и был богат, никогда раньше не видел таких пилюль. И купить их было негде.

— Скажу вам по секрету, — заговорщически понизил голос Макино. — Основной ингредиент — Трава Накопления Духа. Сама по себе она не очень дорогая, но её оборот строго контролируется Готеем. Я с большим трудом достал несколько стеблей у клана Шиба.

— У клана великого Шибы Кайена? — глаза Омаэды округлились.

— Именно! Я спас жизнь младшему брату лорда Кайена, и в благодарность мне дали немного травы. Можете проверить, это не тайна!

Макино врал так уверенно и вдохновенно, что Омаэда начал верить.

Да и как не поверить? Ведь он — умный и проницательный аристократ, разве какой-то простолюдин сможет обвести его вокруг пальца?

— И скажите честно, — добил его Макино, — если бы не моя пилюля, вы бы выиграли прошлый бой?

Омаэде нечего было возразить. Без допинга он бы уже вылетел.

Заметив, что клиент «поплыл», Макино перешёл в наступление.

— Так что, господин Омаэда, не хотите ли заключить ещё одну сделку?

— Нет! Ни за что! Ты точно задумал какую-то гадость! — толстяк отшатнулся, инстинктивно прикрывая кошелёк.

При всей своей глупости, он всё же опасался этого хитрого парня.

— Если вы заплатите мне двадцать тысяч канов, я обещаю, что не буду использовать Пилюли восстановления духа в финале!

— Не пойдёт! — возмутился Омаэда. — Я дам тебе двадцать штук, а ты должен гарантированно проиграть!

Макино тут же напустил на себя вид праведника:

— Что вы, господин Омаэда! Тут же два капитана смотрят! Они сразу раскусят поддавки. Нас обоих потом за это... ну вы понимаете.

Омаэда побледнел. Идея с договорным матчем отпала сама собой.

— Поймите, — начал давить на жалость Макино, — у меня средние способности, нет связей, нет влиятельной родни. Даже если я стану Первым Учеником, мне будет трудно пробиться.

В его глазах, казалось, блеснули слёзы.

— А вот вы... другое дело! Если вы станете Первым, перед вами откроются все двери! — Макино посмотрел на толстяка с нескрываемой завистью. — Я могу лишь обещать не использовать пилюли. Большего гарантировать не могу.

Омаэда задумался.

Если Макино будет без своего бесконечного топлива, победить его — раз плюнуть. И тогда звание Первого Ученика в кармане.

Блестящая карьера, власть, уважение...

Двадцать тысяч! Была не была!

— У меня с собой нет двадцатки, только десять тысяч. Остальное отдам в течение месяца!

— По рукам!

— И запомни: ни одной пилюли! Иначе мой клан сотрёт тебя в порошок!

Довольный Омаэда удалился, предвкушая триумф.

— Омаэда — мой настоящий благодетель, — прошептал Макино ему вслед. — Когда разбогатею, я его не забуду!

На самом деле, пилюли у Макино уже кончились.

Даже если бы Омаэда не заплатил ни гроша, Макино всё равно не смог бы ими воспользоваться.

А так толстяк просто подарил ему двадцать тысяч. Как тут не радоваться?

Этих денег с лихвой хватит на покупку Каменной Соли с горы Ра для создания лаборатории.

Вскоре начался финал.

Перед выходом на арену Омаэда прошипел:

— Помни о договоре!

— Не волнуйтесь, ни одной пилюли.

Толпа зрителей бесновалась, но поддержка была явно односторонней.

— Господин Омаэда, вперёд! Раздавите этого «Торгаша»!

— Мы верим в вас! Покажите этому плебею его место!

— Защитите честь аристократии, господин Омаэда!

Наблюдая за этим, Урахара озадаченно спросил:

— Неужели сейчас в Академии так много аристократов?

Директор вытер пот со лба:

— Что поделать... Духовной силой чаще обладают выходцы из знатных семей. Поэтому большинство студентов здесь — аристократы.

— Если так пойдёт и дальше, стоит ли вообще переносить Академию внутрь Сейрейтея? — вздохнул Урахара. — Совет Сорока Шести, похоже, перегибает палку.

По сути, аристократы с их вековыми традициями и семейными учителями не так уж нуждались в Академии. Она была создана для таких, как Макино — талантливых выходцев из низов.

— Финал! Начали!

По сигналу судьи Макино мгновенно отскочил назад, разрывая дистанцию.

И вовремя. В то место, где он только что стоял, с грохотом врезался огромный шипастый шар на цепи.

Плиты пола треснули.

Омаэда, будущий лейтенант, не зря ел свой хлеб (и пилюли). Он уже овладел шикаем, что для его возраста было выдающимся достижением.

— Смотрите! Господин Омаэда высвободил занпакто! «Торгашу» крышка!

— Ого! Уже шикай? И это с 18-м рангом реяцу! Наверняка секретная техника клана!

Аристократы впали в экстаз, восхваляя Омаэду и смешивая Макино с грязью.

— У него кончились таблетки! Теперь ему конец!

— Точно! У него 20-й ранг, у господина Омаэды — 18-й. Разница огромна!

Амахару Юи смотрела на бой с замиранием сердца.

«Где же он взял эти лекарства? Если бы не они, я бы точно его победила!» — думала она, чувствуя укол сожаления.

— Похоже, он достиг предела, — заметил Урахара, скептически глядя на бегающего Макино.

Однако Унохана покачала головой.

— Бой ещё не окончен, капитан Урахара. Почему вы так пессимистичны?

Как первая Кенпачи, она видела в Макино то, что было скрыто от других.

— Ха-ха, да я просто болтаю. На самом деле я очень хочу, чтобы наш юный друг победил.

На ринге Омаэда, гонявшийся за увёртливым противником, начал выдыхаться.

— Сдавайся! — хрипел он, задыхаясь. — Тебе... тебе не победить меня...

Его лишний вес давал о себе знать. Выносливость у толстяка была ни к чёрту.

— Даже если ты используешь... Кидо... мой Гегецубри... всё разобьёт... Сдавайся... по-хорошему!

Он был уверен в победе, но эта беготня его доконала.

И тут Унохана Рецу внезапно встала со своего места, не сводя глаз с Макино.

Она почувствовала, как внутри юноши начинают формироваться два совершенно разных потока духовной энергии.

— Бакудо №4: Хайнава!

— Хадо №4: Бьякурай!

Два заклинания. Одно с левой руки, другое с правой.

Путь Связывания и Путь Разрушения.

Оба — без произнесения заклинания!

Атака была молниеносной и неожиданной.

Омаэда, сбивший дыхание, просто не успел среагировать.

Светящаяся верёвка Хайнавы обвила его руку с мечом, а белая молния Бьякурая пронзила плечо.

— А-а-а!

Крик боли огласил арену.

Омаэда не мог поверить. Он даже не успел подумать о защите своим Гегецубри.

Пока он стоял в шоке, Макино уже был рядом.

— Хадо №1: Сё!

Ударная волна сорвалась с пальцев Макино, врезавшись в живот толстяка и вышвырнув его за пределы ринга.

Победа! Рюген Макино — победитель!

«Фух, слишком много реяцу ушло... Надо срочно разблокировать технологии для увеличения резерва...» — подумал Макино.

Его ноги дрожали от истощения, но он устоял, гордо возвышаясь на арене и глядя на поверженных соперников.

Губы сами собой растягивались в улыбке. Он с трудом сдерживал смех.

Унохана Рецу одобрительно кивнула.

Пусть реяцу у него пока слабая, но боевой интеллект и талант, которые он продемонстрировал, заслуживали уважения.

— Гений! — не сдержал восторга Урахара. — Двойное Кидо?! Я сам долго экспериментировал с этим и потерпел неудачу из-за сложности контроля потоков.

Он начал строить теории:

«Может, это из-за его занпакто? "Алхимия" требует точнейшего контроля, и это развило его способности?»

Он вспомнил, как Макино создавал пилюлю — контроль реяцу был филигранным.

Толпа аристократов, жаждавшая крови «выскочки», замерла в гробовом молчании.

— Два Кидо одновременно? Как это возможно?

— Неужели... он и правда гений?

Амахару Юи смотрела на победителя широко раскрытыми глазами.

Внезапно ей стало легче.

«Может, он тогда не врал? Может, у меня и правда нет таланта по сравнению с ним? Проиграть Первому Ученику... это ведь не так уж и стыдно, верно?»

Пока все переваривали увиденное, сквозь толпу к рингу пробрался человек с бледным лицом.

Он поднялся на помост и, глядя прямо на Макино, произнёс:

— Скажи мне, юноша... не хотел бы ты присоединиться к Институту лекарств?

Глаза Уноханы сузились.

— Этот человек... Цунаяширо Токинада?

Она почувствовала раздражение. Кто-то посмел влезть в её охоту.