Глава 26 или Галактического рождества и нового года

Наконец, щетина снова отросла. Первый раз её пришлось отстричь ещё до нашего танцевального вечера и, вот, недели две назад опять. Всё ради восстановления загара. Не идёт мне сильно бледная кожа, так что нужно поддерживать то, что дали итальянские корни. А говорят мужчинам легко следить за собой, ну-ну.

Мы с Люком заканчивали украшать камин. Как в старых добрых традициях, там висели красные носки для подарков, а рядом подобие ёлки. На полке камина уже стояла пустая тарелка, которая ждала партию горячих домашних имбирных пряников. Люк всё настаивал на искусственном снеге, но я сказал, что точно не здесь.

— Почему мы так не украшали корабль последние годы? — спросил друг.

— Не знаю. Но сейчас у нас просто выбора нет, в новое столетие вступаем.

— Тут ты прав. Я ждал этого ещё с шестнадцати. Как твои родители?

Я закашлялся от неожиданности. Вопрос был банальным, но не для меня. Но ответил вполне спокойно.

— Хорошо. Я звонил им неделю назад. Они были рады меня слышать.

— А твой папа? Нашёл работу?

— Не знаю. Ты подслушивал разговор?

— Возможно. К тому же наши родители часто встречаются, так что новости так или иначе дойдут до нас.

Я усмехнулся и слегка отошёл от камина. Наконец мы закончили с этой комнатой. Осталось немного: холл, сад и лаборатория. И объяснить путешественнику, что мы делаем. На моей спине всё ещё спал Винч, которого также могли назвать Дин. Я ему уже подготовил маленькую красную шапочку как у Санты Клауса. Осталось придумать, как её надеть.

Все в мишуре, пропахнувшие камином, и с коробками с украшениями мы спустились на первый этаж. Люк зацепил на серьге маленький ёлочный шарик сине-белого цвета. Когда мы зашли в холл, туда откуда-то пришёл Футур.

— Здесь вы тоже устроите блестящий дождь? — спросил путешественник.

— Это называется новогодние украшения, — ответил я.

— Это называется фигня. Чем вам это нравится?

— Праздник, — сказал Люк. — Атмосфера праздника, веселья, счастья.

— Не продолжай. И что, это — ваше рождество?

— Да. Уже послезавтра сочельник. Надо быть готовыми.

— Блондинчик, чем вам так важно всё это? Последняя неделя декабря для вас — один сплошной праздник, с перерывом на работу.

— Рождество и новый год празднуются давно. Это что-то вроде традиции, привычки. Мы можем плевать на эти праздники, но это повод, чтобы лишний раз...

— Выпить?

— Повеселиться и отдохнуть от дел. Что, не было такого у вас?

— Было. И рождество, и новый год.

— Не праздновали?

— Праздновали, но я-я не любил это дело. Не по мне та атмосфера была. Бессмысленным всё казалось.

— Звучит грустно.

— Только без жалости, умоляю, капитан. Не жалей меня, я сделал тот выбор сам. Однако, раз у вас так принято, то с удовольствием приму участие в этих традициях.

— Звучит и классно, и не особо. Будто считаешь нас отсталыми.

— Я бы хотел культурно здесь промолчать.

Мы с Люком закатили глаза и принялись украшать холл. Футур всё отнекивался, но в итоге стал помогать, попутно расспрашивая о традициях праздника. Мы с удовольствием рассказывали о том, как праздновали с друзьями, с семьёй, как каждый год мы становились ближе друг к другу, как украшали дом и неумело старались придумать что-то новое. Иногда мы задавали вопросы путешественнику, а он отвечал, что у них все праздновали рождество, но он сам решил отгородиться от этого события, не видя смысла в праздновании.

Постепенно людей становилось всё больше в холле. Энди закончил украшать лабораторию, Мэри — свою комнату. Теперь они помогали нам. Атмосфера стала по настоящему семейная: мы болтали, кидали друг в друга украшения, обнимались, делали перерыв на чай с печеньками, Мэри время от времени душила Люка мишурой. В центре стояла ёлка, не настоящая, но похожая, даже с запахом. Энди также напомнил о традиции дарить подарки, что стало некоторой неожиданностью для Футура. Если бы не Винч, который стал носиться туда-сюда, было бы немало ещё вопросов.

Несколько дней спустя, когда рождество прошло, я стал всё чаще быть в хакспейсе. До нового года оставались считанные дни, а ещё нужно было подготовить подарки. Я бродил из угла в угол, из малого хакспейса в большой, то программируя, то конструируя, то собирая подарок. Это стало моим домом на предпраздничные дни. Хорошо, что вполне легко удалось сосредоточиться на деле, без всяких отвлекающих факторов. Почти. Вот и сейчас раздался стук, и из открытой двери показалась Мэри.

— Не помешаю?

— Заходи, — ответил я, стоя возле 3D принтера.

— Чем занимаешься, изобретатель?

— Секрет.

— Ой, да ну. А если за это? — она протянула мне кружку горячего шоколада, украшенного взбитыми сливками и посыпкой. Такое растопит сердце любого.

— Подарок делаю. Футуру.

— Ого! И что это?

— Телефон. Вот корпусом и чехлом занимаюсь.

— Печатается корпус?

— Да. Дизайн чехла ещё не придумал. У меня возникла мысль, что ему тоже нужен телефон, чтобы мог связываться с нами, особенно если опять будем теряться на планетах. Ну и для развлечения, чтобы не доставал.

— И что, будет такой же как у нас или лучше?

— Ха, я не настолько профессионал. И Футуру не нужно всё то, что есть у нас. Однако большая часть функций всё же будет.

— Остались бы на Земле, пошёл бы работать в какую-нибудь богатую компанию. Тебя бы там с руками оторвали. Ты ведь ещё в школе смог собрать чайник, наушники.

— И теплицу, да. Хочется, чтобы в новое столетие все вошли счастливыми. И он тоже. А ты какой подарок сделаешь Футуру?

— Секрет.

— Я рассказал, твоя очередь.

Мэри сперва замотала головой, но по итогу пожала плечами и подошла ко мне, достав телефон. Она открыла фотографию с худи зелёного цвета. Не сразу, но узнал, что это вещь Люка. На мой вопрос Мэри ответила:

— Он уже давно это не носит, а Футур на неё глаз положил. Если брат будет недоволен, разберусь. Мой Люк — мои проблемы.

Я засмеялся, даже чуть не пролил шоколад на технику. Пришлось отойти подальше от работающих машин, чтобы ничего не сломать. Мы разговаривали ещё около часа, может даже двух. Время пролетело незаметно и, вот, Мэри уже нужно было идти. Я провожал её взглядом до самой двери, после чего немного подошёл к выходу и услышал:

— Эта борода тебе идёт. — Она едва заметно коснулась большим пальцем моей щеки, после чего с нежностью взглянула на меня и вышла из комнаты. Я остался опять один. Только теперь ещё и улыбался, как дурак.

И вот, он наступил. Долгожданный новый год. Мы заранее договорились, что подарки будем дарить вечером. А с утра поздравляли друг друга и всех с Земли. Энди час проболтал со своим братом, меня ждал душевный разговор с родителями. Телефон Люка вообще не замолкал, то и дело присылая уведомления.

— Когда-нибудь это закончится? — спросил Футур, недовольный этими звуками.

— Мне очень много людей шлют поздравления, что поделать? — ответил Люк.

— Откуда у тебя столько знакомых?

— Просто меня все любят. Я как летнее солнышко

Футур показал язык, а ребята начали смеяться. День пролетел вообще незаметно. После трёх часов дня мы, наверное, не вылезали из кухни. Хотелось всё сделать своими руками. Коряво, не всегда красиво, но возможно вкусно и по-домашнему. Самое лучшее было — готовка десерта. Мы решили испечь ещё имбирных печенек и огромную порцию рисового пудинга. Он неизменная традиция, как и рыба с пюре и капустой, однако я бы ещё не отказался от кусочка крансекаге. Футур так и норовил добавить чего-то своего, Энди отговаривал нас класть много корицы, Люк и я мешали друг другу, а Мэри смотрела, будет ли Винч кушать тесто для печенья. Спустя полчаса такой «готовки» мы были в муке, очки Энди уже давно не помогали ему видеть, а мои волосы стали по цвету как у Люка. Бой едой, конечно же, никто не отменял. Чтобы как-то оттянуть своё поражение Футур иногда мог напрыгнуть на нас сзади, крепко обнимая и громко смеясь в наши уши. Пришлось на время покинуть «поле боя», так как у меня снова зазвонил телефон.

— Привет!

— Ну, как у вас дела, сынок? Готовитесь? — спросила мама.

— Да, я только-только с кухни.

— Это хорошо. Знаешь, мы всегда хотели отпраздновать новый год в дороге. Вот у тебя мечта сбылась.

— Она уже много лет сбывается. А что там за шум?

— Не ты один решил устроить путешествие. Помнишь курорт загородом? Возле гор.

— Конечно. Туда каждый попасть мечтал.

— Мы с твоей мамой решили последовать твоему примеру и начать делать в жизни что-то новое. Да почему он так медленно едет?!

— Не отвлекайся от дороги, Эмануэль.

— Это здорово, правда.

— Ты дал нам понять, что, возможно, не все наши действия были правильными. Мы только сейчас понимаем, что лишали себя и тебя много. Однако, пришло время это восполнить.

— Я за вас очень рад. Повеселитесь там.

— Мы тоже рады за тебя, Джеймс. Не будем отвлекать, целую.

— Подождите! Я-я хотел извиниться. Давно уже надо было, всё никак не решался. Простите, что сбежал так, не оставив записки, ничего не дал вам, никакой ниточки, чтобы не терять связь. Я тогда только о себе и думал, о том, чего вокруг нет, не замечая, что есть.

— Джеймс, мы очень переживали за тебя все эти годы. И тоже виноваты в том, что случилось. Но оно прошло и, пусть, останется навсегда в старом столетии. Прости, если что-то сделали не так.

— Люблю вас.

— И мы тебя.

И гудки. Я стою с идиотской улыбкой, медленно опуская телефон. Мои родители едут на горнолыжный курорт под новый год. Они хотят делать что-то новое. Я как будто говорил сейчас с другими людьми, совсем не узнаю родителей. Но это здорово, что наша ситуация имеет хороший конец. И дышать стало в тысячу раз легче от осознания, что я сказал это.  И они простили меня. Не верю, что они изменились полностью, однако в новый год хочется чуда.

Ближе к ночи, когда еда была на столе, подарки в коробках, а мы в красивых костюмах, настала пора последних полутра часов до нового столетия. В честь такого Энди соизволил надеть не чёрную рубашку, а бордовую. Он наотрез отказался носить пиджак, потому остался в тёмной жилетке. Люк, безусловно, выбрал себе самый лучший наряд, утверждать обратное нам запрещено. Белоснежная рубашка, яркие подтяжки, бабочка и не спадающая улыбка — вот секрет превосходного вида.

Я стоял на кухне, одетый менее официально, нежели парни: тёмно-синий костюм да светлая водолазка. Энди помогал мне с выбором напитков, пока Люк подбирал наряд для Футура. Надеюсь, что никто не пострадает.

— Все здесь? — спросила Мэри, выглядывая из-за двери. Осмотревшись девушка добавила: — я даже не удивлена.

— Выглядишь прелестно, — сказал Энди. Девушка радостно покружилась демонстрируя наряд: чёрный свитер и красная клетчатая юбка. Но не успела Мэри насладиться своим триумфом, как вошли Люк и Футур, одетый в чёрную рубашку с красным, несильно затянутым галстуком.

— Рубашка не твоя, Энди, расслабься, — увидев взгляд друга, пробормотал Люк. — Только галстук взяли.

Немного поболтав и сделав парочку комплиментов, вся компания села за стол. Через минут пять я заметил, что Винч уже съел своё новогоднее блюдо и, замотавшись в остатки обёрточной бумаги, лёг спать. У нас же всё только начиналось. Стол ломился от угощений, бокалы едва успевали опустеть, как в них наливалось что-то новое. Уровень шума неприлично зашкаливал из-за музыки, чьих-то рассказов и смеха каждого из нас.

Люк подтолкнул меня локтем, намекая на то, что стоит рассказать о подарках. Я встал и, прокашлявшись, начал.

— Футур, обращение по большей части к тебе. Тебе небезызвестна традиция дарить подарки в такой праздник. И я хочу рассказать о том, почему же прежде мы не делали этого.

— Весь во внимании, капитан, — со сверкающей улыбкой ответил Футур.

— Когда мы начали полёт, решили соблюдать все традиции. И новый год, и рождество, и прочие праздники мы старались проводить как на Земле. Но скоро стало понятно, что дарить подарки в закрытом пространстве странно. Сам подумай, это будет просто обмен, пока кто-то не получит вещь назад по круговороту. И с тех пор мы просто стали давать обещания или просить, в качестве подарка, о чём-нибудь.

— Например, — продолжила Мэри, — сделать что-то особенное, помочь или перестать храпеть.

— Именно. 

— Мы не соблюдаем даже главную традицию! Возможно, поэтому нам и не повезло на Сатурне.

— О чём ты, красотка?

— Каждый новый год мы бьём посуду. Чем больше осколков у твоей двери, тем лучше. 

— Верно. Однако, я не закончил. Сегодня мы решили сделать исключение, в некоторой степени из-за тебя, Футур.

— Но только на один раз, — добавил Люк.

— Превосходная речь. 

Мы начали доставать подарки из карманов, пакетов, из-под стола. Кто-то постарался с упаковкой, кто-то предпочёл простоту. Искренние улыбки от такого маленького жеста — вот что делает день праздником. Я не о презентах, а о внимании, заботе, искреннем желании сделать приятно.

Футур был удивлён тому, что получил. В глазах на секунду мелькнула слеза счастья, но она исчезла в тот же миг. Нам пришлось даже выйти из-за стола, сидя дарить не удобно. И только хотели пойти обратно, как путешественник окликнул всех.

— Вы же не думаете, что я пришёл с пустыми руками? Слова "традиции" и "подарки" знакомы каждому человеку. Главное, что в эти презенты я постарался вложить смысл и не потратить много сил на раздумья.

— Мило, — с некоторым удивлением сказал Энди.

Путешественник начал с Мэри. Он достал серебряный браслет, украшенный несколькими маленькими фигурками. Девушка с изумлением осмотрела подарок, после чего нежно обняла Футура, чего тот вовсе не ожидал. Мэри принялась застёгивать браслет, как вдруг что-то заметила на внутренней стороне.

— Футур, а что здесь написано? Па-палла.

— Да, да, палла. Это-это на нашем языке. Означает — красотка. А вы чего замерли? Блондинчик, подойди ближе.

Так по очереди получили подарки и мы. Я, правда, был последним. Люку достался пакет, доверху наполненный самодельными вкусняшками. Большая их часть была по рецептам с альтернативного мира, однако где-то запрятались и кофейные ириски, и мини чизкейки. Для меня путешественник подготовил футболку с объёмными клавишами фортепиано. Удивительно, что Футуру удалось добавить звуковое сопровождение, ведь с техникой он не дружит.

А вот Энди не стал раскрывать свой подарок при всех. Путешественник вручил другу коробку, которая идеально помещалась в ладонь второго. После короткой речи Футура, Энди его поблагодарил и спрятал подарок, оставив нас в неведении. Мы и не заметили, как до полуночи остались считанные минуты.

Путешественник с небольшой насмешкой наблюдал за тем, как мы копошимся. Энди неумело открыл бутылку шампанского, из-за чего брызги полетели на каждого. Наполнив бокалы, друг поправил очки и начал речь.

— Ребята! Тянуть мне совсем не хочется, да времени осталось мало. Думаю, вы согласитесь, что финальную речь должен сказать Джеймс. Капитан. Тот, кто устроил спасительный, в некотором смысле, для нас полёт, — приподняв бокал, Энди сел и взглядом приказал встать мне.

— Неплохо, неплохо. Даже не отказать тебе. Скажу банально, без каких-то жарких слов. Я, правда, безумно рад тому, что сейчас здесь. И здесь не один. Новое столетие в нашей Корсе Диморе — лучший вариант развития событий. И не стоит планировать будущий день, год, не надо. А потому и желать чего-то не буду. Пусть будет то, что должно быть, а мы лишь вывернем всё в свою пользу. Люблю вас, ребята, и... эй! Осталась минута!

Все переглянулись и тоже встали. Футур единственный, кто помимо радости излучал небольшое удивление, но считал последние секунды вместе с нами. Время растянулось, в голове кусками всплывали воспоминания, а через миг они сменились другими. За последние пять секунд я словно пережил пять прошлых лет. И когда отсчёт дошёл до нуля, команда дружно закричала.

— С новым годом!

И раздался звон бокалов. Кто-то кричал "ура!", кто-то смеялся. От такого шума Винч недовольно замотал головой и поспешил улететь из кухни. Правда, обёрточная бумага далеко не сразу дала ему сделать это.

Никто не торопился вернуться обратно за стол. Наоборот, мы стояли, подходили друг к другу, поздравляя с новым столетием и желая что-то. Энди отошёл ненадолго, чтобы позвонить брату, а ко мне подошла Мэри.

— С новым годом, Джеймс.

— С праздником, — ответил я, глядя девушке в глаза. Мы легонько стукнули полупустыми бокалами, но звон почти и не слышался в какофонии голосов.

— Думаю, этот год будет удачным. Даже очень.

— Откуда такая уверенность?

— Угадай, кому попал миндальный орешек.

— Чудесный знак.

— Хотела сказать, что ты очень хороший друг. Честно, я благодарна тебе за всё то, что ты делаешь. Не всегда это хорошие или обдуманные решения, но всё таки мы ещё живы. И счастливы.

— В этом не только моя заслуга. От меня здесь процентов десять, может и девять. Мэри, раньше и подумать бы не мог, что назову тебя другом, но сейчас это так. И несмотря ни на что, я безумно рад, что ты со мн... с нами. Белла дизграса.

— Пора переводчик достать, чтобы узнать как ты меня называешь. А вообще, Энди сказал правду.

— Ты о чём?

— Твой полёт спас наши жизни.

Сказав это, девушка отпила из бокала и ушла в сторону. Я остался, погружённый в свои мысли. Осознавая, какую глупость болтаю, называя Мэри только другом. Заметка № 921: «Превосходное Рождество сменилось не менее чудесным праздником. Это первая заметка две тысячи трёхсотого года. Ребята убьют меня, если увидят, что снова стою с блокнотом в руках, но этот риск стоит того. Все в этом корабле так близки мне, и я тоже важен друзьям. Нас ждёт будущее вселенского размаха. Галактический новый год».