Глава 10: Malum necessarium(Необходимое зло)

— Хочешь знать главный секрет небес? — Спросил Мальбонте. — Что от тебя и вас всех скрывают ваши идеальные ангелы? Что скрывает Шепфа?!

— Хочу.

    Резким движением Мальбонте снял верх, оголяя торс.

— В таком случае sapere aude, Вики.                                    (дерзай знать)    Он развернулся ко мне спиной.

— Что... что это? — Удивилась я.

— Клеймо того, кто вел меня всё это время. Клеймо того, чей шепот я слышал с самого рождения.

— Шепот... я тоже слышала его!

— Из-за моей силы, что в тебе.

— Кто он?

    Мальбонте оделся, Немного помедлил, прежде чем ответить.

— Небеса не знают свою историю. Истинную историю.

— Так расскажи мне... всё!

— Шепфа считают создателем всего. Но это не так. До начала всех времён существовала два могущественных существа. Два брата-близнеца: Шепфа и Шепфамалум. — Я повернулась шоку от его слов. — Они создали вселенную, создали мир: Шепфамалум — одну часть, Шепфа — другую.  Но они были слишком амбициозны и сильны. Братья все чаще стали сталкиваться друг с другом. Один хотел, чтобы его создания ему поклонялись, чтобы боялись и трепетали. Другой считал, что не нужно вмешиваться в мир их детей. Тогда один из близнецов решил, что его брат слишком мягок и равнодушен. Он не заслуживает быть повелителем миров. Шепфамалум захотел свергнуть Шепфа. И началась между ними великая война, которая длилась сотни тысячалетий...

— Два брата-близнца, два божества, равные по своей силе. Но всему приходит конец, и их битве тоже. Чтобы победить Шепфамалум создал землю и слабых созданий. Настолько ничтожных по сравнению с бессмертными, что они преклонялись бы перед Шепфамалумом, как он и желал, и сделали его сильнее. Голод, болезни, угрозы — земля пребывала в упадке. Шепфа не мог смотреть на мучения детей, хоть и не его. И он явился им и подарил им надежду. К ужасу Шепфамалума, люди стали молиться Шепфа, а не ему, их создателю. Шепфа стал сильнее и вскоре сокрушил своего брата. Но близнецов, что сотворили все сущее, нельзя уничтожить. Тогда Шепфа отправил Шепфамалума в мир небытия.

— Та часть, что создал Шепфамалум, стала миром пламени и ненависти, а та, что создал Шепфа — Мира благоденствия и чистоты. И были они названы Адом и Раем. И с тех времён дети Шепфамалума и Шепфа считали, что всегда были разъединены и никогда не были единым целым. Они не знали, что кроме Шепфа, их единственного создателя, был ещё один, что теперь занят в бесконечной темницы, из которой никак не выбраться.

    Я не могла подобрать слов и молча замерла, ошарашенная.

— Но я единственный выживший ребенок ангела и демона в период нестабильности, услышал голос Шепфамалума. Он смог связаться во мной по зову крови. Он рассказал мне секрет. Я был мал, и однажды, в Рождество, когда дети благодарили своих покровителей, родителей, учителей, и, конечно же, Шепфа за все, что у них есть, настала и моя очередь...

                                   ***

"Я вышел перед толпой ангелов и демонов и стал говорить:"

— Спасибо Шепфа за маму! И спасибо Шепфамалуму за папу!

— Бонт... — Мама с папой были удивлены и напуганы моим благодарением.

"Сотни ангелов и демонов заговорили. Их испуганный шепот рябью прошёлся по залу. Как только с моих уст сорвалось имя, которое никто никогда не произносил, сам Шепфа услышал его. Один из серафимов бросился ко мне, чтобы успокоить и убрать с глас долой, но я испугался..."

— Идеи со мной. — Напуганно сказал Серафим.

"Ужас, который отобразился на его лице, и осознание, что этот страх животный, дикий, способный уничтожить меня за то, что я его вызвал, напугали меня. Я был мал и глуп, но я понял это и по-настоящему ужаснулся.

— Нет!

"Во мне таилась сила, она росла и крепла, но я ещё не умел ее контролировать. И она вырывалась на свободу... Серафим упал на колени. Его лицо покрылось черными жилами.

— БОНТ! — Мама плакала.

                                  ***

— Я убил его. Маленький мальчик убил Серафима, которого сложно убить даже искусным божьим созданиям. — Продолжал Мальбонте. — Это было немыслимо, это было опасно. Остальное ты знаешь. Шепфамалум научил меня пользоваться силой, и вскоре я смог связываться с ангелами и демонами, приходя к ним в роде шёпота, снов и видений. Если бы не моя оболочка здесь, на свободе, я бы не смог выбраться из той тьмы. Я все ещё слышу голос Шепфамалума, но я нихочу идти по тому пути, что он желает. Его мотивы слишком ужасны. Я хочу создать новый мир, в котором ребенка не будут преследовать за то, каким он родился. Я рассказал тебе правду не приукрашивая.

    Он замолк, но и я не торопилась ответить. В голове моей крутились мысли, оцепенение понемногу начало спадать. Я не забыла о своем задании:  оно, подобно дамоклову мечу, висело над моей головой, готовое вот вот сорваться на нее. Узнав секрет небес, все тайны и мотивы двух сторон, я все больше убедилась в том, что... Мальбонте прав.

— Меня послали сюда ангелы, чтобы я уничтожила ключи от врат Шепфа. — Заявила я.

    Я достала из Корана амулет и камень преткновения. Хлопнула ими по столу посмотрела на Мальбонте. Он медленно улыбнулся.

— Это значит..?

— Это значит, что я на твоей стороне. — Договорила я.

    Мальбонте сдержано кивнул, и эта сдержанность удивила меня, как будто за ней он скрывал нечто большее.

— Не буду говорить, что ты сделала правильный выбор. Надеюсь ты сама в этом убедишься. Пойдем, я покажу тебе кон что.

    Он протянул руку. Я растерянно посмотрела на нее, но в итоге протянула в ответ. Мальбонте повел к себе в комнату, не отпуская меня. Мальбонте подошёл к ящику, поднял крышку и вытащил ключ. Ключ осветил комнату. Покрутив его немного в руках, Мальбонте обернулся ко мне и протянул артефакт.

— Держи.

    Я не спешила.

— Мне нельзя до них дотрагиваться.

    Мальбонте подошёл ко мне, развернул руку ладонью вверх и положил на нее ключ. Я вздрогнула, зажмурилась, но ничего не почувствовав, открыла глаза.

— Ещё одно преимущество силы, что течет теперь и в тебе. — Ухмыльнулся он.

    Он забрал ключ и вернул его на места.

— Когда ты хочешь воспользоваться ключом?

— Сегодня. — Холодно и твердо ответил он.

— Почему сегодня?

— Я сделал бы это и раньше, но понял, что без тебя мне не открыть врата.

— Без меня?

— Мне не хватает сил. Но с тобой должно хватить. Врата открываются, когда луна достигает зенита.

— Мы не успеем. Ангелы...

— Я знаю. Я готов к их визиту.

    Меня захлестнуло владение перед предстоящей битвой. Я подумала о тех, кто остался за пределами лагеря. Как воспримут они мое решение? Не решат ли, что я передала их? Мальбонте молча наблюдал за мной, потом твердо сказал:

— Если ты на моей стороне, это не значит, что тебе нужно делать ужасные вещи.

— Но их будешь делать ты. — Печально произнесла я.

— Я. Но не ты.

— Выбрав сторону, я стану соучастником всего, что будет совершено тобой и твоей армией.

— Ты передумала?

— Нет.

    Он обхватил мои плечи, мягко подтолкнул к кровати и усадил на нее. Затем нагнулся, чтобы наши лица были на одном уровне.

— Раз приняла решение, имей силы нести крест последствий, хороших и плохих.

    Я не ответила ему, просто смотрела в темные глаза, так серьезно глядящие на меня. Он тоже молчал. Так мы замерли, окаменевшие, застрявшие в этом мгновении, пока мальбонте не провел по моей щеке пальцем.

    Его взгляд был все таким же серьезным, беспрекословным, но он вдруг отстранился, выпрямился и снова замер, не отрывая от меня вздумчивых глаз.

— Я... не мастер слов. — Сказал он. — Я привык действовать, а не говорить.

— К чему ты...

    Мальбонте стремительно подхватил меня, приподнял в постели и навис надо мной, едва касаясь губами моей щеки. Но он снова немного отстранился, будто передумал, посмотрел на меня и сказал:

— Ты не боишься меня? Не думаешь, что я могу сделать тебе больно?

— Не боюсь. У меня твоя сила, забыл? Могу дать тебе отпор.

    Он рассмеялся. Я впервые услышала его смех.

— Не знала, что ты умеешь смеяться.

    Его улыбка перешла в обычно сжатые губы, и он снова серьезно сказал:

— Я много чего умею.

    Мальбонте поцеловал меня. Он опирался руками на кровать, по обе стороны от меня, не удерживая, не наседая. Только его губы. Перед глазами пронеслись все наши встречи... и все встречи, что были до него. Теперь я на его стороне, но готова ли я быть с ним? Мы просто союзники. Я оттолкнула его и повторила свои мысли теперь в слух:

— Мы просто союзники, Мальбонте. Ничего больше.

— В твоём сердце кто-то другой? — Усмехнулся он.

— Да. Оно принадлежит Люциферу.

— Люцифер... ну конечно же. — Ненавистно произнес он. — Не боишься, что я убью его?

— Убьешь из-за ревности? — Рыкнула я.

— Нет. Из-за нее не убью. Обещаю.

    Мальбонте поднялся с кровати. Что ж, союзники так союзники. Было видно, что Мальбонте сконфужен. Похоже, он не привык проигрывать.

— Пока отдохни. У меня есть дела. — Сказал он.

    Он развернулся и вышел из комнаты. Я осталась одна.

— Ну вот и все Вики, долгая дорога подходит к концу. Это финишная прямая. — Сказала я себе. Я упала на спину, уставилась в потолок. — Сегодня все кончится...

    От взрыва задрожали стены и пол. Я проснулась и тут же вскочила с кровати. Меня повело в сторону, я снова села, дезориентированая. С улицы были слышны крики.

— Они здесь! — Я огляделась в поисках одежды, но не могла найти ее. — Черт, да где же!

    Руки тряслись. Я заметила мешок полный одежды, и взяла первую попавшуюся вещь.

    У двери остановилась. Казалось за ней меня ждёт хаос, ужас принятых решений — своих и чужих. И я открыла эту дверь. Удар! Резкая боль в носу. Я упала на спину, судорожно прижимала руку к лицу. Кровь просочилась между пальцами, и несколько капель, оставляя за собой след, добрались до локтя. У порога стояла Ости. Сначала её выражение лица было жёстким, беспощадным, но быстро перешло в разочарованное удивление.

— Ты? — Спросила Ости уже рассерженно. Она зашла внутрь, остановилась рядом, глядя сверху вниз. — Это то, о чем я думаю?

— Я не знаю, о чем ты думаешь.

— Не строй из себя дуру! Ты на его стороне?!

— Да.

— Зачем?

    Она сказала это на выдохе, почти умоляюще.

— Я верю в него и в его идеи.

— Знаешь, я даже думала, у нас с тобой получится подружиться. Но мы теперь опять на разных сторонах баррикад. — Я попыталась подняться, но она прижала меня ногой к полу. — Нет-нет-нет. Не советую.

— А то что? Убьешь меня?

— Могу.

— Это вряд-ли.

— Я видела, на что ты способна, но ты ещё не умеешь обращаться со своей силой. Я — умею. — Она придавила меня сильнее и нагнулась глубже. — Давай не будем опускаться до драки.

    Ости убрала ногу, закрыла глаза, будто стала прислушиваться к чему-то. Распахнула глаза и уверенно направилась к комоду.

Она идет за камнем преткновения!

    Я бросилась на нее... Удар! В ушах зазвенело, в глазах все поплыло. Я попыталась сфокусировать взгляд, но видела лишь силуэт Ости, держащий в руках какой-то предмет. По моему виску потекла струя крови.

Ударила меня камнем...

— Ты в общем-то не такая плохая. Надеюсь, тебя не убьют.

    Она выбежала на улицу, туда, где бушевала война. Я тут же поднялась, тело повело в сторону, и я врезалась в тот самый комод.

— Ости!

    Не дожидаясь, пока приду в себя, побежала за ней. Агония ненависти, схлестнувшаяся со страхом. Пожар от взрывов охватил весь город, пожрал все дома, обжёг тропы. Теперь цитадель ворвалась в обитель Мальбонте, но он был более подготовлен к их визиту. Его сторонники были беспощадны и озлоблены. Они, в отличии от армии цитадели, лишь выполнявшей приказы, видели в этой схватки цель жизни, возможно, даже конечную остановку. Они были готовы биться до смерти, ведь смерть их имела идею. Я стояла не двигаясь, все ещё не готовая к тому, что предстало перед глазами. Но не успела я сделать и шага, взрыв отбросил меня и бегущую впереди Ости. Камень преткновения покатился и замер у чьих-то маленьких ножек. Мисселина подняла камень, испуганно уставилась на него. И тогда я увидела всё... По одну сторону — Мальбонте во главе армии Субантр, угрожающе серьезный, готовый убивать ради поставленной цели. По другую сторону — разношёрстная армия цитадели: ангелы, демоны, серафимы и ученики. Я сразу заметила выжившего советника, маму и демона Мамона. За ним стояли Дино, Люцифер, Энди и Мими. Когда Мисселина подняла камень, Мальбонте вышел вперёд.

— Ты борешься за тех, кто убил твою сестру. В твоих руках возможность отомстить за нее. — Сказал он. — Ты можешь отдать камень мне, а можешь поощрить убийц сестры, отдав его им. Каков будет твой выбор?

    Мисселина задрожала, стиснула в руках камен, закрыла глаза. Геральд оттолкнул стоящих перед ним бессмертных и прокричал:

— Не слушай его! 

— Его речи искусны, но до Змея-Искусителя ему далеко. — Усмехнулся демон Мамон.

    Тогда Мисселина тихо ответила:

— Он прав. Они убили мою сестру.

— Им плевать на таких, как ты. И сейчас они в ужасе от того, что в твоих руках такая сила. — Сказал Мальбонте.

— Он манипулирует тобой, разве не понятно?! — Спросил выживший советник.

— Мисселина не делай этого. — Взволнованно и печально проговорил Геральд.

— Решайся, Мисселина. Но будь уверенна в своем выборе. — Сказал Мамон.

— Он прав. Они убили мою сестру... — Мисселина подняла глаза, и теперь ее взгляд обрёл силу и уверенность в том, что она собиралась сказать. — Но месть не лечит, лишь только ещё больше очерняет.

    К Мисселине подошёл Кроули и осторожно, почти ласково убрал камень из её рук. Погладил по руки и по отечески сказал:

— Ты молодец, девочка.

    Кроули улыбнулся ей, а потом вдруг пошел к Мальбонте. Когда он поравнялся с ним, то просто отдал камень. Мама прокричала яростно, почти трясясь от злобы:

— Что ты делаешь?!

— Вечер только начался, а уже интересно... — Сказал демон Мамон.

    Серафим спокойно обернулся и пояснил:

— Я устал, и я разочарован. Всю свою жизнь я пытался дать что-то нашему миру, но система прогнила. Вы только и можете, что брать, брать и брать, а потом выплёвывать.

— Но я вам... доверяла! — Возразила разочаровано Мисселина.

Он... совсем отчаялся! И даже после этого цитадель считает себя правой? Когда от нее уходят преданные им веками серафимы?

— Ты просто жалкий трус! — Возразила мама.

— Я уважаю тебя, Ребекка. Но не переходи грань. — Ответил Кроули.

— Ты её уже перешёл! — Робко ответила она.

— Все мои прошлые заслуги позабыли. Меня отбросили на задний план. А теперь я должен бороться и умирать в бою за вас? Не знаю, к чему приведет правление Мальбонте. Но мне интересно на это посмотреть. Сейчас же... я не буду успевать в вашей битве.

    Он поклонился.

— Уходи старик. Скоро будет жарко. — Сказал ему Мальбонте.

    Кроули скрылся за рядами Субантр. Они в нетерпении переминались с лапы на лапу, наскоро чистили перья и снова выпрямлялись. Мальбонте же стоял смирно, не двигаясь, и лицо его ничего не выражало, кроме готовности убивать. Мама все ещё взбешенная поступком Кроули, вытянула вверх руку, сжимающую меч, и нетерпеливо прокричала:

— Вперёд!

    Мамон разорвал свою плоть, и его громадное тело возвысились над головами других бессмертных.

— Р-Р-Р-А-А-А!!!

— Contro! — Произнес Мальбонте.

    Субантры синхронно ринулись в атаку. И крик пронзил и наполнил небо. Со всех сторон слетелись сторонники Мальбонте, яростно срубая на пути любого, кто попадется им под руки. Схлестнулись сотни мечей. Долгая мелодия, рвущая струны от каждого аккорда. Вот он, момент, к которому мы шли. Вот они — последствия наших решений. И вот она, расплата. Я побежала на встречу бойне, навстречу своему личному финалу. 

— А-А-А-А!

    Первые несколько бессмертных, павших от моей руки, вызвали во мне страх и чувство вины. Я замерла, тяжело дышала, глядя на то, как чужая кровь стекает по моим пальцам. А затем подняла глаза и увидела, как армия цитадели так же жестоко убивает других.

Когда же я выучу правила войны и пойму, что из нее не выходят с чистыми руками?..

— Ты выбрала не ту сторону. — Сказал Астр стоя передо мной.

    Я подняла меч у своих ног и встала перед ним в позу,  готовая к атаке в любой момент.

— Ты тоже.

    Астр пожал плечами.

— Из двух зол, мы выбрали наименьшее для себя. — Сказал он. — Ха!

    Он бросился на меня, выставив вперёд меч. Я развернулась. Лезвие прошло на сантиметр правее.

— Ты никогда мне не нравился!

    Я заказала мечем, но Астр был более исксным воином с лёгкостью отбивал мои атаки. Тогда я отбросила меч в сторону и ещё до того, как он понял, что я делаю, выставил руки вперёд.

— Ха!

    Астр отлетел на несколько метров. Я быстро поравнялась с ним и, сев ему на грудь, прижала локоть к горлу.

— Нет-нет-нет! — Молил он.          Я надавила на горло сильнее.

— Вот и всё!

    Внутри меня проснулся зверь, готовый быть жестоким, когда нужно, способный использовать силу и не бояться ее, готовый убить. И я выпустила этого зверя... Астр подо мной вздрогнул, затрясся наполняясь энергией, и эта энергия словно бы разорвала его. Он затрясся ещё сильнее, а затем замер, его голова опустилась на бок, глаза так и остались открытыми. Я медленно поднялась, бросила на него последний взгляд...

Прощай, Астр.

    Толпа рассеялась на мгновение, и я увидела жесткие глаза, полные разочарования и какого-то вопроса.

Мама всё поняла...

    Но вот она снова скрылась среди остальных, и её неодобрительный взгляд растворился, словно и не было. Сердце окаменело. Чужие мечи словно заметались вокруг меня, и случившееся — не позабылось, нет — отодвинулось на дальний план... К другим чувствам, каким не было места здесь и сейчас. Резкий удар повалил меня с ног. Кто-то сзади порезал мне лодыжку. Я повернулась, но успела лишь увидеть сверкнувшее лезвие, отразившее луну.

— Нет! — Испуганно воскликнула я.

    Удар. Нападавший упал прямо на меня, и я с криком оттолкнула его. Он лежал лицом к земле и не двигался.

— Я... он... о, Шепфа... — Заикаясь говорила Мисселина.

    Мисселина дрожала, истерично рассматривая окровавленные руки.

— Ты спасла меня.

— Я? Да... он... он хотел убить тебя. Ты не заметила его?

    Геральд стремительно развернул Мисселину к себе, посмотрел на ее руки, затем на труп возле меня и, все сопоставив сказал:

— Уходите. Тут резня!

    Он поднял меня.

— Геральд, я... — Печально начала говорить я.

— Я знаю, ты с Мальбонте. — Перебил меня он. — Но это не значит, что мы хотим твоей смерти.

— Не значит... — Повторила Мисселина.

— А теперь идите.

    Мисселина прильнула к нему и отчаянно взмолилась:

— Прошу, идём с нами!

— Вики, уведи её.

    Я попыталась отцепить её руки от Геральда, но она лишь повторяла:

— Прошу!

— Я найду вас. Идите!

    Я сдала запястье Мисселины, чувствуя, как скрепит её кость пол моей хваткой. Мы побежали сквозь толпу, уворачиваясь от мечей, затем взлетели. Мисселина обернулась и вдруг закричала:

— Геральд!

    Геральд боролся с тремя демонами. Его уже успели несколько раз ранить. Мисселина бросилась к нему, но я ускорилась и обогнала ее. Геральд был совсем близко, когда я увидела, что Мисселины перехватила Субантра.

— Нет! — Взмолвила Мисселина.

    Птица клевала её, оставляя на белоснежной коже рваные раны. Я спасла Мисселина.

Держись Геральд.

    Я развернулась и полетела обратно к Мисселине. Она отталкивала Субантру, пытаясь воздействовать на нее, но была слишком напугана и слишком отвлекалась на боль, теряя над собой контроль. Субарнтра рвала ей одежду, кожу, щипала крылья. Я, не снижая скорость, летела прямо на птицу. Ветер свистел, рассказывал перья крыльев, как бы подгоняя. Я врезалась в Субантру. Нас развернуло, увело в сторону, но она быстро оклемалась и теперь скалилась глядя на меня.

Ну же, давай!

— Вики! — Волнительно произнесла Мисселина.

—Кхр-ра-аааа!

    Я ощутила зубы Субантры, разрывающую мою плоть, но моя сила, вырвавшаяся в ответ, пронзила ее насквозь. Она раскрыла крылья, а затем камнем упала.

Я и не знала, что так умею!

— О Шепфа, ты в порядке! — Переживая спросила Мисселина.

    Мисселина бросилась ко мне, обняла и поцеловала в лоб.

— Геральд! — Воскликнула я.

    Мисселина в ужасе отпрянула, посмотрела вниз и пронзительно, подобно умирающей Субантре, закричала:

— НЕ-Е-ЕТ!

    Мы спустились на землю, к Геральду. Мисселина упала на колени, прильнула к телу Геральда. Я замерла позади нее. Геральд не шевелился, лицо его ничего не выражало. Мисселина рыдала над его телом и все качала головой, шепча какие-то молитвы, не способные вызволить его из Небытия. Я отпрянула, качнулась от шока, не имея сил удержаться на ногах, и взлетела. Взлетела к небу, поднялась над всем этим месивом тел, сплетённых между собой. Остановилась на высоте, откуда простиралась битва. Отсюда все казалось нереальным. Битва двух сторон. Битва сильнейшего с сильными мира всего. Субантры ревели, отрывали головы с плеч, клевали лица. Войны цитадели рубили всех на своем пути. Где-то там, в кровавой бойне сражались мои друзья и близкие. Где-то там сотни жизней обрывались каждую секунду, а остальные — висели и покачивались на волоске.

— ВПЕРЁД! — Раздался громкий крик Мальбонте.

— ВПЕРЁД!!! — В ответ крикнул выживший советник.

    Я стояла нал всем этим и тяжело дышала, и мое дыхание потихоньку переходило в рыдание.

— А-А-А-А!

    Я прокричала в пустоту, в небо, прокричала Шепфа и Шепфамалуму о своей боли. Но мой крик, как и крики других воинов потонул в мясорубке мучений все ещё живущих я закрыла рот руками, сжимая губы со всех сил, но крик рвался наружу. Сердце сжалось, когда среди воюющих я увидела Мими. Она не воевала — её движения были танцем. Изящный, смертоносный танец. 

— Мими...

    Я больше не могла оставаться в стороне, раскрыла крылья и бросилась в омут смерти. Мы с Мальбонте бросились вдали друг от друга, но наша связь была нерушима. Мы бились за общее дело, и каждый наш шаг, каждый взмах меча и крыльев олицетворял идею. Правление нужно свергнуть. Шепфа слишком долго держал всех в неведении. Мы здесь, чтобы сказать свое слово. Мы здесь, чтобы бороться за свои права. На земле я была обычной девушкой, но небеса подарили мне силу, которой я воспользуюсь, чтобы сделать этот мир чуточку лучше. Чтобы оставить след. Я рубила, отражала атаки, защищалась и нападала. И была готова в очередной раз направить свою силу на противника, но вовремя остановилась, замерев с протянутыми руками. Она тревожно оглядела меня.

— Ты... с ним?

    Она прошептала это почти испуганно.

— Да.

— Надеюсь, ты знаешь, что делаешь.

    Она тормозила атаку демона Мальбонте и хотела скрыться, но я остановила её придержав да руку. 

— Я — все также я, Мими. Мы обе считаем, что поступаем правильно. Но наше "правильно" — разное.

    Она долго и печально смотрела на меня, потом прильнула меня и прошептала:

— Главное не умирай. Я прощу тебе все, но не твою смерть, поняла?

    И тут же скрылась среди воюющих. Тело ныло, глаза застилал пот, руки дрожали. Я споткнулась о чьей-то тело, встретилась лицом к лицу со смертью. Не знаю, кто это был, но его черты наверняка отпечатались у меня в мозгу до конца моего бытия. Я, онемев, попыталась от него. Мимо меня проносились ноги, над головой пролетали Субантры и бессмертные. А я все смотрела на это безжизненное лицо, не в силах отвернуться. Но меня вдруг схватил Люцифер и жёстко встряхнул.

— Я же говорил не идти без меня! А если бы с тобой что-то случилось!? Как можно быть такой глупой, Непризнанная?!

    Я ответила почти автоматически, почти без малейшей эмоции:

— Прости.

— Что с тобой? — Я молчала. — У тебя шок. Тебе нужно бежать отсюда. Здесь слишком опасно.

    Он хотел меня увести, но я не позволила.

— Люцифер, он убедил меня... я больше не хочу и не могу идти против него, потому что мы смотрим на мир схоже. Я...

    Люцифер замер, пронзительно глядя мне в глаза. Взрывы, разъярённые команды командиров армии, предсмертные вопли — все это вдруг затихло для нас. Мы смотрели друг на друга, и я не могла понять, возненавидел ли он меня ща мой выбор или нет.

— Приняла сторону Мальбонте.

    Он сказал это спокойно. Как констатацию факта. Я взяла его за руки и отвела голосом, полным отчаяния:

— Он рассказал мне кое-что. Все не может продолжаться как раньше, настала пора изменений.

— Изменений? — Усмехнулся он.

— Да! Ты хотел присоединиться. Изменилось ли твое желание?

— Мне не нравится ни одна из сторон.

— Но почему тогда ты здесь? — Удивилась я.

— Я пришел за тобой.

    Я прижалась к нему, закрыла глаза на мгновение прильнула к его губам.

    Но война снова затянула петлю, вынуждая нас разорвать объятия и погрузиться в этот бесконечный и порочный круг защиты и нападения. И все же я видела краем глаза крепкую фигуру Люцифера, и его присутствие наполнило меня верой в то, что у нас все получится. Я была... беспощадной. Пока я боролась, в то время, была другая схватка. Мамон в облике чудовища приземлился немного поодаль от Мальбонте, и тот тут же, заинтересованный, обратил все внимание на него.

— Какая встреча. Мамон, если не ошибаюсь?

— Он самый.

— Выбрал сторону цитадели? Боишься потерять свое место?я сохраню его для тебя, не стоит волноваться.

— Не нужно со мной торговаться, Мальбонте.

— Как скажешь. — Разъяренно ответил Мальбонте.

    И они бросились друг на друга. Столкнулись две силы. Два древних существа, прошедшие и познавшие другую жизнь.

— Р-Р-Р-А-А-А! — Взъярился Мамон.

— А-А-А! — Прокричал Мальбонте в ответ.

    Удары Мамона отбросили Мальбонте, будто тот ничего не весил, но Мальбонте в свою очередь подскакивал, будто эти удары ничего ему не стоили. Они двигались так быстро и так молниеносно отражали удары друг друга, что за их битвой едва можно было проследить.

— Я не хочу тебя убивать, Мамон. Ты мне нравишься.

— А ТЫ МНЕ — НЕТ!

    Мамон нанес шквал ударов, не давая Мальбонте оклематься. Мальбонте медлил отражать их, будто не решался окончить битву. 

— Если не прекратишь — погибнешь! — Сказал Мальбонте.

— Vivere militare est!(Жить значит бороться) — Ответил Мамон.

    Услышав ответ, Мальбонте изменился в лице. Демон задел в нем что-то темное, словно напомнив, зачем он здесь. Мамон снова повалил его. Мальбонте упал на землю. Мамон хотел нанести последний удар...

— ГЛУПЕЦ! — Крикнул Мальбонте.

    Мальбонте закрыл глаза, а когда открыл, они были чернее ночи, а из рук вышел свет цвета копоти, цвета смерти. И этот свет поразил Мамона на смерть. Отобрал его жизнь.

— ПАПА!!! — Закричала Мими.

    Мими бросилась к нему.

— О, нет-нет-нет... Мими! — Взволновалась я.

— А-А-А-А! — Яростно прокричала Мими.

    Мими, маленькая, бесстрашная и полна такого отчаяния, летела прямо к Мальбонте, зная, что не сможет ничего сделать. И все же летела...

— Мими... кхр... нет! — Последние слова проговорил Мамон.

    Мамон поднял руку, будто пытался силой мысли остановить ее, но бесконечность его бытия утекла из него вместе с черной жидкостью. И, как обычно бывает в такие моменты, жизнь останавливается, словно сам Шепфа ставит его на паузу, чтобы ты запомнил запомнил каждую секунду... Чтобы прокручивал снова и снова, мучая себя колючими мыслями: "Что я могла изменить? Что я могла изменить... что я могла..." Я увидела Мамона, его прижатые к земле крылья. Перья подрагивали на ветру, и отрывая, ветер уносил их. Я увидела в небе Люцифера, остолбеневшего от ярости. И я увидела лицо Мими, мокрое от слез. И я закричала:

— МИМИ, НЕТ!

    Мими обернулась на мой крик. Мне удалось достучаться до нее сквозь горечь и боль от смерти отца. Мими замедлилась, но Мальбонте отражая её попытку напасть, отбросил её в сторону. Мими упала наземь без сознания.

— МИМИ! — Люцифер смотрел лишь на неподвижное тело Мими, чувствуя разрушающую ярость, направленную на Мальбонте. Я никогда ещё не видела у него такого дикого, обезумевшего взгляда. — Ты покойник!

    Люцифер напал на Мальбонте, но тот одним ударом оттолкнул его от себя.

— Это война! — Сказал ему Мальбонте. — Думаешь, я получаю от этого удовольствие?!

    Люцифер вытер кровь с губ и поднялся.

— Думаю да.

    Они стояли друг напротив друга, уничтожая взглядом соперника. Мальбонте ничего не предпринимал, был спокоен, но собран.

— Ты зол на меня. Ты имеешь на это право. Готов умереть за это? — Спросил Мальбонте.

    Люцифер процедил сквозь зубы, и голос его больше походил на рык:

— Готов.

    Он сложил крылья за спину и побежал навстречу Мальбонте. Его руки сжимались в кулаки, а тело покраснело, словно пропиталось яростью. Мальбонте направил на него поток энергии Люцифер развернулся и раскрыл крылья, принимая весь удар на спину. Он упал на колени, но тут же поднялся и снова побежал к нему. А затем бросил в него огненный шар, вырвавшийся из его ладоней. Мальбонте смел шар рукой. Его кожу обожгло, но он не обратил на это внимания, только скревил от боли губы.

— Игры кончились. — Сказал Мальбонте.

    Мальбонте поднялся в воздух и выпустил из рук черный шар. Люцифер попятился, шар успел поглотить его. Не знаю, что он творил с ним, но Люцифер вдруг упал на колени и закричал от нестерпимой муки.

— Прощай Люцифер. — Сказал Мальбонте.

    Мальбонте развернулся и хотел было уйти, но остановился, поняв, что крик умолк. Люцифер поднялся на ноги, колени его дрожали. Он, превозмогая боль, распрямил плечи.

— А ты не сдается, я смотрю. — Удивился Мальбонте.

— Р-Р-РА-А-А! — В ответ раздался яростный рык Люцифера.          Люцифер раскинул руки. Шар разорвался. Но он не двинулся с места, словно его что-то отвлекало. Его мышцы и кости странно двигались, натягивая кожу. Люцифер, ощутив что-то в себе, сжал кожу на груди и разорвал ее. Когда в следующий раз Люцифер поднял голову, он встретил совсем другой взгляд Мальбонте.

— Ты обрёл вторую ипостась. Поздравляю... — Усмехнулся Мальбонте.

    Люцифер не двигался, не спешил бросаться на Мальбонте. Он медленно поднял руки, а затем закричал:

— Mamento mori, Mal-bon-te!!!(Помни о смерти, Маль-бон-те!!!)

    И вся его ярость и ненависть, обернувшись чистой, но смертоносной энергией, вырвалась на Мальбонте. Он не успел не увернуться, но ответить таким же ударом, и Мальбонте отбросило в сторону. Другой, вероятно, умер бы на месте, но Мальбонте выдержал. Его руки дрожали, когда он поднимался, но в общем казалось, эго это не сильно ранило. Он выплюнул кровь и бросил в ответ:

— Всегда помню. Ты достойный противник Люцифер. Но пора заканчивать.

    Мальбонте поднялся в воздух, но нечто иное подняло его: крылья покоились на спине. Его словно подняла невидимая рука. Мальбонте поднял ладони вверх, закрыл глаза, а когда открыл, они пропитались тьмой... И эта тьма была готова вырваться наружу.

— НЕТ!!! — Закричала я.

    Мальбонте посмотрел на меня. Люцифер схватил его за лодыжку и совсем животной силой потянул вниз. От мощного удара об землю осталась вмятина, и трещины стали глубже, длиннее... Мгновенно слетелись Субантры, защищая своего хозяина. Они набросились на Люцифера, не подозревая, что спасают его от гнева Мальбонте. Мальбонте скрылся, чтобы залечить раны. Ему ещё нужны были все его силы, чтобы победить войну....

— Дино, справа!!! — Услышала я голос Энди.

    Я подняла голову и увидела стаю Субантр. Они окружили Энди и Дино, не позволяя им вырваться из смертоносного круга. Птиц было так много, что не было видно ни звёзд, ни луны. И только два бессмертных боролись против них, пока тут, на земле, воевала цитадель, и те, кто примкнул к Мальбонте.

— Держитесь! — Закричала им я.

    Я полетела к ним. Субантр было слишком много, но в голове раз за разом проносились лишь одна навязчивая мысль:

Я не должна их потерять. Я не должна их потерять! Я не должна! Не должна!!!

    Энди и Дино были на последнем издыхании. В какой-то момент мальчики посмотрели на меня, а я на них. И я как бы прокричала им своим взглядом:

Я с вами! Я всегда буду с вами!

    Субантры остервенели. Ребята слишком долго боролись с ними, силы были на исходе, и птицам все чаще удавалось наносить удары.

— Не сдавайтесь!

— Ха! — Раздался боевой стон Дино.

— Получай, тварь! — Сказал яростно Энди.

    Энди пропустил удар и Субантру вонзилась ему в шею.

— Энди! — Воскликнул Дино.

    Мы с Дино полетели за ним.

— Энди, держись! — Сказал Дино.

— Нет! А-а-а! — Закричал в ответ Энди.

    Энди сражался как мог, но теперь его попытки были лишь слабыми отбиваниями. Дино убил одну из Субантр. От моей руки полегла другая. Но осталась третья... Она была готова пронзить Энди насквозь своей лапой, похожей на меч...

— ЭНДИ!!! — Обеспокоенно закричала я.

    Энди смог увернуться, а затем, собрав все силы, что у него остались, убить Субантру ее же оружием. Он схватил ее за крыло, развернул лапу к ней и вонзил в нее. Энди был так обессилен, что потерял сознание.

— Дино, он падает! — Проговорила я с дрожью в голосе.

— Держись, друг! — Дино подхватил его на руки. — Я отнесу его в безопасное место.

— Лети!

    Я проследила как Дино улетает. Сил почти не осталось и я спустилась на землю. Передо мной встал выживший советник. Он был спокоен, но решителен и беспощаден. Я, заплаканная, истощенная, чувствуя что в душе моей все изранено и истерзано скорбью. Взглянула на него равнодушно, как на прохожего. Никто и ничто не даст придти в себя, передохнуть, я уже это поняла. Войне было мало страданий, она все ещё была голодна...

— Всегда задавался вопросом, что пробуждает бессмертных предавать? — Сердито спросил он.

— Идея и вера в нее. — Ответила я.

— Да будет так!

    Советник развернул меч, поднял над головой, выставив ногу вперёд. Лезвие отразилось голубые светом. То, как этот свет двигался, напоминало языки пламени.

Лучше бы эта штуковина не коснулась меня...

    Советник сделал выпад. Лезвие сверкнули справа. Я увернулась влево. Мест не встретил мою плоть и рассек лишь воздух. Но советник не дал мне даже развернуться и ещё одним стремительным движением порезал мое плечо. Я упала, попятились от него, оставляя за собой кровавый след.

— Это конец. — Сказал советник.

— Нет! — Возразила я.

    Над нами возникла длинная тень, и небо заполнилось рыком дракона.

— Прочь, животное! — Сказал советник.

— Р-Р-Р!!!

    Фыр приземлился передо мной, и мягко положил полукругом хвост, защищая меня со всех сторон.

— Приучила дракона? Похвально. — Спросил советник.

— Я никого не приручала.

— Прочь!

    Советник махнул мечом, но Фыр вырвал его из рук и бросил в сторону.     — Р-Р-Р!

    Советник раскинул руки и метнул в дракона белый шар. Фыр хотел увернуться, но тогда бы шар попал в меня. Ему пришлось принять весь удар на себя.

— Фыр, нет! — Обеспокоилась я.

    Я раскрыла крылья, чтобы улететь, чтобы Фыр тоже мог спастись, но советник тут же метнул шар в меня. Он обжёг мои крылья.

— ФЫР!!! — Разъярился дракон.

    Увидев мои паленые крылья, дракон взревел и бросился на советника. Фыр вонзил клыки в его шею и вырвал плоть. Советник стал отхаркиваться кровью и озираться, будто кто-то мог ему помочь. Я прильнула к Фыру.

— Спасибо тебе... спасибо...

    Кто-то в небе закричал моля о помощи. Фыр стремительно развернулся. Ему было невыносимо слышать эти крики. Я улыбнулась.

— Тебе не обязательно быть на одной стороне. Лети, помоги им.

— Фыр! — Довольно фыркнул он.

     И его длинная фигула, извиваясь, полетела по небу. Битва продолжалась, но уже менее ожесточенной. Меня схватили за руки и развернули к себе. С клинка мамы стекала кровь, волосы были растрёпанные, ледяные глаза смотрели исподлобья, почти полностью скрытые за капюшоном.

— Мальбонте убивает твоих друзей, а тебе плевать? — Спросила она. — Кто ты такая? Что ты сделала с моей дочерью?

    Мне хотелось истерично рассмеяться, хотелось вырвать сердце из груди, чтобы оно больше не мучалось. Но мой ответ был сух и тверд:

— Я ненавижу его за это. Но это... это война. Я знала на что шла. Он меня предупреждал.

    Я говорила это, а в груди росла дыра, которую мне никогда теперь не заполнить.

— Чего стоит твоя идея, если они будут мертвы?!

— Тебе кончать на них! — Возразила я.

— Ты предала их. Предала меня.

— Не говори так.

— Как ты могла?

— Нужно что-то менять.

— Изменения будут, но не таким способом. — Ответила мама.

— Будут те изменения, которые выгодны лишь цитадели. Ваше правление подошло к концу, мама!

    Она угрожающе улыбнулась.

— Пусть ты и моя дочь, я не позволю тебе это сделать. Никогда!

    Она бросила печь на землю, свела ладони вместе. И ветер завыл вокруг нас.

— Что ты делаешь?! — Спросила я.

    Ветер все кружил и кружил, пока не начал смыкаться около меня. Кольцо стало сужаться, я ощутила недостаток кислорода. Сознание затуманилось.

— Что ты делаешь?! — Закричала я.

— Не знаю зачем, но ты нужна Мальбонте. Он не получит тебя! — Закричала в ответ мама.

— Кха-кха...

    Я задыхалась. Упала на колени, схватившись за горло, и пыталась вдохнуть хоть немного кислорода.

Нет... нет!

    Во мне теплилась сила, но каждый раз было так сложно суметь ее вызволить из глубины тела! Но злость и чувство самосохранения не позволили мне сдаться. На грани потери сознания я пыталась сосредоточится на ней, пыталась представить, как она вырывается из меня...

— А-А-А-А!!!

    Звуковая волна отбросила всех, кто был рядом с нами. Ветер, кольцом сжимающий меня, утих. Я жадно вздохнула воздух. Мама вскочила на ноги и решительно направилась ко мне, снова сложив руки для очередного воздействия.

— НЕТ! — Закричала я.

    Мама замерла, все ее мышцы свела судорога.

— Что... ты... делаешь?.. — Теперь спросила она меня.

    Она едва могла раскрыть рот и говорила сквозь сжатые от напряжения зубы. Я подошла к ней.

— Вот и всё, мама! — С печалью произнесла я.

— Нет! — Возразила она мне.

    Она попыталась вырваться из Алена моей силы, но я не позволила ей.

— Какого это — быть заложником чужих решений? — Спросила я. — Ты в моих руках.

— У-убьешь... меня?

— Я не хочу убивать тебя.

— Придется, потому что, если освободишь меня, я сделаю все, чтобы помешать вам!

— Ненавидишь меня за мой выбор?

    Она удивлённо вскинула брови.

— Нет. Восхищение бороться с разочарованием. Но ненависти нет. Ты похожа на меня, Вики. Но ты идёшь дорогой, что я никогда не приму. И я убью тебя, если ты не решишся.

    Я сжала губы, чтобы сдержать поступающее рыдание.

— Нет. Не буду.

    Я сделала шаг назад, ослабевая силу. Мама расслабленно повела плечами. Но лицо ее было измученным, словно она была не рада моему решению.

— Лучше бы ты убила меня. — Сказала мама. — Прости.

    Она бросила в меня заряд энергии, и на глазах её заблестели слезы сожаления. Я замерла, потрясенная смертоносной силой, направляющейся ко мне, и тем, что мама сдержала свое обещание... Но в последний момент Мальбонте отразил мамину атаку, встав передо мной.

— Вот так семейка, да? — Усмехнулся Мальбонте.

    Мама бросала в него шары энергии, но Мальбонте отражал каждый. Он приближался к ней, пока, оказавшись рядом, не сжал её запястья.

— Не заставляй её пожалеть о том, что она выбрала тебя. — Сказала мама.

— Не пожалеет, обещаю.

    Мама даже не сопротивлялась. Она достойно приняла свое поражение.

— Нет!!! — Закричала я.

    Мальбонте коснулся виска, и черные жилы покрыли ее тело. Глаза мамы тоже почернели. Она упала замертво.

— Нет! — На последнем издыхании произнесла с болью я.

— Я прильнула к ней, обняла, не сдерживая рыданий.

— Мне жаль. Но такие личности, как Ребекка, выходят либо победителями, либо мертвецами.

    Слез не осталось, и из груди вырвались лишь хрипы. Мальбонте посмотрел на небо, окропленное звёздами, в центре которого замерла кровавая луна.

— Нам пора. — Сказал Мальбонте.

— Куда?!

— Поставить точку в этой войне. — Мальбонте протянул мне руку. Я долго смотрела на нее, испытывая ноющую тревогу. — Ты все ещё веришь мне? — Я вложила свою ладонь в его. — Хорошо.

    Мальбонте достал из кармана ключ от врат Шепфа. Смотрел на них о чем-то думая. Он так долго к этому шел, что, дойдя до порога, вдруг решил помедлить. На мгновение мне показалось, что в его взгляде промелькнула нерешительность,но Мальбонте мгновенно отбросил её, сжал ключ в руках. Янова посмотрел на луну и сказал:

— Nil inultum remanebit.(Ничто не остаётся безнаказанным) Возьми ключ.

    Я послушно исполнила просьбу. Мы оба сжали его. Мальбонте вытянул руки и повернул ключом в воздухе. Луч от красной луны осветил наши руки, отразился от ключа и рассеялся. Пространство будто бы разорвалось. Огромные двери, уходящие в космос, открылись перед нами, и ослепляющей свет вырвался наружу.

— Пойдем. — Сказал Мальбонте.

    Я обернулась. Все вокруг замерли, точно статуи, остановленные во времени. Грохот и крики прекратились. Тишина была оглушительной, не естественной на фоне животной бойни. Мальбонте потянул меня внутрь.

— Пойдем. Я слишком долго ждал встречи с Шепфа.

    Мы вошли во врата. Двери за нами закрылись, и я снова за ними услышала какофонию смерти.