Глава 18. Рик

Перед последним уроком Тайлер подошел ко мне с вестью о том, что тренер Тантор был вне себя от ярости. Во всем виноват Дарк, он не появлялся в школе уже целую неделю и пропустил пять тренировок, за это по головке не погладят. Включая мистера Уортмана, который давал последний шанс на исправление и взял с него честное слово больше не прогуливать.

- Тантор жалеет, что взял его в команду. Но в то же время утверждает, что не выгонит его, надеется, что есть причины для того, чтобы не приходить в школу так долго, - тихо рассказал Тайлер, когда мы шли по коридору вдоль фотографий с лучшими учениками года.

Среди знакомых лиц я увидел свое фото в деревянной рамке. "Классный друг и лучший напарник" - гласила надпись внизу в уголке с подписью Тайлер Грин. "Чувак, ты просто супер!" - а это фраза от Дэни. "Мой спаситель и герой" - написала Мэйси своим каллиграфическим почерком, а в самом низу едва заметное слово «Предатель» было оставлено черным тонким маркером. Знакомый почерк, Дарк. Браво.

Я засмотрелся на фотографию и на время прослушал разъяснения друга по поводу слов Тантора. Вся эта возня с братом порядком надоела, но я прекрасно осознавал свою ответственность перед ним.

- Если он пропустит еще хоть пару дней, его исключат, знаю... У каждого есть лимит пропусков.

-Я открою один секрет, Рик. Особо не распространяйся.

Тайлер выглядел очень серьезным, но брови слегка сдвинулись от внутреннего беспокойства. Никогда бы не мог подумать, что он будет волноваться за Дарка не хуже меня.

-Мистер Уортман договорился с тренером по поводу него. В смысле, это был их план - а что если Дарк немного воодушевится и ударится в спорт, забыв о плохом. Идея, конечно, хорошая, но если об этом станет известно твоему брату...

-Даже не хочу знать, что будет. Это разобьет ему сердце.

-Если первым не сделает это кое-кто другой, - он кивнул в сторону шкафчиков.

Повернувшись в указанное направление, я приметил Мэйси у стенда с расписанием. Она явно кого-то ждала, все поглядывала на часы, высматривала этого человека из толпы.

-Что ты имеешь ввиду? - переспросил я в недоумении.

-Ты что же, слепой? Никогда не видел, как она на него смотрит, пока он рядом? Ну, просто глаз не отрывает (тут он спародировал голос зазнавшейся красотки на понтах), а улыбка... Помнишь, он тогда вернулся из больницы? А теперь пошевели серым веществом и вспомни, как она кинулась в его объятия.

-Хочешь сказать...

-Да, - не дал договорить друг, - именно. И она ему тоже нравится. Тут и экстрасенсом не надо быть. Даже противно.

-Почему сразу противно? Что плохого в том, что все взаимно? Или это из-за того, что она дала тебе отбой? - усмехнулся я. - Так ты у нас еще и ревнивый. Я тебя таким не видел. Нечто новенькое...

-Дело не в этом. А в том, что ОНИ этого не замечают. Ладно, это уже их дело. Я пошел, догоняй.

С этими словами он закрыл свой шкафчик на замок и, поправив уложенные волосы, отправился в класс. Тайлер все-таки ревновал. Совсем немного, но ревновал, не хватало смелости признаться. Но он был прав относительно ребят, и я не мог не согласиться с его догадкой.

В моем шкафчике был полный беспорядок. Перед каникулами стоило забрать ненужные для сдачи экзаменов учебники и тетради. Непроизвольно мой взгляд снова обратился к Мэйси. Прошло минуты две, а она все еще находилась на том же месте, заламывая руки от нервов. Никто так и не пришел. Я уже решил уйти и прекратить эту глупую затею с мнимым шпионством под прикрытием с алиби, как вдруг, откуда ни возьмись, появился Алекс и, подойдя к Мэйси, захотел ее обнять. Я совсем не ожидал, что руки девушки намеренно и с силой оттолкнут его от себя. Именно так она и поступила. Алекс выпучил от злости глаза, пытаясь понять, что это значит, ведь раньше она была очень мила и всегда болтала с ним на переменах.

Я был в гневе - этот паршивый урод ни разу не приходил в школу с тех пор, как Макс был убит, а теперь он, какого-то черта, посмел сюда явиться, да еще и приставать к моей подруге! Как жаль, я не мог сцепиться с ним прямо сейчас, от него бы живого места не осталось. Мешало одно большое НО: я понятия не имел, какие у него могут быть способности в том случае, если все правы, и он действительно один из вилонов. Вдруг, он прибьет меня, едва дотронувшись хотя бы пальцем, в то время как моих способностей до сих пор нет.

В эти секунды я ощутил себя беспомощным слабаком, неспособным на защиту друга. Какой позор.

К сожалению, я не мог слышать их разговора, оставалось догадываться, что же произошло. Мэйси была настроена явно недружелюбно. Она что-то сердито говорила, а Алекс стоял в недоумении, не зная, что ответить. Как мне показалось, Мэйси отшила его. Может, он стал к ней приставать или еще что-то. Какое-то двоякое чувство мешало мне вступиться: это был их личный конфликт, но парень явно переходил границу. Стоило ли вмешиваться?

Ситуация разрешилась сама по себе. Алекс пытался вручить ей какую-то тетрадь, а Мэйси с силой вырвала ее из рук и со всего размаху швырнула ему в лицо. Окружающие тут же стали оглядываться, предвкушая сладкие сплетни. Какая муха их укусила и что будет дальше: смотрите в следующей серии.

-Придурок! - крикнула она напоследок, нарушая воцарившуюся тишину среди любопытствующих.

Я отошел в темный угол и достал телефон для того, чтобы предупредить Рэндала о том, что Алекс сейчас в школе. Тот прочитал сообщение, но так ничего не ответил. Наверняка решил сразу же отправиться сюда, чтобы провести слежку.

На последнем уроке мне было трудно сосредоточиться. В голове вертелось столько мыслей. Мне хотелось с кем-нибудь поделиться своими переживаниями. Тайлер куда-то неожиданно пропал, я даже не понял, что его нет. Может, ему стало плохо? Но я ведь отчетливо видел, что он направился именно в эту сторону.

В последнее время все идет наперекосяк. Или мне кажется, что все происходящее вокруг напоминает унылую постановку, в которой сценарист явно что-то напутал и перемудрил. В реальности так не бывает... Это не нормально.

Мэйси опоздала на урок и с виноватым лицом прошла на свое место, пока учитель по биологии делал ей выговор. Я не сводил с нее взгляда в надежде, что смогу понять, что же произошло. Но она ни разу не посмотрела в мою сторону и оставшиеся минуты до звонка сидела почти в неподвижном состоянии. Как же это было на нее не похоже. Что-то явно случилось.

После звонка я не стал подходить к ней. Решил, что если будет нужно, она сама расскажет, а мне поменьше следует лезть в чужие дела, ведь я не должен был подглядывать. Главной задачей было - до прихода Рэндала проследить за Алексом, который словно сквозь землю провалился.

Совершенно случайно мы с директором Уортманом столкнулись у выхода на парковку. Он посмотрел на меня тяжелым взглядом и глубоко вздохнул, прижимая стопку учебников свободной от портфеля рукой. Это значило только одно – у меня проблемы.

- Что случилось, мистер Уортман? – спросил я.

- Я вынужден на этой неделе занести твоего брата в список учеников, приговоренных к отчислению. Если он не вернется в школу и не исправит оценки в ближайшие два дня, то будет отчислен или оставлен на второй год.

Ноги в момент похолодели, а внутри что-то потухло.

-Эрик, ты ведь знаешь, я делаю все, что могу. Но школьный устав для всех один, и он не позволяет ученику пропускать занятия без уважительной причины. Те четыре дня, что он находился в больнице, я не беру в расчет. Но сейчас... если он до сих пор болен, то мне нужны справки. Или заявление от родителей с подробным объяснением, в чем дело. Другого выхода, ребята, у вас нет...

Он был подавлен и рассказывал мне об этом с большой неохотой, ведь это было совсем не в его стиле - срывать всю накопившуюся злобу на учениках, исключая всех из школы при малейшей возможности. Нет, он был нормальным дядькой, и его любовь к школе - своего рода самоотречение во благо других. Таких людей как он еще поискать надо...

- Спасибо, что сообщили мне, я постараюсь вернуть его в школу. Обещаю что-нибудь придумать.

Ничего не ответив, Уортман кивнул и удалился вдоль коридора в столовую. А я остался стоять посреди коридора, ничего не соображая. Мне следовало идти к Дарку, но ноги не слушались. Возможно, я подсознательно отказывался верить в происходящее. Если Дарка отчислят, я буду совсем одинок. Между нами порвется последняя связующая нить. Она итак истончилась до предела.

- Рик, - послышался легкий голос за спиной.

Это была Мэйси. Она глядела в пол, скрестив руки за спиной, словно те девчонки из черно-белых фильмов, что пытаются кому-то строить глазки. Я молчал, подбирая правильные слова, но вместо них у меня получалось лишь открывать рот как рыба.

- Рик, мне нужно кое-что показать тебе. Пойдешь со мной? - теперь ее голос был другой, какой-то детский, словно она звала меня на площадку вдоволь набегаться и поваляться в песочнице, строя замки.

Я продолжал молчать, не понимая, о чем она говорит. Все это казалось неуместным, в такой важный момент вести себя как ребенок... Ей ведь 17 лет, а до сих пор вытворяет такие глупости. Хорошо, что этого не видит Дарк, он бы тут же передумал с ней общаться.

- Пойдем, я покажу тебе, - сказала она и неуверенно взяла меня за руку.

Меня вновь, как и тогда, будто ударило током, и я увидел себя со стороны, все вокруг. На этот раз мне хватило одной лишь секунды, и я тут же вырвался из тисков, посмотрел на ладонь - на ней ничего, но боль уходила внутрь и поражала до середины костей. Что же это? Какая-то новая способность? Способность получать боль в теле при любом касании?

- Я никуда не пойду, мне нужно к Дарку. Он внесен в список на отчисление. Мне срочно нужно сказать ему об этом. Ты можешь пойти со мной, если хочешь.

- Но мне очень НУЖНО показать тебе КОЕ-ЧТО, Рик! Для тебя это очень важно!

- О чем ты? Что для меня может быть важнее брата?! Разве не ты хотела помочь нам начать все сначала?

- Да забудь ты о нем, Рик, хоть на несколько минут, и послушай меня! Он не пуп земли, чтобы постоянно гоняться по пятам и помогать, помогать, помогать... признайся, ему вовсе не нужна твоя помощь. Сам справится. Не маленький уже.

Я был поражен и не верил своим ушам, это говорила девушка, к которой я так проникся симпатией, которая стала для меня другом за этот месяц. Я думал, что она не способна на такое. Это вовсе не слова Мэйси. Что-то произошло. Вероятно, это «кое-что важное» очень задело ее, раз она позволяет говорить такие слова о моем брате, с которым она сама так хотела подружиться.

Брови ее были сдвинуты на глаза, и лицо в целом выражало не то гнев, не то недовольство. Странно... она никогда не злилась по пустякам.

- Хорошо, я схожу с тобой. Надеюсь, это станет объяснением твоего странного поведения. Ты сегодня слишком... впрочем, не важно. Кстати, что у вас произошло с Алексом?

Услышав названное имя, Мэйси вздрогнула и замерла на пару секунд, затем повернулась ко мне всем корпусом и поджала губы, явно удивленная и недовольная тем, что я напомнил ей об этом.

- А вот это уже не твое дело. Не лезь туда, куда не просят.

- Извини, я думал, он тебя обижает...

Она двинулась вперед, даже не дослушав меня до конца. Пришлось идти за ней, причем очень быстро - не смотря на свой рост, Мэйси двигалась так стремительно. Сразу у выхода я увидел свой велосипед, а рядом велик Мэйси. Откуда они взялись, ведь я не отцеплял свой с парковочного места?

- Не задавай никаких вопросов, просто садись и езжай за мной, - скомандовала Мэйси повелительным тоном.

С этими словами она уселась за руль своего железного коня и втопила вперед, не оборачиваясь и не обращая на меня никакого внимания до самого конца пути. Что-то подсказывало мне - не стоило ехать, но я переживал – вдруг случилось что-то ужасное.

Яркое солнце слепило глаза на поворотах, мы ехали по Рандольф стрит и завернули за Лютеранской церковью Редимера. Она затормозила у какого-то заброшенного домика с плоской крышей прямо за кладбищем. На удивление, это был вовсе не дом. Когда мы вошли внутрь, я догадался, что это трансформаторная будка. В бетонной стене располагался громадный щиток со знаком «Осторожно», а ниже «Опасно для жизни». Это оборудование, вероятно, весило тонну - таким громоздким оно было, что занимало треть пространства.

Стало интересно послушать, что же сейчас скажет Мэйси, чтобы я не накричал на нее за злую шутку. Что за не смешная выходка - притащить нас в это место. Нервы мои были на пределе - в подобную нелепую ситуацию я еще никогда не попадал. Это был какой-то розыгрыш? Ребята в черных футболках и с камерами на плечах ворвутся в дверь, крича: "Это была шутка!". Только вот в чем, собственно, заключалось веселье?

- И что же ты молчишь? – грозно спросил я, смотря, как она прогуливается вдоль стены.

- А что мне говорить?

На моих глазах образ Мэйси стал тускнеть, и все тело рассыпалось на мелкие части, словно многовековая пыль ошметками сошла с древнего экспоната, а под ним... За всей этой оболочкой стоял совершенно другой человек.

-Какого черта?!

Как же я не догадался сразу, что это вовсе не Мэйси?! Совершенно другие слова, поведение и мимика...

Алекс оказался гораздо хитрее, чем можно было предположить. Он до самого последнего момента скрывал свою принадлежность к вилонам, скрывал свои способности. Даже на тренировках я ни разу не замечал, чтобы он вел себя не как человек. Подлый врун...

- Зачем ты завел меня сюда? И зачем ты принял облик Мэйси?

- Слишком много вопросов, Дайлентон. Как же вы надоели. Что ты, что твой братец, что этот ненормальный - Макс. Я давно мечтал разделаться с вами, и сейчас у меня появилась идеальная возможность прикончить тебя, пока не поздно. Я знаю, что вы задумали. Я знаю все!

Он резко приблизился ко мне, схватил меня за руки и, перебросив через себя, повалил на пол. Я тут же почувствовал, что мои руки сковало в тиски, не было ни секунды на подготовку к такому неожиданному нападению. И вот результат – я лежал лицом к холодному бетонному покрытию, чувствовал кожей неприятную шершавую поверхность, а надо мной стоял Алекс, прижимая обе мои руки к спине так, что не было возможности пошевелиться. Он был очень силен. Еще бы - давно привык к своим способностям и научился правильно ими пользоваться.

- Вот же урод! Надо было убить тебя сразу же, как только у нас с братом стали появляться силы.

- Этого бы у тебя не вышло, мои силы появились раньше ваших, дед научил меня драться при нападении, так что вы ни за что бы не справились.

- Если совет вилонов узнает о том, что ты незаконно превращенный, тебе не жить! – злорадно бросил я.

Алекс нашел где-то металлический провод и перетянул мои руки так, что жгучий металл впился глубоко в кожу. Я взвыл от боли. Это был даже не вой, а дикий крик. Я не мог освободиться, так как любое движение причиняло еще больше боли, волной уходившей до самых ног.

- Кому нужен твой дурацкий совет вилонов, когда мой дед создает свою собственную команду? Боже, как же ты жалок, Дайлентон, - самодовольно фыркунл Алекс.

Потом он перевязал мне и ноги. Теперь я стал совсем неподвижным, даже не мог перевернуться на спину, настолько сильной была боль в руках. Иногда казалось, что провод дошел до кости, сквозь кожу.

Краем глаза мне удалось увидеть, что Алекс пододвинул ко мне какой-то старый деревянный стул, сел на него и закинул ногу на ногу, довольствуясь своей смелостью, умом и силой. Как же хотелось подняться и хорошенько избить его до смерти.

Смог бы я оставить его в живых? Сложный вопрос, на который я не в силах был ответить, ведь мне казалось, что это последние минуты в моей жизни. Умереть вот так вот - как глупо! Кто же поможет дедушке справиться со всеми заданиями? А кто предупредит Дарка о возможном отчислении? Кто, в конце концов, отомстит за убитого Макса? Вокруг повисла тишина, Алекс замер, прислушиваясь к чему-то, повернулся лицом ко мне и уставился мне в спину.

Мысленно воображение во всю мощь разукрашивало яркими красками каждую маленькую подробность того, что произойдет в следующие секунды. Может, он возьмет нож и сделает то, чего так жаждет – просто проткнет мое сердце насквозь, и дело с концом. А может, будет пытать, пока кто-нибудь не прибежит на помощь. Хотя, какой дурак побежит на кладбище спасать незнакомца от сумасшедшего маньяка? Никто не поможет, потому что бетонные стены впитают в себя любой звук, не пропустят его за пределы маленького помещения. Меня никто не услышит, это значит – орать бесполезно. Лучше с достоинством принять свою смерть, не издав ни звука.

- Что дрожишь, Дайлентон? Сердечко быстро бьется? Я все слышу. Как говорится, перед смертью не надышишься, да?

Мое тело дрожало вовсе не от страха, а от ненависти, которая пропитывала каждую часть моего напряженного от боли тела. Я ничего не ответил, еле сдержавшись, чтобы не высказать ему все, что так хотел сказать долгое время, с тех пор, как мы знакомы. Вот в такие моменты, когда висишь на волосок от смерти, задумываешься над всем тем, что не сказал или не сделал. Как же мне хотелось бы хоть еще один день провести так, как я того захочу.

Еще час назад я прилежно отвечал на вопросы учителя и записывал конспекты в тетради, а сейчас лежу на сыром полу, рядом гудят электрические генераторы, их шум давит с двух сторон на виски, мешает трезво думать. Страх... страх за родных заставляет все органы внутри сжиматься и причинять сильную боль. Это похоже на свободное падение в парке аттракционов - будто падаешь в пропасть, и тебе не за что ухватиться - помощи не будет.

- Где Мэйси?

- О ней можешь не беспокоиться. Она уже давно дома. Ничего с ней не будет, потому что она попросту ничего не вспомнит обо всем, что касается вилонов.

Мое сердце дрогнуло, и мелкая дрожь побежала по всему телу. Не веря своим ушам, я повернул голову к Алексу, чтобы посмотреть ему в глаза. Неужели он сделал это? Вокруг все словно потемнело, и генераторы стали работать тише...

- Значит... Она все забудет? Она забудет обо мне?

- Конечно. А ты как думал? И про Дарка она забудет, и про все, что вы ей там рассказали. Она ведь знала обо всем, чего не должна была знать. А я, имея на то право, стер ее память, чтобы она не растрепала кому-либо все наши тайны. Ты нарушил закон, Эрик, точно так же как и я.

- Какая же ты сволочь! Ты не Смотритель, чтобы заниматься этим!

Между нами повисла недолгая минута молчания, которая прервалась диким хохотом Алекса.

- А мне до лампочки. Можешь говорить, что хочешь - твои слова, словно назойливое жужжание, которое можно нарушить одним лишь хорошим хлопком. И БАМ - оно исчезнет, точно так же как и букашка, что его издавала. Мне никогда и никто не сможет перейти дорогу. Взять, к примеру, нашего прошлого квотербека Энди - это ведь я его подставил.

- И зачем тебе это понадобилось?

- А ты поработай мозгами, Рик. Неужели не догоняешь, что Дарк не просто так попал в команду по счастливой случайности? У меня-то нет близнеца, чтобы разделиться надвое и следить за вами одновременно.

Он присел на стул, но все еще оставался в поле моего зрения. Если бы я не был так безнадежен с перевязанными руками и ногами, я бы, не задумываясь, убил его. Тут уж никаких сомнений. Я бы смог!

- Тебе так просто это не сойдет с рук!

И вдруг неожиданно кто-то дернул дверь за ручку. Алекс подскочил со стула, перепугавшись, что нас могли застать. Наверное, в те секунды он думал, что это полиция с пистолетами пришла мне на выручку, или целый отряд спецназа.

Но за дверью не было слышно ни единого слова. Кто-то просто выломал дверь ногой, так что она отлетела в сторону. Я поднял глаза, надо мной стоял в поднимающейся бетонной пыли Тайлер, одетый в темную одежду. На голову у него был накинут капюшон, а глаза его сверкали какой-то невероятной злобой.

- Вот мы и встретились, мой дорогой друг, - прошипел Тайлер.

Вечно весёлый и шутливый парень изменился до неузнаваемости. В его глазах была ненависть, они так и сверкали... И стоял он по-другому, так, что в мускулах чувствовалось напряжение. Изнутри очень сильное чувство готово было вырваться наружу... но... он сдерживал себя.

- Ну что, ты будешь рассказывать, в чём дело, или мне сразу убить тебя? Может, лучше придавить, как таракана? – злобно прорычал Тайлер, голос которого навевал мрачный холодок, и, двинувшись ещё ближе к Алексу, так что их обоих отделял всего лишь один шаг, он продолжил, - я ведь знаю, это ты рылся в шкафчиках, это ты следил за Дарком после школы. Это ты вечно таскался за Мэйси, чтобы через нее выведывать все наши дела. А ведь я незаметно слежу за тобой, и всё про тебя знаю. Вот уже целый год собираю информацию, а теперь тут такое... Отличный случай, чтобы уничтожить тебя, пока никого нет. Сегодня я отомщу тебе за моих родителей.

- Что? – в недоумении прошептал я.

Раньше Тайлер никогда не говорил мне о родственниках, просил не заводить разговоров на эту тему, и теперь я стал понимать, в чем же обстояло дело. Я лишь знал, что он живет у тети с дядей, а где-то далеко в Белоруссии жили его бабушка и дедушка. Но и об этих родственниках известно далеко не многое.

- Он убил моих родителей! – грозно процедил сквозь зубы Тайлер в ответ.

- Что за бред ты несешь, идиот? Это мой отец убил их.

- Ну, вот и прекрасно, убью тебя, пусть твой папаша поплачет от жалости. А потом убью и его. Кровь за кровь, как говорили в средние века. А дедулю твоего, так и быть, оставлю Дарку. Я знаю, ему тоже есть за кого мстить. Правда, друг?

Я сглотнул, не зная, что ответить. Это было скорее утверждение, чем вопрос. На несколько секунд в помещении воцарилось молчание, не было слышно ни единого звука, кроме напряжённого дыхания нас троих и гудение электрических приборов за щитками. Как вдруг Тайлер сдвинул ремень, накинутый через плечо, и из-за его спины появилось оружие. Это был Ньют-Эними, совершенно новый. Где он его достал? Я не мог никак сопоставить события и понять, в чем дело. Неужели он тоже...

Алекс поднял руки в вверх, глаза его тут же сделались полными ужаса и страха. Ньют-Эними был направлен точно в его сторону.

- Ну что, Рэббит, готов встретиться лицом к лицу со смертью? Готов увидеть ее бездонные черные глаза, которые засосут тебя прямиком в ад? – торжественно и в предвкушении говорил Тайлер. - Только сдвинься с места, я тут же выпущу заряд, поверь, у меня достаточно сил, чтобы сделать это.

Я надеялся, что Тайлер просто сотрет ему память, но никак уж не думал, что...

Тайлер нажал на кнопку, не теряя времени даром. Бездыханное тело Алекса повалилось на бетонный пол. Он упал на спину, а голова его была повернута в мою сторону. Пустые глаза, в которых больше не было той прежней злобы и самодовольства, хитрости, ловкости... эти качества быстро улетучились, покидая тело вместе с духом.

Я никогда не видел собственными глазами, как убивают человека. Наверное, вот так ощущает себя впервые любой солдат на войне, увидевший первую смерть противника: ликование, смешанное с диким страхом, что ты мог оказаться на его месте. Мои глаза широко раскрылись, дыхание куда-то пропало, будто эта функция напрочь утратилась организмом. Передо мной случилось не просто убийство, а настоящая казнь, которую не увидишь в книжке на картинке. Это все вживую.

- Что же ты наделал? – на выдохе произнес я, чувствуя, как дар речи снова приходит в рабочее состояние.

- Будет знать. Я не успокоюсь, пока не прикончу его отца за то, что он сделал, - наслаждаясь видом трупа давнего врага, говорил Тайлер.

Его глаза горели сумасшедшим огоньком, и мне трудно было узнать в этом человеке того самого Тайлера, который прошел со мной бок о бок так много лет.

- Мы могли бы сдать его дедушкиным друзьям, а ты просто взял и... взял и...

Слова кончались, точно так же как и силы.

- Не переживай. Такие уроды, как он, приносят только вред, но никак не пользу.

Выстрел был слышен очень хорошо. Видимо, кто-то тут же позвонил в полицию, потому что где-то в пяти кварталах от места, где мы застряли, были слышны полицейские сирены.

- Тайлер! Помоги мне! Быстрее! Там полиция!

Он будто очнулся ото сна, подбежал ко мне и быстрыми движениями стал разрывать металлические провода, обвивавшие мои руки, а я корчился от боли, чувствуя, как каждый провод вылезает из моей кожи.

Когда первая моя рука была свободна, я стал развязывать ноги. С этим было гораздо больше проблем – Алекс не поскупился временем, запутал провода так, что мы не могли все развязать. На запястье от металла остались глубокие порезы, которые теперь еще и кровоточили.

Мы не успели закончить, полицейские слишком быстро оккупировали здание со всех сторон, из-за двух машин выглядывали головы полицейских и их руки с оружием наготове. Я все видел, потому что выломанная дверь валялась в углу помещения, а на ней осталась глубокая вмятина от ноги.

- Что же ты наделал, Тайлер! – взвыл я, чувствуя, что нам конец, если полицейские увидят то самое оружие. Все узнают о том, кто мы такие.

- Какие у тебя способности? – перебив меня, спросил он.

- Я пока не знаю, они только начинают проявляться. А ты... ты тоже вилон? Почему ты мне никогда об этом не говорил?

- Нельзя было. Моим заданием был ты – защищать тебя, охранять и все такое.

- Так значит, наша дружба – это всего лишь задание?

- Нет же. Наша дружба была самой настоящей...

- Поздно...

Копы вбежали в помещение, обхватили Тайлера и скрутили ему руки за спиной, один из них выхватил у него оружие и вложил в полиэтиленовый пакет для улик. Я не знаю, куда его утащили, потому что просмотр перегородили два больших толстяка, нагнувшиеся надо мной.

- Давай-ка, поможем тебе, - сказал один из них и стал пробовать развязать провод. - Как туго завязано. Что же у вас тут за потасовка случилась? Рассказывай.

Как странно. Я думал, они арестуют меня вместе с Тайлером, но они подумали, что Тайлер будто бы взял меня в плен. Краем глаза я успел заметить, что несколько полицейских окружили мертвое тело.

- Вы все не так поняли, тот, кто сейчас умер – Алекс Рэббит – взял меня в плен и хотел убить, а парень, которого увели, спас меня.

- Что с тобой? У тебя, наверное, шоковое состояние. Соседи четко слышали выстрел. Мы арестуем этого блондина по подозрению в убийстве. Полное расследование покажет, что к чему.

- Нет! Все должно быть не так!

- Мистер... как вас зовут?

- Эрик Дайлентон.

- Так вот, мистер Дайлентон, вы должны проехать в полицейский участок, чтобы оформить протокол и пройти полный допрос, где мы вынуждены задержать вас на какое-то время.

- Ничего я не оформлю, я сказал уже, как было дело! Вы не должны арестовывать Тайлера... Можно я хотя бы кое-что ему скажу?

- Хм... вы хотите обратиться к тому человеку, который только что убил вашего приятеля?

- Он не хотел убивать. Вы дадите мне с ним поговорить или так и будете задавать идиотские вопросы?

- Попридержи язык, мальчишка, иначе арестую тебя вместе с ним за соучастие.

Мужчина помог мне развязать провод на ногах, и как только покончил с этим, дал добро на разговор. Я побежал к машине, в которую только что посадили Тайлера. На удивление, данные обстоятельства его мало беспокоили - легкая ухмылка и довольный взгляд в никуда... Как только он увидел меня, бегущего к машине, тут же немного отвернулся, с улыбкой уставившись в пол.

- Тайлер... я тебя вытащу, обещаю. Дедушкины друзья помогут!

- Дарк, мне не нужна помощь, я могу телепортироваться в любое место. Когда выпадет удобный момент, они меня больше не увидят.

- А как же я? Ты найдешь меня, свяжешься со мной?

- Конечно. Я еще немного подшучу над ними, а потом обязательно вернусь, можешь не переживать. Передавай привет деду. При встрече я все объясню...

От этих слов у меня на сердце стало гораздо легче. Улыбка не сходила с его лица, она, как зараза, передавалась любому, кто хоть немного знал Тайлера. И я тоже улыбнулся ему.

- Увидимся.

- Увидимся, - кивнул он и злобно свистнул водителю, чтобы те не заподозрили наши сияющие лица. - Эй водитель, жми на газ. Сколько можно уже торчать здесь?! И что этот придурок делает возле машины?

Блестящая актерская игра, впрочем, как и всегда - Грин был на высоте.

Через несколько минут я, сбежав от полицейских, чтобы не заполнять никаких бумаг свидетеля, уже гнал на велосипеде в сторону дома Мэйси. На наручных часах маленькая стрелка застыла над цифрой 5. Как же быстро пролетело время, уже наступает вечер!

В мыслях вертелась только одна мысль – действительно ли она не помнит меня, так же как не помнит Дарка и все то, что происходило с нами тремя? Неужели так просто? Может, увидев старого друга, она хотя бы вспомнит мое имя? Если да, то еще не все потеряно.

И вот, вдалеке показался тот самый большой дом, где я однажды успел побывать. Чем ближе я приближался, тем отчетливее слышал лай, доносившийся с заднего дворика. Это Чарли. Мне на секунду показалось, будто с того момента прошла целая вечность.

Я оставил велосипед у дороги, и медленно пошел к двери. Так не хотелось звонить в дверь. Страх, что мои догадки могут оправдаться, поразил все тело – пальцы похолодели, ноги стали слегка ватными. Дверь находилась в метре от меня, а рука все никак не хотела тянуться к звонку. Но правду лучше узнать как можно быстрее.

Я позвонил.

В доме послышались приглушенные шаги. Затем лай во дворике стих, а по деревянному паркету в коридоре застучали четыре счастливые лапы, царапая пол когтями. Может быть, пес узнал меня.

Дверь приоткрылась, и за ней показался папа Мэйси.

- Здравствуй, - немного недоверчиво поздоровался он, жмурясь от солнечных лучей, которые засветили ему лицо, - тебе кого?

Между дверью все хотел протиснуться подросший ретривер. Он поскуливал от радости, отчего я убедился в правдивости своей догадки - он помнит мой запах.

- Меня зовут Рик, я одноклассник Мэйси. Знаете, учительница попросила передать ей тетрадь, которую Мэйси забыла сегодня в школе. Могу я отдать ей?

- Нет проблем, я могу передать. Она сегодня какая-то растерянная...

- Я бы хотел поговорить с ней, сэр.

Мистер Андерсон немного замялся, но потом понял меня и впустил в дом, натянув на свое уставшее лицо приятную улыбку. Чарли все хотел запрыгнуть на меня и бил лапами по коленям, цепляясь за джинсы. От счастья даже лизнул пару раз мою руку, не переставая вилять хвостом. Папа Мэйси с удивлением поглядел на пса и улыбнулся по-настоящему, не подозревая истинную причину такой радости у собаки дочери.

Теперь стало понятно, что Мэйси никогда не рассказывала про нашу дружбу, а значит и про дружбу с Дарком.

Вдруг я что-то услышал. Это было так быстро, я успел расслышать только короткую фразу «Первый раз», которая явно была как-то вырвана из контекста.

- Вы что-то сказали? – переспросил я.

- Нет, я разве что-то сказал?

- Что-то про первый раз?

- Надо же, я разве сказал это вслух?

- Кажется да.

- Странно, - протянул мистер Андерсон, - мне казалось, я только подумал об этом. Ну да ладно. Я сказал, что у Мэйси первый раз кто-то в гостях с тех пор как мы переехали.

Как он ошибался. Я уже бывал здесь, пока его не было дома. В тот вечер я подарил Мэйси свой кожаный браслет, а она угостила меня тортом прямо из пластиковой коробки. Мы ели его ложками и разговаривали на разные темы, совершенно позабыв о времени.

- Мэйси на заднем дворе. Проходи, чувствуй себя как дома. Даже пес рад тебя видеть.

Мистер Андерсон протянул мне руку:

- Забыл представиться, Роджер Андерсон.

- Рик Дайлентон.

После рукопожатия я двинулся вперед навстречу двери, которая вела на задний дворик. Роджер заметил мое волнение и странное поведение, но не стал спрашивать, все ли в порядке. Он знал, что у Мэйси много друзей, и возможно подумал, что я один из ее поклонников.

Я вышел на задний дворик и увидел, какой чудесный вид открывается отсюда на озеро. Чудесное место. Вокруг пахло розами и нарциссами. В этом доме очень хорошо следили за садом. Каменная кладка посреди ровного газона вела извилистой лентой к двум шезлонгам и в другую сторону уходила к пристани.

Чарли толкнул меня своими передними лапами в икры, как бы приглашая пройти дальше. Я сделал пару шагов.

- Пап, кто там был? – послышался откуда-то голос.

В тот момент я понял, что Мэйси сидит на шезлонге, повернутая ко мне спиной. На ее коленях лежала книга.

- Привет, - поздоровался я, отчего Мэйси слегка вздрогнула и повернулась ко мне всем телом, - я принес тебе тетрадь, которую ты оставила в школе.

Она молчала и смотрела на меня своими большими глазами. А я все ждал, что же произойдет в следующий момент. Она скажет, что рада меня видеть, или же выгонит?

Чтобы проявить свою вежливость, она поднялась с шезлонга и направилась ко мне, приятно улыбаясь.

- Ты же Рик? Рик Дайлентон? Правильно?

-Да.

Все во мне упало. Она задала такой странный вопрос. Да, в ее памяти сохранилась информация о том, что я учусь в ее классе. Это хорошо, но если она спросила, правильно ли назвала мое имя, то это может значить только одно – кроме моего имени ей больше ничего не известно.

Неужели? Как? Все хорошие моменты, что случились за все время нашей дружбы... ей ничего не запомнилось после прочистки мозгов?

- Странно, у тебя даже сумки никакой нет. Какую тетрадь ты мне принес?

Ответить на этот вопрос мне было нечего. Только сейчас я понял, что оставил портфель в той трансформаторной будке. Он выпал из рук, когда Алекс неожиданно скрутил мне руки.

- Извини, я, кажется, оставил портфель... я потерял его.

- Ничего страшного. Но я не забывала никакую тетрадь. Может, ты нашел не мою?

- Возможно. Извини.

- Не нужно извиняться. Но на самом деле, это немного странно. Зачем же ты пришел?

Она с интересом смотрела мне в глаза. Ее интерес к новому всегда удивлял меня. Такому человеку, как Мэйси, нужно знать как можно больше. Она приятно улыбнулась и смутилась, предположив, наверное, что я решил таким образом поухаживать и обратить на себя внимание.

- Прости, мне пора.

С этими словами я развернулся и быстрым шагом направился к входной двери. Хотелось поскорей сбежать отсюда, чтобы никогда не видеть этот дом. Здесь я чужой. И так, как раньше, уже никогда не будет.