Little light

Саунд - Tracy Chapman - BrokenСердце бьется с каждым разом быстрее, когда ты медленно подходишь к двери номера. Прежде чем взяться открыть ее и войти в мир, где пахнет только Томом, где еще витает запах обиды и непонимания, чувствуешь привкус крови во рту, словно ты все еще кусаешь его за губы, которые слишком мягкие, чтобы можно было так жестоко с ними обращаться. Прикладываешь ухо к гладкой, холодной поверхности двери, словно прислушиваясь, словно там происходит что-то невообразимое, а пульс бьется в горле и в ушах. Выдыхаешь и все же открываешь дверь, медленно, как будто тень, проскальзывая внутрь, не издавая ни малейшего шороха, не дыша – боишься спугнуть, а кого или что, ты так до конца и не понимаешь. Все также тихо проскальзываешь в комнату, где видишь брата. Он лежит так и оставленный тобой на том диване, свернувшись калачиком, зажав обе руки между коленками. Присаживаешься на корточки перед ним: под глазами залегли темные мешки, и вовсе не от недосыпа, просто он так устал, так вымотался и выдохся, что его организм не способен более выдерживать такое давление, он сдается; мерное, чуть сбивчивое дыхание, которое проявляется в неожиданных глубоких вдохах, как будто ему не хватает воздуха в легких и во всем помещении; на нижней губе маленькая ранка с запекшейся кровью и следами твоих зубов, отчего внутри что-то болезненно сжимается и ты невольно с силой закусываешь свою нижнюю губу, словно пытаешься отомстить себе за такую грубость по отношению к самому дорогому человеку на всем белом свете.Встаешь с корточек и проходишь к просторному окну, распахивая его настежь и впуская в комнату свежий прохладный ветерок, чтобы Тому легче дышалось.Забираешься на широкий подоконник с ногами и неспешно закуриваешь, смотря куда-то в сторону горизонта.Что вас теперь ждет? Простит ли он? А если и простит, то все же будет держать внутри какую-то обиду и будет ли что-то недосказанное душным сгустком витать между вами? Страшно.Вдруг чувствуешь какое-то шевеление на диване. Через мгновение что-то вроде сдавленного выдоха и затем хриплый голос:-Билл?Боишься даже развернуться к источнику шума. Будто тебя здесь нет. Боишься столкнуться с его глазами, такими теплыми, что в них плещутся искорки огонька.-Билл? – вновь раздается по комнате такой любимый голос, требуя твоего внимания, глаза хотят найти твои глаза и заглянуть в них, чтобы простить. Выкидываешь недокуренную сигарету в окно и наконец-таки разворачиваешься к Тому лицом:-Да?Молчание. Просто смотрит на тебя. Просто пытается что-то сказать или...почувствовать. Затем медленно встает с дивана и идет к тебе, облокачиваясь руками по обе стороны от тебя. Пристально сканирует твое лицо, словно давно тебя не видел, или просто хочет запомнить твои черты, такие схожие с его, но в тоже самое время, такие различные.А у тебя от такой близости голова кружится. Сердце пропускает удар. Так хочется протянуть руку и коснуться этой бледной кожи, а ведь у него всегда золотистый оттенок кожи, но ты заставил его побледнеть и похолодеть.Все же протягиваешь руку и аккуратно проводишь большим пальцем по его нижней губе, слегка задевая свой «след», отчего Том лишь болезненно морщится, шипит сквозь стиснутые зубы, но не отстраняется.-Том... - выдыхаешь, и даже, кажется, что это не ты сказал, а лишь шелестение листвы за окном.Ничего не отвечает, лишь еще ближе придвигается к тебе, задевая твои колени своими и словно хочет разглядеть что-то на дне твоих глаз.-Ты мой брат, - говорит абсолютно спокойным голосом, - ты самый родной человек. И я тебя прощу. Только не отталкивай меня больше. Я могу не вернуться, - трепет ресниц, пока ты, словно в подтверждение его слов, подаешься вперед и мягко обнимаешь его, путаясь одной рукой в его дрелоках, а другой просто притягивая к себе за торс.Не прикасается к тебе. Лишь тяжело дышит в область шеи, пока ты кутаешься в его аромат, пока тебя обволакивает, словно сладкой пленкой, тепло его тела.На следующий день вам было намечено интервью. В первый раз после случившегося ты увиделся с Йостом. Он смотрел на тебя как-то затравленно, как смотрят нашкодившие детишки на своих родителей.-Билл, можно тебя на минутку, - говорит за минут десять до начала интервью, аккуратно кладя тебе свою руку на предплечье.Киваешь и вы отходите в сторону от непринужденно болтающих Георга и Густава и тихо слушающего их Тома.-Ну, как ты? – закуривая, спрашивает Дэвид, поднимая на тебя взгляд.Неподвижно смотришь на него, как будто застыл. В груди все сейчас клокочет, но уже не так сильно, как вчера. Вчера ты готов был просто убить его, а сейчас ты лишь с размаху даешь Про в челюсть, отчего она слегка хрустнула, а в руке появилась боль. Но на душе стало легче. Да. Намного легче.Йост роняет сигарету изо рта и еще с минуту, потирает свою челюсть, словно разминая ее.-Я это заслужил, наверное, - ухмыляется, делая ударение на последнем слове.Да, конечно, он ожидал от тебя такое. И ты имеешь на это право.Ты лишь хмуришься, отворачиваясь в сторону и тяжело дыша, пока в каждой клеточке тела проходит разряд тока, а на костяшках правой руки приятно покалывает от недавнего удара.-Стало легче? – спрашивает каким-то будничным голосом, как будто ничего не было, и нет, а ты просто нервничаешь, вот и сорвался.-Немного, - говоришь на выдохе, все также изучая проходящих мимо людей, лишь бы только не смотреть на Про.-Билл, посмотри на меня, - мягко говорит, выдыхая струю синеватого дыма.-Зачем?-Тебе неприятно?-А как мне должно быть? – устало выдыхаешь, облокачиваясь на стену позади себя и прикрывая слипающиеся после бессонной и такой насыщенной ночи глаза.Молчание. Оно такое весомое. Словно давит на тебя. Оказываешься в плотном коконе.-У меня тут послание для тебя, - при этом достает что-то из кармана, и ты краем глаза замечаешь...конверт? – От Анджелины, - заканчивает свою фразу, протягивая тебе уже точно конверт.Недоверчиво косишься на него, затем все же поднимаешь взгляд на Йоста, устремленный точно на тебя.-Мне не нужно ничего от нее, - голос предательски дрожит, а внутри все замерло и в голове ее образы.-Билл, не будь маленьким ребенком. Возьми. Она сказала, что это очень важно, - буквально впихивает письмо в твои руки, которые под стать голосу предательски дрожат.Затем оставляет тебя одного.Звучно сглатываешь, и прежде чем открыть конверт, оглядываешься по сторонам, словно ты делаешь что-то незаконное и боишься, что тебя поймают с поличным.Аккуратный, тонкий подчерк, который оставлял тебе по утрам маленькие записки вроде: «Эй, соня, я побежала в универ. Сегодня немного задержусь и буду поздно вечером. Твой любимый сырный пирог в духовке. Люблю...», «Билл, я люблю тебя больше, чем расстояние от луны и обратно», «Ты мой подарок», «Послушала твои песни. В них чувствуешься ты. Почему-то плакала. Спасибо. Люблю»...и еще множество такого содержания.Вдох-выдох. Начинаешь читать:«Билл.Наверное, ты сейчас меня ненавидишь, на твоем месте я бы хотела себя просто убить. Я знаю,...что тебе очень больно. Не знаю, поверишь ли ты мне или нет, но мне тоже больно. Сердце разрывается на мелкие осколки, когда я думаю, как гнусна была эта затея, как зло я обошлась с тобой. Но я хочу, чтобы ты знал, что...я была искренняя с тобой. Да, мне платили. Но...я не просто играла свою роль. С первого же дня, когда наши взгляды встретились в том музее, я поняла, что смогу быть с тобой лишь предельно нежной и трепетной. Я пыталась дарить тебе свою любовь и тепло. Не за деньги. Так от души. Каждый раз, когда ты смотрел на меня так доверчиво, я хотела плакать. Ты даже не знаешь, сколько я плакала. Но эти недели. Они были для меня...жизнью. В моей жизни не так-то уж много радости, как бы жалостливо это не звучало. А ты подарил мне наш мир. И я с таким удовольствием отдавалась тебе во власть, ныряла в наше море с головой и не хотела выплывать на поверхность. Я перестала целовать клиентов...в...губы. Потому что они принадлежали только тебе. Они были только для тебя. Только твой вкус они хранили. Я знала, что рано или поздно, но это должно закончиться. Хах. Наша сказка, мой хороший, оказалась такой прекрасно, наполненной твоими глазами, твоим голосом, твоим прикосновениями и губами, твоим дыханием. И она так резко оборвалась. Любила ли я тебя? Да. Смогли бы мы встречаться? Нет. Ты мой персональный Ангел, Билл. Не держи на меня ненависть, пожалуйста. Я буду помнить о тебе, о нас, только хорошее, ведь так оно и было. А ты?...P.S.: твой портрет – самое прекрасное мое творение, но ты намного – намного прекраснее, храни его как частичку меня, как воспоминания обо мне. Я люблю тебя, мой золотой мальчик.Всегда твоя Энджи.»Прижимаешь письмо к груди, пока сердце сжимается до размеров молекулы. Губы шепчут: «прости», «люблю», путаясь в этих двух словах. Вдруг рядом кто-то невесомо кладет руку тебе на плечо:-Все нормально? - участливый взгляд.-Теперь, да, - киваешь, улыбаясь уголками губ и переплетая свои пальцы с пальцами брата.